Дракон и Освободитель

Вскоре они убедятся в ошибочности этого на собственном опыте. А пока пара скучающих караульных открывала некоторые интригующие возможности. — Как ты назвал главу Валахгуа? — спросил он у Дрейкоса.

— Верховный Лорд, — ответил Дрейкос. У тебя есть план?

— Думаю, сначала мы попробуем тонкий подход, — ответил Джек, оглядываясь по сторонам. Кроме двух караульных, вокруг, похоже, никого не было. Если понадобится, мы всегда сможем дать им пинка под зад.

— Что ты хочешь? — потребовал один из караульных.

— Как вы думаете, чего я хочу? — Джек ответил на вопрос вопросом. — Последняя диагностика большой пушки оказалась не очень удачной, и Владыка хочет, чтобы я провёл быструю проверку.

Бруммги посмотрели друг на друга, и Джек затаил дыхание. Если они решат вызвать Валахгуа, чтобы проверить приказ, то… Дрейкос все-таки собирался немного размяться. — Дорогу, дорогу, — прорычал Джек, махнув рукой в сторону двери позади них. — У меня не целый день.

— Никому не разрешается находиться внутри с оружием, — прорычал один из Бруммганов.

— В одиночку — никому не разрешается входить с оружием, — возразил Джек. Фокус с бруммганами заключался в том, чтобы быть на шаг впереди их мыслительных процессов. — Почитай как-нибудь положенные уставы, а? Так что открывайте, и мы войдём все вместе.

Иномиряне обменялись секундным неуверенным взглядом. — Все вместе? — спросил один из них.

— Я не должен быть там один, помните? — напомнил Джек, добавив в голос немного напряженного терпения. — Кроме того, мне понадобится пара дополнительных рук.

— Но в приказе также говорится, что мы не можем оставить дверь без охраны.

— Тогда ты подожди здесь, а твой приятель может войти со мной, и все будут довольны, — сказал Джек.

Бруммга сдвинулся. — Нет, — твёрдо заявил он. — Он останется. А я пойду. Он сделал жест, и его спутник отошёл к пульту управления дверью. — Но я буду внимательно следить за тобой, — предостерёг он.

— Я не против, — сказал Джек. — Может, мы уже перейдём к делу?

Бруммга снова сделал жест. Его собеседник нажал на кнопку, и дверь открылась. Расправив плечи, Джек шагнул между иномирянами в дверной проём.

И оказался лицом к лицу со “Смертью”.

Наблюдая его на мониторе, Джек мог оценить как его комичный внешний вид, так и его смертоносные аспекты. Но не более. Здесь, стоя в его присутствии, он не видел в нём ничего забавного. Устройство обладало ореолом гнева, ненависти, гордыни и превосходства.

Каждый инструмент и оружие, говорил дядя Вирджил, можно использовать как во благо, так и во зло. Они могут помочь Джеку в его работе, или создать помеху на его пути.

Но со “Смертью” всё было иначе. Не было ни одной полезной задачи, которую можно было бы решить, ни одной роли защиты или созидания, которую могла бы обеспечить эта техника. Всё, что она могла делать, — это убивать, не сдерживаясь и не щадя никого.

Это было чистое зло.

Джек почувствовал, как по спине пробежала холодная дрожь. Он знал, что дядя Вирджил немедленно стал бы искать способы, которыми “Смерть” могла бы быть ему полезна — в качестве приза для выкупа или как товар для продажи тому, кто больше заплатит. Сам Джек год или два назад, вероятно, не одобрил бы этого, но и серьёзных возражений, скорее всего, не высказал бы.

Но прошло время, и Джек Морган изменился. Этот Джек Морган мог осознать необходимость уничтожения этого устройства. И он был готов и хотел это сделать.

Шесть месяцев жизни с поэтом-войном К’да превратили Джека в человека, которым он никогда не думал, что может стать.

Он собирался сделать то, что было правильно. Не потому, что он хотел что-то от этого получить, а просто потому, что это было правильно.

И, несмотря на опасность, окружавшую его, он чувствовал себя хорошо. Очень хорошо.

— Джек?

Сделав над собой усилие, Джек отбросил внезапно нахлынувшие чувства. Самоанализ и тёплые чувства могут подождать до поры до времени. Сейчас у него была работа.

Он посмотрел на “Смерть” и быстро произвёл мысленный расчёт. Если предположить, что устройство не перемещали с момента его визита в зал мониторинга, то одна из двух камер в помещении должна была находиться прямо над дверью, а другая — в дальнем левом углу. Простая, понятная схема, и она достаточно хорошо охватывала помещение.

К несчастью для Фроста, люди, которые их устанавливали, совершили классическую ошибку, закрепив обе камеры в стороне от прохода, под потолком. Пока Джек держал голову опущенной, он мог рассчитывать на то, что его лицо останется вне их обзора.

Он шагнул внутрь и посмотрел на свой пояс, доставая свой мультитул. — За эти годы вы достаточно близко ознакомились с оборудованием Валахгуа, чтобы знать, какие крепёжные элементы они используют? — спросил он у Дрейкоса.

— Ознакомились, — сказал Дрейкос. Они похожи на человеческие винты, но с треугольным углублением.

Джек поморщился. В его мультитуле были отвёртки как с крестообразным, так и с квадратным наконечником. Но треугольный наконечник был чем-то новым. — Полагаю, уже слишком поздно говорить им, что мне нужно сходить за набором инструментов?

— Определённо, — сказал Дрейкос. Но я думаю, что одна губка твоих игольчатых плоскогубцев подойдёт.

— Надеюсь, ты прав. Джек подошёл к “Смерти” и склонился над синей световой панелью, как будто изучая её. — Схема управления?

— Под крышкой на нижней стороне, прямо под световым индикатором состояния.

Джек закончил осмотр и присел рядом с Оружием, используя его массивный корпус, чтобы закрыть обзор соответствующей камере на своё лицо. Он обнаружил крышку доступа именно там, где и говорил Дрейкос: по четырём углам её удерживали странные винты с треугольным углублением. Мысленно скрестив пальцы, он разомкнул плоскогубцы и примкнул кончик одной губки к ближайшему винту.

Контакт был не идеальным, но достаточно плотным. — Будь осторожен — резьба левосторонняя, — предупредил Дрейкос. Совсем не как у людей.

— Спасибо. Джек повернул в нужном направлении, и винт начал ослабевать.

— У тебя нет подходящих инструментов, — сказал Бруммга, скорее смущённо, чем подозрительно. — Почему у тебя нет подходящих инструментов?

— Ты, наверное, шутишь, — фыркнул Джек. — Эти инструменты Валахгуа — для слабаков. Он снял панель и отложил её в сторону, затем включил фонарик и направил его в отверстие.

Внутри был лабиринт проводов, четыре прямоугольные печатные платы с аккуратными рядами мелких компонентов и несколько больших, размером с большой палец, модулей, подключенных отдельно к системе. За годы работы Джек имел дело со множеством электронных конструкций, но эта была совершенно не похожа на всё, что он когда-либо видел.

Но в каждой электронной конструкции были определённые константы, обусловленные законами физики. Цепи управления, которые всегда работали при низком напряжении, соединялись между собой тонкими проводами. Источники питания, которые работали при гораздо более высоком напряжении, требовали более толстых проводов и более массивной изоляции.

И если высоковольтный ток из цепей питания попадал в цепи управления, проблемы были гарантированы.

Протянув руку к верхней части Оружия. Джек коснулся одной из рукояток. — Держи вот здесь, — сказал он бруммгану. — Держи ровно. И не задевай никаких элементов управления.

Бруммга выполнил указание. Вытащив одно из специальных лезвий своего мультитула, Джек прикоснулся им к одному из толстых проводов. Индикатор остался тёмным, подтверждая, что в данный момент по нему не течёт ток. Он проверил два других провода, затем заменил датчик и достал тонкий нож.

Операция заняла меньше минуты. — Так, кажется, получилось, — объявил он, прикручивая крышку на место. — Но не отпускай, пока я тебе не скажу.

Он закончил с крышкой и встал, энергично потирая лоб, чтобы снова закрыть вид на своё лицо. — Спасибо, — сказал он бруммгану, повернулся и пошёл обратно к двери, склонив голову, словно проверяя свой мультитул, когда убирал его обратно в карман. — Можешь вернуться к своей увлекательной караульной службе.

Джек вышел из помещения и направился обратно по коридору. — Всё прошло хорошо, подумал он, обращаясь к Дрейкосу, его кожа зудела, как всегда, когда он стоял спиной к людям, которых только что обманул. — Что теперь?

— Теперь мы прячемся, — сказал Дрейкос. Иди во вторую дверь справа.

— Направо. Джек пожевал нижнюю губу. — С другой стороны, что за спешка? Они и так скоро придут за нами. Мне кажется, мы должны выжать всё возможное из этого времени их блаженного неведения.

— В противном случае мы рискуем быть застигнутыми вне укрытия, когда будет объявлена тревога, — предупредил Дрейкос.

— Но попробовать всё равно стоит, — сказал Джек. Где ближайшее Оружие?

— Впереди есть ряд помещений, а за ними — оружейный отсек номер один, — сказал Дрейкос. Судя по изображению с камеры, я полагаю, что оно установлено в центральном — диспетчерском отсеке, а не во вспомогательном. Эта помещение примыкает к корпусу, и нам придётся использовать другую дверь, чтобы добраться до него.

— Тогда давай сделаем это, — решил Джек. Просто покажи мне, куда идти.

— Хорошо, — сказал Дрейкос. Следующий поворот налево.

ГЛАВА 13

Неверлин велел Фросту обыскать человека, называющего себя Вирджилом Морганом, прежде чем допустить его на борт “Advocatus Diaboli”. Фрост, очевидно, отнёсся к этому приказу очень серьезно, потому что Таним в итоге почти полчаса просидела у решётки, выходящей на кабинет Неверлина, прежде чем тот наконец появился.

Когда он появился, он оказался совсем не таким, как ожидала Таним. Во-первых, он не выглядел и не пах как Джек, не был таким, каким, по её мнению, должен быть его родственник. Это был крупный мужчина, чуть крупнее даже Фроста, который внимательно и настороженно сопровождал его. У него были широкие плечи и такая манера двигаться, что Таним вспомнились лучшие танцоры среди Фуки.

Ещё одним сюрпризом стала его одежда. Вместо повседневных джинсов, рубашки и пиджака как у Джека на нём была белая униформа.

Мгновение спустя она поняла, что это была та же форма, которую она видела ранее на мостике, на экипаже “Advocatus Diaboli’s”. Очевидно, Фрост решил не оставлять мужчине даже собственной одежды, а достал для него запасную форму из корабельных запасов.

Но всё это Таним заметила лишь во вторую очередь. Основное её внимание было приковано к Неверлину.

Он внезапно и бурно отреагировал на появление этого человека. — Пекло! Он выдохнул и отпрянул от своего стола. — Фрост!

— Держи его, — рявкнул Фрост, хватая мужчину за правое запястье.

Вернее, он попытался схватить его за запястье. Но прежде чем он успел сделать крепкий захват, тот плавно вывернул руку из захвата наёмника.

Неверлин снова дёрнулся, отпрянув ещё дальше от стола, словно ожидая нападения. Но новоприбывший просто стоял на месте, не делая никаких попыток что-либо предпринять. — Здравствуйте, мистер Неверлин, — спокойно сказал он. — Рад снова видеть вас.

Выкрикнув проклятие, Фрост снова вцепился в запястье мужчины. — Ты его знаешь? — потребовал он.

— О да, я его знаю, — выдохнул Неверлин. — Его зовут Харпер. Он один из телохранителей Корнелиуса Брэкстона.

Плечо Фроста дёрнулось, и вдруг другая его рука прижала пистолет к боку Харпера. — Большая ошибка, друг, — мягко сказал Фрост.

— Вообще-то, это всё ваша ошибка, — сказал Харпер, его голос оставался спокойным. — Мистер Неверлин не упомянул — потому что мистер Неверлин не знает, — я больше не работаю на Брэкстона.

— Что это значит? — спросил Фрост.

— Это значит, что при всем вашем грандиозном и детальном планировании этой операции вы ни разу не подумали о том, чтобы приставить шпиона к самому Брэкстону, — сказал Харпер, его голос внезапно стал жестким. — Вы действительно думали, что он просто займётся своими делами и забудет о вас?

— Дайте угадаю, — сказал Неверлин. — Вы добровольно согласились на эту работу?

— Не говорите глупостей, — презрительно сказал Харпер. — Время для этого давно прошло. К счастью для вас, у кого-то другого хватило предусмотрительности обратиться ко мне несколько месяцев назад с предложением, которое, как я решил, стоило того, чтобы рискнуть.

— У этого человека есть имя? — потребовал Фрост.

— Да, имя, которое вам хорошо известно, — заверил его Харпер. — Патри Чукук.

Фрост фыркнул. — И вы ожидаете, что мы просто поверим в это?

— Конечно, нет, — сказал Харпер. — Непременно позвоните ему и спросите. Он посмотрел на Фроста через плечо. — Только прежде убедитесь, что никто из его Бруммганов не находится слишком близко от передатчика “InterWorld”.

— В смысле? — спросил Фрост.

— Это значит, что к вам внедрились, — прямо сказал Харпер. — Один из Бруммганов, а возможно, и не один, был подкуплен.

— Кем? — спросил Неверлин. — Брэкстоном?

— Хуже — “Malison Ring”. Харпер снова посмотрел на Фроста. — Возможно, причастен генерал Дэви.

Казалось, тень омрачила лицо Фроста. — Это смешно, — настаивал он. — Дэви понятия не имеет, что здесь происходит.

— Так же как он не знал, что вы скрываетесь в поместье Чукук? — требовательно спросил Харпер.

— Дэви тут ни при чем, — прорычал Фрост. — Это была какая-то афера, затеянная Морганом. Морганом или девушкой. Кайна.

— Кстати, о Моргане, — сказал Неверлин, — если вы действительно работаете на Патри, к чему этот маскарад с Вирджилом Морганом?

— При всём уважении, мистер Неверлин, прошу вас, начните использовать свой мозг, — сказал Харпер. — Наш разговор мог быть перехвачен кем угодно из вашего флота. Неужели вы хотели, чтобы я просто объявил о своей истинной личности и миссии шпионам “Malison Ring”?

— Дельное замечание, — сказал Неверлин. — Ещё раз, почему Вирджил Морган?

— Потому что все здесь знают, что вы пытались найти Моргана, чтобы он открыл для вас сейфы К’да/Шонтин, — терпеливо сказал Харпер. — Он единственный человек, который может появиться, не вызывая ни у кого подозрений.

— Так откуда именно вы обо всем этом знаете? — спросил Фрост. — Если ваша работа заключалась в том, чтобы следить за Брэкстоном, откуда вы знаете, что замышляют генерал Дэви и “Malison Ring”?

— Потому что Дэви и Брэкстон провели несколько продолжительных бесед за последние пару недель, — ответил Харпер. — Делились своими кусочками головоломки, как это было раньше. Он вздёрнул брови. — И Дэви, в частности, говорил так, словно он получал постоянный поток новых данных.

Последовало молчание. Таним стало интересно, размышляют ли Неверлин и Фрост о Мришпау и предполагаемой попытке открыть сейф К’да.

Возможно. Если Таним смогла собрать эту головоломку, то, несомненно, Неверлин и Фрост смогут.

— Ладно, ты соскочил с крючка, — наконец сказал Неверлин. — На данный момент. Но мы собираемся позвонить Патри.

— Хорошо, — сказал Харпер. — Но, как я уже сказал, предварительно убедитесь, что бруммги находятся вне пределов слышимости.

— Это легко сделать, поскольку на борту “Advocatus Diaboli” их больше нет, — сказал Неверлин. — Они все на авианосце и “Foxwolf’е”.

— Хорошо, — сказал Харпер. — Ну, на этом всё. Я просто хотел предупредить вас о проникновении. Он наклонил голову. — У вас есть ещё вопросы? Это был долгий день, и я хочу вернуться на “Эссеней” и немного отдохнуть перед ужином.

— Боюсь, что в ближайшее время вы не вернётесь на “Эссеней”, — сказал ему Неверлин. — По крайней мере, пока мы не проясним вашу историю с Патри. Но я уверен, что вы сочтёте наши условия подходящими.

— Ещё один вопрос, — сказал Фрост. Его пистолет. Таним заметила, что его пистолет всё ещё упирается в бок Харпера. — Если вы работаете на Патри, почему вы вылетели из полицейского участка города Поночче с Джеком Морганом, а не просто отвезли его обратно в поместье Чукук?

— Потому что мне нужно было выяснить, контактировал ли Морган с Брэкстоном или “Malison Ring”, — сказал Харпер. — Чтобы сделать это, мне нужно было завоевать его доверие. Мне также нужен был его корабль, чтобы разобраться с этой шарадой Вирджила Моргана. Слишком многие из Бруммганов видели “Эссеней”, и у них могут возникнуть подозрения, если я появлюсь на другом корабле.

— И частью укрепления доверия было убийство трёх Бруммганов Патри? — потребовал Фрост, чуть сильнее упирая дуло пистолета в бок Харпера.