Ненастоящий герой. Том 1

Ненастоящий герой. Том 1

Глава 1

о жене, детях, любимой собаке и опостылевшей службе. Очередной олух пытался проникнуть к королю. Неплохо бы заказать у портного пару новых камзолов. Вечером должна приехать погостить теща…

Его мысли текли плавно, словно воды широкой равниной реки, знающей, что так или иначе она достигнет моря и неизбежно растворится в его ласковых объятиях.

Секундочку.

Мысли⁈

Маркиз встрепенулся и попытался сосредоточиться на собственных ощущениях. Те оказались весьма новыми и в высшей степени необычными. Фор Корстед ощущал себя, будто дорвавшийся до сочного пряного стейка путник, до этого месяцами питавшийся лишь черствой солониной и подплесневевшим хлебом.

Его разум наполнили образы, идеи, желания, планы, фантазии. Сверкающей золотой пылью они разлетелись по голове, чтобы тут же наполнить ее многоголосым шумом, которому больше не суждено было умолкнуть. Разве что только со смертью.

Однако где он оказался?

Радремон помнил, как какой-то воин выплясывал перед ним безумный танец. Своевольный дурак! Будто подобная бесцеремонность могла хоть на йоту приблизить его к встрече с королем. Ясно же сказано — доставить письмо барону O’Милту, затем проверить поставки оружия в приграничный форт, а после…

Маркиз нахмурился.

Сколько раз он выдавал подобные задания? Сотни? Тысячи? Неужели никто их так и не выполнил? Нет. К нему определенно возвращались и отчитывались о проделанной работе. Так почему же…

Неожиданно рук и фор Корстеда коснулось что-то холодное и бархатное, заставив резко отдернуть конечность и задвинуть странные мысли в дальний угол только что обретенного сознания.

Радремон попытался разглядеть хоть что-нибудь, но вокруг по-прежнему царила непроглядная мгла. Словно как в тот раз, когда он, будучи еще ребенком, свалился с лошади и вдобавок получил копытом по голове. Тогда юный вельможа ослеп, но семейный лекарь быстро успокоил не уследивших за хозяином гувернанток, сообщив, что потеря зрения временна.

Вот только происходило ли все это на самом деле?

— Эй! Есть тут кто? — крикнул маркиз, но тьма поглотила его слова, не дав им даже сорваться с губ.

Подобно воздушному змею, фор Корстед парил в воздухе, не в силах ни сдвинуться с места, ни обрести хоть какую-нибудь точку опоры. Себя же он ощущал беспомощным жуком геркулесом, которого с интересом разглядывали десятки любопытных глаз, размышляя размозжить его камнем сейчас или дать еще немного побарахтаться.

И Радремон впервые ощутил страх.

Нет, ему и до этого доводилось бояться. Когда в детстве случайно разбил любимую бабушкину вазу и полдня прятался в сарае садовника, когда заболел новорожденный сын, когда чуть не лишился руки в сражении с бандой гоблинов. Но все это было как-то… блекло. Словно картина начинающего художника, которую покупаешь, для поддержки молодого автора, а затем вешаешь ее в дальнем углу особняка, чтобы больше о ней не вспоминать.

Теперь же сердце маркиза глухо билось в груди, гоняя по венам кровь; холодные липкие пальцы ужаса червями забрались под кожу, леденя жилы и вымораживая душу; прерывистое дыхание с шумом вырывалось из легких, а зубы так и норовили откусить кусочек мгновенно пересохшего языка.

Совсем не так, как раньше.

Совсем.

Ведь в этот раз Радремон испугался по-настоящему!

Мгла продолжала безмолвно изучать попавшую в ее сети букашку, и фор Корстед, несмотря на чудовищное давление тьмы и зарождающуюся панику, сумел кое-как взять себя в руки. До боли стиснув кулаки, он несколько раз глубоко вздохнул и приготовился дорого продать свою жизнь. Ведь именно так поступали предыдущие поколения его предков, и так наставлял его отец.

Поборов подступающую слабость, Радремон выхватил шпагу и крепко сжал рукоять в потной ладони. При этом он ощутил странный прилив тепла. Будто наблюдавший за ним строгий наставник, заметив первые успехи ученика, скупо улыбнулся одними глазами. И пусть это еще не похвала, но определенно уже повод для гордости.

В тот же миг очередная вспышка на миг ослепила маркиза, и, проморгавшись, он обнаружил себя твердо стоящим на ногах посреди лесной поляны. В руках вместо шпаги он сжимал сучковатую палку, напротив скалило зубы похожее на воплощение ночного кошмара чудовище, а прямо перед глазами одна за другой вспыхивали странные надписи.

[Система: обнаружен инородный объект. Запрос на смену статуса мира.]

[Ошибка. Отсутствие связи.]

[Повторный запрос.]

[Ошибка.]

[Запрос на выход из гибернации.]

[Ошибка. Полноценное пробуждение невозможно.]

[Повторная попытка.]

[Частичный отклик. 80 % структуры уничтожено. Остальные 20 % функционируют с нарушениями.]

[Запрос на обновление данных.]

[Запрос отклонен. Отсутствие связи.]

[Повторный запрос.]

[Ошибка.]

[Поиск внутренних решений.]

[Найдено решений: 1. Временно присвоить объекту статус тестера.]

[…]

Текст продолжал бежать, но у Радремона не было возможности ни полностью тот прочесть, ни даже удивиться происходящему. Стоявшая перед ним тварь, глухо рыкнув, бросилась в атаку, намереваясь разом прикончить добычу.

Инстинктивно дернувшись, маркиз сумел в последний момент уклониться, пропустив монстра мимо себя. При этом краем сознания он отметил, насколько плохо слушалось его тело. Пусть в нем и ощущалась непривычная свежесть молодости, но, проведя годы в тренировках и сражениях, ожидаешь от себя совсем другой реакции.

Зверь тяжело приземлился на все четыре лапы и снова повернулся к своей жертве. Его покрытая костяными шипами серая шкура вздымалась в такт зловонному дыханию. Страшилище явно не брезговало падалью. Опасные даже на вид когти вонзились в землю. Заканчивающийся крюком чешуйчатый хвост ходил ходуном, не предвещая фор Корстеду ничего хорошего.

Однако нельзя было не отметить и весьма плачевное состояние чудища. Один из четырех глаз выбит и зияет провалом пустой глазницы, ухо оторвано, шкура на правом боку стесана до покрытых зеленой слизью ребер. Чем бы не являлось это существо, оно явно недавно встретилось с хищником покрупнее. Это давало Радремону хоть какие-то шансы.

Встав в стойку, маркиз приготовился обрушить на мерзкую тварь весь накопленный за годы жизни арсенал боевых умений. И пусть в руках у него вместо верной шпаги всего лишь палка с надписью, читать которую времени не было, ее должно хватить, для короткого боя с одним противником.

Подпустив монстра поближе, фор Корстед сосредоточился, концентрируясь на конце своего оружия.

Шаг.

Еще шаг.

Выпад!

И… ничего не произошло. Вместо мощного Рассекающего удара, Радремон лишь бестолково огрел зверя по голове, не нанеся никакого видимого ущерба.

А вот чудовище не мешкало и прочертило на обнаженной груди маркиза четыре глубоких борозды, кровь из которых тут же потекла на потрепанные, подпоясанные простой веревкой штаны.

Неизведанная ранее боль огненным цветком вспыхнула в мозгу фор Корстеда. Пусть в его памяти и хранились воспоминания о ничуть не менее опасных травмах, но теперь…

Нет!

Сейчас не время.

Сперва нужно выжить. Все остальное можно решить позже. Еще и навык, люби его Светлоликий, не сработал. Да какого же…

Стиснув зубы, Радремон загнал боль поглубже и вновь сосредоточился на противнике. Не будь тот ранен — маркиз уже валялся бы на земле с кишками наружу. Но затягивать бой все равно нельзя. Нужно срочно заканчивать и заняться травмой, пока не истек кровью.

Тварь снова бросилась в атаку, и еще один прием подвел фор Корстеда. Будто и не применял тот его сотни раз, как в реальных боях, так и на тренировочной арене. Уже ожидая чего-то подобного, Радремон сумел уклониться от удара лапой, но вот не менее опасный хвост с легкостью хорошо наточенного меча вспорол штаны и надрезал левое бедро, заставив хромать.

Больше уворачиваться не выйдет.

Вязкое отчаяние безжалостным ростком проклюнусь в груди маркиза. Пустив корни, оно мигом оплело сердце и потянуло свои жадные прутья прямо в трепещущую душу. Какая жуткая несправедливость. Умереть неизвестно где в пасти неведомого монстра. И пусть фор Корстед прожил яркую жизнь, ему почему-то казалось, что вся она и рядом не стояла с этими последними секундами.

Оставалась лишь отчаянная робкая надежда на родовое умение. Оно веками передавалось в семье от отца к сыну, как величайшее сокровище. Ему обучали мальчиков, едва те достаточно овладевали своим телом, чтобы твердо стоять на земле и держать в руках детский учебный меч.

Меч, так похожий на эту палку.

Предчувствуя неминуемую победу, зверь хищно оскалил пасть и рванул к заметно ослабевшей жертве.

Не двигаясь с места, Радремон, прищурившись, следил за чудовищем.

Последняя попытка.

Ошибиться нельзя.

Толчок задник лап отправил зверя в полет, и вот когти уже коснулись плеч маркиза. Но тот не сопротивлялся, позволив твари увлечь себя к земле. А когда туша практически погребла его под собой, резко ткнул палкой прямо между обнаженных ребер.

Пронзающий выпад!

Фор Корстед почувствовал, как привычная сила, зародившись где-то в районе сердца, согревая приятным теплом, пробежалась по жилам, перетекла в руку и устремилась в импровизированное оружие. И то, получив мгновенный импульс, распороло поврежденную плоть и с сочным чавканьем вонзилось прямо в сердце монстра.

Последний раз дернувшись, чудовище затихло, придавив Радремона своим телом. Маркиз едва мог дышать, но все-таки его захлестнула волна радости. Он выжил. Он справился!

И тут же перед глазами, перекрыв обзор, вспыхнули новые надписи.

[Хиндатский Лев повержен.]

[Получено 35 опыта.]

[Получено 20 трофейных монет.]

[Достигнут новый уровень — Уровень 1.]

[Доступно 3 очка параметров. Вы можете распределить их в меню персонажа.]

Но гораздо больше внимания привлекала другая обведенная в красную рамку фраза, пульсировавшая все это время в углу. И только фор Корстед попытался сосредоточить на ней взгляд, как та тут же исчезла.

— Что за…

Глава 2

Поднатужившись, Радремон попытался сбросить с себя придавившую его тушу, но как он ни напрягал измученные мышцы, ему не удалось сдвинуть дохлое чудовище ни на миллиметр.

К тому же свои права на тело маркиза заявила Ее Высочество боль. Притаившись на время схватки, она хищным зверем выскочила из укрытия, чтобы нещадно терзать беспомощную жертву. Полученные повреждения горели огнем, а ералаш мыслей в голове ничуть не улучшал состояние.

Внезапно в поле зрения фор Корстеда появилась пара потрепанных кожаных ботинок. Подняв взгляд, он понял, что те принадлежали мускулистому орку, сверкавшему на солнце зеленокожей лысиной.

Скривив клыкастый рот в полной презрения ухмылке, громила насмешливо взирал на Радремона. Хотя в его руках не было видно оружия, маркиз печенкой чувствовал исходившую от нелюди опасность.

— Не придумал ничего лучше, чем спрятаться под дохлым львом, раб? — прорычал орк грубым низким голосом. И пусть фор Корстед понял его речь, но некоторые слова звучали как-то непривычно. Будто использовалась другая их форма или что-то в этом роде. — Вставай!

Бугай одним мощным пинком отбросил в сторону тушу чудовища и тут же увидел полученные Радремоном раны.

— Ублюдок! — взревел зеленокожий. — Как ты посмел портить мое имущество? Жалкий червяк, да тебя теперь даже в каменоломнях не купят! — в руке орка из ниоткуда появилась плеть, и он сразу огрел ею маркиза. — А ну живо в лагерь! И только попробуй мне тут сдохнуть!

Судя по всему, верзила умудрился перепутать фор Корстеда с кем-то из своих рабов. Радремон открыл было рот, чтобы прояснить неувязку, но получил еще один удар и, грозно сверкнув глазами, промолчал. Не похоже, что проблему можно решить словами, а на другие методы у маркиза не оставалось сил. К тому же он сильно сомневался, что сумеет одолеть орка в честной схватке. А значит пока придется играть по его правилам.

С трудом поднявшись на ноги, фор Корстед руками зажал полученные раны. Сквозь пальцы лениво сочились горячие струи крови, но его жизни, похоже, ничего не угрожало. Радремон и сам не до конца понимал откуда он это знает. Да, он ни раз сражался как на дуэлях, так и в боях с различными монстрами и нелюдями и даже получал травмы, но… Было ли это на самом деле?

От странных мыслей, а может и от потери крови, у маркиза закружилась голова, и он чуть не упал, но, пошатнувшись, сумел устоять. Похоже размышления над загадками бытия придется оставить до более спокойной обстановки. Еще и надписи эти непонятные… Они что, в воздухе висят? Видит ли их кто-то еще?

Тем временем орк по локоть засунул руку в рану убитой фор Корстедом твари, слегка покопался и вытащил на свет покрытый зеленой слизью комок. Вытерев тот об лишенное шипов брюхо чудовища, он поднял добычу к солнцу. Ей оказалась небольшая, размером с горошину, мутная жемчужина радужной расцветки.

Чем бы это не было, но на угловатой морде громилы отразилась смесь радости и удивления. Спрятав находку, он пристально посмотрел по сторонам, словно кого-то выискивая, но по близости не оказалось ни души. Тихо шелестели листвой деревья, озорной ветер играл ветками орешника и гонял мелкий лесной сор, чирикали, перелетая с места на место, птицы. И не скажешь, что пару минут назад здесь шел бой не на жизнь, а на смерть.

Подозрительно сощурившись, орк смерил Радремона оценивающим взглядом. На его зеленом лице явно читался простой вопрос: «Неужели льва завалил вот он?». В конце концов бугай мотнул головой, избавляясь от глупой идеи, ткнул пленника в спину плетью и приказал идти в лагерь. Чем бы не являлась та жемчужина, она явно подняла рабовладельцу настроение.

Стоянка обнаружилась всего в пяти минутах ходьбы. Костер, пара палаток, шесть лошадей и три фургона, переделанных в клетки на колесах. У огня стояло двое мужчин бандитской наружности, один из которых лениво помешивал в булькающем котле половником. А вдоль телег, прислонившись спиной, сидели другие рабы явно в ожидании своей порции пищи.

— Хей, босс! — радостно крикнул кашевар, почесывая щетинистую щеку. — Поймали-таки? С тебя пятак, Сим.

Второй мужчина нехотя передал товарищу монеты и злобно зыркнул на Радремона.