Арсанты. Дети богов

– Но он же перевернут на бок! – изумился Мороний, вглядываясь в снимок. На изображении были видны разбросанные бочки и остатки каких-то строений, покрытых толстой коркой льда.

– Полагаю, что это первые документальные свидетельства местонахождения базы или одного из её складов. И за неимением более точной информации я хочу начать поиски источника прото-молекул именно с нее.

– Но вы так и не сказали с чем связана была такая срочность в отправлении? – заметил Джек.

– Тут все довольно просто и не содержит никаких тайн. Через два дня будет парад планет – уникальное астрономическое событие, когда Марс, Венера и Земля выстроятся в одну линию. Это многократно усилит магнитное притяжение и таким образом я надеюсь с помощью имеющегося на борту самолета оборудования, засечь точную локацию возможного источника излучения прото-молекул. Через три дня мы все возвратимся домой.

Пирсон поднялся со своего места.

– Пойду поговорю с нашим пилотом. Три дня, господа. Мне нужна ваша помощь всего на три дня…

Не дожидаясь ответа, он двинулся по проходу в сторону кабины пилотов. Джек посмотрел ему вслед, затем перевел взгляд на спящую Еву и наконец на Морония. Старик просто сиял от счастья и Джек понял, что его не имеет смысла спрашивать о согласии. Впрочем ни у кого из них сейчас не было выбора. Вариант с покиданием самолета не рассматривался, а потому им всем предстояло долететь до останков заброшенной базы и помочь ученым развернуть свое оборудование. Занесла же нелегкая!

Джек еще раз взглянул на спящую девушку и тоже прикрыл глаза. Это был очень тяжелый день, а впереди похоже его ждал арктический отпуск. Выспаться и восстановить силы было сейчас лучшим решением.

Глава 7. Ледовый континент

Посадка вышла довольно жесткой. Сильнейший боковой ветер бросал тяжелый транспортный самолет из стороны в сторону словно щепку, а снежная вьюга превратила окружающее пространство в сплошную непроглядную мглу. Пилот заранее предупредил о необходимости накрепко пристегнуться к своим сиденьям, но это не помогало – пассажиров болтало так, будто они оказались внутри гигантской электрической кофемолки. Джек уперся подошвами ботинок в пол и вцепился в подлокотники своего кресла, стараясь найти хоть какую-то точку опоры. Вглядываясь в мельтешащие тысячами снежинок клубы серых облаков по ту сторону стекла иллюминатора, он слушал натужный рев двигателей и понимал, что шансов выжить при такой посадке у них практически не было.

Вынырнув из зоны облачной турбулентности, самолет внезапно оказался буквально в нескольких десятках метров от ледяной поверхности. Под ними на огромной скорости проносились белые торосы и огромные глыбы темно-синего льда, каждая из которых была размером с двухэтажный дом. С таким же успехом можно было пытаться приземлиться на голые скалы. Стоун даже не сразу сообразил, что интуитивно пытается разглядеть признаки посадочной полосы, но её здесь не было по определению.

Или всё же была? Самолет с трудом поднялся чуть выше, качнул крылом, и накренившись на левый борт, начал описывать небольшой полукруг. За покрывшимися инеем стеклами овальных окон пассажирам внезапно открылась тягучая свинцово-серая поверхность океана, испещренная льдинами всевозможных размеров. На волнах блеснуло невесть откуда проглянувшее сквозь снежные тучи желтое солнце, затем самолет снова выровнялся, и ощутимо клюнув носом вниз, резко пошел на посадку. Послышался звук открывшегося снизу трюма, пилот выпустил шасси, и Джек вновь увидел стремительно надвигавшуюся на них поверхность земли. Каким-то непостижимым образом среди тысяч замерзших наслоений льда вдруг показалась узкая полоска относительно ровной поверхности и самолет буквально обрушился на нее, словно коршун на кролика. Снизу послышался гулкий удар и корпус ощутимо тряхнуло когда шасси коснулось занесенной снегом поверхности. Пилот словно потрогал колесами грунт на ощупь и через мгновение снова взмыл в небо. Быстро описав небольшой круг, он вновь пошел на посадку. На этот раз это уже не был пробный заход и шасси плотно соприкоснулось с грунтом, цепляясь за него в попытке обрести твердую основу. Фюзеляж содрогнулся и заскрежетал, испытывая на себе все неровности и перегрузки. Очевидно, что сцепление колес с ледяной поверхностью было не таким хорошим как с обычной бетонной полосой, и корпус самолета оказался словно в лихорадке – его трясло и потряхивало на сотнях больших и малых кочек. Снизу доносились гулкие удары о поверхность, хлопки и треск лопавшихся под шасси кусков льда. Джек ожидал, что колеса лайнера вот-вот отвалятся и они упадут на брюхо или того хуже – зачерпнут крылом снежную кручу, но то что он увидел в реальности было многократно хуже.

Через иллюминатор было хорошо видно, что самолет идет юзом. Сейчас он несся на огромной скорости прямо в сторону гигантской ледяной горы и никак не мог затормозить на скользкой поверхности. Крыло ощетинилось выпущенными закрылками, пришли в движение элероны, двигатели натужно заревели обратной тягой, но всё это не помогало. Снежная гора приближалась с такой скоростью, что мозг непроизвольно начал отсчет секунд оставшихся до столкновения. Пять, четыре, три, две, одна…

Джек зажмурился и прикрыл голову руками. Вряд ли это поможет при взрыве топлива от столкновения с такой громадиной, но инстинкт самосохранения всё равно взял верх. Задержав дыхание, он приготовился к удару, затем его тело резко вдавило в стену и он почувствовал как самолет заваливается на бок, двигатели взревели и…

Наступившая тишина оглушила всех присутствовавших своей внезапностью. Открыв глаза, Стоун увидел, что пилот совершил чудо и непостижимым образом развернул корпус самолета почти на девяносто градусов, остановив его всего в нескольких метрах от скального выступа. Если бы это была машина, то Джек мог бы смело утверждать, что это был классно выполненный полицейский разворот. Но развернуть лайнер?! Это было непостижимо.

Через мгновение двигатели вновь ожили и транспортник медленно пришел в движение. Подпрыгивая на кочках, он проехал небольшое расстояние в сторону видневшейся невдалеке открытой воды, затем развернулся на месте, занимая нужное пилоту положение, и наконец замер. В полной тишине было слышно учащенное дыхание Морония, который скрючившись сидел в своем кресле, поджав под себя ноги и сложив руки на груди. В такой позе он был похож на свернутый эмбрион, но не человека, а какого-то червяка. Впрочем, Джек тут же прогнал от себя эту обидную мысль, осознав что его собственные пальцы рук буквально задеревенели, впившись до побеления в серые кожаные подлокотники кресла. Можно было поклясться, что каждый из них пережил дикий стресс в эти несколько минут.

Тишину прервал раздавшийся под потолком мелодичный звук и затем голос пилота Джимми бодро произнес:

– Дамы и господа, с божьей помощью мы приземлились в аэропорту Антарктиды. Температура за бортом минус тридцать пять градусов по Цельсию, скорость ветра не меньше 30 метров в секунду, так что по ощущениям там будет гораздо холоднее. Видимость паршивая, да и место судя по всему тоже. Благодарим вас за то, что выбрали нашу авиакомпанию.

Пилот отключился и справа послышался щелчок отстегиваемого ремня и немного ворчливый голос Пирсона, вылезавшего из своего кресла:

– Шутник, твою мать! Ты нас всех чуть не угробил, но я люблю тебя, Джимми. – Кайл пошатываясь стоял в проходе, держась за спинку соседнего кресла. Он повысил голос и прокричал в сторону кабины пилота. – Слышишь меня, Джеймс?! Я люблю тебя! Мы все тебя любим!

– Мы что живы? – спросил Мороний, только теперь открывший глаза и смотревший на Пирсона, так словно видит его впервые в жизни.

– Да, друг мой, насколько я могу судить вы выглядите абсолютно живым. Джимми – прекрасный пилот, он просто бог авиации!

Пирсон находился в великолепном расположении духа и ему не терпелось поскорее выйти наружу. Он быстро прошел по салону в сторону грузового отсека и скрылся за дверью. Джек услышал как Мороний, поднимая с пола упавшие желтые очки, что-то пробухтел про свое отношение к богам авиации и чудо-молекуле Пирсона вместе взятым, а доктор Краун поднялась со своего места и быстрыми шагами направилась в сторону уборной комнаты. Вероятно, женщина даже в таких обстоятельствах хотела убедиться, что выглядит достойно. Впрочем, если у нее есть другие причины посетить туалет, то после такой посадки Джек не мог её винить за это. Немного облегчиться сейчас не помешало бы и ему самому.

На этой мажорной мысли Стоун поднялся и двинулся по проходу следом за Пирсоном.

***

Переодевшись в грузовом отсеке в специальную экипировку, все члены экспедиции теперь выглядели как одна спортивная команда. Красивые ярко-оранжевые куртки с меховыми капюшонами и крупными логотипами Акорпа на спине делали их похожими друг на друга и Джек отметил, что Пирсон заранее заказал каждому комплект одежды подходящего размера. Недовольным был только антиквар Мороний, который то ли еще не отошел от сумасшедшей посадки, то ли действительно никак не мог подобрать меховые унты по размеру своей ноги.

– Простите, Мороний, но мы не знали, что вы полетите с нами. Полагаю, надев вот этот комплект дополнительных носков, вы почувствуете себя достаточно комфортно.

Старик почти вырвал из рук Пирсона протянутые ему шерстяные носки и недовольно бурча что-то невразумительное себе под нос, плюхнулся на скамейку. Тем временем Кайл продолжил свой инструктаж:

– Друзья, судя по всему нам невероятно повезло и Джимми несмотря на ужасную видимость удалось-таки найти старую заброшенную посадочную полосу. Это означает, что мы сейчас находимся примерно в километре от входа в пещеру, где как мы думаем должны располагаться остатки базы. Команда сопровождения останется здесь, чтобы осмотреть самолет после посадки, подготовить наземный лагерь и развернуть спутниковую связь с головным офисом. Мы же не теряя времени отправимся к немецкой базе и осмотрим её. Основную часть пути мы сможем преодолеть на нашем мотовездеходе с санями, но дальше придется идти пешком. По моим оценкам нам придется пройти по открытой местности не более получаса. Тем не менее, не смотря на то, что снежная буря несколько поутихла, ветер всё же остается довольно сильным. Поэтому я прошу всех вас соблюдать меры предосторожности и шагать строго в указанном мною порядке, не отклоняясь от маршрута. Если кто-то из вас выпадет из саней или потеряется по дороге, то возможно мы попросту не сможем найти его при таких погодных условиях.

– Хорошенькое начало…, – вновь послышался голос Морония, который наконец справился с пряжкой своего мехового сапога и теперь крутил в руках шапку, стараясь определить где находится перед.

– Сейчас я выдам каждому из вас пистолет. Если увидите белого медведя – стреляйте в воздух.

– В Антарктиде не водятся белые медведи, – пробурчал антиквар, вставая и подходя к остальной группе. – Даже школьники знают, что arcticus на латыни означает «медведь», а следовательно anti-arcticus, то есть «антарктида» означает их полное отсутствие. Им здесь попросту нечем питаться…

– Верно, друзья! – Кайл широко улыбнулся и посмотрел в лица людей из своей группы технической поддержки. – Профессор абсолютно прав и я признаю свою шутку про медведей несколько неуместной – мне хотелось немного разрядить обстановку. Пистолеты вам нужны не для защиты, а для самоуспокоения. Потерялся – выстрели в воздух.

– Успокоили… Потерялся – значит мертвец! – вновь подал голос не на шутку разозленный старик. – Я скажу как будет на самом деле. С наступлением темноты температура резко опустится на несколько десятков градусов. На таком ветру это означает, что через час тебя ждет обморожение, через два ты – труп!

– И вновь верно, хоть и несколько мрачновато! Так что лучше слушать меня внимательно и не теряться. Каждый из вас знает свою задачу, поэтому если вопросов нет, то сейчас я открою люк и мы выйдем наружу.

– Вопрос лишь в том, почему нельзя подождать внутри самолета пока не утихнет буря?! – с вызовом произнес Мороний, глядя на остальных.

– Ответ прост. Здесь нет метеостанции, а значит мне трудно сказать утихнет ли она в ближайшее время в принципе. Снежные бураны в этой местности появляются так же внезапно, как и исчезают. Возможно, метель прекратится уже через пять минут, а возможно через пять дней. Но как вы знаете, у нас нет пяти дней! Кроме того, если мы пробудем здесь столько времени, то скорее всего наш самолет покроется толстой коркой льда и тогда есть риск не суметь выбраться отсюда вовсе. Если хотите, Мороний, то можете остаться внутри…

– Еще чего! Остаться в живых после всего что с нами было, прилететь в Шамбалу и отсиживаться в самолете, пока вы будете исследовать столь редкие места – нет уж! Я просто имел в виду, что…

Его слова потонули в свистящем вое ветра, который ворвался внутрь, когда Кайл нажал крупную кнопку на стене. Аппарель грузового отсека с низким гулом начала медленно опускаться вниз, открывая вид на безбрежные просторы белой пустыни, границы которой размывались в мельтешащей серой массе косого снега. Как только платформа опустилась и замерла на месте, снег крупными хлопьями принялся усеивать трап, образуя замысловатые узоры на его стальной поверхности.

– Всё, парни! Вперед, за мной. Погнали!

Кайл первым соскочил в рыхлый снег, тут же увязнув в нем по щиколотку. Один из техников запрыгнул в кабину небольшого двухместного вездехода и уже через несколько секунд грузовой трюм окутался сизыми клубами дизельного выхлопа. Бронированная машина на воздушной подушке пришла в движение и мягко соскользнула вниз. Оказавшись на снегу, вездеход закружил на месте, выравнивая и расчищая от снега широкую площадку перед грузовым трюмом. Двое других мужчин ухватились за поручень огромных саней и принялись сталкивать их следом. Полозья примерзли к покрытым изморозью металлическим пластинам днища грузового отсека, и сани стояли намертво, словно приклеенные к своему постаменту. Джек подошел к техникам и ухватившись за металлическую решетку невысокого борта изо всех сил нажал на нее. Послышался щелчок и легкий хруст. Поначалу сани двигались медленно, шурша своими полозьями по металлу, но затем они добрались до наклонной поверхности люка и тогда груз, лежавший внутри них, помог им набрать инерцию. Они начали двигаться всё быстрее и быстрее, и в какой-то момент Джеку пришлось просто запрыгнуть внутрь саней, чтобы не отстать от них. Выкатившись на открытое пространство, он был вынужден зажмуриться и сразу натянуть на лицо огромные защитные очки. Белая пустыня слепила его глаза, а острые снежинки больно захлестали по коже лица, словно сотни маленьких лезвий.

Сбоку подошел Кайл и толкнул Джека в плечо, чтобы привлечь его внимание. Свист колючего ветра и рокот вездехода, прогревавшего двигатель, не давали возможности расслышать его слова. По лицу Пирсона было видно, что им всё еще владеет почти детский восторг от предстоящего приключения. Он протянул Джеку серебристый тюбик и круговым жестом показал, чтобы тот намазал лицо. Принюхавшись к тюбику Джек слегка поморщился. Смазка резко пахла животным жиром, смешанным с едкой жидкостью, но Стоун еще в армии привык не раздумывать в таких ситуациях. Густо выдавив пахучую жидкость на ладонь, он широкими движениями размазал её по лицу, стараясь не заляпать темные очки. Его щетина на подбородке за последние дни превратилась в некое подобие короткой бороды, и сейчас ему подумалось, что это скорее было плюсом, чем недостатком.

Кайл натянул оранжевый капюшон и склонившись от ветра что-то проговорил в небольшую рацию, висевшую у него на шее – из самолета вышли Ева и Мороний. Позади них рабочие уже спускали по трапу большие деревянные ящики на салазках, работа кипела и Джеку захотелось быть хоть чем-то полезным для остальных. Он подошел к Кайлу и прокричал сквозь ветер:

– Им самим не вытащить эту штуку! Надо помочь!

– Нет! – прокричал Кайл, одновременно жестами указывая Моронию и Еве, чтобы они забирались в сани. – Нам надо идти! Сейчас техники освободят лебедку и дело пойдет быстрее. Поверьте, мы хорошо подготовились. Действуем по плану! Нам надо вернуться к самолету до темноты!

Он попытался сказать еще что-то, но перекричать набежавший порыв ветра не удалось. В лицо Джеку прилетела целая охапка снега, словно кто-то намеренно бросил в него большой снежок. Смахнув её с лица, детектив рефлекторно прожевал колючий снег, отметив как на зубах заскрипели хрустящие ледяные снежинки. Буран вновь усиливался. Сани уже прицепили к вездеходу и Кайл уселся рядом с водителем, указывая ему нужное направление. Джек запрыгнул внутрь саней и постарался сесть на самое дно, где в широкой щели между тюками и ящиками со снаряжением уже забились старец и доктор Краун. Джек даже не успел как следует расположиться, когда вездеход рывком рванулся вперед. Сани дернулись следом и Стоун буквально упал сверху на Еву, придавив её своим могучим телом. Экспедиция началась.

***

Как и говорил Пирсон, буря стихла столь же внезапно, как и началась. Изнутри изрядно занесенных снегом саней Стоун наблюдал за бескрайними ледяными просторами вокруг них. Сейчас они скользили по широкому ледяному плато в сторону высокой коричневой скалы, которая словно большая подкова опоясывала равнину с севера. Её высокие белые пики высились над равниной, протыкая серое небо своими искрящимися на солнце ледяными шпилями.

Внезапно справа послышался оглушительный грохот, напоминавший раскаты грома, и развернувшись, Джек увидел как огромный кусок льда размером с пятиэтажный дом с хрустом откололся от одной из стен и полетел вниз, на ходу разваливаясь на огромные глыбы льда. Вероятно, именно о таких явлениях и говорил Пирсон когда рассказывал о том, как им удалось найти вход в немецкую базу.

Экипировка оказалась довольно теплой, но люди в санях тем не менее молча прижимались друг к другу, сбившись в маленькую плотную кучку. Джек приспособил небольшой кусок брезента в качестве тента и таким образом им удалось хоть немного ослабить влияние пронизывающего ветра, который норовил пробраться внутрь даже через самые крохотные щели. Чем ближе они подъезжали к основанию горы, тем больше им попадалось осколков гигантских ледяных глыб, которые усеивали собой равнину у её подножия. Вездеход петлял из стороны в сторону, пытаясь лавировать между осколками белого и синего льда, но вскоре всё же был вынужден остановиться.

Джек, Мороний и Ева не спешили выбираться из своего укрытия, а потому Кайлу пришлось забраться в сани, чтобы подать им сигнал к выходу.

– Мы приехали, парни! – радостно прокричал он. В принципе ветер почти стих и нужды в крике уже не было. Поэтому он перешел на обычный голос. – Выбирайтесь наружу! Дальше дорога только пешком. К сожалению, мы не смогли доехать до назначенной точки, поэтому я предлагаю оставить часть снаряжения здесь и отправиться на разведку налегке.

– Разумно, – ответил ему Джек, ловко выпрыгивая наружу и подавая руку сначала Еве, а затем Моронию.

– Майкл останется здесь и может быть попробует отыскать путь между скал. Если это получится, он поедет нам навстречу. Если нет, то будет ждать нас здесь.

– Что берем с собой? – поинтересовалась Ева.

– Вы возьмите с собой рюкзак с провизией, Джеку я отдам вот это, а Мороний понесет часть нашего оборудования. Да, и собаку наверное тоже прихватим с собой…

– Собаку?! – удивился антиквар.

Пирсон лукаво подмигнул остальным и сбросил кусок брезента с поклажи. Под ним оказался тот самый шагающий робот, которого Джек уже видел раньше в одной из лабораторий Атлантиса. Кайл щелкнул тумблером на корпусе собаки и она, нелепо вытянув ноги, встала. Нажав что-то у себя на поясе, глава корпорации перевел робота в режим дистанционного управления и безголовое существо, забавно перебирая конечностями, пошло в его сторону.

– Иди сюда, мой хороший, – сказал Кайл обращаясь к железному псу.

В реальности робот-собака была довольно крупной и размером скорее напоминала ослика или пони без головы. Пирсон потрепал подошедшего робота по гладкой белой поверхности цилиндрического туловища. Вряд ли она нуждалась в подобном обращении, но такова уж природа людей – наделять машины человеческими свойствами.

Пирсон взвалил на спину робота два увесистых тюка, при этом ноги механического осла глубже ушли в снег и внутри него что-то зажужжало, балансируя металлическое тело и приводя его в соответствие с показаниями встроенных гироскопов. Джек с сомнением посмотрел на то, как нелепо робот топтался на месте, покачиваясь словно пьяный.

– Не обращайте на него внимания, – Кайл заметил недоверчивый взгляд Стоуна. – Собаке нужно некоторое время, чтобы адаптироваться в пространстве и сформировать математическую модель окружения и свойств грунта. Сейчас его нейросеть собирает необходимую информацию и анализирует её. Через несколько минут он освоится.

– Господи, куда я попал! – громко прошептал Мороний. – Кто бы мог подумать, что я окажусь на Южном полюсе среди чудаков и роботов, идя черт знает куда! О, боже!

Джек улыбнулся, взваливая за спину тяжеленный рюкзак с оборудованием, которое ему дал Кайл. Он подумал, что очевидно себя чудаком Мороний вовсе не считает.

***

Группа из четырех человек медленно шагала по кромке ледяного тороса, всё выше забираясь в гору. Здесь идти было немного проще, потому что постоянно дующий с моря ветер не давал возможности снегу накапливаться и сбрасывал его в расщелину снизу. Первым шел Пирсон, который ориентировался на показания своих приборов, за ним шла доктор Краун, потом Джек, Мороний плелся следом. Метрах в десяти за ними шагал механический ослик, который несмотря на то, что перебирал своими конечностями весьма забавно и как-то не вполне естественно, тем не менее передвигался вполне уверенно и шустро, несмотря на свою тяжелую поклажу. Похоже, что Кайл был прав когда говорил, что его робот освоится даже в этих условиях. Все уже вполне свыклись с его мерным жужжанием позади и легким цоканьем металлических копыт по ледяной корке.

Впрочем они также свыклись и с бесконечными рассказами Морония, который словно Паганель из книги о приключениях детей капитана Гранта постоянно сыпал цитатами из разных книг и потчевал окружающих небылицами и различными байками.

– А вы знаете, Джек, что в свое время базу 211 пытались разбомбить и полностью уничтожить? Вон те занесенные снегом округлые кратеры внизу, вполне могут быть следами воронок, оставшихся с тех времен… – запыхавшись произнес Мороний, нагнав Стоуна и показывая ему рукой в теплой рукавице вниз.

– Да, и кто же пытался её бомбить? Русские наверное..

– Нет, что вы! Это были вовсе не русские. Я говорю вам об операции «Хай джамп»! – вдруг радостно сообщил Мороний, довольный тем что может в очередной раз блеснуть своими познаниями.

– Вообще-то ей предшествовала операция «Табернал», – сказал Пирсон, убирая планшет в карман. – Вы о ней вряд ли слышали, потому что она была засекречена.

– Почему же не слышал, – несколько обиженно произнес антиквар. – Эту операцию проводили англичане в 1945 году.

– Нам идти еще около получаса. Так что, полагаю ваш рассказ может скрасить это ледяное безмолвие. Только под ноги смотрите!

Джек на ходу подхватил поскользнувшегося букиниста за локоть и поставил его на ноги. Увлеченный своими мыслями Мороний никак не хотел шагать след в след, как это предписывала инструкция, а упорно хотел поравняться с Джеком, чтобы тот его лучше слышал. Для себя он уже давно понял, что ни Ева Краун, ни Кайл Пирсон не являются благодарными слушателями его фантастических рассказов.

– Да, спасибо. Благодарю вас, тут чертовски скользко, а в этих очках я вообще мало что вижу. – Мороний стряхнул шапку снега с мехового канта своего капюшона и слегка запыхавшись продолжил прерванный рассказ. – Так вот, после окончания войны англичане справедливо полагали, что в Антарктиде могли сохраниться остатки германских войск. Дело в том, что у англичан здесь тоже была своя база, Модхейм. Она находилась в 320 километрах от хребта, по которому мы очевидно сейчас карабкаемся наверх, и была самой близкой к Базе-211. Однажды мне довелось читать документ, в котором говорилось что еще раньше, в 1944 году, обитатели Модхейма случайно наткнулись на странный тоннель, который имел явно рукотворное происхождение. Тогда из Лондона немедленно поступил приказ исследовать его и, если там обнаружатся немцы, то уничтожить их. Однако та операция закончилась полным провалом и из тридцати человек, участвовавших в ней, уцелели лишь двое.

– А что стало с остальными? – спросил Джек.

– Это неизвестно. Говорят вскоре после начала операции британский радист на Фольклендах услышал отчаянный крик: «Они нашли нас!» и после этого рация перестала отвечать на запросы. Ох, чтоб тебя! – Мороний вновь запнулся о кусок льда, и нелепо взмахнув руками, грохнулся на колени. Однако на этот раз он довольно проворно вскочил на ноги без посторонней помощи, и отряхивая штаны от снега, как ни в чем не бывало продолжил свой рассказ: – Поэтому в 1945 году операцию по зачистке решили повторить – это и была операция «Табернал», о которой упомянул господин Пирсон, который очевидно как всегда знает гораздо больше, чем говорит нам. Ну, да ладно. Командиром новой группы был назначен майор, настоящего имени которого никто не знал. Подготовку британских коммандос в суровых зимних условиях готовил норвежец, участник норвежского сопротивления. Был в том отряде и свой ученый, который проходил подготовку наравне со всеми. После месяца напряженных тренировок участников экспедиции, наконец, посвятили в её цели. Британцам предстояло найти немецкую базу в районе гор Мюлиг-Гоффмана.

Джек остановился на мгновение, чтобы поправить свой рюкзак. Оглянувшись назад, он увидел мрачное свинцовое небо и предположил, что вскоре очередная снежная буря может захлестнуть их группу. Если это произойдет здесь, на краю острой ледяной кромки, то им будет точно не сдобровать. Робо-пёс Кайла может быть и переживет падение вниз с такой высоты, а вот людям точно ничего хорошего не светит. Он посмотрел на поземку, которая уже начала виться вокруг его ног, достигая щиколоток и грубо сказал:

– Послушайте, Мороний, вы не могли бы идти быстрее?! Из-за вас группа рискует не успеть добраться к проходу до бури.

– А, причем тут я? Я нормально иду, как все. Это… это собака идет последней, – как-то по-детски сказал старик, указывая рукой на пса, который шкрябал копытом по ледяной корке, пытаясь зацепиться за поверхность и при этом не опрокинуться на бок. Впрочем, он почти тут же перешел от оправданий к продолжению интересовавшей его темы: – И вот представьте себе, когда участников операции «Табернал» выбросили в 30 километрах от Модхейма, то произошло немыслимое – им удалось обнаружить одного из членов первой группы! Этот человек рассказал членам экспедиции об огромной подземной пещере, в которой нацисты оборудовали свою базу, и вход в которую удалось найти лишь потому, что располагался он в одной из высохших долин Антарктиды. Когда их группа прошла по тоннелю больше 20 километров, она очутилась в громадной пещере. Там было тепло и, что самое удивительное, светло. Видимо, пещера обогревалась геотермальными водами из нескольких озер, одно из которых вполне могло сообщаться с океаном. А если пещера была связана с океаном, то это было идеальное место для стоянки немецких подводных лодок. Так оно и было. К сожалению, охрана базы заметила непрошенных гостей, и между ними завязался бой. Ввиду численного перевеса немцев он оказался коротким. Британских полярников, оставшихся в живых после боя, немцы расстреляли.

– Всех? – спросил Джек.

– Да, погибли абсолютно все! – для убедительности Мороний разгоряченно закивал головой.

– А кто же тогда рассказал эту историю? – со смехом произнес Джек, и все включая Еву и Кайла, которые всё это время молча слушали старика, рассмеялись.

Мороний обиженно замолчал, впрочем ненадолго. Вскоре он вновь запнулся и упал, и на этот раз Джек не успел поймать его за рукав куртки. Соскользнув вниз, антиквар полетел в сторону широкой расселины, на ходу набирая скорость и осыпая проклятиями ледяную долину. Веревка, при помощи которой он был привязан к Стоуну, натянулась и резко дернула Джека вниз. Порыв ветра довершил начатое, и потеряв равновесие бывший полицейский полетел следом за букинистом.

Выхватив из петли на поясе ледоруб, Джек с размаху ударил им по склону, но кроме снопа светящихся ледяных брызг ничего не произошло. Сила притяжения стремительно тянула его книзу, швыряя из стороны в сторону, и Джек с трудом успевал уворачиваться от острых скальных выступов. Быстро приняв решение, Стоун отщелкнул пряжки тяжелого рюкзака, и почувствовав избавление от ноши еще раз с силой попытался вонзить острие ледоруба в белую плоть. Широко раскинув ноги и руки, он скользил вниз, надеясь что бороздящее снег лезвие топора хоть как-то сможет затормозить его падение.

Нога чиркнула по поверхности камня, но соскользнула, однако Джек успел схватиться левой рукой за темную поверхность выступа. Правая намертво сжимала рукоять ледоруба. Движение остановилось, но в то же мгновение тело Морония перелетело через край расселины и рухнуло вниз с отвесной скалы. Веревка дернулась и больно врезалась в пояс Джека. Детектив заскрежетал зубами от напряжения, стараясь удержать их обоих на склоне.

– Режь! Режь его скорее! – прокричал сверху Кайл, имея в виду, что если Джек не отрежет веревку, которой тот был связан с Моронием, то антиквар утянет их обоих в ледяную пропасть.

– А-а-а-а! – слышался снизу истошный крик старика, который болтался на другом конце троса и был вне себя от ужаса.

Здравое зерно в предложении Пирсона, конечно же, было – один погибший лучше, чем два. Но даже если бы Джек и смог принять такое решение, то выполнить его он всё равно бы не смог. Обе его руки в этот момент были заняты тем, что удерживали вес двух мужчин и достать из кармана нож в такой ситуации было просто невозможно.

Снизу продолжали слышаться истошные вопли Морония. Веревка ходила ходуном и дергала Джека за талию в такт паническим телодвижениям антиквара. Ледоруб предательски сдвинулся с места и плавно заскользил вниз. Джек заорал:

– Мороний, вашу мать! Прекратите дергать веревку, иначе клянусь вы погубите нас обоих!

– Вы не отрежете меня?!

– Отрежу! Если вы дернетесь еще хотя бы на миллиметр – я отрежу вас через секунду!

Веревка тотчас же замерла на месте и наступила полная тишина. Джек посмотрел на свою левую руку, которой он держался за темный край камня, выступавшего из под снега, и приняв решение, отпустил ледоруб, ловко перебросив правую руку также на край камня.

– Джек! – прокричал Пирсон сверху. – Джек, если ты сможешь протянуть левую ногу в сторону на полметра, то сможешь её поставить на зацепку! Я тебя хорошо вижу отсюда. Не волнуйся, я скоординирую тебя. Да, так! Тянись, еще немного!

Джек изо всех сил пытался дотянуться до выступа, о котором говорил Кайл. Это было чертовски трудно, потому что правая нога заплелась в веревке, удерживавшей Морония, и тянула его вниз. И всё же ему удалось самым кончиком носка ботинка зацепиться за что-то, торчавшее из снега и нащупать точку опоры. Перебирая руками вдоль широкой кромки камня, Джек сместился налево и теперь уже мог поставить обе ноги на свою опору. Теперь нужно было как можно быстрее избавиться от веревки, которая тянула его вниз, потому что в любую секунду резкий порыв ветра мог нарушить хрупкое равновесие, сбросив свою жертву в пропасть.

Не разжимая рук, Джек склонил голову набок и внимательно осмотрел уступ на котором стояли его ноги. Это была узкая, шириной не больше двадцати сантиметров полоска… металла. Да, черт возьми! Это была самая настоящая полоса ржавого металла, впрочем довольно толстого словно железнодорожный рельс. Детектив присмотрелся к ней внимательнее и был просто поражен своей находкой. Это действительно был кусок железнодорожного рельса, торчавший прямо из ледяной стены!

Оценив ситуацию, Стоун разжал одеревеневшие от напряжения кисти рук и в тот момент, когда обе его ступни плотно соприкоснулись с металлической поверхностью, он присел и успел накинуть один виток веревки вокруг рельса. Трос на мгновение дернулся, но тут же замер, в то время как Джек испытал неимоверное облегчение – вес Морония теперь покоился не на его талии, а через петлю передавался стальному брусу. Так было гораздо легче!

– Джек! – снова прокричал сверху Пирсон. – Джек, здесь поднимается снежная буря! Я тебя практически перестаю видеть! Ты слышишь меня?! Как ты там, Джек?

– Всё в порядке!