Лето не вечно

– Это было удивление?

– Не совсем. – Ульяна покачала головой. – Умножай на сто или двести. Марго была потрясена.

– А что Кружилиха?

– Та просто ушла. Никакой реакции.

Богданов взглянул на Ульяну и уже открыл было рот, чтобы высказать догадку, но та опередила его:

– Похоже, они знакомы.

– Тогда это нужно как-то проверить.

– Дай время. – Ульяна сделала вид, будто она имеет козырную карту, но придержит ее до поры до времени.

Богданова это не устроило.

– Поговори с Марго! Или давай я поговорю. Думаю, мы ее расколем.

– Прошу тебя, подожди, – повторила Ульяна. – Я все сделаю. Обещаю.

– Ну как знаешь.

Ульяне показалось, что он отстранился. Поймав обиженный взгляд, она похлопала его по коленке и спросила:

– Есть что-то новое?

Он уточнил:

– В деле коллекционера?

– Ну да.

– Сосед Качалина вспомнил, что Конюхов подъезжал к дому на машине и заходил в подъезд. Соседка по площадке видела в глазок, как Конюхов заходил в квартиру коллекционера, дверь открывал сам Качалин. Но это было больше недели назад.

– Как располагается дверь той соседки? – поинтересовалась Ульяна.

– Как раз напротив квартиры Качалина.

– Как же она разглядела лицо Конюхова?

– Я тоже спросил об этом, – усмехнулся Богданов, и в его голосе прозвучали нотки одобрения. – Эта любопытная особа сказала, что увидела Конюхова еще на лестничном марше, когда тот обернулся.

– Похоже, она не отлипает от дверного глазка.

– В нашем деле такие люди бесценны.

– Больше ничего не рассказала?

– Есть кое-что… – признался Богданов, и Ульяна непроизвольно подалась вперед.

– Ну?

– Тем вечером, когда убивали коллекционера, ее глазок залепили пластырем.

– Какая досада! Впрочем, в подобных случаях преступники так и поступают. Пластырь сохранился?

– Нет, она его выбросила.

– Послушай… – Ульяна замолчала, словно подыскивая нужные слова или решая, стоит ли говорить. – А может, он просто сбежал? Я про Конюхова. Наломал дров или кого-нибудь испугался и решил залечь на дно.

Богданов мрачно заметил:

– Я бы на его месте сбежал на машине, так, знаешь ли, проще. И телефон бы точно не выбросил, в лучшем случае купил бы левую симку.

– Да, сморозила глупость, – призналась Ульяна.

– Тебе простительно. – Богданов накрыл ее руку своей. – С тобой это случается крайне редко.

– Интересно, почему Конюхов не передал коллекционеру плитки, которые лежали в багажнике? – Спросив, она осторожно высвободила руку.

– Наверное, не успел.

– Преступник их тоже не забрал. Значит, на тот момент плитки его не интересовали. Однако совершенно очевидно, что они интересовали Качалина.

– Значит, имеют какую-то ценность. Если не художественную, то…

– Информационную? – предположила Ульяна. – Мне кажется, что истина где-то близко. Рано или поздно убийца Качалина до нее докопается.

– Но мы должны докопаться быстрее. – Богданов вытащил из кармана телефон и начал перелистывать пальцем фотографии, которые прислал Усачев.

Склонившись к нему, Ульяна смотрела на монитор. Богданов листал снимки, ускоряя темп.

– Погоди. – Она сама вернула предыдущую фотографию. На ней свет от настольной лампы высветил на плитке подобие борозды или рельефа. – Что это?

– Какая-то неровность.

– Откуда она взялась? Почему?

– Сама же сказала: плитки бросовые, куплены по дешевке. Отсюда и брак. – Богданов убрал телефон и убежденно проговорил: – Я уверен, что помимо этих плиток есть что-то еще. Вспомни содержание записки.

Ульяна процитировала: «Следующей ночью, после двенадцати, все положишь под голову».

– И это явно не плитки.

– Под голову… – задумчиво повторила она. – Какая-то ерунда. Думаешь, что преступник имел в виду?

– Все что угодно, о чем мы не знаем.

– Надо бы покопаться в архивах.

– Зачем?

– Неужели не понимаешь? Все крутится вокруг усадьбы Тишь-на-Тоске. Может быть, в архиве мы найдем ту веревочку, за которую можно потянуть.

– Это не по моей части, – решительно заявил Богданов. – Я привык опираться на реальные факты и тянуть за другие веревки.

– А я все же попробую, – проговорила она. – Для начала переговорю с архитектором, он уже работал в архиве.

– А вот с этим попрошу аккуратнее!

– Не беспокойся.

Глава 9

Болевой шок

Ульяну разбудил громкий стук. Она вскочила с кровати, метнулась к двери. Открыв ее, увидела на пороге Надежду. В руках у той был коричневый бумажный пакет и два стаканчика кофе.

– Надя? – изумилась Ульяна. – Почему не позвонила, что приедешь?

– Я звонила и, между прочим, уже долго стучу, – ответила та и по-хозяйски прошла в гостиную.

– Сколько сейчас времени? – спросила Ульяна.

– Половина двенадцатого.

– Не может быть! – Она взяла со стола телефон и, взглянув на экран, изумленно вскинула брови. – Десять неотвеченных вызовов!

Надежда внимательно посмотрела на подругу и спросила:

– С каких это пор ты спишь в одежде?

Только теперь Ульяне пришло в голову оглядеть себя. Так и есть – она заснула, не переодевшись в пижаму.

– Судя по всему, со вчерашнего дня.

– Очень на тебя не похоже, – удивилась Надежда и обеспокоенно спросила: – Что произошло?

– Ничего. Просто допоздна засиделась за работой. Архитектор прислал на утверждение проект реконструкции усадьбы и черновую смету расходов.

– Надеюсь, что ты не врешь, – кивнула Надежда и поставила на стол гостинцы.

– Только не тебе! – Ульяна крепко обняла подругу. – Рада, что ты приехала.

– Садись! – распорядилась та, достала из буфета тарелку и аккуратно переложила на нее круассаны.

Ульяна тут же взяла один, но получила по руке:

– Подожди! Скажи, когда ты научишься разделять работу и личную жизнь? – назидательно осведомилась Надежда и села напротив. – До ночи работаешь, потом засыпаешь в одежде, словно бродяжка.

– Как-нибудь научусь, – пообещала Ульяна и снова потянулась за круассаном.

– Когда планируешь начинать?

– Не скоро. Дело в том, что разделять пока нечего – личного нет.

– А как же оно появится, при таком образе жизни?

– Вопрос риторический. – Ульяна многозначительно подняла указательный палец. – Здесь все в божьих руках.

– Все шутишь? Говорила я тебе: надо было брать Богданова.

– А тебя не смущает, что он женат?

Надежда отвлеклась от завтрака и удивленно уставилась на Ульяну:

– Так ты ничего не знаешь?!

– Не знаю чего?

– Они с женой не живут вместе, подали заявление на развод.

– Откуда ты знаешь?

– Не забывай, что я жена генерального директора и мы живем в небольшом городе. Информация поступила из нескольких проверенных источников.

Ульяна сделала вид, что ей неинтересно, и перевела разговор на другую тему:

– С кем оставила моего племянника?

Лицо Надежды осветила улыбка.

– Няню вызвала. Все для того, чтобы приехать к тебе.

– Правильно сделала. Только, по-моему, раньше ты нянь не жаловала?

– И сейчас не жалую, но иногда припекает…

Ульяна заметила, что глаза подруги медленно наполняются слезами, и пересела ближе:

– У вас с Кириллом не ладится?

Надежда встрепенулась:

– Нет! Нет! Что ты! У нас все прекрасно. – Она выдержала маленькую паузу и продолжила: – У Кирилла все плохо.

– Т-а-а-а-к! – трагически протянула Ульяна. – С этого и надо было начинать. Говори, в чем дело.

– Пообещай, что поможешь! Я очень переживаю, просто места себе не нахожу. – Надежда взяла ее за руку.