Меж двух миров-1. Мир иной

— Прекрасный способ оправдать нежелание что-то делать, — добавила она уже своим обычным голосом. — А, ладно, мне два года осталось этой тягомотины, потом изберут другую.

Тут на лице Литии вдруг появилась ухмылка, и она вновь сменила тон, на этот раз на иронично игривый.

— А чего это ты интересуешься?! Учти, я за голема замуж не пойду!

В голосе Литии звучало праведное возмущение, явно наигранное. И Артём тоже ухмыльнулся, зная, что в полумраке Лития ничего не заметит.

— Да нет, это я просто так.

Как это ни печально, но Плохой уже давно пришёл к выводу, что его нынешнее тело вообще не способно исполнять подобные функции. Но думать об этом ему не хотелось.

— Давай лучше спать, — примирительно предложил он.

— Ага, давай.

Лития сладко, во весь рот зевнула. Но тут же не удержалась, что бы полюбопытствовать.

— Слушай, а големы действительно спят?

— Да, — Артём кивнул, забыв, что в темноте эльта вряд ли это заметит. — Однако сейчас сон мне нужен значительно меньше, чем раньше, в человеческом теле. Ты спи, давай, а я пока подежурю.

Вообще-то сон голема мало походил на человеческий. Никаких тебе сновидений и никакой неги. Больше всего это, пожалуй, походило на компьютер переходящий в режим ожидания. Он просто отключался на какое-то время. А потом сознание восстанавливалось полностью и мгновенно. Но распространяться об этом Артём не стал.

***************

Когда Легран вошёл в кабинет Аруджума его сюзерен и учитель сидел над начерченной на большой листе магограммой и что-то быстро чертил на другой бумажке помельче. Легран машинально вгляделся в сложную схему. Все эти квадратики, треугольники и кружочки, соединённые многочисленными линиями были ему хорошо знакомы. Легран сразу же понял, что его учитель изучает структуру заклинания для создания големов. Всё ещё пытается разобраться, — подумал любимый ученик Аруджума.

— Прошу прощения, господин, — негромко произнёс Легран.

Магир, наконец, поднял голову.

— Ну, что там? — произнёс он без всякого энтузиазма.

— Солдаты трижды прочесали зону их предполагаемого пути, но…

— Но никакого не обнаружили, — закончил за него Аруджум. — Собственно я и не сомневался.

Увидев не понимающий взгляд ученика, магир снизошёл до пояснения:

— Откуда мы собственно знаем, что они должны в этом месте быть?

По-видимому, это был вопрос и ученик ответил:

— Поступило сообщение, что болванчик проболтался одному дураку, который так и не сумел его захватить.

Аруджум едва заметно усмехнулся.

— О нет, только неболванчик, — проговорил он негромко, — только неболванчик Легран. Все его действия показывают, что на самом деле он очень умён. А теперь скажи, зачем этому умнику самому себя выдавать, да ещё оставлять в живых человека, при котором он яко бы так глупо проговорился? Ведь из всей остальной гопы, они на пару с эльтой живо сделали винегрет?

Легран застыл, до него, наконец, дошло.

— Вы полагаете?! — воскликнул он.

Гроссмейстер силы и светоч познания мрачно кивнул.

— Да, я его слишком долго недооценивал, но теперь хватит!

Аруджум говорил неспешно, почти не повысив голоса. Он явно собирался добавить что-то, но, кинув взгляд на ученика, прервался.

— Мне показалось, или ещё что-нибудь есть? — поинтересовался он.

Ученик кивнул.

— Поступили две ноты от соседей, которые запрашивают о причинах военных манёвров в непосредственной близости от их границ.

Магир хмыкнул, неожиданно весело.

— Это Громон и Лидрикс, конечно. Эти собственной тени боятся. Нужны они мне! Ладно, пошли приказ, что бы военные беготню прекратили, ни к чему уже.

— Но если они не в Броктон пошли, то тогда куда же? — вырвалось у Леграна.

— Пока не знаю, — протянул его учитель задумчиво, — лично я уже ничему не удивлюсь, даже если они пошли в Аквилон через чёрный лес напрямую. Мда, хорошо хоть Эльты ноты пока ещё не прислали. Судя по всему, они ещё не знают, кто именно похитил принцессу. Хотя мне почему-то кажется, что ждать осталось недолго. Но ладно, я тебя не за этим позвал. Взгляни сюда.

Аруджум указал на схему золочёной указкой.

— Вот здесь и здесь, вот эти две связки. Напрямую они не взаимодействуют, но, кажется, в состоянии вступить в непредусмотренный резонанс, образуя новую структуру.

Он взял второй, более мелкий листок.

— Вот здесь я набросал, видишь, что получается.

Легран быстро пробежал по листку глазами, анализируя запись. Так эйт пространства, эйт духа, эйт времени, ещё один эйт пространства. Да, любопытное сочетание. Но Легран никак не мог сообразить, что из этого следует. Вообще стихийно образовавшаяся связка больше всего походила на пустышку, но пустышка внимания учителя бы не привлекла. Если это был экзамен, то Легран его позорно заваливал.

Но Аруджум, похоже, был настроен достаточно благодушно.

— Ладно, кажется ты действительно не знаком с этим типом магии, да собственно и не должен его знать. На его применение наложен запрет даже среди магиров. Совершенно случайно у нас получился запрос в другое измерение, к существам его населяющим.

Легран тихо охнул.

— Мой господин, так вы полагаете…!

Он замолчал, не решаясь произнести вслух напрашивающуюся, в общем-то, мысль.

— Да, Легран, голем одержим. Мы случайно вызвали демона!

Часть 1: В бегах от чародеев. Глава 12: Озеро забвения

К полудню они вышли к небольшому озеру. Его окружали странные деревья, от стволов которых отходили вверх прямые ветви, каждая из которых заканчивалось крупным листом, похожим на лопух.

Словно стражи какие-то, — подумал Артём, — оглядывая их окружавшую озеро линию, — но что здесь можно охранять спрашивается?

Потом он более внимательно посмотрел на само озеро.

Солнце ярко освещало его поверхность, вот только это была совсем не вода. Озеро было заполнено некой желтоватой субстанцией похожей на желе или водянистый студень. Иногда с её дна всплывала группа пузырей, которые лопались с неприятным звуком. А на одном из участков поверхность вдруг начала вращаться, словно её неспешно помешивали огромной ложкой, однако процесс быстро прекратился.

— Мне здесь не нравится, — негромко произнесла Лития.

— Знаешь мне тоже, — вынужден был согласиться Артём. — Давай лучше уйдём и обойдём его стороной.

И в этот момент их позвали. Но это не был зов в обычном смысле этого слова, просто у обоих возникло вдруг ощущение, будто их ждут, озеро ждёт. Казалось, будто где-то там, совсем рядом находится компания беззаботных друзей, которая и их приглашает в свой круг. Они словно слышали весёлый разговор, идущий неподалёку. Вот только вершился он не словами.

В мозгу Артёма запульсировали видения. Он видел, как идут навстречу друг другу огромные армии. Со стороны одной из них сверкали готовые устремиться к противнику молнии, перед другой нарастали какие-то тёмные облака. Молнии ударяли в них и тут же гасли. А потом облака сами понеслись на противника.

Он был жрецом, поющим гимн давно забытому богу, вокруг находилась толпа верующих, неистово повторяющих каждое слово. Из бронзового кубка на алтаре со странной резьбой шёл зёлёный дым.

Он был путником, идущим по дороге среди полей. Кругом были спелые колосья ржи, они простирались до самого горизонта. А над ним летела птица похожая на сороку. Каким-то образом путник мог обозревать свой путь сверху, её глазами.

Видения менялись так быстро, словно перед глазами Артёма крутили калейдоскоп.

Будто во время дружеской пирушки собеседники рассказывают друг другу разные истории из своей жизни. Плохому даже казалось, что он слышит звон кубков. И эта компания приглашала присоединиться к этому беззаботному кругу и их с Литией. Артёма вдруг наполнил небывалый восторг: в этой компании можно было беззаботно пировать, забыв все невзгоды.

— Ты слышишь? — сказал он Литии, — Нас приглашают.

— Да, — эльта улыбнулась в ответ.

Их не гнали, наоборот приветствовали: за пиршественным столом были и свободные места. Ещё немного и они смогут, отпив из золочёных кубков высушить чужие истории и рассказать свои. Счастливо улыбаясь, они с Литией двинулись к своим новым друзьям.

Но кое-что Плохого всё же смущало: пиршественный зал был каким-то расплывчатым, Артёму никак не удавалось сфокусировать на нём взгляд. Что-то здесь было не так.

А надолго пирушка-то? — почему-то подумал он.

Очевидно, он задал этот вопрос вслух, потому что ответ пришёл во взрыве смеха.

— Да, навечно!

— Э, минуточку, а как же дела? Мне Литию надо родителям вернуть, в её родной лес.

— Брось, неужели ты хочешь променять нашу весёлую пирушку на дела. Да и Лития вполне может пировать вместе с нами.

Но тут, уже заработало знаменитое упрямство Плохого. Он никогда не делал ничего, чего по настоящему не хотел.

— Ну, вести или не вести, это уж мне решать, — пробормотал Плохой.

Мощным усилием воли Артём заставил себя сосредоточиться, прогоняя морок. Никакого пиршественного зала здесь, разумеется, не было. Только это странное полуозеро, полуболото. На его поверхности как раз лопнул очередной пузырь.

— Ну, это ты шалишь, — сказал вслух Артём, — знаешь, я таких шуток не понимаю.

Он и сам не знал, к кому обращается, и способен ли этот кто-то его услышать. Но словно в ответ на его слова, в глубине жёлтого желе, что-то булькнуло, а на поверхности закрутилась большая воронка. Артём снова почувствовал зов, но на этот раз не собирался ему поддаваться. Видения не то что бы исчезли, но вскоре отступили на задний план: будто голоса которые слышишь, но не в состоянии разобрать.

— Шалишь, — ещё раз повторил он, окончательно сбрасывая морок.

Артём заозирался в поисках Литии. Девушка стояла уже по щиколотку в странном желе. Учитывая её нелюбовь к жидкостям, это было поистине удивительно. Вытянув руку, она вдруг ухватила его за край плаща.

— Идём! — радостно завопила она, — нас ждут! Пирушка в самом разгаре!

И она попыталась потянуть Артёма в сторону жёлтой пакости. Разумеется, это было невозможно: хотя бы в силу массы последнего. Лития обиженно надула губки, однако попыток не прекращала.

— И где же ты видишь пир? — поинтересовался Плохой.

На лице Литии возникло недоумённое выражение.

— Да вот же! — и она указала рукой прямо в геометрический центр озера.

Артём вздохнул и тут же закатил девушке оплеуху, стараясь, что бы она была, как можно более слабой. Слава богу, дозировать силу этого тела, он уже более или менее научился.

— А, — завопила эльта, — как ты смеешь?! У тебя, что приступ бешенства?!

И замолчала.

— Минуточку, — пробормотала она, — где пирушка? Пиршественный зал где?

— И вообще вся компания? — закончила она жалобным тоном.

— Не было никакой пирушки, — устало проговорил Артём, — и компании тоже.

— То есть, как это не было!? — возмутилась Лития. — Что за ерунду ты несёшь? Я же ясно видела.

И замолчала, окидывая взглядом вонючую жёлтую жижу. Она осмотрела озеро раз, другой, третий, словно надеялась, что что-то упустила при первых осмотрах. Но симпатичнее от этого странное место не стало.

— Нда, — проговорила девушка.

По взгляду было видно, что до неё все-таки дошло.

— Сматываемся, — сказал Артём. В отличие от Литии он совершенно не тратил время на переживания.

И на этот раз девушка не стала ему возражать. Она тут же пристроилась позади голема, и оба начали отходить от озера прочь. Но тут эльта вскрикнула, а Артём почувствовал, как что-то притормозило его движение: казалось, будто его ухватило за ногу нечто мягкое. Он оглянулся. От края озера протянулось толстое червеобразное щупальце, состоящее всё из того же жёлтоватого желе. Вблизи от путников оно разделялось на два отростка, которые обвились вокруг их ног и тянули теперь обоих обратно, в это отвратительное болото.

Артём дёрнул ногой посильней. Он ожидал, что щупальце тут же порвётся, но оно лишь утончилось, одновременно сделавшись более плотным и жёстким. Боли големы не ощущают, но Антон явственно почувствовал усилившееся давление на ногу: казалось, что вокруг голени затягивается тугой пояс.

Артём напрягся, одновременно ухватив за руку Литию. Схватившее его щупальце утончилось ещё больше, но держало. Потом оно стало сжиматься точно мышца, оттягивая назад его ногу. Сжималось оно неспешно, словно было уверено, что жертва никуда не денется, а значит торопиться не нужно.

Артём разозлился. Перед глазами вдруг возникла «хлопушка» в руках Бромона и вылетающий из неё клубок нитей, которые мгновение спустя, начали расползаться по телу Плохого. Ну уж нет! На мгновение Плохой ощутил приступ страха и рванулся изо всех сил.

Щупальце хлюпнуло и разорвалось, точно гнилая верёвка. Его куски разлетелись серыми брызгами, которые рухнули на берег подобно кляксам. Чем бы ни был этот отросток, ему было далеко до нитей, которыми не так давно обездвижил Артёма Брамон.