Чёрный лес

— Да. Такие места умеют нагнать жути.

— Ну, ты-то наверняка и не такое видел, — натянуто улыбнулась Велимира.

— Я бы хотел сказать, что был в подземельях десятки раз, и со мной ты в безопасности. Но есть вещи, к которым не привыкаешь.

Между тем, коридор вывел отряд в большую комнату, посреди которой стоял массивный стол, обитый медью. Дроган подошёл поближе, чтобы взглянуть. На поверхности были выбиты желоба, расходившиеся от отверстия в центре.

— Странный какой, — произнесла Велимира, обходя его с другой стороны.

Дроган огляделся. На одной из стен он заметил каменные полки с покрытыми зелёным налётом старыми инструментами. Подойдя ближе, воитель провёл по ним рукой, переложил несколько, затем ответил:

— Это — бальзамировочная комната.

— Бальза-чего? — обернулся Коли, осматривавший покрытые пылью глиняные сосуды.

Судя по недовольному выражению на его лице, они были пусты.

— Здесь тела готовили к погребению, — послышался голос Эспена, эхом отдававшийся от стен. — Вытаскивали из них требуху, что б не портилась, а всё, что осталось, высушивали и покрывали специальным составом.

— Что за варварство? — проворчал Вегард.

— Так тела долгое время не портились, — ответил Дроган.

— Ну и на кой хрен им это? Сожрать в неурожайный год? — хмыкнул Коли.

— Не, смотри-ка, они и правда не портились! — вдруг воскликнул Олав. — Вон один валяется — так вообще будто вчера помер! И не скажешь, что столько лет пролежал!

Дроган обернулся на голос. Олав стоял над чем-то, лежавшим перед ним на полу, у дальней стены. Инстинкты охотника словно взвыли у него в голове. Руки обхватили рукоять топора, ноги несли вперёд. Дроган уже открывал рот, чтобы предупредить об опасности, но было поздно. Лежавший перед Олавом мертвец вскочил и бросился на здоровяка.

— Сука! — послышался крик Коли.

Одновременно с этим огромный кулак Олава врезался в бледное лицо мертвеца. Послышался глухой стук падающего фонаря, и свет вокруг наёмника погас.

— Ха! — донеслось из темноты одновременно с металлическим лязгом.

А потом стало тихо.

Дроган подбежал первым. Громила стоял с мечом в руках, а перед ним на полу лежало обезглавленное тело. Олав обернулся.

— О, хорошо. Посвети, дружище, а то я свой фонарь уронил, — произнёс он, затем обвёл недоумённым взглядом остальных товарищей, замерших позади с обнажённым оружием. — Чего переполошились? Это ж всего лишь мертвяк. Вот так и знал, что зря они их… как там? Сушат, в общем. Вон резвый какой был. А так лежал бы спокойно в могиле, никому не мешал.

— Он тебя не укусил? — тихо произнёс Стейн.

От взгляда Дрогана не укрылось, что предводитель отряда перенёс вес с одной ноги на другую, чтобы удобнее было нанести удар.

Олав наморщил лоб.

— Нет, зачем бы? О, фонарь! Вот он где…

— Тьфу! — сплюнул Вегард, убирая меч в ножны. — Что б тебя! Осторожнее тут, не в борделе на отдыхе.

Дроган наклонился над трупом. Парень был совсем молод, и умер явно не так давно. Грудь была пробита каким-то затупленным остриём, но самого оружия поблизости видно не было.

«Похоже, нашёлся Вир. Не пережил Фарна Охотника».

Отрубленная голова смотрела на Дрогана пристальным стеклянным взглядом. Он опустил веки и произнёс короткую молитву, надеясь, что душа парня обретёт покой.

— Поганая смерть, — бросил Фроуди, проходя мимо.

С этим сложно было спорить.

Дроган поднялся на ноги и направился к проходу, в котором уже скрылась большая часть отряда. Коридор оказался коротким и заканчивался небольшой пустой комнатой, из которой вглубь склепа уводил следующий ход. Слева в стене виднелся окутанный тенями небольшой пустой альков.

Со стены же напротив взирали три каменных лика. Посередине — молодая женщина со строгим лицом, глаза её были полуоткрыты и словно следили за Дроганом, пока он входил. Или это ему лишь показалось? Может быть, встреча с очередным ожившим мертвецом, наконец, пошатнула его разум? Слева от неё мерзко ухмылялся старик с клочковатой бородой. Третьим был молодой бородатый мужчина с правильными чертами. Лицо его выражало спокойствие и уверенность.

Вегард сделал охраняющий знак.

— Милостивый Создатель, это ещё что за бесовские изображения?

— Похоже, так и есть, — с задумчивым видом кивнул Эспен. — Может быть, раньше здесь было место погребения язычников?

— Какая разница? — раздражённо бросил Стейн, подходя к следующему коридору. — Мы сюда не на статуи пришли глазеть. Идём дальше.

И «Сумеречные коты» потянулась за своим предводителем.

— Погодите-ка, — произнёс вдруг Фроуди.

— Ну, что ещё? — проворчал Стейн, выглядывая из коридора.

— Смотри, как странно. Баба будто следит за нами, но лицо у неё не меняется. А вот остальные — сам посмотри. Если я иду к алькову, старик ухмыляется совсем уж безумно, будто сам князь демонов. Мужик же, наоборот, вроде как боится чего-то. А если идти к проходу, старик кривится, словно хрен без масла съел, а мужик успокаивается.

— Да просто пламя фонаря играет на камне, — неуверенно проговорил Вегард. — Хорош ерунду придумывать.

— Да нет, он прав, — задумчиво сказал Дроган, сделав несколько шагов из стороны в сторону.

Стейн нахмурился и подошёл ближе.

— Колдовство?

Эспен покачал головой.

— Не похоже. Скорее всего — просто обманка. Строители специально вытесали камень так, чтобы казалось, что лица меняются. Вот только зачем?

— Кажется, тут кладка отличается, — произнёс Фроуди, осматривая альков. — Зря я это затеял, командир. Пойдём-ка лучше дальше.

Стейн пересёк комнату быстрым шагом и приблизил фонарь к камням.

— Здесь недавно разбирали. Смотри — раствора почти совсем нет, кто-то выбил камни, а потом поставил на место.

— Давайте уйдём! — настаивал карлик.

— Погоди-ка, — поднял руку Вегард, подходя к алькову. — А вдруг там что-нибудь ценное? Деньги бы нам не помешали.

— Мёртвым деньги ни к чему!

— Верно говоришь, коротышка, — усмехнулся Коли. — Вот мы у них и заберём!

— Олав, сможешь сломать? — обернулся Стейн.

— Чего ж не смочь? Сейчас попробуем, — отозвался великан, подходя ближе и налегая на камень.

Фроуди пятился назад. Он отступал шаг за шагом, пока не оказался рядом с Дроганом.

— Мы пожалеем об этом, — пробормотал Фроуди, качая головой.

Но было поздно. Камни с грохотом рухнули вперёд, открывая проход в запечатанное помещение. Навстречу, непонятно откуда, вырвался холодный ветер, и на миг свет вокруг словно померк.

Дроган едва различил шёпот карлика:

— Ну, зачем же? Мы точно пожалеем…

Глава 12

Сначала Стейн, а за ним — Вегард, Коли и Олав скрылись в проломе. Остальные наёмники явно не горели желанием идти следом. Велимира подошла к Дрогану и молча встала рядом. Она не произнесла ни слова, но воитель видел, как её пальцы сжимают рукоять булавы.

— Эспен, Дроган, подойдите, — донёсся изнутри голос Стейна.

Обменявшись хмурыми взглядами, названные подошли к бреши в стене. Дроган заглянул внутрь.

В небольшой комнате находился лишь простой саркофаг без украшений и рельефов, поверх которого была установлена тренога с чёрным стеклянным шаром. Отблески огня от фонарей танцевали на голых каменных стенах, создавая причудливую игру теней. Будто демоны плясали у врат Преисподней.

— Так и будешь торчать в проходе? — проворчал позади некромант.

Дроган шагнул внутрь.

— Посмотрите. Что скажете?

Воитель и заклинатель приблизились. На каменной поверхности саркофага не было никаких надписей или символов. Массивная плита прочно сидела на месте. Прямо перед треногой виднелось небольшое углубление, будто в нём должен был лежать какой-то стержень или скипетр. Но сейчас там было пусто. Дроган обернулся к некроманту — тот шептал что-то, прикрыв глаза, и воитель благоразумно решил не мешать. Вместо этого он внимательнее осмотрел шар.

То, что сначала он принял за чёрный цвет, оказалось дымом, клубящимся внутри. Это было уже действительно странно.

— Ты что-то сказал? — произнёс Олав, обернувшись к Коли.

В ответ наёмник нахмурился и мотнул головой.

— Ну, что скажете? — нетерпеливо спросил Стейн.

Эспен покачал головой.

— Здесь есть какое-то присутствие, но точнее определить не могу. Сами по себе и саркофаг, и шар, вполне обычные.

— Ну ладно — то есть, хотя бы треногу можно с собой прихватить? — спросил Коли. — С паршивой овцы — хоть шерсти клок.

— Не думаю, что она так уж дорого стоит, — пробормотал Олав. — Ты точно ничего не говорил?

— А что ты слышал? — спросил его Дроган.

Громила пожал плечами, переступил с ноги на ногу, и неуверенно ответил:

— Ну, вроде как, шепчет кто.

Воцарилась тишина. Кажется, все старались услышать голос, о котором говорил Олав. Но лишь приглушённое бормотание доносилось снаружи — оставшиеся позади «Сумеречные коты» что-то тихо обсуждали у них за спиной.

— Нет здесь ничего, — начал Коли, оборачиваясь к приятелю.

Но тот вдруг взревел, схватившись за уши и, со звоном уронив меч на пол, упал на колени. В проломе стены появилось обеспокоенное лицо Велимиры.

— Оставь меня в покое! Я не буду тебя слушать! — прогрохотал голос Олава, эхом отражаясь от каменных стен и оглушая спутников.

Дроган отпрянул к пролому и схватился за топор. Руны на нём слабо засветились. Стейн сделал шаг вперёд, осторожно протягивая руку к Олаву, когда тот вдруг вскочил, подхватил меч, и опустил тяжёлое лезвие на шар с клубящимся внутри дымом. С громким звоном тот раскололся на части, и туман поднялся над саркофагом, приобретая черты женщины с развевающимися на невидимом ветру волосами. Тени на стенах взбесились, их танец превратился в судорожную мешанину движений, огонь свеч затрепетал, хоть и был защищён фонарным стеклом.

Эспен выругался. Стейн отпрянул назад, хватаясь за меч. Дроган бросился вперёд, но призрак повернул голову, поймал его взгляд — и мир покачнулся, поплыл. Воитель рухнул на колени, выпуская рукоять топора из ладоней. Руны на миг ярко полыхнули и погасли.

Между тем привидение протянуло бесплотную руку, и та, не встретив препятствий, вошла в грудь Олава. Великан вскрикнул, вытянулся, вдруг резко изогнувшись назад. Его глаза расширились, кожа побледнела, изо рта вырвался глухой хрип.

От дальней стены послышался громкий рокочущий речитатив на неизвестном Дрогану языке. Стоя на четвереньках, он повернул голову и увидел Эспена, громко читающего заклятие. Бывший охотник чувствовал силу, собиравшуюся вокруг некроманта и готовую подчиниться его воле. Призрак тоже обратил на него внимание — рука выскользнула из груди Олава, и тот бессильно рухнул на плиты пола. Привидение повернулось к заклинателю, и в этот миг сквозь его призрачное тело пронёсся боёк цепа.

— Свали от него! — крикнул Коли.

Но бесплотный дух едва удостоил этот выпад вниманием. Призрак резко рванулся к заклинателю. Дроган нашёл в себе силы подняться и подобрать топор, но на помощь Эспену уже не успевал. Судя по расширившимся от ужаса глазам, заклинатель тоже понял, что беззащитен перед потусторонней угрозой. Его голос дрогнул, и напряжение, созданное магией, исчезло — будто лопнула перетянутая струна. В отчаянной попытке защититься, Эспен выставил перед собой кинжал и отступил на шаг, упёршись спиной в холодный камень. В ужасе зажмурил глаза.

Призрак налетел на заклинателя, словно шторм. И вдруг — короткий болезненный вскрик! — и чёрный туман, из которого состояло бесплотное тело, рассеялся, будто его и не было. Воцарилась оглушающая тишина. Пламя в фонарях успокоилось, тени едва трепетали, словно отдыхая после безумной пляски. Дроган замер, опустив топор, и пригляделся. Лезвие кинжала в руках Эспена будто светилось призрачным серым светом. Некромант открыл глаза и огляделся.

— Друг мой, — тихо произнёс Дроган, подходя поближе, — где ты взял этот клинок?

Эспен взглянул на свой кинжал, будто видел его впервые. Свечение стремительно угасало. Он сглотнул и непослушным хриплым голосом ответил:

— Купил как-то на базаре в Староместе.

Дроган усмехнулся.

— Конечно. Я даже почти готов тебе поверить. Хотя ты явно сам удивился произошедшему.

Эспен нахмурился, на его лице отразилось сомнение. Наконец, он скривился и проговорил:

— Прихватил в доме того мага. — И, тоном, в котором удивительным образом сочеталось обвинение и оправдание, добавил: — а нечего было на меня кричать, сам виноват!

Дроган покачал головой.