Счастье (СИ)

— А, это? — он положил их на стул. — Просто я уже работать начал.

Коньяком не пои, дай поработать, видите ли! Трудяга какой! Даже не знаю, что на такое ответить.

— Ладно, для начала пойдемте пить чай, — выдохнула смиренно, подхватила пакеты и направилась на кухню.

Не знаю, положено ли поить мужчин по вызову чаем. Я и так весьма приблизительно представляю, что с ним делать. Больше всего хочется просто выгнать из дома, если честно.

— Спасибо, весь день по вызовам бегаю, все как сговорились сегодня, — проститут благодарно улыбнулся и осторожно отобрал у меня сумки.

Он еще и джентльмен, нет, ну надо же!

— Даже пообедать не успел.

Тяжела и неказиста жизнь русского потаскуна, как говорится.

— Насчет белья не переживайте, — он поставил пакеты у стола. — Я просто в ванную зашел, думал, пока вас нет, начну работать, а они мне мешали.

Надо же, трусики ему мои мешали! С чего бы это, спрашивается?

— Вроде бы, наоборот, эти кружавчики должны были настроить вас на рабочий лад, — съехидничала, выкладывая продукты в холодильник.

Кто, кстати, выключил мой пирог? Лика, что ли? Чудеса! Ее к плите можно подманить только шантажом или подкупом.

— Или они вам не понравились? Трусики мои, в смысле?

— Почему? Они красивые. То есть, я их не разглядывал, конечно, — спохватился. — Обычные… они.

— Ладно, — решила прекратить допрос и кивнула ему на стул. — Садитесь уже чай пить. Вам сил набираться надо. Работа у вас сложная. — Есть немного. — Ничуть не смутился.

Сел за стол и улыбнулся. На щеках появились ямочки. Обаятельный, черт!

— Работа и впрямь не простая. Да и вызовов много. Вы пятая за сегодня.

П-пятая?! Поперхнувшись чаем, я вскочила. Гадская жидкость потекла отовсюду — изо рта на подбородок, из носа, из ушей разве что не хлынула. Проститут заботливо постучал мне по спине. Наверное, в расчете на щедрые чаевые.

Кстати, а полагается ему куда-то мятые купюры засовывать? А какого номинала? У меня если только десятирублевые монеты имеются, пакетик в прихожей лежит. Представила себя с горстью мелочи, а его танцующего стриптиз. И куда их, эти десятюнчики? Он же не игровой автомат! Мне только одно место приходит на ум. Но ему это вряд ли понравится. Да и как их потом выковыривать из…

На меня напал гомерический хохот. Оросив кухню остатками чая из-за щек, я села на стул, все еще вздрагивая от смеха. Проститут тоже приземлил на стул то место, которое моя буйная фантазия только что предлагала использовать для чаевых, и с опаской покосился в мою сторону. Может, решил, что я сумасшедшая? Брошусь на него сейчас, сорву одежду и жестко надругаюсь над его ненакаченным телом в особо извращенной форме — это, кстати, как?

Вот будет смешно, если даже мужчина по вызову от меня сбежит, не оглядываясь! Представила, как несусь за ним вдогонку по улице, швыряясь в след своим труселями, и помрачнела. Ладно, постараюсь сделать вид, что я порядочная женщина, а не клиентка психиатрической лечебницы, которую отпустили на побывку домой.

6.

— Простите, — попыталась мило улыбнуться. — Это все ошибка. Мне от вас ничего не нужно. Правда. Тем более, если я у вас сегодня уже пятая. — Удержаться от колкости оказалось выше моих сил. — На что вы сегодня годитесь-то уже? Разве что массаж мне сделать!

— Почему? — проститут явно обиделся. — Сделаю все, раз уж плату взял. Я свои деньги всегда отрабатываю полностью!

— Но вы, наверное, устали.

— Все устают, девушка, но работают!

Хм, тоже верно. Он это в качестве метафоры, интересно, или дословно это имел в виду? Неважно, впрочем. Что ж, плотские радости все же будут?

— Так что говорите, что и как вы хотите, — перешел к делу мужчина. — Время — деньги, — для пущей убедительности он постучал по циферблату своих часов. — Давайте быстрее.

Двусмысленно прозвучало, но проститут и не заметил.

— А если мне, наоборот, хочется медленно? — промурлыкала я, закинув ногу на ногу.

Говорят, это очень сексуальная поза. Может быть. Вот только все портил большой палец, как всегда не вовремя вылезший подышать в дырку на чулке.

— Я умею только быстро! — отрезал мужчина.

— Ладно, тогда начнем. — Решилась я. — Танцуйте стриптиз, а дальше посмотрим.

— Девушка, мне не до глупостей! — улыбка сползла с его лица.

На щеках заходили желваки.

Я даже немного растерялась и пробормотала:

— Вам что, сложно что ли? Или это не входит в стоимость?

— Представьте себе, не входит!

— Если надо, я доплачу. — Пожала плечами.

Ага, пакетиком десятюнчиков.

— Меня вызвали решить вашу проблему, а не заниматься ерундой!

— Что?

— Ваша родственница сказала, что вы сами покажете место, где проблема. А дальше я уж посмотрю, что можно сделать. Может, за один раз и не получится достигнуть результата. Вдруг докупить какие-то детальки взамен износившихся нужно. Тогда я завтра вернусь и доделаю.

— Чего?! — я вскочила.

Покажу место, где проблема?! Лика совсем страх и совесть потеряла! Я ее прибью, пусть только попадется мне на глаза!

— И… и что вообще значит, детали износились?

Он намекает на то, что мне уже пора на грязевые ванны записываться, чтобы к земельке привыкать?!

— Да этим деталям, к вашему сведению, немногим больше тридцати лет!

— Тридцати? — мужчина нахмурился. — Все еще хуже, чем мне казалось. — Там, может, уж прогнило все насквозь…

— Да идите вы знаете куда? — я задохнулась от ярости.

Книгу жалоб мне, быстро! Такой отзыв настрочу, что вы еще сами будете клиенткам за секс доплачивать!

— Похоже, к выходу, — проститут усмехнулся и вышел в коридор. — Не нужен вам ремонт, так и скажите. Если удобнее с такой проблемой жить, так и живите, мне-то что! — он достал из кармана деньги и положил на стул. — Вот ваша оплата.

— Как-то скромно берете, — глянув на небольшую сумму, констатировала я.

— Я люблю свою работу и не задираю ценник до потолка, это так плохо?

Ответить не успела — позвонили в дверь.

— Стойте здесь, мы не закончили, — шагнула к ней.

— Да я никуда не тороплюсь, что вы, — съязвил мужчина.

Одновременно с этим взвыла сирена на моем смартфоне. Они что, сговорились все сегодня, что ли? Ничего, женщины существа многозадачные, я со всем справлюсь.

7.

— Да, мама, — ответила в трубку, прижав телефон щекой к плечу и воюя с дверными замками. — Какие трубы? Мои, поняла. А мастер? Кого ты вызвала? И оплатила? И пирог выключила. Спасибо, мама.

Ага, за все спасибо. В такое меня втянула, что теперь и примерно не представляю, как из всего этого выгребать! И как извиняться перед мужчиной, которого приняла за проститута, а он, на самом деле, оказывается, был сантехником, которого моя мама вызвала для меня, впустила в квартиру и ускакала по своим делам!

Я распахнула дверь и уставилась на заплаканную Лику, пытаясь уместить в голове то, что сказала мама.

— Аняяяяя, скааажиии емуууу! — прорыдала подруга и повисла у меня на шее. Кому — стало ясно, когда в квартиру вслед за супругой вошел ее муж Толик. Правда, он не особо-то был похож на Толика. Я знала этого мужчину как добродушного брюнета с намечающимся пивным пузиком и не менее многообещающей плешкой.

Это самый спокойный человек из всех, живущих со мной в одно время на Земле. Разве что Далай-лама или какой-нибудь буддистский монах, ушедший в астрал и забывший вернуться обратно, мог бы его переплюнуть.

Лика всегда говорит, что невозмутимее ее супруга только дохлый удав, и она права. Впрочем, другой на его месте точно прикинулся бы шлангом или мертвой змеей, прожив пару дней среди Хаоса, который порождают маленькие близняшки.

Так вот, этот мужчина, вошедший в мой дом, имел с Толиком лишь поразительное внешнее сходство, на остальном общее заканчивалось. Пивное брюшко было втянуто, волосы взъерошены, обычно миролюбивый взгляд рвал и метал молнии, попутно выглядывая, кого бы еще порвать — или на мелкие клочки, или на флаг Зимбабве.

Глядя на этого субъекта, я тут же вспомнила, как Лика говорила, что у мужа в роду какие-то кавказские национальности. Вот, видимо, сегодня их кровь и дала себя знать — потому что, если судить по виду Толика, он сейчас выхватит из-за пояса кинжал и с криком «Зарээээжу!» бросится на нас.

— Тааак, — пробурчала я, увлекая подругу в гостиную. — Давайте-ка вы все расскажете — спокойно и подробно. Лика всхлипнула и громко разрыдалась.

— Ладно, если спокойно не выйдет, — сдалась я, — то хотя бы подробно.

— Я тогда пойду, — опасливо косясь на Толика, проститут, тьфу, сантехник, двинулся к выходу.

— Нет уж, оставайтесь, — я и ему указала на комнату.

Пригодится. Вдруг огнедышащий супруг Лики надумает нас обеих прибить?

— Зачем? — логично спросил мужчина.

— Полиции всегда нужны свидетели, — пошутила. Как бы.

Его лицо вытянулось. Шутка не прошла. Похоже, бедняга уверился в том, что попал к душевнобольным людям.

— Из окна прыгать не рекомендую, — сказала, проследив за его взглядом. — Там шиповник растет, в его попадете, придется выкручиваться — в прямом смысле, как из объятий колючей проволоки.

— Ясно.

— А если выберетесь, бабушки, которые всегда дежурят на лавочке, вас добьют — это их любимое растение.

— Проходите в комнату, — мы вместе зашли в гостиную.

8.

Лика сидела на диване и продолжала рыдать. Толик метался по комнате, как разъяренный барс в предгорьях Кавказа. Проститут, тьфу, сантехник, осторожно присел на край кресла. Я примостилась на диванчик рядом с подругой. — Ну, рассказывай, что такого у вас произошло?

— Он! — девушка ткнула дрожащим пальцем в мужа.

Словно пригвожденный им к ковролину, тот замер.

— А подробнее можно? — я вздохнула. — Что стряслось?

— Приехала домой и нашла то, что тебе обещала, — подруга махнула рукой. — Короче, нашла в интернете агентство интимных услуг для зрелых дам!

— В каком месте я зрелая?! — возмутилась с обидой.

— Для недозрелых не было, — огрызнулась Лика.

Ладно, сегодня неподходящий день для выяснения отношений, и так много всего сразу на голову обрушилось без предупреждения.

— Ну и вот, когда я позвонила туда и начала договариваться, — голос Лики пошел на взлет и задрожал от обиды и ярости, — этот, — последовал очередной тык пальцем и шлеп пылающим благородной обидой взором в сторону мужа, — ворвался в комнату! Подслушивал, оказывается!

— Я случайно услышал! — рявкнул Толик. — Из… — щеки слегка покраснели, — из туалета шел, мимо комнаты, слышу, моя жена мужчину по вызову выбирает! По телефону! Голос игривый, томная вся такая!

— Неправда! — девушка подскочила. — Я всегда так разговариваю, это мой голос для клиентов! Возомнил черт знает что! Набросился на меня с обвинениями! Распутная я, видите ли, испорченная женщина, изменщица! — из прекрасных зеленых глаз вновь хлынул фонтан.