Сын природы (СИ)

Второй день пути тоже прошёл на удивление спокойно. Пришлось сделать крюк, чтобы продолжить двигаться на юг по границе территорий хищников, но зато мы никого не встретили. К тому же было приятно пройти по знакомым местам, которые давно не видел. Была некоторая проблема с едой, но пока что нас выручали ягоды и плоды деревьев. Грабить птичьи гнёзда я опасался. Пернатые могут поднять шум, на который не применит явиться местный хозяин.

А против медведя у меня шансов маловато. Он конечно слабее леопарда, который в свою очередь слабее нашей стаи, но в одну каску я всё равно его не потяну, особенно при наличии рядом Старой Эны. В одиночку я мог бы поиграть в догонялки с топтыгиным, нанося удары ножом и молнией, после которых приходилось бы резко разрывать дистанцию. Но если медведя так ковырять придётся долго, то мне в принципе может хватить одного удачного удара его лапы, после которого я даже не умру, а потеряю прежнюю подвижность. И это будет концом. В общем в теории я мог бы и победить, но ой не факт, что весь бой удастся провести без единой ошибки. Да и танцевать вокруг топтыгина могу только я, Эну он прибьёт походя и весь поход потеряет смысл.

С территории косолапого мы вышли только к вечеру следующего дня. Старушка кажется несколько напрягалась от того, что мы так долго не обмениваемся ни единым словом, мне же наоборот дышалось всё свободнее. И не потому, что я давным-давно не разговаривал с людьми от чего несколько растратил навык. Просто ещё один сильный зверь остался позади, дальше же должно стать попроще.

Схватка со мной уже должна будет начать пугать противников из-за количества Кив во мне. Если бы я пытался заявить права на чужую территорию или начал охотиться на ней, то драки было бы не избежать. Но если отправить встреченным оппонентам посыл, что мы с Эной тут просто мимо крокодилы, то зверь порычит, пошипит, да даст заднюю. Только что с грозным видом проводит нас до границы своих земель.

Однако в своих умозаключениях я не учёл одну маленькую, но важную деталь. Эна в зверином этикете была похоже так же сведуща, как я в местном дворцовом. То есть не понимала ровным счётом нихрена.

В очередной не очень прекрасный день пути наш путь перегородил молодой тигр, которому приспичило оказаться именно в той части своих охотничьих угодий, по краю которых мы шли. Заметив его, я остановился, а он гордой походкой вышел из «засады», встал на звериную тропу перед нами и оскалив клыки зарычал. В этом лесу звери, ну уж хищники точно, умели общаться мыслеобразами, но звуковые сигналы тоже регулярно подавали. Только если у людей устная речь была первичной, то тут то же рычание скорее соответствовало жестикуляции. В данном случае пожалуй ближайшим человеческим аналогом было пару раз впечатать кулак одной руки в ладонь другой. Посыл был не двусмысленнен, но сопровождался мыслеобразом готовности к драке за свою землю.

Я набрал в грудь побольше воздуха, а потом зарычал в ответ, вкладывая Кив. Не так, как это делал Лизь, когда пытался меня приложить во время наших догонялок, не атакуя и провоцируя ответную агрессию, а просто показал наличие энергии в голосе, которой в рычании тигра ещё не было. Уж больно он молод, скорее подросток, чем взрослый зверь. Моё рычание тоже представляло из себя своего рода эквивалент удара кулаком в ладонь, но уже с кастетом на нём. Свой «жест» я сопроводил посланием, говорящим, что его охотничьи угодья мне даром не сдались, сам по вкуснее имею, а тут просто по своим делам иду. Так тоже случалось не то чтобы исчезающе редко, те же медведи порой к реке ходили весной через чужую землю, чтобы на порогах половить рыбу, идущую вверх по течению на нерест. Картину портила только старуха, которая стояла за мной и буквально источала страх. Он признак слабости, а слабость здесь делает тебя добычей.

Но к моему счастью тигр оказался не отморозком. Он снова издал рычание, сопроводив его мыслеобразом сопровождения. Мол гуляй отсюда, Вася, а я присмотрю, чтоб ты ничего по пути не стырил своими загребущими ручонками. Я порадовался, транслируя весёлое согласие вместе с ответным рыком. Мы оба понимали, что пропуская нас тигр делает хорошую мину при плохой игре. Будь он значительно сильней, то запретил бы и дело с концом.

Но только полосатый стал обходить нас по дуге, чтобы пристроиться сзади, как Эна, чтоб ей провалиться, натянула тетиву и пустила в кошака стрелу! Было глупо отнимать у неё оружие, тем более перед возможной дракой, потому старуха взяла его в руки и готовилась сражаться за свою жизнь во время нашего «разговора», но мать вашу так! Я настолько привык к тому, что все здесь понимают друг друга, что мне тупо не пришло в голову, что эта тупая человечиха просто не разберёт нашего диалога, решив что зверь смещается в бок для нападения.

Тигр же не рассуждал и когда стрела чиркнула его по черепу прыгнул вперёд. Мне пришлось резко скакнуть в бок, уворачиваясь от когтей и полоснуть его ножом по лапе. Достал правда самым кончиком, но и того было довольно. Клыки, рога, кости, плоть и кровь местных обитателей были всю их жизнь наполнены Кив и к моему счастью являлись отличным проводником энергии. Если в воздухе мои молнии теряли часть заряда, то таким образом он ушёл в дело практически весь, заставив переднюю лапу противника конвульсивно согнуться, что испортило приземление. Я бы предпочёл продолжить работать на комфортной дистанции и дальше, изматывая зверя, с которым уже не будет мира, потому что никто и никогда не поверит лжецу, которым меня выставила чёртова бабка, но само её наличие портило такой вариант. Сдохнет от удара лапой и прощай мой источник информации о мире за пределом леса и удобные контакты с людьми. Ведь если лесной дикарь помог травнице принести лекарство и спасти чью-то жизнь — это одно, а если просто объявился уже совсем другое.

Пока тигр утверждался на лапах, одна из которых не вполне хорошо слушалась, я прыгнул ему на спину и попытался закончить бой одним ударом, загнав нож в глаз. Но зверь удачно для себя мотнул головой, ножик лишь оцарапал его прочный череп, сам же тигр перекатился через мгновение по земле, выбивая из меня дух. Мы расцепились, а потом вскочили на лапы и опять бросились друг на друга. Только на этот раз я в последний момент упал на спину, полоснув ножом по животу пролетающего надо мной противника, от чего тот взвыл. До кишок добраться не получилось, но шкуру, жирок и мышцы я порезал, жаль снова не добавил удар Кив, слишком мало секунд с прошлого прошло. Всё же хорошо, когда ты быстрее, ловчее и более гибок, чем твой противник, но физической мощи мне определённо не хватало, иначе всё бы сейчас и закончилось.

Тигр вновь приземлился, но развернуться не успел, я снова прыгнул на его спину, но в этот раз без хитростей вонзил нож в его шею. Глаз оказался сегодня слишком неудобной целью, а тут всё прошло куда как лучше, правда нож я еле вырвал из раны, когда спрыгнул с вновь перекатывающегося врага, который ещё не понял, что умирает. Следующий бросок я опять встретил ударом по лапе, когда уходил в бок, но прыжок у раненого зверя вышел откровенно хуже предыдущих, а через ещё два его лапы стали подгибаться. Уж слишком много алой жидкости он потерял из раны на шее.

Всё закончилось, я посмотрел в обиженные глаза умирающего зверя и опустился на колени, грустно говоря мыслеобразами: прости, брат, я не хотел, это всё она. От обиды на мироздание хотелось плакать и я не стал себя сдерживать, подняв лицо к небу и издав полный тоски вой. Договорились. Договорились же, млять! И всё так глупо закончилось. В лесу нет места жалости к добыче или конкурентам, но тигр не был ни тем, ни другим. Ему просто не повезло.

— Он издох? — раздалось сзади от меня, когда эхо моего воя затихло.

— Ты у меня сейчас издохнен, staraya bliadina — зарычал я, вставая на ноги. Родители уделяли время моему образованию, но им как-то не пришло в голову посвящать своего ребенка в тонкости местного мата, на ум приходил только великий и могучий.

Эна же почувствовала угрозу в моём голосе, да и слова недвусмысленно намекали, что ничего хорошего ей не грозит. Она вскинула лук с уже наложенной на тетиву стрелой, но я был быстрее. Одна моя рука схватила древко оружия, вторая снаряда, а затем я просто вырвал всё из пальцев женщины, бросив её саму на землю. Может я и мелкий, но дури во мне вагон и тележка.

— Колчан и нож с пояса снимай, ₽^₽@%. Когда у тебя есть оружие, ты беда.

— Почему? Мы же победили. Мы живы! — огрызнулась она, но команду выполнила. И слава богу, я уже в серьёз подумывал пойти по пути Родиона Раскольникова. Пока меня останавливало только то, что эта старушка всё таки не всем вредная и никому не полезная, а навредила только лично мне с тигром и несёт лекарство для больной девчонки.

— Мы с ним договоррится, он уступать дорогу. Ты наррушать договоррр, начинать дрррака, staraya durra — прорычал я — Теперь ходить без оружия, чтоб не повторрять. Я всё сказать. Твоя заткнуться и сидеть молча.

Молодого зверя, погибшего зря, мне конечно было жаль, но это не отменяло того факта, что умерев он стал целой горой мяса, богатого Кив. И больше всего её было в печени и сердце. Так что я снова взялся за нож и начал вскрывать тигра. Мы убиваем чтобы есть или тех, кто хочет съесть нас. Такова наша природа и наш закон. Мы не делаем это на потеху своей жестокости и не гордимся своим поведением. Сегодня мы хищники, но однажды каждый станет добычей. Сейчас мои руки вскрыли брюхо зверя и вырвали ещё тёплую печень, а зубы впились в неё. Я ел другого охотника и становился сильнее. Настанет день, когда чьи-то когти и клыки оборвут мою нить, а моя плоть сделает сильнее кого-то другого. Такова жизнь, такой ей и следует быть.

Глава 11

Я сидел на ветке дерева, смотрел в ночь, слушал её мелодию и размышлял над ситуацией. А она была так себе. Старую Эну я в последние дни не столько вёл домой, сколько конвоировал. Мне даром было не нужно, чтобы она взяла и ещё что-нибудь выкинула, так что оружие я ей не возвращал, таща на себе. В опасном лесу это по понятным причинам не добавляло старухе спокойствия, а моей персоне положительных черт в её глазах. В общем я бы сказал, что наше общение омрачилось, но его по сути не было вовсе.

На чужой территории лишних звуков лучше было не издавать. Можно было бы поговорить на земле мёртвого тигра, которая моими усилиями стала ничейной, но я был слишком зол для общения. Мог такого наговорить даже со своим скудным словарным запасом, что ни о каких дальнейших планах речь бы уже не пошла. Потом мы вступили в охотничьи угодья очередного леопарда и нам вовсе стало не до разговоров. Удивляюсь, что старушенция вообще почти пошла до земли нашей стаи, это было невероятным везением. Верил бы в высшие силы, подумал бы что без них не обошлось.

Но я не верил. Это у людей есть какие-то религии, они верят в богов и всяких разных духов лесов, озёр, домовых и прочих овинников. Но ни Лохматый, ни Люпина ничего про духов не сказали, а матёрые волки, которые по своему желанию способны открывать натуральные порталы, наверняка понимают в устройстве мира побольше людей, которые готовы положиться на глухих к их молитвам богов или винить в своих бедах чертей со злыми духами. Так было в моём прошлом мире, так дела наверняка обстоят и в этом. Люди, они везде одинаковы. Будь это иначе, они бы уже не назывались людьми, а были чем-то другим.

Само оружие старухи тоже несколько разочаровало. Живя в лесу, я привык что всё в нём способно проводить Кив. Собственно этим фактом я и воспользовался, угощая тигра молнией через нож из рога. Но металл в этом отношении разочаровал, он был абсолютно мёртвым. В чём-то стало понятно почему некоторые, как я помнил по жизни с родителями, использовали не железное оружие, а деревянные шесты. Хотя я видел, что их концы порой бывают окованными. Возможно есть некие особые металлы, которые всё же могут взаимодействовать с Кив? Я покосился на Эну, которая наконец заснула, опять привязав себя лианой к ветке дерева. Было бы неплохо спросить её, но явно не сейчас.

Лук тоже разочаровал. Вид он имел весьма солидный, но однако натянул я его почти без значимых усилий. Это слегка намекало, что для меня он слабоват. Не уверен, что стрела из него полетит достаточно быстро, чтобы птица на земле моей стаи не смогла увернуться. Так же как не уверен, что её наконечник в состоянии ей повредить. По крайней мере голову давешнего тигра он не смог толком оцарапать. Научиться бить птицу в глаз? Хорошая шутка, но в реальности с настолько вёрткими целями подобное практически невозможно. Нет, я конечно сейчас вполне стабильно и без особого напряга делал то, что в прошлой жизни считал не реальным, но блин… Стрела это не тело, перекаченное Кив. С ней всё работает немножко иначе. А ещё лук при своей слабости был мне великоват. В руках Эны лежал хорошо, но я-то только начинаю становиться подростком. Мой рост ниже, а руки короче, тетиву по идее надо оттягивать аж куда-то за ухо.

Если меня вообще будут учить. Хотя сомневаюсь, что Эна всё таки решит меня кинуть. С её слов я значительно сильнее всех, кто есть в деревне Речнолеска, а значит пытаться убить меня или прогнать чревато проблемами. Может и уйду, но ну как решу открыть сезон охоты на охотников? А я ведь могу, тем более что солидная часть деревенских Эне так или иначе родственники. Месть не свойственна лесным зверям, но вот людям очень даже. Я снова одел на лук тетиву и натянул оружие… Если у всех там такие же, то я практически в безопасности. Кив-то во мне побольше, чем в тигре, а шкура по прочнее.

Но конфронтация это самый худший расклад. Всё же надеюсь, что всё сложится благополучно. Тем более что мы в общем-то почти дошли. Эна более менее описала свой путь к нам, зная дорогу с юга на север некоторые места я узнал, чай сам там успел побегать за добычей, а пару раз и от хищников в сторону своих молочных братьев и сестры. Почему-то человека они все считали едой, а не конкурентом… Теперь ответ на эту загадку стал очевиден. Мы были относительно недалеко от ареала обитания двуногих, прямоходящих приматов. Ещё раз посмотрев в темноту и бросив взгляд на небесные созвездия, которые уже успел запомнить, я улёгся на ветку. Сегодня спать пора. На своих местных сородичей посмотрю попозже. Может даже поинтересуюсь у кого-то в будущем астрономией. Аналог полярной звезды, что всегда на севере я нашёл, но не ей единой, как говорится.

Следующий день пути прошёл нормально и вечером я наконец вывел Эну к последнему месту, чьё описание узнал из её рассказа. Вишня с мелкими и кислыми дичками у реки рядом с большим камнем.

— Узнаёшь? — коротко и тихо спросил я, пользуясь тем, что булыжников хватало и в воде, от чего та немного шумела.

— Да — так же коротко и шёпотом кивнула старуха.

— Завтра поведёшь ты — сообщил я ей и полез на дерево.

Больше мы не произнесли не слова, да они были и не нужны. Эна сама говорила, что ночевала тут на ветках, дальше путь был ей известен. По идее скоро даже получится начать общаться словами, потому что хищников, что наели достаточно Кив чтобы напасть будет всё меньше, а я перестану таиться, как не таился Лохматый вне охоты. Учитывая разницу сил все хищники сами разбегались с пути моего приёмного папаши, поджимая хвосты.

К вечеру следующего дня мы облюбовали очередное дерево для ночлега, но прежде чем запрыгнуть на ветку, я взял и отдал своей спутнице оружие со словами:

— Впредь не используй без команды.

После этого мои ноги слегка согнулись, а потом толкнули тело вверх. Я до сих пор не уставал удивляться своим физическим кондициям. И пожалуй восторгаться ими. Всё таки прыгнуть вверх с места на пять своих ростов это что-то запредельное даже для олимпийского чемпиона по прыжкам с Земли. Для меня же обыденность. Причём я не строю иллюзий по поводу своей исключительности. Наверняка найдутся такие же сильные личности, как и я, а то и посильнее даже в таком возрасте. Только вот они наверняка не самоучки, которые доходят до всего своим умом, а учатся у кого-то сведущего. В общем в мире за пределами леса не стоит забывать, что я не самая большая жаба на болоте даже в своей возрастной группе. Что уж говорить о взрослых и матёрых бойцах.

— Почему вернул? — спросила Эна, когда утвердилась на ветке. Кажется поговорка о том, что с кем поведёшься, того и наберёшься, работала и для неё. Не так много времени провела в моей немногословной компании, а поди ж ты, уже сама говорит максимально коротко.

— Мы выходить из мест, где есть те, кто много сильней меня — пожал я плечами — Вряд ли на пути встанет кто-то, кого мне прридётся убить из-за тебя.

— Но ведь ты питался не только растениями, ты убивал и до этого. Почему так разозлился, когда убил тигра?

— Я нарушил договор — старательно подавил я рычащую нотку в речи — Это позор. Не зли меня, старрая — тут справиться не удалось — Лучше расскажи, что за королевские школы есть для magov. Для таких как я.

Последнее слово было произнесено мной по-русски, потому что мне не нравился термин «Идущий по Лестнице в Небеса». Уж слишком он пафосный, а главное длинный. Возможно есть что-то попроще, но однако ж не удивлюсь, если здесь принято использовать именно полный. Помню я земные средневековые заморочки с обязательным названием всех титулов, даже если их длинная череда. А пропустишь какой-то — считай нанёс оскорбление, которое возможно придётся смывать кровью. Мне же нравилось слово маг. Во-первых там всего три буквы и нет «Р», а во-вторых если что-то похоже на магию и противоречит известным физическим законом, то это магия и никаких гвоздей. Мнение всяких туземцев может идти в задний проход широкими шагами.

— Я мало что знаю — проговорила женщина, прислонившись спиной к стволу. Была заметна её усталость, путешествие всё таки было не из лёгких, особенно для её нервов — Там учат благородных и талантливых простолюдинов, у чьих родителей нашлись деньги, делают это вроде как толково. Правда они сами порой называют их зверинцами, уж больно там порядки жёсткие. Да и большая часть конфликтов у господ между собой ещё с тех времён тянется. Для обычных ребятишек же вообще мрак наверно. Попадают туда лет в двенадцать-тринадцать, подучившись у родителей, в школах же вроде как закладывают общую базу и закаляют характер. Потом выпускники возвращаются домой, где им уже открывают семейные секреты… А может и нет. Сама там не была, знаю только с чужих слов. Воины любят поболтать у ночных костров.

— Вторая ступень Лестницы Воды — приподнял я бровь — Много для самоучки, ты была талантлива. Родителям не хватило денег?

— Откуда бы им быть у простого охотника — усмехнулась старуха — Чтоб скопить нужно быть хотя бы сотником ополчения или богатым купцом.

— Ясно — хмыкнул я. Местные Хогвартсы похоже были тем ещё местечком. Простолюдинов там похоже чмырили со страшной силой, а возможно и дедовщина цвела пышным цветом с подачи преподавателей. Всё таки на дворе средневековье, трудно наверно из столицы страной управлять даже когда у тебя самая большая дубинка, но зато принцип разделяй и властвуй известен. Если аристократы из всех провинций системно срутся между собой по молодости, продолжая вражду до старости, то им наверно тяжеловато объединиться против центральной власти. В общем паршивые места тут для учёбы. Зато там можно бы подчерпнуть базу знаний, а не жить самоучкой всю жизнь, были бы бабки. И у меня кажется была мысль как их добыть на случай если я решу лезть в кучу фекалий под названием королевская академия… Если же нет, то деньги могут быть просто оружием не хуже любого другого, да и языки они порой развязывают не хуже пыток. Полезный инструмент в деле поиска людей, которых хочешь убить — А купцы к вам вообще часто заезжают?

— Редко, обычно сами на торг шкуры охотники везут — махнула женщина рукой — Хочешь прикупить себе нормальные штаны?

Чувство юмора её не покинуло и это было хорошим знаком. Я бы её похвалил или тоже сострил в ответ, но не с моим косноязычием подобным заниматься. Хорошая шутка у меня может получится разве что случайно. Так что в итоге я остановился на фразе попроще.

— Продать. Ты говоррила, что растения богатые Кив ценятся высоко. Как кррасные цветы.

— Ценятся, алхимики за некоторые могут золотом по весу дать — сделала старушка пока-ещё-не-процентщица стойку — Но достать их чрезвычайно тяжело. Я вот едва не умерла, пока за Алой Виридией шла.

— Ты слабая и грромкая — хмыкнул я — А там где растут дорогие цветы почти мой дом.

— Ты хочешь, чтобы я продавала растения, которые ты будешь приносить?

— Я хочу научиться стрелять из лука. Об остальном поговорим после — позволил я себе улыбку, когда понял что старая рыбка сожрала наживку с крючком и солидным куском лески — А сейчас спи.

Мотивация из серии «делай или убью» это конечно неплохо, но я всегда считал, что кроме кнута должен быть и пряник. Научит толково, можно будет и о бизнесе задуматься. В конце концов в одиночку тот путь, который мы сейчас проходим, я пробегу меньше чем за сутки. Что ж не притащить бабульке каких-нибудь сорняков, которые ценятся за пределами леса на вес золота? Чай на вырученное можно будет купить к примеру толковый лук по своей руке. Или вообще припереть мастеру неипабельную ветку офигительно волшебного дуба, чтоб на заказ оружие сделал… Если от подобного вообще бывает прок, всё таки я пока даже не знаю работают ли местные с древесиной, богатой Кив. Но идея определённо интересная. Как и штаны. Или чёрная мантия, соответствующая образу любителей пускать молнии из рук. В лесу в ней конечно не походишь, будет за всё подряд цепляться, так что вряд ли я вообще изменю привычке носить набедренную повязку. Она на удивление удобна в быту и на охоте. Но вот для походов во вне леса почему нет? Местные такого не носят, но я-то не местный, а имею честь быть подданным далёкой северной страны, покрытой непроходимыми лесами, что полны пьяными медведями с балалайками, которая порой именуемой некоторыми недоброжелателями Мордором.

Из меня сам собой вырвался смешок. Ну да, сижу практически с голой задницей на дереве в лесу, слушаю ночь и уже фантазирую, как буду косить под ситха. Хотя есть в этом и нечто рациональное. Плох тот солдат, что не мечтает стать генералом, в жизни должно быть место амбициям. А учитывая моё желание мстить со всей возможной страстью, любители красных светошашек могли бы даже признать меня неплохой заготовкой под будущего Дарта Ромула. Если бы у меня в крови конечно были мидихлорианы, а не Кив. Но всё же пока я лишь малолетний дикарь, всё имущество которого это набедренная повязка и нож, стоит думать о более насущных вещах, а не строить наполеоновские планы.

Ночной лес же продолжал петь свою мелодию. Насекомые едва слышно шелестели своими крыльями. Их преследовали летучие мыши, оглашая ночь своими криками, которые не может уловить человеческое ухо, но вполне улавливает моё. Недалеко прошёл лис, который похоже двигался по следу неудачливой мыши. Кажется кого-то ждёт сюрприз, когда утром придётся выбраться из норки. Вдалеке похрапывал медведь. Севернее я бы его не ощутил, но здесь уже сказывалась разница в количестве Кив. Я его чуял, он меня нет. Правда он скорее всего знал о Эне, скрытность определённо не была её сильной стороной. Но к счастью для всех топтыгин был сыт и никуда не собирался торопиться, так что завтра мы с ним разминёмся и он вряд ли пойдёт по следу. Если же пойдёт… Хочется верить, что урок пошёл бабульке в прок и она всё таки не будет больше делать глупостей. Ещё дальше переполошились птицы, похоже где-то недалеко ласка. Её я не слышал и не чувствовал, уж больно велико расстояние. В лесу вообще хватало существ, которые смещали баланс своих способностей от силы к скрытности. Тоже вполне себе стратегия выживания и пути к успеху. Учитывая же, что волки обгоняют меня всё больше и превосхожу я их только в скорости — это неплохой вариант и для меня. Над ним тоже стоит подумать.

Утро принесло новый рассвет, с которым мы двинулись в путь. День прошёл вполне себе спокойно, сегодня даже удалось прибарахлиться яйцами в паре гнёзд. Охотиться я по прежнему не собирался, всё таки мы на чужой земле и это плохой тон. Да и если я без проблем могу переварить сырое мясо, то об Старой Эне такого не скажешь. А с огнём в лесу сложно, лучше его не разводить, если не ждёшь гостей, которые набегут объяснять тебе всю пагубность такого поступка. Огонь опасен для нашего общего дома. Так что в нашем рационе по прежнему правили бал плоды с ягодами и птичьи яйца.

Старушенция же приободрилась и шагала куда как веселее, чем вчера. Оружие, которое я вернул, в свою очередь вернуло ей уверенность. Мысль о барышах, которые могут принести травы с севера, похоже грела чью-то душу. Правда не удивлюсь, если меня попытаются нажечь. Всё таки деньги похоже ожидаются приличные, а я неграмотный дикарь, то есть понятия не имею о ценах ни на сырьё для алхимиков, ни на луки, ни на штаны… Да я вообще ни о чём понятия не имею по большому-то счёту и почти всё что знаю, мне известно со слов Эны. Так что соблазн обмануть меня наверняка будет огромен. Возможно будет смысл в ближайшее время снова продемонстрировать кнут. Правда делать это придётся с некоторой осторожностью, чтобы не испортить рабочие отношения в будущем. А ещё надо побыстрее разобраться с этим конкретным делом, доведя бабку до дома, после чего обговорить расписание занятий и рвануть на север. Стаю нельзя оставлять надолго ослабленной, мой долг быть с ней. По крайней мере пока.

Глава 12

Окончания пути я ждал с нетерпением, но вместе с тем боялся его. Да, я знал что я силён и могу без особого труда заломить зверя, столкнувшись с которым нос к носу местные охотники могут и обделаться. Но всё равно во мне жило некое иррациональное чувство опаски перед сборищем незнакомых людей. Наверно я всё же слишком долго не общался с сородичами.

Но к моему удивлению в Речнолеску мы пришли прям подозрительно спокойно. По пути нам не встретился ни один охотник, хотя я несколько раз видел характерные следы, схожие с теми, что оставляла в лесу Эна. Люди, работающие на придомовых огородах тоже не задали не единого вопроса на тему «А почему старушка идёт в сопровождении какого-то пацанёнка?». Может им нельзя было прерывать работу? Не поинтересовался этим моментом, но слышал, что в некоторых культурах разговоры в поле приравнены к неуважению к земле. Вроде бы где-то даже в седой древности сеяли только голые бабы, которые якобы делились с почвой детородной функцией, чтоб с одного зерна несколько выросло. Тут кстати на полях тоже трудились женщины, пропалывая сорняки, вероятно потому что ходить в лес мужское дело. Хотя частности всё равно надо узнать, чтоб не быть совсем уж валенком.

Сама Речнолеска живо напомнила мне Фолкрит из Скайрима, то есть представляла из себя несколько деревянных домов посреди леса. Двумя этажами похвастаться могло только строение в центре, вероятно жилище старосты. Эна же обитала в добротной избушке на окраине, тоже кстати с небольшим огородом. Только вот растения в нём были не такие, как у остальных. Старушка видимо культивировала исключительно целебные травы. Местная же брюква, или что там с такой ботвой растёт, ей была не интересна.

Тут всё таки средневековье, а не двадцать первый век, где государство имеет какие-никакие обязательства перед гражданами, в том числе и в плане здравоохранения. Здесь врачи в лице знахарей и травников ни черта никому ничего не должны и «Гиппократу не давали». Есть деньги, иные ништяки или ты родственник? Получишь помощь. Нет? Выздоравливай сам. Ну или помирай, это уж как повезёт. Может кстати потому в средневековье «ведьм» часто жгли? Лечили знахарки фигово, а ценник ломили дай боже. Точнее не дай. И как всякие редкие специалисты задирали нос в небеса перед немытым быдлом, работающим на полях. В двадцать первом веке всё конечно стало иначе. А то я бы с удовольствием поддержал прожарку юристов и риелторов, в случае если они берут деньги, но не добиваются заявленного в рекламе результата. Подобный подход вообще бы очень положительно сказался бы на многих сферах. Ваш порошок не отстирывает, как в рекламе? Тогда ночью толпа придёт к вашему дому с факелами! Вы придумали продавать не литр молока в пакете, а девятьсот миллилитров? Мы уже сложили костёр для вас на главной площади города! Увы, в каждом времени свои плюсы и минусы.

Дверь в жилище травницы заперта не была, так что она просто шагнула внутрь, отворив её и пригнувшись. Высота дверного проёма оставляла желать лучшего, но это и нормально. Мой дом здесь — моя крепость, а пролезая в него враг вынужден будет подставить хозяевам шею под удар того же топора. Окошки кстати тоже не блистали размерами, слюда закрывала скорее бойницы. Зато лесной хищник фиг пролезет полакомиться человечинкой.

Обстановка внутри была довольно спартанской. Грубо сколоченный и явно тяжёлый стол, пара табуретов рядом с ним, печка отсутствовала, её место занимал очаг из камней, вдоль стен было несколько широких лавок, застеленных шкурами. На одной из них сейчас лежал жилистый мужик с небольшой бородой и каплями пота, выступившими на лбу. Постоялица второй же пыталась набрать ковшик из деревянного ведра в углу, но обернулась на звук и пошатнулась, начиная падать со словами:

— Бабушка…

Как-то рефлекторно я сделал несколько быстрых шагов и подхватил девчонку в сорочке за талию одной рукой, а второй на лету сцапал ковшик, чтобы он не залил пол водой.

— Жэндэ, а ну в постель, тебе нельзя вставать!

— Отец воды очень просил — потупило глазки юное создание с чёрными волосами и серыми очами, а потом опираясь на меня начало ковылять на своё место.

— Отпусти мою дочь — послышалось тем временем от горе-папаши видимо уже для меня.

— Молчи, дурень, пока вместо воды половником по лбу не получил — прикрикнула на него бабка, избавив меня от необходимости отвечать.

В общем и слава лесу. Всё таки я охотно верю, что средневековых заморочек тут хватает, за пощупать девочку в сорочке может быть положено всякое, а жениться мне пока рано. Но старуха быстренько навела порядок среди пациентов, а потом полезла разжигать очаг. Я же пожал плечами, уложив ребёнка на кровать и донёс ковшик до страждущего. Даже внешне было заметно, что у мужика жар. Приподнять его на лавке труда не составило, только что руку было располагать не очень удобно, маловата она у меня ещё. Зато упрашивать бдительного папашу не пришлось, едва я поднёс деревянный ковшик к его губам, как он начал хлестать воду.

— Кто ты? — вместо спасибо спросил он, когда выпил всё.

— Бабка, у него похоже раны воспалились — обратился я к Эне. Всегда терпеть ненавидел тех, кто не способен на самую элементарную благодарность, так что на попытку проявить вежливость меня не хватило.

— Посмотрим, что у нас тут — разожгла Эна огонь и подошла к нам, сняв с болезного шкуру. От постояльца избушки и так пахло отвратительно, сейчас этот запах только усилился. Грязные повязки на боку, руке и ноге глаз тоже не порадовали. Старушка от этого весёлой не выглядела и поджав губы сказала — Мало света.

— Так лучше, старрая? — хмыкнул я, отложив ковш и зажигая на руке небольшие молнии. Свет пляшущие искры электричества давали дёрганный, но всё же это было лучше, чем ничего. Окна-бойницы, закрытые слюдой это вам не прожектора в операционной, а огонь, разгорающийся в очаге, мы заслоняли своими спинами.

— Спасибо, мелкий — фыркнула она на это, лишний раз подтвердив, что чувство юмора в ней ещё живо — Подержи его, пока я сниму повязки. А ты прикуси щепку.

Деревяшка с неприметной полочки быстро заняла место между зубами больного, я прижал его к кровати, а дальше начался трэшак, бабка на мелочи не разменивалась и отдирала тряпицы только в путь под яростное мычание несчастного. Клиентоориентированность не сильная сторона средневековой медицины, что тут сказать.

— Как я и думала — объявила старушка, когда раны были освобождены от повязок, а я снова зажёг подсветку. Повреждения и правда воспалились, кое-где из под корок засохшей крови, которые не отлетели с повязками, сочился гной. В общем зрелище было не из приятных. Я же был готов зажать себе нос, матеря острый нюх.

— Кррасные цветы я тебе дал, так что копать умирральную яму ррановато — буркнул я, попытавшись всё таки пошутить. Атмосфера тут была воистину больнично-тягостная, так что буквально просила какой-нибудь хохмы.

— На них вся надежда — хмыкнула старуха — Мелкий, промой пока раны, я приготовлю отвар.

— Старрая, ничего не перрепутала? — в свою очередь поднял я бровь.

Бабка ко мне повернулась, но тут же закрыла рот, решив не идти на конфликт. Я его тоже развивать не стал. В медбратья конечно не нанимался, чтоб гной вымывать и утки носить для тех, кто со мной даже здороваться брезгует, но и старушку могу понять. Она привыкла, что в своей избушке самая главная и здесь её все слушают, особенно сопляки. Вот рефлекс и сработал.

— Ладно, лесные духи с тобой. Дров хоть принести можешь? Пожалуйста.

— Сейчас — коротко ответил я и пошёл к небольшому дровянику, если так можно обозвать небольшой навес с поленьями. Раз уж ко мне со всей обходительностью, то чего ж ломаться, как красна-девица?

Вскоре деревяшки оказались в очаге, а над ним начал нагреваться котёл с водой. Топила Эна по чёрному, так что вскоре мне стало чудовищно неприятно находиться в помещении, а при мысли сколько придётся отмываться в реке от запаха дыма начинали чесаться зубы. Спросил только на последок, почему она собственно делает отвар, а не давит с Алой Виридии сок для больных. На это старушенция ответила:

— Чистый сок может убить человека, а не вылечить.

— Моя не умиррать — хмыкнул я.

— Ты и печень с сердцем небесного тигра сырыми можешь сожрать в один присест. Обычные люди не такие крепкие — сварливо отозвалась она.

Возразить мне на это было нечего. Я в принципе был в курсе, что чем выше ты взбираешься по Лестнице, тем меньше у тебя вообще может быть проблем со здоровьем что от пищи, что просто от ядов животных и растений. Не говоря уже о банальных простудах или кариесе. Так что без лишних разговоров выбрался на свежий воздух и сел на узкое крыльцо, прислонившись спиной к его перилам. Благо так можно было наблюдать и за округой и за действиями травницы внутри дома.

То, что у меня не было никакого желания заниматься ранами давешнего мужика отнюдь не означало, что я не хочу разбираться в местной медицине хотя бы поверхностно. О лесных растениях мне очень хорошо поведала Люпина, но всё таки человеческие навыки тоже неплохо бы подчерпнуть. Как и обзавестись перевязочным материалом. Помню, как мне его не хватало, когда моих братьев и сестру подрал леопард. Да и после этого случаи бывали. Весна — это время борьбы за территорию, раны в это время обычное дело. Да и на охоте добыча отнюдь не горит желанием брать и расставаться со своей жизнью без сопротивления.

Мои наблюдения и размышления о превратностях бытия прервало ощущение приближающего источника Кив. Значительно слабее, чем у меня, но посильнее, чем у Эны. Двигался он от жилища старосты и сейчас как раз вырулил из-за угла одного из домов, оказавшись парнем лет двадцати пяти в кожаной броне с луком за спиной и широким ножом на поясе. Вид данный субъект имел раздражённый и вежливостью, как и больной в доме, почему-то не заморачивался, просто попытавшись схватить меня за плечо и сдёрнуть с крыльца со словами:

— С дороги, щенок!

Я конечно человеком был довольно мирным и на драки в прошлой жизни старался сам не нарываться, но в этом «воплощении» несколько изменился. С волками жить — по волчьи выть, как говорится. А потому схватил этого наглеца за кисть руки и сжал пальцы со всей силы, услышав, как какая-то из его тонких костей хрустнула. Оппонент от неожиданности охнул и потянулся второй конечностью за ножом, но прежде чем он его достал, я оказался на ногах, зажёг молнии на кулаке и прорычал:

— Достанешь — умрррёшь.

Парень оценил диспозицию и молнии перед своей мордой, после чего медленно убрал с ножа руку. Я же отпустил его кисть. А затем этот кадр сделал то, чего я меньше всего ожидал. Он не начал ругаться, звать людей на помощь или угрожать мне, а просто встал на колени, поклонился, коснувшись лбом травы и сказал:

— Простите, юный господин.

От такого захода я аж выпал в осадок. Млять, да что за хрень тут происходит⁈ То со мной не здороваются. То на колени встают, стоит показать, что во мне Кив плещется. Болезный в доме тоже ни слова не сказал мне после того, как я подсветку организовал, даже именем по второму разу интересоваться не стал. Ититская ж сила! Сделав выдох и вдох, я успокоился и произнёс:

— Ничего, бывает — а потом крикнул в дом — Старрая, к тебе кажется прришли.

Эна выглянула на крыльцо, отвлёкшись от приготовления отвара и быстро проговорила:

— А, Эмник, заходи, тебе чего?