Олег затаился за сосной, держа палец на спусковом крючке. Показалась тройка преследователей. Позабыв об осторожности, они шли быстрым шагом и не думали прятаться за деревьями.

- Как в тире, - злорадно пробормотал Олег и поймал в прицел Антона, но стрелять не стал. - Ты хотел стать вожаком. Что ж. Я дам тебе право поединка, "друг".

Прицел скользнул по волосатой фигуре снежного человека. И снова Олег не нажал на спуск.

- Не могу, - прошептал он. - Эх, Мишка, Мишка! Что же ты наделал, дурак! У тебя же сын!

Олег покосился на скалу, за которой спрятался Кирилл и решительно нацелился в бегущего с ружьем Ваську. Прогремел выстрел. Оборотень нелепо взмахнул руками и рухнул замертво, а Антон быстро нырнул за дерево и выстрелил в ответ.

- Хорошо стреляешь, гад, - усмехнулся Олег. - И реакция у тебя что надо. Вот только характер оказался гнилой. Что ж, поиграем в стрелялки, пока патроны не кончатся. А вот когда кончатся, тогда-то я и поговорю с тобой, "дружище"!

Среди деревьев мелькнул стремительный серый силуэт - Михаил пытался зайти Олегу с тыла. Тот повел стволом следом за снежным человеком, целясь в ногу. Плавно нажал на спусковой крючок. Михаил взвыл и покатился кубарем, а плечо Олега обожгло ответным выстрелом Антона...

Игорь невольно вздрагивал от каждого выстрела, прижимал уши и морщил нос от невыносимо сильного запаха пороха и свежей крови и с тревогой поглядывал на Кирилла. Мальчик сидел, сжав кулаки, напряженный, как взведенная пружина, и что-то беззвучно шептал.

Внезапно очередной выстрел сменился коротким звериным воем.

- Отец! - Кирилл с побелевшим лицом вскочил на ноги, и прежде чем Игорь успел остановить его, бросился туда, где еще продолжали грохотать выстрелы...

Как в кошмарном сне Олег смотрел на выскочившего под пули мальчика, и ему вдруг показалось, что время остановилось. Он с ужасом глядел на застывшего в беге Кирилла... Остро чувствовал палец Антона на спусковом крючке... Отчетливо видел расплывчатую дугу вырвавшейся из жерла ружья дроби...

Внезапно между Кириллом и смертью выросла серая мохнатая тень. Жалящее облако свинца прожорливо впилось в звериное тело, унося жизнь, а мальчик прижался к смертельно раненному зверю и закричал:

- Отец!!!

- Олег! Бросай ружье и выходи с поднятыми руками! - закричал Антон. - Бросай, бросай, иначе я пристрелю щенка, он у меня на прицеле! Я сделаю это, ты меня знаешь!

- Теперь, знаю, - горько усмехнулся Олег.

Умирающий снежный человек захрипел и попытался заслонить собой плачущего Кирилла, но его ноги подогнулись и он рухнул на землю. Мальчик опустился рядом, зарываясь лицом в испачканный кровью мех. Он будто не видел направленного на него ружья, не слышал угроз Антона.

- Считаю до трех и стреляю в щенка! Раз!

- Да пошел ты! - Олег отбросил карабин в сторону, сплюнул и пошел прямо к Антону. - Ну, вот он я! Давай, стреляй, только сделай это, глядя мне в глаза, трус!

Антон вышел из-за дерева и, ухмыляясь, направил ружье на Олега.

- Ага, я трус. А ты у нас, значит, смелый. Смелый и крутой... Нет, я тебя сразу не убью, и не надейся легко умереть, вожак. Сначала я прострелю тебе ноги и руки, а потом посмотрю, как ты будешь корчиться от боли и истекать кровью. - Антон повел ружьем. - Вначале руку...

А дальше три действия практически слились в одно: выстрел Антона, бросок Олега и прыжок Игоря.

Конечно, прыжком подобное действие можно было назвать с большой-большой натяжкой. Игорь намеревался впиться зубами в глотку врага, но споткнулся о камень и кубарем подкатился прямо под ноги Антону. Прежде чем упасть, тот успел нажать на спусковой крючок.

Дробь обожгла левую руку и бок Олега, но он завершил бросок, вонзая нож точно в подреберье Антона.

- Ну, вот и состоялся наш поединок, - пробормотал Олег. Он тяжело опустился на землю рядом с трупом бывшего друга и закрыл глаза.

Игорь подскочил к нему, втягивая ноздрями кровавый воздух. "Тебя надо перевязать. Только я не знаю, как мне это сделать без рук". Шатун ткнул Олега носом. Тот слабо застонал, но глаз не открыл.

"Не вздумай умереть!" - зарычал Игорь и бросился к Кириллу.

Мальчик так и лежал, прижавшись всем телом к трупу отца. Игорь лизнул Кирюху в щеку, поддел носом. Мальчик поднял опухшее, заплаканное лицо и посмотрел пустыми глазами.

"Олег! - указал взглядом Игорь. - Ему надо помочь!"

Кирилл с видимым усилием встал на ноги и побрел к Олегу. Опустился перед ним на корточки, глянул на вытекающий резкими толчками фонтанчик крови и повернулся к мертвому Антону. Ухватился за рукоять торчащего ножа, потянул. Рука соскользнула по окровавленной рукояти, а лезвие так и осталось в теле. Мальчик повторил попытку, затем ножом откромсал кусок ткани, скатал жгут и вновь вернулся к Олегу.

- Артерия разорвана, надо перетянуть, - сказал Кирилл.

Игорь поразился его спокойствию и очень взрослой рассудительности. Ни истерики, ни ужаса перед трупами, ни рвотных позывов от вида крови, хотя самого Игоря уже мутило от этого резкого и острого запаха. А Кирилл быстро и сосредоточенно трудился над Олегом.

- Все, - наконец, сказал мальчик и добавил, явно подражая кому-то из взрослых: - Если оборотня не убили сразу, он выживет. Не бойтесь, дядя Игорь, он скоро очнется.

- Уже, - слабо зашевелился Олег и внимательно оглядел наложенные мальчиком повязки. Сказал одобрительно: - А тебя дед Захар хорошо учил. Ты молодец, Кирюха, ты второй раз спасаешь мне жизнь. Еще пару раз и ты станешь профессиональным спасателем.

- Да... - Мальчик отвернулся, пряча слезы. - Да, вот только я так и не сумел спасти...

Они помолчали, а затем Олег осторожно поднялся на ноги и сказал:

- Пошли в Ключи. Надо прислать сюда наших, пусть заберут тела... Похоронят... по-человечески...

Вечером того же дня Игорь в обличие волка стоял рядом с Олегом на узком перевале и смотрел вниз - на крохотную деревушку, раскинувшуюся у подножия расколотой пополам горы. Кирилл ушел вперед, и внизу среди домов уже раздавались взволнованные голоса и горестный волчий вой.

- Ну, вот и они, Медвежьи Ключи, - сказал Олег. - Именно здесь живут оборотни, когда у них наступает время бесцветной крови. Ты уже понял, что все жители Охряпинской - оборотни?

Игорь кивнул.

- Ну что, пошли? - после паузы спросил Олег. - Я познакомлю тебя с тетей Матреной и остальными. Тетя Матрена единственная живет здесь постоянно. Готовит еду, присматривает за молодняком... Она и за тобой присмотрит, проследит за твоим обратным превращением. А заодно расскажет о твоем отце и... в общем, полностью удовлетворит твое любопытство... Через недельку ты сможешь говорить и тогда...

Игорь поднял морду и вопросительно взглянул на Олега. "А ты разве не останешься? Ты же ранен, тебе надо подлечиться!"

- Я не могу остаться, мне надо возвращаться. А раны... Пока дойду до Охряпинской, они почти заживут. На нас, на оборотнях, действительно все заживает, как на собаках, - ответил Олег. - Нет, я не читаю мысли, не бойся... Просто я... Не знаю, как сказать... Чувствую что ли...

Игорь кивнул. Он и сам частенько "чувствовал" людей, их эмоции и невысказанные мысли.

- Мне надо возвращаться, - повторил Олег. - Послезавтра суббота и начальство ждет меня в гости. Кажется, его дочка положила на меня глаз, представляешь? - Он засмеялся.

Игорь фыркнул и покрутил башкой. "Да, ты попал. И что же станешь делать?"

- Постараюсь ее как следует разочаровать. В общем, придумаю что-нибудь, - махнул здоровой рукой Олег.

"Не ходи", - повел глазами Игорь.

- Не могу. Начальство как-никак. Еще премии лишит. Или уволит.

Игорь обвел взглядом поросшие лесом вершины, покосился на перебинтованный бок и руку Олега и вздохнул.

- Я знаю, о чем ты думаешь, - тихо сказал егерь. - Как я после всего этого могу вернуться к пропахшему бензином уазику, душному городу, взбалмошному начальству и рутинным обязанностям?

"Да. Как ты можешь?"

- Могу, Игорь. Могу. Именно та жизнь для меня настоящая. Та. Человеческая... Понимаешь?

Игорь не ответил. Он смотрел на горы и наслаждался миром, в котором отсутствовал цвет.