Кодекс Охотника. Книга XV (СИ)

Имение Рода Меньшиковых

город Хабаровск

— Я думаю, их всех надо наказать! Жестоко наказать! — кричал Арнольд, который в последнее время постоянно находился под действием стимуляторов, в то время, как у него отрастала нога, откушенная злобным медоедом.

— Наказать кого? — с усмешкой уточнил Артемий — старший сын покойного князя. — Императрицу? Доброхотова?

— Да всех! — неистовствовал Арнольд. — Наказать всех! Что за фигня⁈ У нас лучшая гвардия на востоке Империи!

— То есть, ты абсолютно серьезно планируешь поехать и взять штурмом Петербург? А затем наказать Императрицу?

Тут даже до затуманенного мозга Арнольда дошло, что он ляпнул что-то не то.

— Не Императрицу, а Доброхотова! Убийца нашего отца должен быть наказан.

Тут в разговор вмешался второй сын Меньшикова, Арчибальд.

— И кто поведет армию на Доброхотова? Ты, Арнольдик?

— Да хоть я, если у вас у всех яиц не хватает… Отец должен быть отомщен!

— Слышишь, убогий? — снова взял голос старший, который сейчас временно исполнял обязанности главы Рода. До утверждения нужно было собрать Совет Рода. На эту должность претендовали еще два брата покойного Меньшикова, но, как правило, наследниками становились именно сыновья. — Не бузи!

— Да мы даже похоронить его по-нормальному не можем, — вскочил Арнольд, возбужденно прыгая на одной ноге, но тут же уселся обратно. — Как так-то⁈

— Да ты сам знаешь, как… — сказал Арчибальд. — К личному самолёту гроб не довезли. Как сообщает официальная служба Империи, сейчас ведется расследование.

— Это точно Галактионов! Это он забрал труп нашего отца! — снова возбудился Арнольд.

Старший аж подавился виски.

— А нахера ему это?

— Да потому что он хочет нашей смерти!

— Слушай, Арнольдик, мне кажется, ты чересчур увлекаешься лекарствами. То, что ты несешь, это вообще… Я считаю, то, что наш отец связался с Галактионовым, было ошибкой. Нахрена он нам сдался, — абсолютно серьезно заявил Артемий.

— Не смей позорить имя нашего отца! Он всё делал правильно! А ты уничтожишь наш Род!

— Может, и уничтожу, — усмехнулся старший. — Вот только тебе этого не понять, стремный калека, — громко рассмеялся Артемий.

Но внезапно, он сначала подавился виски, а потом начал кашлять и недоуменно уставился на стакан. Затем бросил его на дорогущий ковер, и уже схватился обеими руками за горло. Лицо его начало синеть прямо на глазах. Братья всполошились, пытаясь разобраться, что происходит.

И тут раздался знакомый голос. Из-за портьеры вышел живой и невредимый князь Венедикт Викторович Меньшиков.

— Загубить Род⁈ Да кто ж тебе даст, крысеныш!

— Отец⁈ — воскликнуло сразу несколько глоток, абсолютно с разной интонацией. У Арнольда была радость, у всех остальных недоумение, а еще… страх, когда они увидели, что в глазах князя плескается сама Тьма.

Меньшиков приподнял руку, держа его за горло, и тело старшего сына взлетело в воздух. Он небрежно взмахнул рукой, и сын ударился об стену, осел на пол, судорожно массируя горло и пытаясь вдохнуть драгоценный воздух.

— Отец, ты жив? Но как? — подал голос Арнольд.

— Арнольдик, мальчик мой, — широко улыбнулся Меншиков, белки глаз которого снова занялись белизной. — Прости меня, дурака старого, всегда думал, что ты зряшный. Но прямо сейчас увидел, что в тебе есть главное, чего я не заметил. А именно преданность своему Роду, которого все эти скоты, — он махнул рукой, — лишены напрочь. Но теперь у меня есть новый Покровитель, который даст мне безграничную силу, и кое-что из нее я сейчас продемонстрирую.

Он быстрыми шагами подошел к Арнольду, толчком повалил того на кресло, и схватился за его изуродованную ногу.

— Крепись, сынок. С болью и страданиями крепнет характер.

Голыми руками он вывернул уже начинающую отрастать нижнюю часть ноги, и с хрустом выдрал кость из коленного сочленения, под дикий вопль Арнольда. Отбросил окровавленную культяпку в сторону, а затем подошел к старшему сыну.

— А для тебя боль будет наказанием.

И то же самое продемонстрировал с его здоровой ногой, теперь уже под вопли Артемия. После этого он, весело посвистывая, подошел и приставил ногу к Арнольду. Глаза его опять заволокло тьмой, из рук пошел черный дым, и через секунду нога встала на место, как влитая.

— А ну-ка, проверь, сынок.

Бледный от боли и страха, Арнольд встал на ноги и прошелся.

— Как живая, отец, — робко улыбнулся он.

— Вот и хорошо. Преданность должна быть вознаграждена. А для всех остальных у меня есть пара очень болезненных уроков, но после них вы точно поймете, что за Родом Меньшиковых сила. И эту силу мы направим на наших врагов!

Глава 11

Пока доделывал свои дела, а именно, выделял бюджет на проекты Рода, что были мной срочно запущены, я заодно думал о графе, которого там жестоко сейчас обижают. Стоит ли оно того, чтобы за него впрягаться? Наверно, да… Но это, конечно, как всегда, не точно.

У меня не было достаточно времени, чтобы рассмотреть столбы, которые я купил, но сейчас мои люди, в том числе, новый инженер, которого я спас, прислали первые выводы. Отзывы были противоречивыми, если сказать в двух словах, изделия — полнейший мусор, хоть и сделаны искусно, и много новых технологий туда было внедрено. Стояли пометки в документах, что использовать их по назначению не стоит, а вот разобрать на компоненты и изучить возможно. Они потом в других местах пригодятся. Вот только, помимо их личного мнения, я получил еще и описание, что и как там было не так. И мои догадки подтвердились.

Тут должен признать, что идея с покупкой этих столбов была полнейшей авантюрой. Я просто заранее изучил этот вопрос и, как всегда, принял решение самостоятельно.

Столбы, которые имели длинное и бестолковое название, а теперь мной называются просто столбиками, были долговременными огневыми точками для уничтожения, как пехоты и наземной техники, так и авиации. Это такие огромные дуры, что реально выглядят, как столбы, которые погружали в заранее подготовленную шахту, для производства которой нужна отдельная техника.

Внутрь нужно посадить всего лишь одного человека, который будет исполнять роль оператора, и все! У вас есть идеальная огневая точка. Ее не видно визуально из-за того, что столб прячется под поверхностью, а в нужный момент выдвигается над землей и ведет огонь лучевым оружием, а затем быстро прячется обратно.

Насколько я понял изначально, по рецензиям в журналах — это полный провал по той причине, что лучевое оружие — что-то типа мощнейшего лазера. Он потребляет уйму энергии, и артефакторные аккумуляторы дохнут слишком быстро. А если кидать питающий кабель, то теряется вся суть этой конструкции. Кроме этого, если оружие находится в постоянной боевой готовности, то конденсатор лазера дико греется просто потому… что он греется. Нет, это не вредит технике, и она не выходит из строя, но обычный оператор там сварится, как яйцо всмятку, даже при наличии спецкостюма.

Конечно, можно посадить внутрь сильного Одаренного, но тогда снова теряется суть этой вещи. Сильный Одаренный нужен на поле боя, а не сидеть неделю под землей в ожидании нападения.

Были люди, что предлагали установить нормальную систему охлаждения, вот только места там уже не было. А если что-то убрать, тогда, вообще, все перестанет работать. Автоматикой же не заменишь из-за особенностей самой силовой установки лазера — она просто выжигала «электронные мозги».

В общем, проблем хоть отбавляй. В итоге, это признали хренью. И заслуженно, между прочим. И тут возникает главный вопрос. Зачем эта хрень понадобилась мне? Ответ очень прост. Я, мать его Охотник, а не Инженер или конструктор, а потому мыслю по другому.

Если нет места для охлаждающей системы, то мы просто можем обшить всю внутрянку кожей, допустим, морозного варана или снежного барсука. Даже после смерти своих носителей эта кожа будет выделять холод, и так на протяжении почти двух лет. А если эту кожу, время от времени, напитывать энергией, то это время увеличится до десятка лет. Одежда из такой кожи и сейчас используется в жарких странах. Вот только цена ее… ой-ой! Но тут нет проблем. У меня ее на складе полно. Ямы под шахты, вместо дорогой спецтехники, выроют дети Красивой. А с энергией тут еще проще. Выроем под землей кабельные тоннели и пустим по ним провода, которые будут вести к генераторным. А если тоннели сделать еще больше и пустить по ним пневматические капсулы, то оператор всегда сможет свалить, в случае прямой угрозы, либо, наоборот, быстро прибудет нужное подкрепление.

Я хочу иметь защиту на своих землях, и установить ее смогу так, что никто даже не узнает об этом. В общем, как по мне, все решаемо.

Вернемся к графу… Я выполнил свою часть сделки, стоит ли мне вмешиваться? Дело еще в том, что у него есть и другие разработки, не менее интересные. А я планирую запустить свое производство, и даже еще не понял до конца, с чем мне придется столкнуться.

Честно говоря, меня уже несколько утомил тот бардак, что творится вокруг. Вместо того, чтобы усиливать и развивать свой Род, готовясь к неизбежному столкновению с Эмиссарами, я завяз в мелких стычках с окрестной аристократической шелупонью. Не всегда по своей инициативе, но тем не менее.

Пожалуй, пора действовать жестко и быстро. Возможно, даже жестоко. Идиоты понимают только позицию силы, и напугать их нужно до усрачки. А еще надо вспомнить, что я не один боец в своем Роде. Я вкладывал в развитие своей гвардии, значит, нужно дать им больше инициативы. Тем более, что они это любят и умеют. Птенцы оперились, пора им летать самостоятельно. Тут я улыбнулся, подумав, что было бы, услышь Волк мои мысли. Он же не знает, что они для меня сущие дети, хоть и любимые…

Доделав все свои дела, я отправился на аэродром. Волк уже ждал меня около готовых к полету и выведенных из ангара двух «Валькирий».

— Привет, Волчара! — поздоровался я.

— Куда летим, командир?

— Ты хотел спросить, куда лечу я? — улыбнулся я.

— Ну, я думал, раз ты меня позвал, и есть вторая «Валькирия», то мы летим куда-то вместе…

— Не совсем так, друг мой. На второй «Валькирии» полетит Один. Он прибудет чуть позже, ему нужно подготовиться. Утренняя медитация еще не закончена, не хочу его от нее отрывать. Пока другая задача. Наконец-то вы займётесь тем, что прекрасно умеете делать.

— Мы всё прекрасно умеем делать, — нахмурился Волк.

— Но это вы умеете делать, вообще, по умолчанию. Нужно забрать человека и эвакуировать группу людей из-под носа потенциального противника.

Губы Волка растянулись в довольной улыбке.

— Ну да, это мы умеем. Кого?

— Граф Арнаутский. Не зря говорят, что жадность сгубила многих людей. Я его предупреждал, что и ему нужно уехать, но он остался решать дела на месте. Так вот, из имения его выбили. Прямо сейчас они идут по лесу, и их преследует банда непонятных людей, которые, походу, хотят поставить точку.

— Хм… Ясно. Какие силы и средства? — уточнил Волк.

— Ну, тут тебе уже решать. Но «Валькирий» там точно не будет. Слишком они уж заметные. А мораторий никто не отменял, — на этих словах я скривился. — Да, конечно, этот, сука, мораторий какой-то выборочный. Я так понимаю, восток Империи — это дело тонкое, и не совсем Империя, потому что законы здесь действуют по другому. А местные аристо творят, что хотят. И вот это я хочу поправить.

— В одиночку? — улыбнулся Волк.

— Ну, мне тут один князь задвинул, что один в поле не воин. И что-то меня это немного напрягло. Пора вдохнуть в старые поговорки новый смысл. Так что я полечу в Красноярск. Один, — продолжил я, увидев, что Волк собирается открыть рот. — Нет, помощь мне там не нужна. А возвращаясь к твоему вопросу, берите «Катраны», — я на секунду задумался. — «Буревестники» тоже нельзя. Все знают, что они только у меня есть. В общем, господин Потапов, у меня нет готового решения. Только не вооружённые транспортные «Катраны» есть у половины Родов.

— Это уже моя проблема, Саша. Честно говоря, это тоже наше обычное дело. Когда мы работали в тылу врага, поддержки, как ты понимаешь, не было. Да и выкидывали нас непонятно где, и забирали через раз. Так что не волнуйся, мы справимся.

Тайга, Сибирь

Российская Империя

Граф Арнаутский был уже не в том возрасте, чтобы нести такие физические нагрузки. Всю жизнь он потратил на изучение, разработку и совершенствование оружия уничтожения на благо Империи. Вот только, как говорил один его добрый товарищ, в жизни бывает черная полоса, как у зебры, и белая. А потом наступает задница. И, судя по всему, именно эта задница у него сейчас наступила.

Пользуясь разбродом и шатанием в Империи, окрестные аристократы начали потихоньку отбирать земли у более слабых соседей. К Арнаутскому пришли ровно тогда, когда контракт с Империей, считай, ее абсолютная защита, закончилась, в связи с невозможностью Рода выполнить контракт.

Нельзя сказать, что Арнаутский не пытался. Пытался, еще и как. Но финансирование уменьшалось. Ему показалось, что вот-вот и наступит момент, когда все получится. Но этот момент так и не наступил. Контракт был разорван, и к нему пришли соседи с предложением купить его земли за очень смешные деньги.

Граф отказался, и начал вкладывать в разработки уже собственный капитал, который таял буквально на глазах, в ущерб безопасности, и всему прочему. И вот недавно наступил момент, когда единственным решением было бросить всё и улететь с семьей в Королевство Швейцария, где ему обещали финансирование его разработок.

А ведь Роман Сергеевич Арнаутский был настоящим патриотом Империи, и до последнего не хотел менять место жительства. Но тут уж дело было фактически жизни и смерти, так что он наконец-то решился все бросить.

Поэтому молодой барон, который заплатил щедрую сумму, был буквально посланием небес. Он заплатил, фактически, за металлолом, который граф в голове уже списал и решил бросить здесь, предварительно покорёжив так, чтобы не досталось злопыхателям.

А теперь у него есть деньги, и его семья в безопасности. Но тут граф снова наступил на те же грабли, что и до этого. Ему предлагали деньги за землю. Небольшие, но все-таки. Если бы он тогда их принял, у него оставался достаточно большой капитал, чтобы безбедно осесть в Швейцарии. Но капитал он потратил. Саботаж против него начался, и граф уже тогда молил Вселенную, чтобы она просто сохранила ему жизнь.

И вот Вселенная подкинула ему подарок в виде Галактионова. И тут же у графа опять включилась жадность. Он решил, что сможет получить еще немного денег за своё имение.

— Старый дурак! — пробурчал он себе под нос, спотыкаясь об очередную корягу.

— Роман Сергеевич, осторожно! — сбоку брел его помощник по научным разработкам.

Кроме него, в группе осталось всего восемь ученых, которые также пытались максимально собрать все материалы. И четыре гвардейца из всей его небольшой гвардии, причём, один из них был серьёзно ранен. И да, это были самые преданные его гвардейцы, потому что два десятка просто отказались его защищать, растворившись в тумане, когда среди ночи было совершено нападение.

Его усадьба, в связи с высокой секретностью и опасностью для жизни окружающих, находилась на маленьком хуторе внутри тайги. У него даже вышка сотовой связи своя была. Вышку, конечно, сразу же уничтожили, а единственная дорога к населенным пунктам контролировалась врагом.

Поэтому уже вторые сутки он и его люди брели по тайге, надеясь на благополучный исход, без сна и отдыха, зная, что их преследуют. Причём, преследовали их, как пешими, так и воздушными средствами. Боевые вертолеты без опознавательных знаков прочёсывали тайгу кругами. Но как раз от них у графа-артефактора остались разработки, которые убирали всё излучение от их тел.

Судя по всему, по их следу шли ищейки. И нет, под «ищейками» подразумевались не собаки, а люди с подобным Даром, которые точно их не упустят. Хорошо, что хоть для этого им нужно было находиться на земле. Если бы был такой сильный ищейка, что мог искать с воздуха, то их давно бы уже нашли. Единственная надежда — странный маячок, который вручил ему барон, как он выразился — на всякий случай. Одноразовый артефакт, посылающий неизвестный сигнал неизвестно кому, и неизвестно на какое расстояние. Арнаутский мог только предполагать, что этого будет достаточно.

Вдали послышались шумы винтов, и старший из гвардейцев подал сигнал. Мгновенно был натянут тент, и все спрятались внутрь, дабы исключить обнаружение с воздуха. Шумы винтов чуть усилились, а потом снова прекратились.

— Странно, — сказал гвардеец.

— Что именно?

— Вертушки шли с другой стороны от усадьбы. Возможно, они подключили к нашим поискам кого-то другого. Роман Сергеевич, я не знаю, как дальше действовать, — покачал головой гвардеец. — Если мы пойдем вперед, там будет вражеский десант, и мы на них натолкнёмся. Назад нам тоже нельзя. Что будем делать?

— Пойдёмте в бок, — пожал плечами Арнаутский. — Олежка, голубчик, из меня ещё хуже боец, чем из вас.

— Хорошо, — гвардеец Олег сверился с компасом и показал путь не совсем в бок, а чуть в сторону. Он всё ещё пытался выйти к хутору до вышки связи, откуда можно будет запросить помощь.

Они шли дальше и дальше, благо, здесь тайга была достаточно чистой, и не было буреломов, в которых можно было сломать ноги. Погрузившись в свои мысли, граф Арнаутский вздрогнул от громкого голоса.

— Роман Сергеевич, не волнуйтесь. Мы от Галактионова. Я — Андрей Потапов, начальники его гвардии. Сейчас я выйду к вам медленно и с поднятыми руками. Будьте добры, постарайтесь в меня не стрелять.

— Что делаем? — запаниковал граф, обращаясь к гвардейцам.

— Я никого не вижу, — Олег смотрел через прибор инфракрасного видения, судорожно крутя его регулировку. — Вообще никого! Так что рекомендую сперва посмотреть, и не стрелять куда попало.

— Выходите, Андрей! Как вас там по батюшке? — дружелюбно улыбнулся Арнаутский.

— Сергеевич я. Тёзки у нас были батюшки, — раздался голос, и наружу вышел человек, неотличимый от окружающей тьмы. То, что было видно, так это его зубы, когда он широко улыбался, опустив низ балаклавы на подбородок.