Неосознанная мечта

Лана Ефанова

Неосознанная мечта

“О Господи! Ну почему он такой нерешительный? Я уже всячески ему показываю, что не против отношений, а он держит меня в подружках… Ведь сам сказал, что девушки у него нет… Я и сама чувствую, что нравлюсь ему больше, чем подруга… Я заметила, что он украдкой наблюдает за мной, когда я болтаю в “некурилке” с ребятами.” — так размышляла Даша, собираясь на корпоративную вечеринку по поводу дня образования компании, где она работала.

“Некурилкой” в их компании называлась комната отдыха для сотрудников, где стояла кофеварка, микроволновка для разогрева своих принесенных обедов, большой стол со стульями и набор посуды. Раньше это была “курилка”, но с новым законом курить в помещениях запретили и “курилка” превратилась в “некурилку”.

”Может, сегодня он будет посмелее после шампанского…” — мечтала девушка.

Они работали в одной компании: Даша и предмет ее мыслей, Максим. Только в разных отделах. Даша в финансовом отделе, Максим — айтишник.

Вчера они заболтались, когда вместе шли в метро после работы, замерзли на улице и зашли в кофейню. Там было так тепло, уютно, пахло свежесваренным кофе и булочками и так не хотелось идти домой… Они разговаривали о разном, и Даша в разговоре вспомнила, что в детстве мечтала выступать на сцене. Она брала массажку, пела в нее напротив зеркала, как в микрофон, и танцевала. Но когда ее выступление замечала мама, она начинала ей декламировать басню “Стрекоза и муравей”, забирала расческу и давала вместо нее книгу со словами: “бери пример с брата”.

Брат Андрюшка был младше на 5 лет и очень любил читать, чему научился еще в 4 года, и с тех пор его можно было увидеть исключительно с книжкой в руках. Даше это занятие казалось скучным — читать про чужую жизнь, ей хотелось проживать свою, хотелось играть в подвижные игры или петь и танцевать, или с подружкой разыгрывать сценки, где они были родителями по ролям. Подружка Алиса изображала своих родителей, а Даша своих.

Мама у Даши — властная женщина, руководила и на работе бухгалтерским отделом, и дома всей семьей. Папа в основном молчал. Просто приходил с работы и, так же, как брат, вечно молча читал. Поэтому все мамино внимание было обращено на Дашу. Она должна была или учить уроки, или помогать, или читать, на худой конец, а не “бездельничать”. Даже сейчас, когда она работает, закончив универ на финансиста с отличием, мама все равно не дает ей отдохнуть с телефоном в руках, как это делают все — просто тупо поюзить по соцсетям, поставить лайки знакомым ребятам, узнать интересные новости из мира киноактеров или о своих одноклассниках. Нет, Даше всегда найдется какое-то дело: разобрать посудомойку, вытереть пыль, почистить картошку и т. д. Мамино любимое “не сиди без дела, а то замуж не возьмут”…. Поэтому ей так не хотелось вчера уходить из кофейни…. И болтать с Максом было так легко, что они не заметили, как наступил поздний вечер, пока не позвонила мама.

Макс тоже рассказывал ей про свою семью. У него была мама и бабушка. В детстве ему сообщили, что он хочет быть композитором и он ходил в музыкальную школу по классу фортепиано. Гения из него не вышло, и мама с бабушкой определили его в айтишники, так как это сейчас “модная и денежная” профессия. А что сам Максим любил делать в детстве, во что он играл или чем занимался, когда был один, он так и не вспомнил. Он не был один. Бабушка всегда была рядом. Он вообще не помнит себя без бабушки.

И ему также, как и Даше, не позволяется “бездельничать”— бабушка обязательно подсунет ему какую-то статью о миллионере или попросит помощи разобраться в очередной соцсети.

“Интересно — подумала Даша — а если бы мы с Максимом стали жить вместе, отдельно от своих родителей, мы бы могли просто ничего не делать после работы? Просто НИЧЕГО НЕ ДЕЛАТЬ…. ОТДЫХАТЬ…Смотреть сериал с пиццей из доставки. Или просто “тупить” в телефоне…. Господи, да неужели такое может быть? — Даша вдруг поняла, что возможна и другая жизнь. Жизнь, которая может ей нравиться. И ей так сильно захотелось поделиться этим своим осознанием с Максимом. Она уже представляла себе их уютную квартирку, где они в обнимку на диване делятся между собой роликами из соцсетей. Она даже станцевала вальс со своей блузкой, которую выбрала для корпоративной вечеринки.

* * *

— Алииииисааааа — рыдала в трубку Даша на следующее утро. — Срочно нужна помощь.

Алиса прибежала через две минуты, она жила в соседней парадной.

— Что случилось?

— Ну почему он такой дурак??? — плакала Даша. — Вчера все было очень даже хорошо. Мы даже поцеловались. Но в конце я осталась одна и даже не заметила, куда он делся. Что мне делать? Я так хочу жить с ним…. Нам будет очень хорошо вдвоем. Мы будем делать то, что нам хочется…

Алиса задумалась. Она была асом, на взгляд Даши, в делах с парнями, так как у нее их было великое множество, правда, ни один не подходил ей, так как она была супер-красавицей по мнению самой Алисы. Но обращаться с ними так, что они готовы были в любую минуту вернуть отношения, она умела.

— Есть метод. Стопроцентный. Нужно вызвать ревность у твоего Макса. Тогда он испугается и будет поактивней.

— Что ты? — испугалась Даша. — Он подумает, что не нравится мне. Что мне понравился другой и тогда я его потеряю. Или подумает, что я ветреная и ненадежная, в этом случае я тоже его потеряю.

— Ну ты трусиха! Я со своими всегда этим методом пользуюсь, еще ни разу не подвел. Тут, главное, быть уверенной в себе, что ты — лучшая. Они это считывают и боятся потерять такую королевну — сказала подруга, улыбнувшись себе в зеркало, висевшее на стене позади Даши.

— Я так не могу…. Нужно что-то другое. Что-то, что мне подходит.

— Ладно. До понедельника еще есть время. Я что-нибудь придумаю под тебя — сказала Алиса и ушла домой.

А Даша вдруг подумала, что ее брат тоже такой же нерешительный, как Максим и хорошо бы у него узнать, что он думает по этому поводу. “Почему они такие? И, кстати, где брат?”

Была пятница. Им в компании дали выходной по случаю вчерашнего корпоратива, но вообще, это был обычный рабочий день и родители были на работе, а брат должен быть в универе.

* * *

А брат Андрей в это время сидел на лавочке в университетском сквере с томиком Чехова и думал о группе своих сокурсников, стоящих неподалеку: “ну как можно так увлеченно разбирать препарирование лягушки?”

Студент первого курса медицинского университета, которого родители туда определили потому, что мальчик учился на «отлично». “Родители” это громко сказано — всем руководила мама. Она решала за детей, кто куда будет поступать, кем будет работать.

Ему самому было все равно, где продолжать учиться — он любит читать.

А хорошо мальчик учился от того, чтобы побыстрее сделать уроки и спокойно читать книжки. Ведь в этих книжках такая интересная жизнь, совсем не похожая на его жизнь, где все ясно с самого начала. У мамы есть план для всех. И четкое руководство к его исполнению. Ее вообще мало интересовало, чего хотят все остальные. Что хочет Андрей, чего хочет сестра Даша. Даже отец живет по ее планам, никогда не спорит, делает, что она ему скажет.

Вот и учится Андрей в медицинском… Дальше, по плану мамы, магистратура, докторская и вот у нее сын профессор медицины. Дашке повезло — ей нужно было просто получить “высшее” и выйти правильно замуж. И чем скорее, тем лучше. Чтобы уж “отстреляться”. Потом мама займется воспитанием внуков и все пойдет по кругу: этот сюда, эта туда…

Грустно стало Андрею от этих мыслей. Не от того грустно, что живет по маминой указке, а от того, что не знает сам, чего хочет….

“Вон на лавочке девушка сидит, тоже не особо весело что-то читает, задумчивая такая. Я ее не первый раз здесь вижу, — мелькнуло у Андрея — она всегда одна здесь сидит”. И он стал приглядываться к ней внимательно.

Девушка была похожа на полевой цветок- такая же хрупкая, тоненькая, невысокая, светленькая, почти рыженькая, как будто ее треплет и ветер, и солнце, и дождь постоянно, и она не может набраться сил от этого и вырасти крепкой и высокой. У Андрея стали складываться мысли в рифму:

Полевой цветок,

Ты не высок.

Но нежен и светл,

Как рассвет.

Он даже испугался этого. Что это такое с ним? Встряхнул головой, закрыл книгу и собрался уходить “от греха подальше”, так как у него “основная задача — учеба, а не девушки”. И тут заметил краем глаза, что группа его сокурсников подошла к лавочке этой девушки и они расселись там, громко споря. Она посмотрела на них недоумевающе, что ребята нарушили ее покой и тоже встала уходить.

Андрей сделал вид, что не видит всего этого, но ощущая при этом, что его маневр разгадан и он выглядит, как трус, избегающий конфликта. Хотя к нему и претензий быть не может — они с этой девушкой-цветком даже не знакомы. Но чувство — это не сознание. Чувство, если оно есть, от него уже не избавиться с помощью логики. Андрей покраснел от злости на себя: ну почему он не может подойти о огородить это хрупкое создание от громких студентов, пригласить ее на свою лавочку, например. Или просто пойти с ней рядом, чтобы она не чувствовала себя “на ветру под дождем”, одинокой. Ну почему он такой нерешительный? Андрей все больше злился на себя.

И тут, вдруг, у него зазвонил телефон. Ему вообще, кроме мамы, никто никогда не звонил… “О! Сестра? Чего это вдруг? Что-то случилось?” — Они не были особо дружны. Андрей чувствовал некое презрение, что ли, или недовольство со стороны старшей сестры, так как мама ставила его всегда в пример дочери и это выглядело не очень комфортно. Но самому Андрею было тягостно думать о своих родных — он всегда хотел скорее уйти в сюжет очередной книги. Там ему было комфортней.

Андрей ответил на звонок.

— Андрюша, братик, привет! Ты где? В смысле, мне очень нужно с тобой поговорить. Ты очень занят? Когда ты освободишься? Куда мне подъехать? — выпалила сестра Даша.

— Что это с тобой? Что-то случилось? — испугался Андрей.

— Нет. Ничего не случилось. Вернее, случилось. Со мной. Но все хорошо. — ответила сестра.

— Ничего не понимаю…,”случилось, но все хорошо”. Случилось что-то или не случилось? Если случилось, то это хорошо или плохо?

— Да нет. Пока ничего не случилось, но очень хочется, чтобы случилось — еще больше запутала Даша.

— Даша!!!!! — закричал Андрей в трубку.

И вдруг заметил, что “девушка-хрупкий цветок” резко обернулась и посмотрела на него. Его осенило: ее зовут так же, как и сестру — Даша.

“Даша-милаша”— мелькнуло в голове. Андрей в шоке замолчал. Он что, сходит с ума? Что это за рифмы лезут из него?

— Даша, пожалуйста, объясни скорее, что случилось, иначе, мне кажется, я сойду с ума…

Сестра поняла, что она напугала брата своим неожиданным звонком и решила оправдаться:

— Да нет, все нормально, все хорошо, я просто поболтать хотела с тобой.

В это время Даша “хрупкий-цветок” вопросительно смотрела на Андрея. Но он настолько испугался внимания двух Даш, что, показав пальцем на телефон, помотал отрицательно головой, дав понять, что это он кричал другой Даше, той, которая в телефоне. Девушка развернулась и пошла. И тут Андрей почувствовал каким-то неосознанным чувством, что уходит что-то очень важное для него. Уходит с этой девушкой. Уходит солнце, уходит полевой ветерок, уходит летний дождик, уходит что-то очень-очень нужное ему. Но он это просто почувствовал, не осознал, а что-то такое смутное-тяжелое-страшное происходило где-то в районе груди, где-то внутри, как будто боль, но не было больно, как будто хочется плакать, но вроде и причины нет, что-то совсем непонятное…

— Андрей? — услышал он тихий вопрос сестры в ухе. Встрепенулся и вспомнил, что он разговаривает по телефону с сестрой.

— Да?

— С тобой все хорошо? Ты молчишь…

— Да… — тихо и задумчиво произнес брат.

— Что-то случилось? — спрашивает Даша

— Да.

— Что?

— Ничего.

— Андрей?!? — теперь за брата испугалась Даша

— Что-то случилось, но все нормально. Я не понимаю, что это случилось.

— Ты где? Я еду! — Даша вдруг почувствовала какое-то сильное чувство, она еще не могла его определить, но что-то такое крепкое, родное что ли… Она поняла, что ее брат ей очень нужен, просто так нужен, чтобы был, не для ее вопросов, а вообще. Чтобы рядом. Чтобы можно было обнять. Чтобы поговорить. Чтобы вместе помолчать. Чтобы был брат.

А Андрей в это время почувствовал, неосознанно опять же, как-то непонятно, но почувствовал, что он нужен. Просто нужен. Он пока не смог этого понять умом, не понимал, кому он нужен. Просто ОН НУЖЕН. Может, сестре. Может, этой девушке-цветку. Но самое важное, что нужен именно он. Он сам. Не для исполнения чьих-то желаний и амбиций. А нужен он сам, как человек, как Андрей.

Он тихо произнес адрес своего факультета и опустился на свою лавку, сил идти на лекцию не было…

Девушка давно ушла… Сестра где-то едет…

Он закрыл глаза и сидел опустошенный, как будто из него выпили всю кровь и в это время он почувствовал, что начинает наполняться чем-то непонятным. Что-то мощное, но не тяжелое, сильное, но не твердое наполняет всего его. Как будто он накачивается каким-то жизненным соком, как тот цветок в поле пьет дождь после засухи.

Я люблю тебя, Даша

Ты мой летний дождь

Не бойся, милаша

Мы не будем врозь

Андрей вдруг расхохотался. “Уж не сошел ли я с ума?” — подумалось ему. И вот теперь ему стало легко и смешно. Это так приятно-сходить с ума!!!! Такое наслаждение!! Такая свобода!! Ощущение легкости и душераздирающего счастья!! Что-то должно произойти скоро, что-то очень хорошее, какое-то предчувствие, хотелось кричать…

— Привет!

Андрей открыл глаза.

— Сестренка! Так хорошо, что ты приехала!

— Что с тобой?

— Я не знаю. Но мне хорошо. Что у тебя случилось?

— Да у меня ничего не случилось. Об этом я и хотела поговорить с тобой.

Даша рассказала брату о Максиме и спросила, почему парень ничего не предпринимает, если даже девушка ему нравится?

Андрей готов был провалиться сквозь землю. Он увидел себя на месте Максима, а его сестра Даша — это Даша-цветок. Девушки ждут, что парни возьмут на себя развитие отношений. А он, Андрей, ничего не предпринимает. Просто у него в голове рождаются стишки, он сидит и радуется своим новым чувствам и ждет, что все само собой наладится. “Мама даст план и скажет, что следует делать, чтобы этот план воплотить…”

Но ведь мама не может дать план. Мама не знает о девушке-цветке. Мама не знает о Максиме. И, если честно, ей и рассказать о них страшно. Страшно, что она придумает. “У тебя магистратура, не до женитьбы”, у “Максима семья еще не известно, какая” и т. п.

— И что делать? — спросили брат и сестра в один голос и засмеялись оба.

— Нужно решать этот вопрос самим. Мы справимся. Ведь теперь нас двое. — решили они.

Они стали вспоминать свое детство. Даша рассказывала брату, как он её бесил, что вечно читал и не хотел играть и мама его всегда ставила в пример. А Андрей рассказал, как его бесил громкий смех Даши, ее пение и танцы, и он хотел тишины, чтобы читать с наслаждением. Но, кстати, и его мама выгоняла на улицу “подышать свежим воздухом, как сестра”, а ему так не хотелось стоять и смотреть, как играют другие дети во дворе, и играть с ними совсем не хотелось, двигаться не хотелось, хотелось лежать и путешествовать с капитаном Бладом по морям-океанам….

Они были родными, но были такими разными.

Брат с сестрой немного помолчали, каждый о своем. Встали и медленно пошли к метро. Проходя мимо рекламного анонса какого-то театра, Даша вдруг спросила:

— Интересно, а почему родители никогда не водили нас в театр? И сами не ходили?

— Мама не хотела. — ответил брат

— Откуда ты знаешь?

— Слышал один раз.

Андрей задумался, вспоминая тот вечер, когда папа подарил маме билеты в театр на их годовщину, а она сказала, что ничего не хочет слышать о театре. Отец удивился. Мама тогда сказала ему, что не хочет, чтобы в их доме говорили о сцене, так как Даша может увлечься и “пойти в артистки”. И вообще, сказала она “в семье должна быть одна звезда. В нашей семье звезда — я”. А папа тогда разозлился и сказал ей “какая ж ты звезда? Ты — тиран, деспот. Ты все за всех решаешь. Ты говоришь, что нам с детьми нужно, что не нужно. Ты даже уверена в том, чего мы хотим или не хотим”. Они тогда сильно разругались, и мама даже плакала. И Андрей рассказал сестре об этом разговоре родителей.

— Слушай, — сказала Даша. — А ведь папа прав. Мама действительно все решала за нас. У нас никогда не было выбора.

Она вспомнила, как они с мамой пошли на рынок купить ей новую куртку, Даше понравилась розовая. Она была очень красивая, как у Барби. Но мама выбрала темно-синюю, “не маркая” — сказала она тогда. И Даша каждый раз, одевая ее, думала, “как мальчик”. Она ненавидела эту куртку и хотела поскорее вырасти, чтобы та стала ей мала.

Так они и доехали до дома, размышляя о своем детстве, о себе.

Дома картина была, как всегда. Родители уже вернулись с работы. Папа сидел в кресле и читал, мама была на кухне. Даше вдруг стало так жалко папу — ведь у него тоже не было выбора, он как-то подчинился жене. Интересно, подумала она, а если бы папа воспротивился такому положению вещей? И вообще, отчего люди бывают такими? Почему они не отстаивают свои желания?