Плюс бесконечность

— Спасибо за заботу, «Родная», но мне это уже не навредит — на выходе сказал Артур. Он обошел машину сзади, открыл багажник и достал автоматическое оружие.

— Да ну и местечко, лет пять здесь не был, а как всё изменилось — подбадривая сам себя, говорил Симонов, шагая вокруг здания. Узнав улицу Артур вспомнил, как во время конфликта, он тогда еще будучи молодым практикантом, был привлечен для эвакуации мирных граждан из этого района. Память смешала воспоминания с реальностью и Артур, запрокинув голову уставился в затянутое смогом небо, лучи яркого солнца прошлого заставили его морщится. Внезапно на предельно низкой высоте с оглушительным ревом прошло боевое крыло. Послышались взрывы, зазвенело стекло. Артур побежал, за гражданскими, которых уже не надо было уговаривать. Газ, возгоняясь, повалил со всех сторон, Симонов, воспользовался респиратором, которым его предусмотрительно снабдили. Некоторых приходилось тащить. Люди, попав в облако, останавливались и впадали в состояние ступора. Бомбить начали на час раньше, и всех эвакуировать не удалось. У Симонова как тогда нестерпимо защипали глаза, он моргнул и вернулся в реальность. Поднявшись по ступенькам фасада и пройдя через чудом уцелевшие стеклянные двери, офицер оказался в полутьме помещения. Постояв пол минуты, выжидая пока глаза привыкнут к освещению, он крадучись направился к боковой лестнице через захламленный холл. Дверь на второй этаж оказалась открытой, а точнее оторванной и весела на одной верхней петле. Из коридора за дверью доносился какой-то слабый звук. Симонов попытался его расслышать, но не смог. Вдруг под ногами юркнула кошка, до смерти напугав капитана, и зацарапав когтями по кафелю, умчалась во тьму.

— Чтоб тебя… — прошептал Артур и через коммуникатор дал команду «Касте» направить беспилотник к окну объекта. На экране коммуникатора появилась окно с силуэтом человека в комнате.

— Я знаю, они скоро будут здесь — завопил коммуникатор. Симонов сделал динамик тише и продолжил подглядывать. Человек мелькал в проеме, беспокойно метаясь по комнате.

— Меня не взять, меня им не забрать — без умолку повторял он.

— Дай схему помещения и определи количество живых объектов в здании — тихо скомандовал Артур «Касте». Схема была получена сразу — от комнаты 4х5 метров его отделял коридор и два смежных помещения по правую сторону. О наличии других гражданских лиц в строении у «Касты» сведений не было. Артур выжидал, наблюдая за Игорьком.

— Капитан, получены сведения по голосовой идентификации объекта. На экране появилось объемное фото Сивоха Игоря Викторовича по кличке «Сивый», числящегося в федеральном розыске за двойное убийство и побег.

— Признан социально опасным по 4-м основным параметрам. Вызвать группу физической защиты? — забеспокоилась Каста.

— Вызывай — капитан не стал спорить, зная, что машина задала этот вопрос из программной вежливости и сигнал о помощи уже давно в пути.

Вдруг Игорёк высунулся в окно и начал палить по обнаружившему себя беспилотнику из автоматического оружия.

— Винтовка типа «Спектр Ц» — огнестрельная, боезапас 45 патронов………… скорострельность…………, осталось 34…- на бегу Симонов не расслышал часть доклада «Касты». Он, воспользовавшись моментом, мгновенно преодолел коридор и ворвавшись в комнату увидел как Игорек выпрыгивает из окна на улицу.

— Стой, криминаль… - только успел крикнуть в след неудавшемуся собеседнику офицер. Через окно Артур разглядел как тот перекатившись через голову убегает.

— Зонд поврежден, преследовать не может — услышал сквозь очередь выстрелов, Симонов.

— Значит, будем метить — подумал капитан и прицельно выстрелил маркировочным зарядом из пистолета в сторону убегающего. Заряд взорвался над головой Сивохи, который пробежав через бесцветное облачко, скрылся в переулке. Симонов выбежал из разрушенной больницы сел на пассажирское сиденье служебной машины и достав из бардачка очки кинулся за разыскиваемым. Очки в подобных случаях весьма облегчали поиск. Надевая их офицер криминальной полиции мог без труда пешком отыскать любого помеченного спецзарядом, так как он оставлял видимый фосфорирующий след за собой в течении шести часов. Артур, обогнув светящееся облако, в которое попал преследуемый, побежал за тянущимся из него хорошо видимым шлейфом, уверенно преодолевал улицы и переулки, приостанавливался лишь когда светящийся след уходил за глухой поворот. «Каста» по параллельным улицам двигалась за ним.

— Три минуты до прибытия группы — обнадеживающе приободрила машина.

— Не поймаю, они его прикончат, но он ведь чипованный, так что информацию всё равно получу — на бегу размышлял Симонов.

Темная улица сужалась, упираясь в тупик, образовавшийся из-за наваленного мусора и побитых автомобилей. Артур пошел по-над стенкой здания и спрятавшись за остовом машины разглядывал след, уходивший за сожженный фургончик, стоявший на другой стороне улицы.

— Сопротивление бесполезно, сдавайся, через минуту здесь будут «Физики» и тогда тебе точно хана — прокричал Симонов. Ответа не последовало. Только сухая очередь «Спектры» разразила раскатами мертвую улицу. Пули забрякали по старому железу, за которым прятался Артур.

— Так, сдаваться мы не хотим — тихо сказал детектив — «Родная» нужен голосовой код нейтрализации объекта!

— Получен: Авель 713 — немедля ответила «Каста».

— Авель 713! — громко крикнул Артур и уверенно встал из-за своего укрытия.

— Да пошел ты! — услышал он в ответ и едва успел пригнуться, как в его сторону снова полетели пули.

— Как же? Не сработало — подумал Артур и вновь услышал выстрелы в свою сторону.

— Два, один, ноль — патронов нет, на перезарядку при наличии дополнительной обоймы минимум 5 секунд… — вовремя доложила машина.

Артур не дослушал «Касту», большими прыжками преодолевая расстояние между ним и фургончиком. Обогнув обгоревший остов он навалился на ковыряющегося с винтовкой «Сивого». Тот только успел передернуть затвор, как они вместе упали на землю. Началась борьба. Одной рукой Симонов схватил за ствол винтовки Сивого, в другой держал свой пистолет, который пытался перехватить отчаянно сопротивляющийся сутенер-убийца. Они несколько раз перевернулись друг через друга и Симонов, оказавшись сверху начал смыкать руки, поворачивая свой пистолет и ствол винтовки преступника в сторону его головы. Через плечо на ремне у офицера висел автомат, который в самый неподходящий момент зацепился дулом за проем двери фургона. Это обстоятельство дало преимущество уже теряющему силы под натиском Артура Сивому. Он, как змея, вывернулся и, вскочив на ноги, встал перед ним. Они так и замерли друг на против друга: Симонов полулежа на спине с пистолетом, направленным в лоб противнику и тот, напротив, со «Спектрой». Момент был краток, но обоим показался вечностью.

— Авель 713! — решив ещё раз попытать счастье, выкрикнул детектив. Реакции не последовало. Внезапно откуда то сверху подули потоки теплого воздуха, и Сивый не спуская глаз с преследователя, боковым зрением увидел группу захвата, прыгающих вниз с планирующего транспорта.

— Приятно было познакомиться капитан! — вдруг каким-то неживым голосом произнес сутенер и засунув дуло винтовки себе в рот спустил курок. Короткая очередь в три выстрела разнесла верхнюю часть его головы в красное облако, багровыми каплями осевшее на уже бездыханный труп.

— И мне приятно — автоматически ответил Симонов, явно не ожидавший такого финала. Подойдя к телу, он беспардонно запустил в остатки черепа руку и вынул органическое соединение — гиперчип.

— Оружие в сторону, сам на землю! — услышал сзади капитан четкую команду. Покорно бросив в сторону укороченный автомат и пистолет, подняв руки он было уже собирался прилечь, выбирая место почище, как пожалел о промедлении, поскольку был сбит с ног подсечкой и упал прямо в лужу из крови и мозгов. Вокруг столпились бесцеремонные «физики». Пройдя процесс идентификации, перемазанный Симонов, поднявшись на ноги, злобно смотрел на помощников.

— Извини капитан, сам знаешь, работа такая — неуклюже просил прощение здоровенный детина. На его голове был защитный шлем, лица не было видно, поэтому Артур не понял, извиняется тот или язвит.

— Знаю, я какая у вас работа, не успел — считай — убили.

— Ага, меня уже трижды по страховке клонировали — браво вторил представитель группы физической защиты.

— Не знаю, какой там был оригинал… — начал Артур — и уходя продолжил — но вот на мозгах как всегда сэкономили.

11

Спустя час Симонов Артур заехал в подземный гараж здания Министерства внутренних дел, где оставил машину. Поднимаясь в лифте, встретил своего старого сослуживца Дроздова Костю, с которым начинал несколько лет назад в отделе по борьбе с преступлениями против цифровых воплощений человеческой личности. Дроздов с любопытством осмотрел плащ друга, который бурыми пятнами отражал последний час его жизни.

— Представляешь, вчера в верхних сетях локализовали твоего двойника, довольно шустрый оказался, пришлось побегать — изобразив изощренные манипуляции руками, весело делился Костя.

— То есть, меня нет, а имя «SimonOff» — живет — задумался Симонов.

— Ещё как, надолбили мы с тобой в свое время, вот теперь каждый сопляк хочет отщипнуть кусок от нашей славы, продолжая вселять в сердца киберобщественности ужас неминуемого возмездия, при этом решая свои личные проблемы.

— И много таких?

— Да порядком, тебя только с месяц как перевели, а сеть, сам знаешь, такой организм, что всё восполняется мгновенно. Сейчас перевес сил уже не в нашу пользу. Опять черви активизировались, самокопиров мы так же по старинке в стойло ставим, в общем, всё как всегда, но без тебя скучновато стало.

Лифт возвестил о нужном этаже коротким сигналом. Артур, пообещав зайти в гости, вышел на своем этаже. Владимир сидел перед окном и задумчиво щурился:

— Уже слышал о твоих подвигах — недовольно пробурчал Злобин.

Симонов промолчал. Снял испачканный плащ, и хотел было повесить его на вешалку, но передумал и выкинул в мусорную урну.

— Что коды голосовой нейтрализации уже отменили? — спросил Владимир Артура.

— Я называл, он слышал, но не сработал.

— Ты же больше моего об этом знаешь, что всех социально опасных по более чем двум пунктам в период отбывания срока заключения программируют на эти коды, которые их отрубают при задержании. Что не мог живым взять?

— Я же говорю — код на него не подействовал, что странно.

— Ошибки быть не может?

— Нет, перепроверял два раза, код тот. Ладно, чему быть — того не миновать, мне нужно заполнить протокол изъятия чипа — сказал Симонов и вызвал специалиста из бригады сохранения.

В кабинет зашел высокий брюнет с тонкими чертами лица, в черном костюме. Своим немногословием и постоянным трагическим видом он напоминал гробовщика, где то потерявшего цилиндр.

— А, Эдуард, заходи — поприветствовал Артур. В руках у Эдуарда был небольшой чемоданчик серебристого цвета. Он молча присел и посмотрел на Симонова в ожидании. Артур поднял плащ из мусорного ведра и достал из кармана полиэтиленовый пакет с чипом гиперпамяти. Эдуард взял окровавленный пакет, бегло глянув на него, заметил:

— Поврежден, механически, видно невооруженным глазом, за целостность информации не ручаюсь.

— Назначим процесс дешифровки, а пока вот направление на первичное исследование — Злобин передал подписанную бумагу.

— И еще, вспомнил — остановив засобиравшегося эксперта сказал Артур — не знаешь никого по фамилии Кавальский?

— Если не ошибаюсь, был такой математик, ему принадлежит теория каскадной личности.

— Это когда несколько сознаний сливаются в одно? — уточнил Артур.

— Да, но это только теория, к тому же, насколько я знаю, он умер несколько лет назад — ответил Эдуард, пообещав результаты через пару часов, удалился.

12

С Симоновым связался старший эксперт-криминалист Власов. Артур включил громкую связь, чтобы напарник так же мог слышать доклад:

— Артур Матвеевич, ничего не могу сказать о номере, кроме того, что в нем нет вообще никаких следов.

— То есть как, вообще нет? — переспросил удивленный Симонов.

— То-то и оно, что совсем ничего не обнаружено. Я позволил себе смелость и лично расспросил администрацию мотеля о постояльцах. Мне пояснили, что за 6 часов до наших потерпевших в номере так же были гости, а уборка, как водиться производилась поверхностно. Из чего могу сделать только один вывод — наш объект чрезвычайно аккуратен.

Симонов поблагодарил за работу и отключился.

— Это обстоятельство косвенно подтверждает, что жертвы действительно были в номере, а так же, что там был наш «товарищ» — умозаключил Владимир.

— Да — согласился Артур и продолжил мысль — представь, что ты совершил двойное убийство, расчленил, упаковал жертвы. Но какое надо иметь хладнокровие, чтобы, несмотря на опасность быть застигнутым на месте, тщательно за собою всё убрать, да ещё так, чтобы эксперты недоумевали?

— Сам знаешь из курса криминологии, что идеальных преступлений не бывает, всегда остаются следы — задумчиво высказался Владимир — А тут явился кто-то и пытается опровергнуть этот постулат, что ж, так намного интересней.

13

Детективы поднялись в отдел реконструкции памяти. Отделом назывался небольшой кабинет весь обставленный аппаратурой. Среди громоздких приспособлений и отовсюду торчащих проводов, скрючившись, работал Эдуард. Это он вызвал детективов, нарушив порядок доклада.

— К сожалению представленный к исследованию чип гиперпамяти модель Z705, при жизни принадлежащий гражданину Сивоха Игорю Викторовичу поврежден на 90 процентов. Удалось восстановить грудной возраст, имеются обрывки детства до 14 лет от интересующих участков памяти ничего пригодного для снятия не осталось — констатировал Эдуард.

— И эту печальную весть ты решил сообщить нам лично? — недовольно спросил Владимир.

— Да, но это не всё. При более детальном изучении оставшихся сегментов памяти, касающихся последних дней жизни объекта исследования, обнаружилась весьма странное структурное образование, неподдающееся классификации.

— Подробнее и как можно проще, пожалуйста — попросил Артур.

Эдуард глубоко вздохнул и с приглашающим жестом придвинул микроскоп к Злобину:

— Дешифрация ввиду повреждений не возможна, но это не мешает нам визуально исследовать чип — Эдуард, на мгновение прервался, взглянув на собеседников и удостоверившись, что до них доходит смысл его слов продолжил — Понимаете, структура занятого памятью волокна должна быть однородной….

Злобин поморщился и взглянул в окуляры микроскопа. Он увидел увеличенный участок гиперчипа, поверхность которого была похоже на наждачную бумагу.

— …ввиду огромной информационной емкости вещества запись осуществляется по 16 каналам одновременно и кладется в одной плоскости. Таким образом, мы визуально можем выделить участок волокна, отвечающий примерно за тот или иной промежуток времени.

— Ничего не понимаю — оторвав взгляд от микроскопа, пожаловался Злобин.

— Так вот — невозмутимо продолжил Эдуард — предположительно за несколько часов до окончания записи, то есть до смерти, в волокне обнаружены изменения на физическом уровне.

— Точно, вот оно, вижу — Владимир обратил внимание на небольшое образование посреди однородной поверхности гиперчипа.

— А что это? — спросил Артур.

— К сожалению, у меня нет точного ответа на этот вопрос — сказал Эдуард — я сделал запрос на завод-изготовитель, но сомневаюсь в каких-либо пояснениях, ввиду того, что информация подобного рода закрыта даже для нашего ведомства. Есть предположение о самомаркировке, но такое, как я понимаю, встречается только во время сохранения сознания. То есть, если точнее при прижизненном сохранении, а не посмертном. Так, что можете смело искать его копию, господа.

— Годится, укажите все подробности в отчете, — попросил Злобин и они вместе с Симоновым вышли.

14

В кабинете у шефа было уютно. Владимир почувствовал это ещё в первый раз, когда побывал здесь. Его начальник — Гомонов Андрей Михайлович — полковник криминальной полиции, уже давно был пенсионером, однако на покой не собирался, точнее его никто не отпускал. Злобину в начальнике импонировал типаж этакого городового времен конных повозок — бакенбарды, пышные усы и громогласный голос. Сейчас Владимир стоял перед столом Андрея Михайловича и по-своему обыкновению бездумно пялился на огромное чучело рыбины, висевшее на стене за шефом, выжидая пока он окончит разговор:

— Да, мы уже послали сотрудника, да, да…. Ожидайте. Гомонов отключил экран и выдохнув переключился на Злобина:

— Присаживайся, докладывай, как дела?

Злобин кратко доложил об утренних жертвах, о происшедшем с Артуром.

— Вот ты мне все мы, да мы. Вы вдвоем там много сами не нараскрываете, взвалил на себя и тащишь, подключайте другие службы, надо бери у меня сотрудников. Ты-то понимаю, уже старый воин. А как Симонов?

— Да, годиться смышленый, старается, скоро войдет в ритм.

— И чего его к нам подсунули, сам говорит рапорт не писал, перевели и все, не понимаю.

— Я же говорю, нормально всё, Андрей Михайлович, я парнем полностью доволен, ему немного времени и всё будет хорошо.

— Ладно, ладно держи меня в курсе. По результатам вскрытия трупов — доложи.

Злобин вышел. С начальником он не испытывал трудностей, поскольку тот сам прошел весь путь от патрульного до детектива и выше. Был прост в общении и ценил, прежде всего, рациональность мышления.

Посещение родственников погибшего Слизько Виктора ничего не дало. Врагов у него не было, долгов тоже. Человек жил своей обычной жизнью, которую, кстати, очень любил. Все о нем отзывались как о жизнерадостном и веселом парне. Был холост, проживал один.

— Стало быть положительный герой, ни какого компромата не нашёл — вернувшись рассказал Артур.

— А что по сетям? — спросил Владимир.

— А вот здесь есть маленький нюанс, когда мы были в районе мотеля «Лунный» я запеленговал наше местонахождение и дал задание на детализацию всех звонков по местности за предполагаемый период убийства.

— И что?

— А ничего. Так же как и со следами в номере, зона в радиусе пяти километров от мотеля с 4:42 — это когда у нашего Виктора выключился коммуникатор, и до шести утра полностью пуста.

— То есть? — переспросил Злобин.