Отражение миров [СИ]

— Случайность. В итоге пришлось поверить в существование второго мира.

— Так это… всего лишь параллельный мир? — тихо произнесла Лена.

— Всего лишь… — ухмыльнулся я. — Звучит как этакий пустячок.

— Иногда объект… то есть ты, — покосился на меня Стас. — Оказывался вне зоны спутников. Теперь все встаёт на свои места… а мы-то голову ломали — что с жучком?

— Это значит, что в основном мире, ничего не происходило? — уточнил Максим.

— Ну-у, я бы так не сказал, — скривившись, опровергаю его слова. — Телебашня исчезла, нарушилось телерадиовещание. Местами произошли сбои в энергоснабжении, думаю это из-за моих скачков.

— Башню мы успели заметить, как и обесточенные районы в местах твоих парковок, — произнесла Лена.

— На эти темы успели поднять немалую шумиху в интернете, а позднее и в прессе. Но об исчезновении людей нигде не упоминалось, — продолжил рассказывать я.

— Явление не массовое, поэтому и тихо, — подала голос Оксана. — Что нужно, для переноса обратно?

— Я пытался переносить предметы, — извиняющимся тоном говорю. — Но добился успехов только с неодушевлёнными.

— Мы же тут, — напомнил Стас.

— Тогда, при виде оружия, я рванул прочь. Но в новой точке, преследователи по-прежнему были рядом. Я пытался вырваться в этот мир, зная, что сюда они не пройдут. И мне удалось избавиться от хвоста, но я притащил за собой телебашню, и как теперь выяснилось — вас…

— Но почему именно нас? — подала голос Лена.

— Понятия не имею. И как вернуть… тоже, — честно признаюсь. — Не столкнись я с вами, и не помыслил бы, что вы тут.

— Думаю, причина в переносе гигантских размеров объекта и возможно при его возвращении… — начал Максим и осёкся. — Сможешь попытаться?

— Попробовать-то можно, но гарантировать ничего не могу. И мне бы немного очухаться, — я покосился на своё предплечье.

— И… извини за это, — произнесла Оксана, посмотрев на торчащую из-под рукава повязку. — Я поговорю с Мишей, надеюсь, он всё поймёт, — добавила она, но уверенности в голосе не было.

— Чего-то подобного я ожидал, — пробормотал я. — Могло быть и хуже.

— Надо думать, что делать по возвращению, — продолжила она. — Без сомнения руководство уже заинтересовалось нашим исчезновением. И твой жучок…

— Его можно убрать, — сказал Стас, вставая из-за стола. — В фургоне у меня есть всё необходимое.

— Пара дней ничего не решат, — задумчиво ответила Оля. — Мои, наверное, уже и так свихнулись.

В этот момент, я искренне пожалел, что до сих пор, так и не сумел совладать с перемещением во времени.

— Меня тоже потеряли, — поддержала подругу Алина. — Но Оля права, пара дней уже ничего не изменят.

Народ начал расходиться.

— Не думаю, что мне стоит здесь задерживаться, — обратился я к начальнице группы.

— Тебе ничего не угрожает. Миша под арестом и освобождать я его пока не намерена, — произнесла Оксана.

— Пойдём, там Стас ждёт, — позвала меня Алина.

Мы подошли к припаркованному неподалёку фургону. Процедура оказалась почти безболезненной и заняла всего пару минут.

Алина, пригласив жестом следовать за ней, прошла в свой номер. Она сегодня была какой-то странной, не такой как обычно, словно что-то скрывала. Отводя взгляд, девушка на долю секунды заглянула в ванную и вышла, пряча что-то в руке.

— И что там такое? — улыбнулся я, не понимая причин её смущения. А она в нерешительности стояла на пороге комнаты, готовая в любой момент убежать назад. — И?

— Я… не знаю, что делать, — произнесла девушка, и вдруг юркнула обратно в ванную.

— А кто знает… — тихо прошептал я, но она услышала.

— Ты… — послышался нерешительный ответ, и тут же она поспешно добавила: — Не подумай, я от тебя ничего не требую… — и умолкла.

Честное слово, я не знал, как реагировать. Так хотел её увидеть, хоть и боролся с этим желанием, и вот она рядом, но всё как-то странно. Наверное, надо что-то сказать. Вот только что? Хотелось подойти, обнять и успокоить, но в тоже время не хватало решительности сделать шаг навстречу. И это жутко раздражало.

— Странно развиваются наши отношения, тебе не кажется? — задумчиво произнёс я.

Вроде Она не отталкивает меня, даже идёт на встречу, но её как будто что-то останавливает. И тут ещё и совесть проснулась: что же я идиот, творил в последнее время? Смотрю на стоящую возле окна девушку, и мне реально стыдно! Нет. Даже не так. На душе как-то противно… мерзко.

— Ты должна вернуться домой, — озвучил я своё решение. — Там родные волнуются.

Не ответив, она забралась под тоненькое одеяло и уткнулась лицом в подушку.

Я сел рядом, не смея прикоснуться, хотя рука сама тянулась, но отдёргивалась так и не достигая цели.

— Мне надо всё обдумать, — сдавленным голосом произнесла она.

Я смотрел на свернувшуюся клубочком девушку и не знал — что сказать? Чувствовал, что чем-то её расстроил, хотел пожалеть, утешить.

— Пожалуйста, уйди, — попросила она. — Я хочу побыть одна.

— Как пожелаешь…

Вздох вырвался сам, в последний раз окинув взглядом такую желанную и такую далёкую в этот момент девушку и перенёсся в родительскую квартиру.

Ночь выдалась бессонной. Я понимал: надо что-то менять. Но как? Всё было хорошо и вдруг… её начало тяготить моё общество. Да и было ли хорошо? А я наивен! Решил, что одна ночь… да, что тут врать — одноразовый секс нас не объединит. Всё! Хватит глупостей и соплей: «люблю — не люблю».

Утром полусонный, с раскалывающейся головой вернулся в Селену. Собралось вместе со мной восемь человек. Михаил косился в мою сторону, но ничего не предпринимал. В очередной раз, обсудив подробности, было решено провести эксперимент послезавтра, а до тех пор подготовиться к возвращению.

Вскоре все собрались на взлётном поле, в кабине вертушки орудовал тот самый брутал-Миша. По прибытию в Киев устроили своеобразный шопинг без границ: аппаратура, одежда. Запросы Алины оказались самыми скромными: ноутбук, мобильник, несколько вещичек, дорогостоящие лекарственные препараты, как оказалось — для мамы.

В три часа все собрались возле вертушки, в глазах у народа горел азартный блеск.

— Халява страшно привлекательная вещь, — пошутил Стас и этим всё было сказано.

— Нет, это алчность, неотъемлемая часть человеческой натуры, — парировала Лена.

За такими вполне дружескими перепалками время летело почти незаметно. Пообедав в каком-то кафе размороженными пиццами, договорились встретиться через полчаса у вертушки.

— Пойдём, посидим? — указывая на стоящую в тени скамейку, предложила Алина.

Она тянула к себе как магнит, несмотря на повисшую между нами недосказанность. Бывали моменты, когда она явно шла навстречу, и я расслаблялся, плыл по течению, но порой что-то перещёлкивало в голове и она выставляла защиту, отгораживаясь, на вопросы отвечала уклончиво или односложно, чем пробуждала охотничий инстинкт. Всё больше хотелось завоевать эту девушку, получить в полное и безраздельное владение.

— А я собственник, однако, — тихо заметил я.

— Что? — приподняв вопросительно бровку, переспросила Алина.

— Да так, ничего. Просто мысли вслух.

— Как думаешь, у нас получится? — сменила щекотливую тему девушка.

— Попробуем — узнаем.

— Знаешь, мне здесь нравится. Тихо, суеты нет.

— И мне, — я взглянул на неё, на языке так и крутилось: «Останься!»

— А я смогу вернуться? — после затянувшегося молчания произнесла вдруг она. — Ну, то есть сюда… если…

— Как знать, — уклончиво отвечаю, ведь я даже не уверен сможет ли она уйти отсюда, что уж тут загадывать? — Может быть. Я, наверное, был бы рад, — добавил, и поспешил сменить тему: — Пойдём. Все возвращаются.

В последний день перед экспериментом я чувствовал себя инвалидом, ранение давало о себе знать, не позволяя принять активное участие во всем происходящем в последние дни. А Алина словно не замечала меня, бурно проводя время: играя в бадминтон, мяч и теннис, а на закате, вообще, устроили гонки на катерах по Днепру и водохранилищу.

Утро выдалось суетное: собрали вещи, перебрались по дамбе на другую сторону, долго искали подъезд к башне. В итоге, все заняли свои места и с волнением стали ждать моих действий. Боясь неудачи, я сосредоточился, пытаясь в точности вспомнить то место, откуда совершил прыжок, спасаясь от выстрела. И тут же зябко поёжился. Несмотря на разгар дня, в Питере было пасмурно, моросил дождь. Сентябрь.

— Получилось! — донёсся радостный голос вылетающего из автобуса Стаса.

— Я вернусь, береги себя, — шепчу, и, вложив Алине в ладошку листик со своими координатами для связи в скайпе, прыгнул обратно в Селену в Отражении.

Здесь по сравнению с Питером было солнечно и тепло. А ещё… ещё мне надо было подумать.

— Что нас ждёт дальше? — произнёс я вслух, смотря на то место, где любила сидеть девушка.

Глава 7

ПЕРЕПЛЁТ

Алина сидела в задумчивости крутя в руках стакан с соком. Она чувствовала, что проиграла. Упустила шанс завоевать внимание того, кто в кои-то веки стал ей действительно дорог. В её глазах, Дима напоминал игрушку в витрине дорогого магазина. Хочется взять, а цена кусается, и гордость не позволяет поклянчить, чтоб её купили, потому и остаётся лишь одно — любоваться.

Ну не кричать же ему — не уходи, останься здесь, со мною, навсегда!

— Бр-р-р… — девушка потрясла головой, надеясь избавиться от гнетущих мыслей.

И сосредоточилась на более актуальных вопросах. Прогул на работе возможно прикроют, денег у неё теперь на долгие годы беззаботной жизни хватит. Ребёнка она решила сохранить. А вот с Сергеем — расстаться, как только он соизволит заявиться домой. Уже три дня Алина безвылазно сидела в квартире, а от него ни слуху, ни духу, хотя и вещи все были на месте.

Раздавшийся телефонный звонок вернул девушку в реальность.

— Привет, как дела? Чем маешься? — послышался голос Оли.

— Да ничем, вчера на работу ездила. Напарница в декрет собралась, сейчас постоянно на сохранении, посему закроют глаза на мои прогулы.

— От… ну… — подруга боялась по телефону упоминать имена. — Новостей не было?

— У тебя мания преследования, Ольк, — вздохнула Алина. — Нет, не было.

— Может вечером, куда-нибудь сходим? — предложила подруга.

— Не уверена на счёт сегодня. Я позвоню, — вот чего-чего, а видеть ей никого хотелось.

— Ага, знаю я твои звонки во время депрессняков.

— Я в норме, — девушка попыталась придать голосу бодрость.

В памяти всплыли воспоминания о причинах прошлой глобальной депрессии, и стало ещё хуже.

— Ага, типа я не слышу. Жди, сейчас приеду.

Деваться было некуда, если Оля решила выжать из неё что-то, то своего добьётся. Заварив чаю, Алина задумчиво взяла в руки телефон. «Эх… рано или поздно придётся…» — решила она и набрала номер, стараясь избавиться от гнёта прошлого.

— Господи! Тебя где столько времени носило? Я уже извелась! Хоть бы позвонила! У тебя всё нормально? Я ж тут живу на отшибе теперь, ни друзей, ни связи толковой, мобильник и тот почти не ловит, а ноутбук с интернетом ты только обещаешь… — затараторила мама.

— Мам, ну прости, прости, прости!!! Я же не знала, что мне так крышу снесёт!

— Точно, что снесло: ни слуху, ни духу. На работу наплевала, так хоть о моём сердце бы подумала!

— Ладно, мамк, ну не ругайся! Я влюбилась.

— Эээ, я так понимаю речь не о Сергее? А с ним что?

— Мы расстаёмся, и это не обсуждается. И ещё жди пополнения, скоро ты станешь бабушкой!

— Ой… ну как же, а где ж ты всё это время была-то?

— Да почти там, куда и ехала, — усмехнулась Алина. — Чутка мы не доехали.

— Ну, ты даёшь, отпускать одну никуда нельзя. Хотя может оно и к лучшему. Бабушка… интересно звучит, — произнесла Алинина мама, и в тот же момент раздался сигнал домофона.

— Ой, мам, ко мне пришли, потом поболтаем. И помни, у меня всё хорошо. Даже нет! У меня всё чудесно! Чмок! — на ходу крикнула в трубку Алина и отключилась.

— А вот и я! — с порога заявила Ольга, вручая подруге сметанный тортик. — Ставь чайник, у меня ещё кое-что есть… но вот только не знаю, можно ли тебе? — гостья достала из пакета бутылку вина.

— Эм… — растерялась Алина. — Мне всё можно.

— Угу, если ты не говоришь, это не значит, что все вокруг слепые. У тебя же вечно все мысли и эмоции на лице, кого ты обмануть пытаешься?

— Оль…

— Ты беременна? — в лоб задала вопрос подруга. — Серёга, наверное, рад. Кстати, где он?