И вечный бой

Давно за нами увязалось лихо,

Пугая видом тлена и смертей.

Кого винить!? Запомните одно –

Мы были молодыми и живыми!

Бойцами! Не котятами слепыми,

На боевых постах ушли на дно.

Мы знали, что в реакторах уран.

А он не должен вырваться наружу!

И мы за вас отдали Богу душу,

Спасая Ледовитый океан.

Когда в отсеки хлынула вода,

Всё на пути сминая и калеча,

Под страшный груз подставили мы плечи,

Чтоб к вам на берег не пришла беда.

Отсек — редут и огневой рубеж,

Бородино и поле Куликово.

Мы до конца своё сдержали слово,

Не отступив и не предав надежд.

Победившие смерть

Памяти экипажа

подводной лодки "Комсомолец"

Поминальным крестом над судьбою моей

Монумент вознесён у полярных морей.

По гранитной плите, пофамильно, подряд

Вспоминаю друзей нестареющих взгляд:

Девятнадцать в гробах проводили домой,

Двадцать три океанской накрыты волной.

И седьмого апреля в трагический час

Завывают гудки в гарнизоне у нас.

Отсвистели метели, капели стучат

Не для тех, кто бронзе звенящей распят.

Безутешен отец, понимал бы — в войну…

Со слезами цветы — на волну, в глубину.

Равнодушно волна принимает венки,

Ледяна вода и ветра не легки…

Лишь на гребне волны смельчаков узнают –

Победим, доживём, о Варяге поют…

На посту, на плоту, до последних минут,

У беды на краю не сдаются — поют!

Голоси же сирена! Раздайся салют!

Победившие смерть, никогда не умрут:

И в делах, и в мечтах сыновей и друзей,

И в груди материнской России моей.

Тогда погиб из всех один

Светлой памяти моряка-подводника

Леонида Рябинина

Тогда из всех погиб один —

Матрос на вахте у турбин.

Когда в отсек ворвался пар,

Он принял на себя удар.

Без лишних слов он юркнул в трюм,

И прекратился адский шум.

Он паропровод перекрыл

И смерти бал остановил.

Вот эти несколько секунд.

Прыжком в бессмертье назовут.

Подлодка бережно всплыла.

Команда парня подняла.

Он был — один сплошной ожог,

Но победил! Но спас! Но смог!

Не пожалел он кожи всей

Для Родины и для друзей.

Матросский подвиг не забыт —

Как символ мужества звучит —

Матрос Рябинин Леонид!

В сердцах — Рябинин Леонид!

В веках — Рябинин Леонид!

А в Шарье рябина красная

Под родительским окном

В хмурый день и в утро ясное

Всё печалится о нём.

Попирающим металл

Будь проклят, атлантический циклон!

Не повезло и в августе с погодой.

То солнца нет на небе по полгода.

То ветра оглушительного стон.

Будь проклята, изношенность торпед

И сотое продление ресурса

У батареи и приборов курса.

Ведь новых нет и денег тоже нет.

Помилуй, Ледовитый океан!

Знакомы мне и впадины, и льдины.

Сегодня погружаешься в глубины,

Как будто бы садишься на вулкан.

Когда рванёт, не знаю, но рванёт.

Где тонко, как известно, там и рвётся.

Рискую, но, надеюсь, обойдётся.

А если что — до свадьбы заживёт.

Так про себя молился командир,

Словами успокаивая душу.

Ещё покрепче, солонее, гуще

Про весь подлунный и подводный мир.

Подводник — назначение его,

И здесь себя он чувствовал свободно.

За пять минут на крейсере подводном

Беды не предвещал ничего.

«Противник» слышен, но по курсу мель.

А потому затишье перед боем.

Он вскроет охраненье круговое

И поразит назначенную цель.