Дом певчих птиц

Ресторан походил на белого бегемота, задумавшегося на полпути: то ли ему хочется погрузиться в воду, то ли выйти на берег и обсушиться. По периметру тянулась веранда со столиками и яркими одиночными фонарями, в окнах горел свет, доносилась приглушенная музыка, мелькали гости и официанты. Матвей взял меня за руку и потянул за собой мимо припаркованных машин к узкой дорожке, ведущей ко входу. С незнакомым удовольствием я сжала его пальцы и подняла голову, желая встретить ободряющий взгляд. Но Матвей смотрел прямо и улыбался. Вот только улыбка была наигранной и холодной.

* * *

Петербург. Далекое прошлое…

Превратившись в полупрозрачную мышь, Соня метнулась вниз по лестнице. Даже стук сердца сейчас казался оглушительно громким, и хотелось зажать уши ладонями, чтобы не слышать ничего. Влетев в комнату, она взобралась с ногами на кровать, забилась в угол, подтянула колени к груди и обхватила их руками.

Берта ее видела.

Видела!

И что же теперь будет?..

Мысли долго наскакивали одна на другую, то всплывал образ гостьи-незнакомки, то взгляд Берты проникал сквозь стену и обжигал щеку и плечо, то в голове проносились слова Прохора: «Найду и убью, даже не сомневайся!», то ныло в груди, будто там застрял плотный ком. Но самой ужасной была обреченность: нельзя ничего исправить, нельзя сказать, что на втором этаже она оказалась случайно.

«Нужно ждать… Как только гостья покинет магазин, хозяйка придет за мной…»

Если бы Соня могла, она отправилась бы к Хвостику за поддержкой, она бы сказала ему, что совершила непростительную глупость и попросила совета. И пусть бы он лишь пропел в ответ, но это бы поддержало немного, дало возможность сделать глубокий вдох и выдох.

Время прошло довольно много, дверь медленно открылась, и старая Берта зашла в комнату. В ее глазах не полыхал пламенный гнев. Губы не кривились и не дрожали, сдерживая хлесткую брань. На лице застыло ледяное спокойствие. Показалось, будто она сейчас скажет: «Я знала, что так будет».

– Ты ослушалась меня, – произнесла Берта без всяких эмоций и положила руку на спинку стула.

– Да, – тихо ответила Соня, не шевелясь.

– Тебя надо бы наказать, но я не стану этого делать. Как только ты появилась в моем доме, я сразу решила, что не буду торопиться, пусть судьба назначит день и час. И она его назначила.

– Я… я не поняла…

От страха фразы показались Соне путанными, но она уловила главное – ее не накажут, не выгонят на улицу, не отдадут Прохору на растерзание. Как такое возможно?

Берта развернулась и прихрамывая направилась к двери.

– Кажется, я натерла ногу. Новые туфли жмут, – недовольно пробормотала она и громко добавила: – Ступай за мной!

Глава 6

Круглые столики заполняли правую сторону зала, а с левой стороны прямоугольные столы были сдвинуты длинной буквой «Г». Стоило нам зайти, и буква «Г» оживилась, зашумела, и я сразу смогла оценить, как собравшиеся гости рады появлению Матвея. Его здесь любили.

– Приехал? Молодец! А говорил, не сможешь.

– Давай к нам! Сто лет тебя не видела!

– Дружище, виски или коньяк? В тот раз же не выпили.

– Матвей, ты голодный? Сейчас мы быстренько тебя накормим! Люди, нужна тарелка! Две тарелки!

Ресторан отлично подходил для торжественных случаев, светлый интерьер, небольшие кружевные светильники, бледно-голубые скатерти, потолок, украшенный дорожками узоров. Я вертела головой и жадно впитывала атмосферу, и мне так не хотелось, чтобы Матвей отпускал мою руку.

– Это кто с тобой? А ну давай знакомь! Сестра?

– Племянница, – соврал он, притормаживая. – Дина.

Взгляд Матвея устремился дальше, и я наконец-то поняла, к кому он приехал. Во главе стола сидела пара: красивая девушка с фотографии и приятный молодой человек. Они оба поднялись, встречая нового гостя, и искренне улыбнулись.

– Садись с нами, – обратилась ко мне симпатичная невысокая девушка в розовом брючном костюме. – У нас тут самые вкусные салаты и свежевыжатый апельсиновый сок. А что еще нужно для счастья?

Матвей разжал пальцы, рука выскользнула из его ладони, и я мгновенно потеряла ощущение уютного тепла. Он больше не собирался приглядывать за мной или развлекать, с этой минуты я должна была выплывать самостоятельно.

– А я, дурак, цветы не купил. Прости! – крикнул Матвей девушке с фотографии. – И вообще без подарка!

– Ну и что! – засмеялась она. – Иди скорее к нам!

Преодолев оставшееся расстояние, Матвей поцеловал девушку в щеку, пожал руку молодому человеку и устроился рядом с ними.

– Я ж все-таки свидетелем был на свадьбе, – донесся до меня его веселый голос.

Усевшись на предложенный стул, я сразу попала в эпицентр внимания. На мою большущую белоснежную тарелку навалили столько еды, что я испугалась. За день я обычно съедала гораздо меньше. Мясные рулетики, мини-корзинки с салатом и икрой, рыба красная и белая, блин с пока еще неизвестной начинкой, длинный зеленый перчик, набитый морковью, шпажка с жареными куриными кусочками, брокколи, ветчина… Аппетит проигнорировал мое волнение и сначала заворочался в животе, а потом, не получив должного внимания, затянул свою волчью песню.

«Начну с блина», – решила я.

Матвей произнес жизнеутверждающий тост и с легкостью выпил. Приступая к салату, он улыбался, кивал и непринужденно поддерживал беседу. Жаль, мы находились на приличном расстоянии, и не получалось поймать хотя бы несколько фраз. Зато я хорошо слышала разговоры по соседству со мной.

– …быстро же год пролетел, а кажется, только поженились.

– …не думала, что Матвей приедет. Он с Кристиной с первого курса встречался, а оно вон как вышло…

– …ну разлюбила, с кем не бывает, у него, наверняка, уже другая есть. Жизнь не стоит на месте.

Но вспомнив сегодняшнее настроение Матвея и выражение его лица еще несколько минут назад, я подумала, что для него, возможно, жизнь пока и не движется. Это открытие заставило отложить вилку и оглядеться. Гости были веселы, с удовольствием ели и пили. Я уж точно была самой молодой из присутствующих. В основном меня окружали ровесники Матвея, но были мужчины и немного старше.

– …расстались они по-человечески, в наше время это редкость…

– …не сомневаюсь, он тоже к ней остыл и в основном испытывает дружеские чувства…

– …Кристину можно понять, Павел добрый, спокойный, заботливый, а Матвей по природе своей шалопай. Это я в хорошем смысле.

– …да влюбилась она в Павла и все, а в такие моменты не взвешиваешь, кто просто положительный, а кто идеальный! А Матвею надо было раньше на ней жениться, встречаться сто лет – этого я не одобряю, так все чувства растерять можно. Что, впрочем, и случилось.

– …но красивая же пара была!

– И сейчас красивая. Матвею с его характером другая девушка требуется. Помягче и понежнее.

– Это с чего ты взял?

Я удачно села, на меня никто не обращал внимания, да и к тому же с одной стороны меня отлично скрывала гладкая белая колонна. Звучали тосты, звенели бокалы, разговоры перескакивали с одной темы на другую, а я ела уже неторопливо и впитывала интонации. Приблизительно через двадцать минут загадка Матвея была разгадана. Когда-то он встречался с Кристиной, и они были очень даже счастливы и строили планы на будущее. Но потом она познакомилась с одноклассником Матвея – Павлом, отличным парнем, и влюбилась в него. Как сказала бы бабушка: «Банальнейшая история, но от этого не легче».

– …переживал он долго, я точно знаю.

– …мать Матвея мне звонила тогда раз десять, она была категорически против Кристины и требовала подробностей. Но я молчала, как истинный партизан. Уверена, она и его прилично измотала. А я считаю – сами разберутся, не маленькие.

– …дураки вы, и Кристинка в мужчинах ничего не смыслит, я бы выбрала Матвея. И тут без вариантов!

– Честно говоря, я тоже.

– Почему сразу дураки, это мы рассуждаем в общем. Я, между прочим, на втором курсе была в него безумно влюблена и страдала как ненормальная.

– Уж поверь, не ты одна.

– Знаю, знаю. И все же жаль, что они расстались.

Мысль: «А кого бы выбрала я?» буквально просверлила мозг. И хотя в глубине души мгновенно вспыхнул ответ, я внимательно посмотрела на Матвея с Павлом и удивилась, насколько они разные.

– …просто он мотается по своим археологическим раскопкам. Романтика! А это тоже не всем понравится.

– …Василич три раза Матвея преподавать на кафедру звал, но пока только шутливые отказы получает. А я бы ух! Мне только дай студентов помучить!

– Вот поэтому тебя и не зовут!

Взрыв хохота прогремел за столбом, а разговор почти сразу переключился на институтскую тему. Теперь меня ничто не отвлекало, внимание вновь устремилось к главной части стола.

Рост у мужа Кристины тоже был приличный, но, в отличие от Матвея, Павел не походил на человека, занимающегося спортом. Темные волосы, аккуратный прямой нос, ямочка на подбородке, приятная улыбка. Смеялся Павел громко, от души, и иногда слишком уж взмахивал руками. В нем угадывалась доброта и, как показалось, муж Кристины все же чувствовал себя виноватым перед Матвеем, наверное, в подобной ситуации это естественно. «Интересно, как он объяснял другу, что получилось вот так…»

Кристина почти не изменилась, она была как на той фотографии. Нежно-розовое платье не перебивало ее красоту, открывая плечи, оно делало свою хозяйку хрупкой и утонченной. Никакой сложной укладки – светлые волосы струились и подскакивали в такт движениям, и лишь одна тонкая косичка украшала прическу.

– Дорогие мои! – Павел поднялся и взял в руку бокал, его лицо сияло счастьем, и я невольно улыбнулась. – Спасибо, что вы с нами! Есть в жизни особенные моменты, которыми хочется поделиться с близкими людьми. Друзья… – Павел сделал многозначительную паузу. – Мы беременны!

Гости загудели, а мой взгляд метнулся к Матвею. Только я могла прочитать на его лице боль, и я ее уловила по повороту головы, каменной улыбке, съехавшей и оставшейся на глазах челке. Он не убрал привычно волосы назад.

«Неужели Павел и Кристина не понимают, как ему тяжело?..» Мое сердце сжалось до боли, и я пожалела, что нахожусь далеко от Матвея, хотя, какое это имело значение для него…

Оправив лист салата в рот, прожевав его без аппетита, я попыталась найти ответ на мучающий меня вопрос: «Вот как дружить после всего, что было – это сила или слабость?» Я, конечно, не знала подробностей, и Павел не походил на коварного друга, способного совершать подлости за спиной. Наверное, так случилось, и Матвей отпустил Кристину.

– …ну и правильно, чего тянуть. Сейчас родит, а потом карьерой займется.

– … рано, еще пару лет вполне можно было погулять.

– …и второго лучше сразу, по молодости с детьми управляться проще.

– … молодец, Павлуха! Кристинка, давай лопай витамины, налегай на петрушку!

– …лучше мальчика сначала родить, а уж потом девочку…

Матвей поднялся и произнес веселый тост про будущее уютное счастье и памперсы, его взгляд остановился на мне, но я не решилась в ответ поднять стакан с газировкой или улыбнуться.

И все же, сила это или слабость?

– Сила, – прошептала я и тут же мысленно с незнакомым отчаянием добавила: «Ни за что бы не выбрала Павла! Ни за что!»

* * *

Матвей пришел ко мне ближе к одиннадцати, на его губах играла усмешка, глаза искрились, щеки чуть заметно порозовели. Четыре пуговицы рубашки были расстегнуты (а не на две, как раньше), кондиционеры не справлялись с температурой в зале, я и сама запарилась.

Некоторые гости ушли, стулья освободились, и Матвей легко нашел место рядом со мной. Когда он сел, я сразу уловила запах крепкого алкоголя и напряглась, гадая: сколько он выпил? На повестке дня стоял важный вопрос: волноваться или нет?

– Как дела? – легко спросил он, подхватывая с подноса небольшой стаканчик с шоколадным десертом.

– Отлично. Я столько съела, что, наверное, скоро лопну.

– Доедем домой на такси. Мороженое несут, будешь?

– Неа, – отказалась я, трезво оценивая свои возможности.

– Ничего, что я тебя бросил? У друзей год свадьбы, давно не виделись. Я замотался последнее время, не до встреч было.

– Без проблем. – Понимающе кивнув, вспомнив, что на мне красивое платье, я выпрямила спину и одним точным движением поправила волосы. Сейчас мне хотелось выглядеть очень хорошо, мы же в ресторане.

«В ресторане ты уже несколько часов», – вежливо напомнил внутренний голос, но я его решительно проигнорировала.

Павел с Кристиной о чем-то болтали, устроившись на диване, официанты проходили мимо, поглядывая на стол: не нужно ли убрать грязную посуду, играла медленная музыка, и несколько пар танцевали. А на меня неожиданно обрушилась болезненная печаль, и я никак не могла понять, в чем дело. Будто я одна в целом мире и абсолютно никому не нужна.

Матвей налил себе водки и резко выпил, подарив шоколадному десерту равнодушный взгляд.

– Твой отец не звонил? – спросил он, подхватывая маслину.

– Нет.

– Не горюй, может, завтра объявится.

– А я и не горюю. У меня сегодня очень насыщенный день. – Я улыбнулась и поймала ответную улыбку Матвея. Душа стала успокаиваться, и будто ее накрыло воздушным пуховым одеялом. Такие ощущения бывают зимой: юркнешь в кровать и шевелиться не хочется, боясь потерять даже каплю тепла.

Матвей налил себе еще водки.

А потом еще.

– Ну что, Динка, дотащишь меня до дома, если потребуется?

– В каком смысле? – нарочно спросила я, понимая, о чем речь.

– Да это я так, образно… – Матвей оглянулся на Павла с Кристиной, махнул им, откинулся на спинку стула и побарабанил пальцами по столу. – А что ты думаешь о жизни, Дина?

– Жизнь прекрасна, – пожав плечами, ответила я.

– В книжке прочитала? – Он наклонил голову набок и вопросительно поднял бровь.

– М-м… у меня на эту тему опыт имеется.