Драконы Пропавшей Звезды

У окна своей комнаты, расположенной на одном из верхних этажей Главного Лицея, стоял Палин Маджере. Собственно, это было не окно, а стеклянная стена, которая позволяла ему видеть всю панораму острова. Он внимательно следил за маневрами драконов, одновременно с лихорадочной поспешностью пытаясь собрать обломки устройства для путешествий во времени, которое должно было доставить их с Тассельхофом в родную и безопасную Утеху.

— Ну и что? — бормотал Тас с непостижимой для человеческого существа безмятежностью истинного кендера. — По крайней мере, драконица не получит нашего артефакта.

— Не получит, — коротко ответил Палин. — Зато ее мерзкие когти будут терзать нас.

— А может, и нет. — Голос Таса донесся из-под кровати, куда он забрался в поисках какой-то детали. — Правда, устройство сломалось и его магия уничтожена... — Тут он выбрался наружу и уселся на полу, скрестив ноги. — А ее магия и вправду пропала, а, Палин?

Тот не ответил. Он едва слышал, что говорил Тас. Страх сжимал внутренности мага, отчаяние глодало его, делая беспомощным и слабым. Да и зачем ему теперь бороться за жизнь? Магия на Кринне стала добычей мертвецов, которые с какими-то непонятными целями выкачивали ее из живых. Палин вздрогнул, вспомнив, как холодные рты умерших прижимались к его рукам, как их заунывные протяжные голоса выпрашивали у него чудесную силу. Они ее и получили... Магия устройства исчезла, теперь это всего лишь бесполезная кучка шестеренок, стерженьков, сверкающих камней, лежащая на ковре.

— Если магия действительно исчезла, — продолжал болтать Тас, — то Берилл не сможет нас отыскать, исчезнувшую магию ей не учуять.

Палин вдруг поднял голову и уставился на кендера.

— Что ты сказал?

Кендер озадаченно умолк, потом спросил:

— Ты о чем? Я много чего говорил. Про то, что драконы не получат нашу машинку и, возможно, не получат и нас, потому что магия ее исчезла.

— Вероятно, ты прав, — произнес Палин.

— Кто? Я? — не на шутку удивился Тас.

— Дай мне это, — попросил маг, указывая на один из кошелечков кендера.

Он быстро вынул содержимое кошелька и принялся укладывать в него детали сломанного магического инструмента.

— Стражники эвакуируют людей в холмы. Нам следует затеряться в толпе. Нет, не трогай! — воскликнул он и, ударив кендера по руке, выхватил у него лицевую плату устройства! — Все это нужно хранить вместе.

— Я просто хотел взять ее в качестве сувенира, — попытался объяснить обиженный Тас, потирая покрасневшие костяшки пальцев. — Например, на память о Карамоне. Особенно сейчас, когда я не собираюсь возвращаться обратно в прошлое.

Палин не смог подавить улыбку, хоть руки его так тряслись, что он едва удерживал своими искалеченными пальцами обломки артефакта.

— Не понимаю, зачем тебе нужны эти штучки, — продолжал Тас. — Сомневаюсь, что ты сможешь его починить. Сомневаюсь, что вообще кто-либо сумеет это сделать. Уж очень сильно эта штучка поломалась.

— Ты, кажется, говорил, что хочешь с ее помощью вернуться обратно? — спросил Палин кендера.

— Так это еще когда было, — заторопился Тас. — Еще тогда, когда тут не было так интересно. Когда Золотая Луна еще не уплыла на Конундрумовой подводной лодке. И когда еще не налетели драконы. Я уж не говорю про мертвецов, — добавил кендер в качестве решающего довода.

При воспоминании об этом Палин поморщился и поспешил сменить тему.

— Пожалуйста, сделай хоть что-нибудь полезное. Выйди в холл и взгляни, что там происходит.

Тас направился к дверям, на ходу продолжая болтать.

— Я уже сказал тебе, что видел мертвецов? Как раз тогда, когда наша машинка взорвалась. Или не говорил? Они прямо как пиявки, так и присосались к тебе.

— Ты и сейчас их видишь? — поднял брови Палин.

Тас прилежно огляделся вокруг.

— Нет, сейчас ни одного. Значит, — с надеждой добавил он, — магия действительно исчезла, да?

— Да, действительно исчезла. — Палин рывком затянул тесемки на сумочке кендера.

Едва Тас достиг двери, в нее с силой постучали.

— Господин Маджере! — послышался голос за дверью. — Вы здесь?

— Мы здесь, — тут же отозвался Тас.

— Цитадель подверглась нападению Берилл и других драконов, — продолжал голос. — Господин Палин, вам следует поторопиться.

Палину было прекрасно известно, что в любую минуту их могла настигнуть смерть. Ему хотелось только одного — бежать отсюда без оглядки, но он продолжал стоять на коленях, ощупывая каждый сантиметр ковра.

Ничего не обнаружив, он поднялся на ноги и увидел входившую в комнату леди Камиллу, предводителя Соламнийских Рыцарей на острове Шэлси. Она была опытным бойцом, по-деловому спокойная, распорядительная, трезвомыслящая. Ей не пристало сражаться с драконами врукопашную. Отбивать атаку надлежало ее солдатам. Она же заботилась о том, чтобы все люди из Цитадели были как можно скорее эвакуированы. Подобно большинству соламнийцев, леди Камилла относилась к магам с изрядной долей подозрительности. И хмурый взгляд, который она устремила на Палина, говорил о том, что она допускает мысль, что он мог стакнуться с драконами и теперь радуется их нападению.

— Господин Маджере, мне сообщили, что вы не покидали своих апартаментов. Вам известно, что творится на острове?

Палин выглянул в окно, посмотрел на круживших в небе драконов, на темные тени, которые ложились на маслянистую, гладкую поверхность моря.

— При всем желании не смог бы не заметить этого, — холодно сказал он, также испытывая к леди Камилле не слишком дружеские чувства.

— И что же вы намерены предпринять? Нам нужна ваша помощь! Я думала, вы уже сражаетесь с драконами, используя свои удивительные способности, а мне говорят, что вы все еще прохлаждаетесь у себя! Я просто не могла в это поверить! Но, вижу, вы здесь и впрямь занимаетесь игрой в бирюльки.

Палина на мгновение позабавила мысль о том, каким стало бы выражение лица леди Камиллы, узнай она, что нападение драконов как раз и вызвано этой самой игрой в «бирюльки».

— Мы как раз собирались выходить, — коротко ответил он и, потянувшись, сгреб в охапку взволнованного кендера. — Пойдем, Тас.

— Мы и вправду выходили, леди Камилла, — затараторил тот, увидев, с каким скептическим выражением она смотрит на мага. — Мы почти перенеслись в Утеху с помощью нашего магического устройства, когда оно вдруг почему-то сломалось.

— Хватит болтать, Тас, — прервал кендера маг и устремился к двери.

— В Утеху! — воскликнула леди Камилла, и ее голос дрогнул от негодования. — Вы хотели сбежать в Утеху, оставив нас всех погибать здесь? Поверить не могу, что кто-то, пусть даже маг, способен вести себя столь трусливо и низко!

Палин, крепко держа Таса за плечо, подталкивал его к лестнице.

— Кендер прав, леди Камилла, — сухо заметил он. — Мы собирались бежать. Мысль вполне здравая в подобной ситуации. Но, как оказалось, это невозможно. Поэтому мы отправляемся в глубь острова вместе со всеми. Может быть, это приведет нас к погибели, но тут уж ничего не поделаешь. Тас, пойдем, хватит болтать.

— Но как же ваша магия? — упорствовала леди Камилла.

— Нет у меня никакой магии! — резко обернулся к ней Палин. — У меня не больше сил сражаться с драконами, чем у этого кендера! И даже меньше, поскольку его тело, в отличие от моего, не искалечено.

Маг посмотрел в глаза леди Камиллы, но прочел в них лишь холодное презрение. Не глядя больше друг на друга, они вместе направились к лестнице. Обычно она усеяна спешащими людьми, но сейчас пустовала. Обитатели Лицея присоединились к толпам панически бежавших жителей острова. Из своего окна Палин видел, что потоки людей затопили все дороги в округе. Стоило драконам дохнуть сейчас на эти толпы, и потери были бы тяжелейшими. Но драконы продолжали мирно кружить в небе.

Палин догадывался, почему они медлят. Берилл пыталась учуять, где спрятан магический артефакт, кто из этих жалких созданий пытается спасти его. Поэтому она и не отдавала приказа убивать людей. Пока не отдавала. Но будь он проклят, если расскажет об этом леди Камилле. Она с легкостью может выдать его драконице в лапы.

— Думаю, у вас есть дела, не терпящие отлагательств, — сказал Палин, обернувшись к леди Камилле. — Не утруждайте себя заботами о нас.

— Можете не сомневаться, не стану, — отрезала та и стремглав побежала вниз. Ее меч громко звякал о ступеньки.

— Нам нужно торопиться, — напомнил Палин Тасу. — Для нас лучше всего затеряться в толпе.

Подобрав полы длинного плаща, Палин припустил вниз по лестнице. Тассельхоф спешил за ним следом, от души наслаждаясь всей этой суматохой. Они покидали здание Главного Лицея последними.

Когда они выходили и Палин, стоя в дверях, на мгновение замедлил шаг, чтобы перевести дух и осмотреться, один из красных драконов стал медленно снижаться. Люди с криками бросились ничком на землю. Маг прижался спиной к стеклянной стене. Дракон, едва двигая крыльями, скользнул мимо, сея еще большую панику среди обезумевшей толпы.

Полагая, что чудовище могло его заметить, Палин поднял голову, и то, что он увидел в небе, ошеломило его.

Огромные существа, похожие на гигантских птиц, кружили над толпой. Сначала Палин и принял эти создания за птиц, но тут же заметил металлический блеск их тел.

— Во имя Бездны, кто это? — едва выговорил он трясущимися губами.

Тассельхоф тоже задрал мордочку вверх, щурясь от солнца. Еще один красный дракон начал медленно снижаться над Цитаделью.

— Это солдаты-дракониды, — хладнокровно объяснил Тассельхоф. — Они спрыгивают со спин драконов. Я видел их раньше, во время Войны Копья. — После небольшой паузы он добавил со вздохом: — Иногда мне жаль, что я не драконид.

— Как ты сказал? — переспросил Палин. — Дракониды?

— Ну да, я же говорю. Разве не здорово? Они летают верхом на драконах, а потом спрыгивают с них — вон, посмотри, видишь, как они расправляют крылья, чтобы замедлить падение? Просто потрясающе! Плывешь себе по воздуху, как по...

— Так вот почему Берилл не отдавала приказа сжечь Цитадель дотла, — протянул Палин. — Она хочет, чтобы дракониды сначала отыскали магический артефакт, то есть отыскали нас!

Умные, сильные, рожденные, чтобы сражаться, и вскормленные ненавистью, дракониды были самым страшным орудием великих драконов. Созданные магами Тьмы во время Войны Копья из яиц, отложенных добрыми драконами, дракониды представляли собой прямоходящих ящериц. У них были сильные задние лапы, но короткие крылья не могли подолгу удерживать в воздухе крупные мускулистые тела. Поэтому крылья дракониды использовали только для коротких перелетов, как это было сейчас.

Едва достигнув земли, они тут же принялись строиться, подчиняясь командам, и затем ровными рядами двинулись вперед, хватая всех, кто попадался им на пути.

Один из драконидских отрядов окружил стражников Цитадели, приказывая им сдаться. Подавленные численным преимуществом противника, те были вынуждены подчиниться. Дракониды приказали стражникам опуститься на колени и, действуя силой внушения, одних погрузили в сон, а других опутали крепкой паутиной. Палин мысленно отметил, что дракониды без малейших усилий насылают сильные заклятия, в то время как у любого из магов Ансалона едва хватает сил на то, чтобы заговором вскипятить воду в чайнике. Об этом стоило поразмыслить на досуге. «Хотя вряд ли мне представится такая возможность», — тут же подумал он.

Дракониды не стали убивать своих пленников. Их требовалось допросить. Стражников оставили лежать в виде аккуратных, опутанных паутиной тюков. Одни дракониды двинулись дальше, а другие начали сносить эти тюки в опустевшее здание Главного Лицея.

И снова над Цитаделью снизился красный дракон, со свистом разрезав воздух мощными крыльями. Дракониды посыпались у него со спины со свистом. Им, понял Палин, предстояло захватить Цитадель и сделать ее опорной базой всей операции. Обосновавшись здесь, они станут продвигаться во всех направлениях, возможно, нападут на крепость соламнийцев и подвергнут ее осаде.

«Есть ли у них описание внешности Таса или моей? — мысленно спросил себя Палин. — Или им приказано доставлять к Берилл всех встреченных магов и всех кендеров? Да и так ли это важно? В любом случае мне суждено вновь стать узником, вновь подвергнуться пыткам и мучениям. Меня закуют в кандалы, я буду рыться в собственных нечистотах. Но если я сейчас попытаюсь воспользоваться своей магией, ее тут же примутся высасывать мертвые...»

Он стоял, прижавшись к стеклянной стене, смятение и страх обуревали его, ему казалось, что он сейчас упадет замертво. Он не боялся смерти. Но жизнь в заточении... Нет, больше ему этого не вынести.

— Палин, — тревожно зашептал Тас, — мне кажется, они смотрят прямо на нас.

Предводитель отряда драконидов действительно смотрел на них. Потом он сделал знак своим солдатам, и те двинулись в их сторону. Палин вспомнил о леди Камилле, и у него возникло желание позвать ее на помощь. Но он тут же подавил этот импульс. Где бы леди-рыцарь сейчас ни была, у нее достаточно других забот.

— Мы будем с ними драться? — с жадностью спросил Тас. — У меня есть специальный ножик. Карамон назвал его «Убийца Кроликов». — Тас торопливо рылся в своих многочисленных сумочках, выуживая оттуда то связку шнурков для ботинок, то вилку, то старый носок. — Он всегда говорил, что мой ножик может защитить только от той опасности, которая исходит от кролика, но я в жизни не встречал ни одного опасного кролика, зато против драконидов ножик работает отлично. Помню, как-то раз я...

«Если я сейчас убегу внутрь здания, — мелькнула у Палина мысль, — им меня не нагнать. Я найду где спрятаться — в Лицее таких мест много». Но он тут же представил себе, как дракониды находят его и, дрожащего, скрюченного, умоляющего о пощаде, волокут наружу...

Горький вкус желчи наполнил рот Палина. Если он убежит сейчас, то убежит и в следующий раз, и потом, и в итоге бег прикончит его. Нет, он останется здесь.

«Дело не во мне, — сказал себе Палин. — Расставшись со мной, мир ничего не потеряет. Тассельхоф — другое дело. С ним ничего плохого не должно случиться. Только не здесь, не в этом мире. Ведь если кендер погибнет, если он погибнет в том месте и в то время, о которых не знал сам, то мир и все мы — драконы, дракониды да и я сам — тоже погибнем. Этот мир просто перестанет существовать».

— Тас, — Палин старался говорить спокойно и внятно, — я постараюсь задержать драконидов, а ты убегай подальше в холмы. Там ты будешь в безопасности. Когда драконы уберутся отсюда, а я думаю, что они это сделают, как только схватят меня, ты доберешься до Палантаса, найдешь там Йенну и попросишь отвести тебя к Даламару. Понял? Как только я скажу, сразу беги отсюда. Как можно быстрее!

Дракониды приближались. Теперь они отчетливо видели Палина и громко переговаривались между собой, показывая на него. По-видимому, у них все-таки было описание его внешности.

— Но я не могу оставить тебя, Палин! — запротестовал Тас. — Конечно, я был здорово обижен на тебя, когда ты хотел заставить меня убраться в прошлое, к той ужасной ноге. Но это прошло, и теперь я...

— Беги, Тас! — выкрикнул маг; отчаяние подняло в нем бурю гнева. Дернув за шнурок, он раскрыл сумочку Таса и выхватил из нее лицевую плату магического инструмента. — Беги! Мой отец был прав. Тебе нужно увидеться с Даламаром! Скажи ему...

— Я знаю, что нам делать! — вскричал Тас. Он и не думал слушаться мага. — Бежим скорее! Мы спрячемся в Зеленом Лабиринте. Там они нас ни за что не найдут! Бежим, Палин! Скорее!

Дракониды что-то выкрикивали, вероятно, звали остальных.

— Тас! — Палин в бешенстве оглянулся на кендера. — Делай, как я тебе велю! Беги!

— Я никуда не побегу без тебя, — стоял на своем кендер. — Что сказал бы Карамон, если бы узнал, что я оставил тебя умирать в одиночестве? Слушай, Палин, они что-то ужасно быстро приближаются. Если мы хотим добежать до Лабиринта, то нужно торопиться.

Палин сжал в кулаке деталь магического устройства. С этим устройством его отец путешествовал в прошлое, во времена Первого Катаклизма, чтобы спасти госпожу Крисанию и чтобы не дать своему брату-близнецу Рейстлину сойти в Бездну. С помощью этого устройства Тассельхоф появился здесь, принеся с собой тайну и надежду; с его же помощью сам Палин попытался вернуться в прошлое, но обнаружил, что времена, предшествующие Второму Катаклизму, не существовали вовсе. Это устройство было одним из наиболее могущественных творений, когда-либо созданных магами Кринна. Сейчас он разрушит его окончательно, но, возможно, тем самым он уничтожит всех драконидов. Другого выхода нет.

Он сжал лицевую грань устройства с такой силой, что ее металлические края врезались в его ладонь. Выкрикивая слова заклинания, которые он не произносил со времени ухода Богов в конце Четвертого Века, Палин изо всех сил размахнулся и швырнул обломок в приближавшихся драконидов. Он понятия не имел, чего этим добьется. Это был акт отчаяния.

Увидев, как неизвестный маг кидает в них что-то, дракониды застыли на месте. Потом они подались назад, их лапы взметнулись вверх. Они ожидали взрыва.

Плата раз-другой подпрыгнула, перевернулась и замерла. Дракониды расхохотались.

Но тут от обломка инструмента заструилось сияние. Сноп сверкающего голубым пламенем света ударил Палина в грудь.

Удар ошеломил его, сердце едва не остановилось. На мгновение маг испугался, что мщение магии обрушится на него самого, наказывая за дерзость. Но тут же Палин почувствовал, что магия вливается в его тело золотым потоком. Старая, добрая, знакомая магия дарила ему силу. Она бурлила в крови и окрыляла, пела и трепетала в его сердце. Он выкрикивал слова заклинаний, первые пришедшие на ум слова, и сам изумлялся, что до сих пор помнит их.

Полыхающие огнем шары сорвались с его пальцев и ударили по драконидам. Магическое пламя бушевало так неистово, что гигантские ящерицы вспыхнули, мгновенно обратившись в огненные факелы. И тут же рассыпались массой сгоревшей плоти, расплавленного металла, обугленных костей и зубов.

— Ух ты! — восхищенно воскликнул Тас. — Заработало!

Ошеломленные страшной гибелью своих товарищей, уцелевшие дракониды смотрели теперь на Палина не только с ненавистью, но и со страхом.

— Ты побежишь наконец? — возбужденно выкрикнул Палин.

— А ты со мной? — спросил кендер.

— Да, черт побери! Да!

Тас тут же сорвался с места.

Палин бежал за ним. Поседевший, средних лет мужчина, он уже давно не испытывал таких эмоциональных и физических перегрузок. Нервная энергия, ушедшая вместе с наложенным проклятием, почти полностью лишила его сил. Он чувствовал, что слабеет с каждой минутой. Долго ему не выдержать такого бега.

Позади них предводитель драконидов выкрикивал команды. Палин оглянулся и увидел, как толпа драконидов бросилась за ними, как взлетают из-под когтистых лап комья земли, как со свистом разрезают воздух короткие крылья. Дракониды бежали — нет, почти летели — с такой устрашающей скоростью, о какой ни почтенных лет маг, ни маленький коротконогий кендер не могли и мечтать.

До Зеленого Лабиринта было еще довольно далеко. Палин с трудом хватал ртом воздух, в боку у него закололо. Тас тоже начал спотыкаться и задыхаться от бега. Дракониды неотвратимо приближались.

Палин остановился и повернулся лицом к врагам. Он ощущал, как магия бродит в его теле, как она будит в нем холодный расчет ярости, а не слепящее бешенство гнева. Он выхватил из сумки еще одну деталь магического устройства — цепочку, которая должна была лежать в свернутом виде внутри инструмента, — и что было сил швырнул ее в драконидов.