Молочная девочка

– Лаура.

– Ла… А, да, вот, нашла, думала, опечатка, и вы Лариса.

Так и хотелось спросить: «Чем ты вообще думаешь?», но Лаура вспомнила о хороших манерах, что она теперь совсем другой человек, с новым образом, мыслями и планами. А значит, должна быть леди и не посылать эту мымру на хрен, еще успеет.

– Спасибо, что записали верно, как вас… Марина?

– Карина.

– Плохо вижу, не разобрать букв на бейджике.

Анисимова не стала дальше вести диалог, хотелось уже начать первый день и скорее закончить, потому что завтра все будет иначе, все будет гораздо лучше, чем сегодня.

Зайдя в небольшой зал, девушка немного растерялась, на нее посмотрели сразу семь человек, каждый стоял у своего стола, на котором было какое-то кулинарное изделие. И лишь один стол, который находился ближе всего к месту шеф-повара, был свободен, и на нем стояла помятая коробка с испачканным зеленым бантом.

Какой-то добрый человек все-таки принес ее, вот спасибо, вот удружил. Мало того, что Лаура опозорилась уже, это была первая серия, сейчас будет долгожданное продолжение уже для всех.

– Здравствуйте.

– Привет.

С ней поздоровались, кто-то даже улыбнулся, девушка заняла свое место и напряглась в предчувствии бури и катастрофы. Хотя куда уже хуже? Сердце часто забилось в груди, когда под аплодисменты собравшихся в помещение зашел Лев Корнеев в сопровождении той самой Марины-Карины и высокого, крупного бородатого мужчины.

Было такое чувство, что Анисимова попала в какое-то кулинарное реалити-шоу, что всех снимает скрытая камера, и сейчас придется пройти кучу испытаний, чтобы получить главный приз.

Но в том-то и дело, что она была точно не на шоу, а оплатила курсы, хоть и не дешевые, и всех собравшихся обязаны учить, а не испытывать.

– Приветствую всех. Меня зовут Лев Корнеев.

– Привет, Лев, – блондинка слева начала хихикать и махать рукой, шеф ответил ей воздушным поцелуем, а Лауре захотелось ущипнуть себя.

Женщина явно не юного возраста чуть ли не выпрыгивала из короткой юбочки, открыто показывала свое обожание, и при этом ее поощряли. Вот же какой кобель этот Лев, кобель и хамло.

Лаура еще не догадывалась, что все те эмоции, накрывшие ее с первой минуты знакомства, можно было описать одним словом – ревность.

Глава 5

– Лева, все прошло шикарно, нужно за это выпить. Кристинка, метнись на кухню, скажи, чтоб приготовили нам что закусать, да не жирное, я на диете.

– Я Карина.

– Точно, Карина, я все помню, рыжая. Давай, беги.

Орехов развернул девушку спиной, шлепнул по попке и толкнул в сторону двери. Карина не возразила, лишь захихикала, а вот Льву было не до смеха, шуток и уж тем более не до выпивки и закуски. Эта наглая блондинка с торчащими сосками сквозь мокрую майку чуть не испортила первый день занятий.

Вообще, зря Корнеев поддался на авантюру друга, но уж если начал, то нужно доводить до конца. Как бы еще пережить это время и никого не прибить или не покалечить. Или самому мозгами не тронуться и не стать озабоченным маньяком.

Лаура, а именно так звали пышку-блондинку с карими глазами, вызывала странные чувства. Да одно имя вызывало многое. «Лаура» звучало очень красиво и сексуально, словно имя богини.

Нет, все было предельно понятно, член при виде ее груди и торчащих сосков стоял так, что можно было колоть грецкий орех, а фантазия крутила такое, что стыдно представить при собравшихся учениках.

Лев Корнеев всегда разделял работу и личное, это было железным правилом, и никогда не крутил романы на своей территории, где он был хозяином, творцом и богом – чего уж там мелочиться. За глаза его так и называли, а в глаза просто королем-кондитером.

Но чтоб вот так – половой орган жил своей жизнью, откровенно стоял на как минимум полный третий размер груди, да еще остальные формы – такое с Корнеевым было впервые. Хотелось просто снять штаны, засунуть хозяйство в ведерко со льдом и дать себе пинка под зад.

Что это вообще такое происходило?

Реакция организма не стресс, на двухнедельное воздержание? Надо было трахать Нику до белых кругов и мозолей на головке, а Льву все было некогда, он получал другого вида оргазмы, пропадая сутками на работе.

Орехов что-то говорил, шутил в своей обычной манере и смеялся, а Лев прокручивал в памяти последние два часа.

– Еще раз всех приветствую, хочу сказать спасибо, что выбрали мой курс, который непременно будет насыщенным, интересным, но и нелегким. Хоть вы все за него и заплатили, но хвалить я буду лишь за хорошую работу и выполненные задания. И запомните все: мы работаем на результат. И еще – я принял решение: один из вас по истечении двух недель получит возможность совершенно бесплатно пройти месячную стажировку в Москве, в одной из моих пекарен или ресторане. А если он и там себя хорошо покажет, то станет частью команды – моей команды – и получит шанс изменить свою жизнь.

После этой пламенной речи все захлопали, кто-то даже присвистнул, Гена уставился выпученными глазами, а Корнеев был в шоке от произнесенного. Эк его расперло и понесло, как одичавшего коня с обрыва!

Но лишь блондинка, навалившаяся на него всей массой в коридоре, стол которой был напротив него, сморщила вздернутый носик и, прикусив пухлую нижнюю губу, словно ей дали попробовать кислой ягоды, покачала головой.

Сейчас-то что Корнеев сказал не то? Все то и по делу, но у мужчины было такое чувство, что он снова ее обидел. Но ведь и слова не сказал грубого!

– Еще я хочу поблагодарить своего друга, которого вы все хорошо знаете, владельца этого шикарного ресторана за предоставленное место, и приступить к близкому знакомству.

Семь человек не спешили презентовать свои изделия, Лев прошелся взглядом по ученикам, которым придется две недели с утра до вечера рассказывать секреты, делиться полезными фишками и переучивать, что в сто раз труднее, чем учить.

По моложавой блондинке лет так за сорок было видно, что она сюда попала чисто от скуки. Богатый муж, дети выросли, фитнес-тренер надоел. Вот она и решила научиться делать не только «Тирамису» из заготовок, который сегодня принесла, и который Лев боялся пробовать, но и что-то сложнее.

Была еще девочка-подросток в очках, она принесла лимонное пирожное-суфле вполне приличного вида. Взрослый лысый мужчина с заинтересованным взглядом и горой булочек с маком на подносе. И две девушки – симпатичные, стройные, обе жгучие брюнетки с длинными волосами, чем-то похожи друг на друга, у одной был «Наполеон», а у другой – эклеры, политые шоколадом.

А вот у пышки-блондинки, которая кое-кого послала в жопу в туалете, была бесформенная масса, но вкус «Молочной девочки» Лев запомнил, хороший был вкус и у крема, и у коржей. Но хвалить он ее не собирается, точно не сейчас.

– Давайте знакомиться, с кого начнем?

Дама за сорок начала тянуть руку, две брюнетки заулыбались и кокетливо предложили начать с одной из них, но Лев начал с другой девушки.

– Давайте начнем с вас. Как вас зовут и что вы принесли?

Корнеев старался быть приветливым, но чем больше он смотрел в глаза блондинки, тем больше погружался в ее эмоции. Там было и отчаянье, и немного боли, и досада, но преобладали гордость и наглость.

– Лаура, меня зовут Лаура, мне двадцать три года, и я приготовила торт по классическому рецепту «Молочная девочка», но случился небольшой конфуз, и он стал бесформенной кучей.

Сказала все громко, гордо вскинув голову, Орехов толкнул Льва в бок, крякнул в кулак и сам заинтересовался девушкой. Вот это было то что надо его другу, который там совсем обезжирился в столице на диетах из сельдерея и брокколи. Да и трахает наверняка костлявых девиц, стараясь их не раздавить и не поломать.

– Мы, конечно, это пробовать не станем.

– Станем, еще как станем. Рыжая, дай ложку.

– Геннадий Викторович, вы с утра на диете.

– От двух ложек ничего случится, я ночью сожгу калории, – Гена заржал, но подошел к Лауре, запихнул себе в рот две огромных ложки торта и демонстративно закатил от удовольствия глаза.

Артист.

– Очень вкусно, молодец, Лаура.

Орехов вернулся, снова толкнул друга и жарко заговорил на ухо:

– Лева, ты посмотри, какая мармеладка! Вижу, ты уже оценил, даже слюну пустил.

– Совсем умом тронулся? Не мой это формат.

– Даю неделю.

– Никогда.

Вообще, странное вышло знакомство, да еще это уверенное утверждение Гены, что за неделю Корнеев прельстится прелестями мармеладки Лауры. Если учесть, что у Льва свой особый пунктик насчет лишнего веса.

– Лева, Лева, ты слышишь меня?

– Да все я слышу, думаю просто.

– А чего тут думать? Сейчас выпьем, закусим салатиком, потом в баньку. Точно, мы еще в баньке моей не были на заимке, я там отдыхаю от суеты. Красота неземная, птички поют, речка журчит, можно на охоту сходить, но только на дичь, на лося и медведя нет лицензии.

– Какая жалость.

– Не юродствуй. Ну, как тебе та блондиночка? Хороша, да? Себе бы забрал, да оставлю лучшему другу.

– Ген, ты издеваешься, да? Мне вообще не до баб, у меня бизнес может рухнуть.

– Не рухнет. Из-за какой-то сучки, что разнесла тебя на ток-шоу, не рухнет. Вот же наглая какая, внедрилась в ресторан, а потом и в кондитерский цех – и там все записывала на камеру. Вот ноги бы вырвал и спички вставил.

Лев устало потер лицо, сел в кресло, взгляд упал на полную рюмку водки и красивый соленый огурчик с пупырышками.

– Да к черту все! Давай, друг. За друзей и никаких баб! Все, они враги нам! Выпьем!

Глава 6

Казалось, что этот день неудач и провалов не закончится никогда. Именно так думала Лаура, медленно идя домой по цветущему, в ярко-зеленой листве, городу. Лето только начиналось, после жаркого начала мая пошли дожди, смывая с домов и деревьев всю накопившуюся с зимы грязь. И вот лето ворвалось в город: яркое, шумное, радостное.

Что не скажешь о настроении Лауры.

Три часа Лев Корнеев, именитый супер-пупер-столичный шеф, практически не обращал на девушку никакого внимания, словно специально игнорируя вопросы и ответы, которые она давала вперед всех. О дегустации «презентации» вообще речь особая, он даже пробовать не стал, в отличие от бородатого здоровяка, который умял несколько ложек ее «Молочной девочки», подмигнул и улыбнулся.

Это было приятно. Пожалуй, самый приятный момент за весь день. Корнеев же рассыпал комплименты блондинке зрелого возраста, одетой как подросток, двум сестрам брюнеткам, но не Лауре.

– Да и черт с ним! – сказала громко, мамаша с ребенком в коляске обернулась, осуждающе покачала головой.

Но обидно было не это, не дегустация и бесформенная куча торта на столе, который девушка с таким удовольствием пекла. Анисимова считала, что первое знакомство все испортило, то, как она навалилась на Корнеева, потом еще нагрубила, хотя он начал первый.

А потом он возьми и объяви, что по итогам курсов возьмет лучшего ученика к себе, даст рабочее место, а это такой шанс сделать первый шаг к мечте, о котором можно только мечтать.

Но Анисимова профукала свой шанс, и не видать ей ничего. Было обидно.

По пути попался киоск с мороженым, Лаура выбрала вафельный рожок с двумя шариками фисташкового мороженого. У нее стресс, ей необходима доза сладкого, как воздух, иначе можно заработать какую-нибудь болезнь. А все болезни, как говорят доктора, от стрессов. А Лауре это не нужно.

Немного самобичевания, а потом жалости, плюс вкусняшка и разговор с подругой должны были излечить сегодняшние моральные раны. Подруга позвонила как всегда вовремя, словно чувствовала настрой Лауры.

– И чего это вам не отдыхается?

– Так мы отдыхаем, второй день, а мы уже обгорели и устали.

– О, так это только второй, сейчас облезете и по новой обгорать.

– Лаур, что с голосом? – Светлана волновалась за верного «гнома», как при знакомстве назвал Анисимову Павел.

– Все отлично, мороженку ем.

– Ты же сказала: никакого сладкого?

– Да в жопу! Пусть модели худеют, у меня кость широкая, и вообще – все весы врут.

– Ты и так прекрасна, ты права, тем более в новом образе – такая куколка и конфетка. Как первый день занятий? Надеюсь, шеф проглотил язык, попробовав твою «Молочную девочку»?

Светочка специально сделала акцент на «девочке», сказав фразу томным голосом.

– О да, я навалилась на шефа всей массой и силой дала ему все попробовать.

– Серьезно?

– Да серьезней некуда.

– Лаур?

– Правда, упала на Корнеева, придавила, испачкала в креме, а до этого таксист, скотина такая, чуть в аварию не попал, торт упал, короче, «девочка» оказалась «бесформенной», а не «молочной».