Тихоня для бабника (СИ)

— Никого нет дома, — зажав кнопку связи, постарался прикинуться Кроликом.

— Ушастый, дверь открой, а то хуже будет.

Через камеру на меня недовольно смотрел Стас. А за его плечом маячил еще один незваный гость, увешанный пакетами, как новогодняя ёлка гирляндами. Этих лучше было пустить, Стас упертый как баран, все равно пройдет ведь. И будет мне голову взрывать бесконечными звонками в дверь.

— Вот надо было тебе припереться, — буркнул, нажимая на кнопку отпирания замка.

Пришлось натягивать улыбку и делать вид, что у меня не скребут на душе кошки. Эй, я ведь Роман Сергеев — любимчик фортуны и девушек. Которого, кажется, уже достала собственная жизнь.

— Ты какого черта на звонки не отвечаешь, придурок?

Стас всегда был резким, но сейчас приятель и вовсе выглядел так, будто приехал с одной целью — размазать меня по стене.

С учетом того, что познакомились мы в зале, куда я пришел десять лет назад, а он там уже пугал всех количеством блинов на штанге — сделать он это мог запросто.

— На беззвучке стоял, я не слышал, — пришлось постараться сделать виноватый вид, — ты чего переполошился?!

Наверное, нужно было пустить парней в квартиру, но не хотелось. Хотя, один черт, придется ведь.

— Эй, чуваки, а давайте вы протиснетесь еще на пару метров вперед и тогда я тоже смогу зайти? — из-за широких плечей Стаса возмущенно пыхтел малой.

— Его-то зачем притащил? — удивленно посмотрел на спортсмена.

— Потому что "этот" был единственным, кто вместе со мной полночи объезжал все больницы в поисках твоей задницы!

Стасяну, видимо, надоело топтаться на пороге, и он, просто сдвинув меня в сторону, освободил путь Владу и, захлопнув за тем дверь, уверенно пошел на кухню.

— Стас, Стас, мать твою, сними кеды!

— Помоешь! — припечатал приятель не оглядываясь.

Нет, все же я терпеть не мог гостей.

— Ромка, куда это все? — Влад поднял руки с кучей подарочных мешков и вопросительно осмотрелся по сторонам.

— Это что вообще?

— Подарки твои, ясень пень. Народ же вчера пришел подготовленный на тусу, все хотели поздравить тебя с юбилеем, — Влад скинул обувь и замер рядом со мной. — Ты знаешь, сколько цыпочек пришли на твою днюху?

Закатив глаза, попытался понять, как так получилось, что в нашу компанию затесалось это недоразумение?

— Малой, да брось ты эти мешки у стены уже, — махнул рукой в ближайший угол. — Народ вчера сильно расстроился?

— Не, че им расстраиваться-то? За все уплачено, стол накрыт, алкоголя море. Им было весело, — криво усмехнувшись, Влад почесал затылок. — Слушай, братан, есть кофе? Спать хочу — не могу просто, мы ж это, всю ночь как два придурка…

— Влад, иди сюда!

Зычный крик Стаса прервал рассказ малого. Кивнув ему, первым отправился в сторону кухни, надо посмотреть, что там Стас делает, и выяснить уже причину паники!

На кухонном столе стояли две кружки с кофе, на плите жарился омлет, а Стас с деловым видом нарезал помидоры, следя, чтобы его кулинарный шедевр не подгорел.

— Влад, кофе на столе, сейчас есть будем.

Я, не ожидая такого захвата территории, замер в дверях и сложил руки на груди.

— Стас?

— Телефон проверь, потом поговорим, — буркнул, не поворачиваясь ко мне.

Покачав головой, схватил трубку с края столешницы и, разблокировав ее, тихо присвистнул. Сто три пропущенных от Стаса, около пятидесяти от малого и какое-то нереальное количество сообщений с поздравлениями.

Подняв взгляд на парней, заметил то, на что раньше не обратил внимания: они оба были вымотаны.

— Стас, блин… — хотел спросить, с чего они развели такую панику, но решил дать парням сначала позавтракать, — вали за стол, сам доделаю.

Отобрав у приятеля нож, отпихнул его в сторону стола, а сам принялся шинковать зелень.

После того, как мы все поели, а Влад даже умудрился уснуть сидя на стуле, мы перебрались на лоджию. Во-первых, малой дымил как паровоз, во-вторых, не хотелось сидеть в гостиной.

— Так что вчера произошло?

— Да ничего, — зевнул Стас, — народ собрался — тебя нет. Народ бухает — тебя нет. Курицы эти раскудахтались «А где же Ромочка», а ты трубки не берешь. Ну я и психанул, думал, сейчас приеду к тебе, вытащу из квартиры и все. Ну мало ли, задержался. А тебя и дома нет. Телефон тебе весь оборвал, но как в рельсу звонить — гудки идут, а ты молчишь. Решил, что разминулись, приехал туда, а там уже парни зажигают, девчонкам вообще на все пофиг — они на охоту вышли, и малой только рядом со столом с подарками вышагивает и в телефон тычет. Единственный, кто заметил, что я куда-то отъезжал и вернулся.

— Да, блин, я-то пришел Ромыча поздравить, а не просто набухаться. Этого добра и дома хватает. А тут такая подстава, тебя нет, Стас на кипише, телефон молчит. Ну мы и сорвались с ним, я только как-то механически пакеты схватил и все.

Чувство вины неприятно кольнуло меня. Пока я предавался дома дурацкой меланхолии, закрыв дверь на лоджию, парни с ума сходили. И ладно Стас, он всегда отличался повышенным чувством ответственности, но Влад сильно удивил.

— Так где ты был? — Стас уже не выглядел как взведенный курок, успокоившись, что со мной все в порядке, он растекся в кресле и медленно пил вторую кружку кофе.

— Ребят, вы простите меня, реально стыдно. Я дома был. Вот тут на лоджии завис. Тут не всегда слышно домофон, а я еще с вискарем был. Меня вчера Глеб ошарашил, точнее, Анька его и что-то… Мне действительно стыдно, Стас, прости. Влад.

Закрыв глаза, представил, как парни полночи колесили по городу в поисках меня, и захотелось постучаться головой об стену. Сергеев, безответственная ты скотина.

— Да ладно, Ром, не парься, — Влад встал и поплелся за пепельницей, — главное жив, а мы то че? Сами виноваты, сразу хе@ню всякую придумали себе.

— Угу, придумать придумали, но подарочки ты прихватил, всю ночь по салону мешки эти шуршали, — Стас вроде как ворчал, но его плечи при этом начали мелко подрагивать.

В хохот мы сорвались все вместе. Ребята от облегчения, я просто от радости, что среди всех окружающих меня людей в тусовке нашлось два человека, которым я действительно небезразличен.

Решение все же отметить мой день рождения в очень узком кругу пришло самой собой. Дав парням принять душ, заказал доставку еды, и мы душевно просидели до самого вечера, обсуждая всякую фигню. Мне с ними было на удивление комфортно, хотя никогда бы не подумал, что именно Влад сможет внести в наши со Стасом обычные посиделки нотку уюта.

Стас Герасимов был серьезным, ответственным мужиком, в прошлом спортсмен — он получил на соревнованиях травму спины, а как только восстановился, открыл тот самый зал, в котором мы и познакомились. Не какой-то пафосный фитнес-центр, а обычную качалку, воняющую железом и потом. К нему приходят, чтобы заниматься, а не ради жиросжигающих коктейлей и фитнес-тренеров.

Влад прибился к нам вообще случайно, молодой балбес почти на десять лет младше, сынок какого-то деятельного папаши, с золотой ложкой в заду. Именно она не давала ему покоя и парень постоянно влипал во всякие переделки. До тех пор, пока однажды, затеяв потасовку в клубе, не зарядил ничего не подозревающему Стасу по уху, в то время как мы просто мимо проходили. Стас офигел, Влад быстро осознал, что чуть-чуть перепутал и начал рассыпаться в извинениях, но его отвлекли, вцепившись в плечо и вовлекая обратно в драку.

Герасимов потрогал пострадавшее ухо, тяжело вздохнул, дернул Влада к себе, выдирая его из рук соперника, и принялся воспитывать:

— Малой, ну кто ж так бьет? Смотри и учись!

С этими словами обычно спокойной Стас несколькими ударами уложил аккуратной кучкой всех дебоширов, а подоспевшим охранникам заведения объяснил, что зачинщиками были они, а малой вообще с нами.

Многим позже, когда Влад начал таскаться к Стасу в качалку, я спросил у бывшего спортсмена:

— На кой черт ты с ним нянчишься? Бедовый ведь парень.

— Бедовый, — согласился друг не раздумывая, — вот и пусть лучше с нами тусит, чем приключения на хвост ищет.

А сегодня выяснилось, что Влад один из немногих парней в тусовке "золотой молодежи", которые умеют дружить.

— Воу, парни, — позвал нас со Стасом Влад, стоя рядом с распашным окном, — смотрите, какая девчонка. Я бы познакомился.

Посмеиваясь над импульсивным пацаном, мы со Стасом подошли к нему и вопросительно посмотрели — ну, где там твоя девчонка?

Засранец уверенно ткнул в дом напротив и я сцепил зубы. В окнах четырнадцатого этажа вчерашняя незнакомка танцевала с маленькой девчушкой на руках.

Глава 3 Сергеев

— Малой, а с каких это пор тебя стали интересовать девушки постарше, да еще и с детьми? — спросил, взяв себя в руки и постаравшись не выдать свою неприязнь к интересу Влада.

— Ромыч, а тридцать пять, это че, реально прям сразу старость, да? — малой посмотрел на меня, хитро прищурив глаза. — Слепота там куриная развивается, нюх терять начинаешь?

— А это ты вон у Стаса уточни, ему-то уже тридцать семь подваливает, он точно в курсе, — не один тут юноша умеет стрелки переводить, между прочим.

Вот только я вместе с Владом забыл как скор на расправу может быть Герасимов, поэтому к своему затылку потянулся синхронно с Владом. Стас обоих "нежно" обласкал подзатыльниками.

— Так, мелкий и тот, что из ясельной группы, языки придержите, оба. А то сейчас дядя Стас ремень достанет из штанов…

— Спортивных, — недовольно буркнул Влад, и успел увернуться от следующего тычка Герасимова.

— Ромка, спасай, этот медведь сейчас меня раздавит!

Я, повернувшись спиной к окну, с трудом подавив желание продолжить наблюдение за незнакомкой, смотрел за шуточной потасовкой парней. Вот кто бы глядя на них сказал, что разница в возрасте у оболтусов составляет десять лет? Уж точно не я, оба ведут себя как подростки на перемене в школе.

Подумав, решил не отрываться от коллектива и, оставив глупые мысли о девушке в окне, присоединился к обормотам. Одному успел отвесить шуточный пинок, второго потрепал за ухо и с хохотом выбежал в гостиную, вроде как за бутылкой вина, раз уж сегодня ничего крепче решили не пить. В общем, только спустя полчаса раскрасневшиеся, взъерошенные и довольные собой, мы вернулись на свои посадочные места.

— Вы такие идиоты, — пыхтел Влад, поправляя на себе какую то брендовую майку, которая чуточку потеряла товарный вид, — с ребенком справились, молодцы, че!

И мы бы даже поверили, что он расстроен или обижен, но широкая улыбка от уха до уха на лице малого стирала напрочь все его попытки выглядеть возмущенным.

— Ой-ей-ей, обидели мышку, написали в норку. Иди пожалею! — Стас потянул руку к голове Влада, но тот так резво вскочил с места, что мы, все же не выдержав, попросту рассмеялись.

— Не, Ром, вернемся к девчуле напротив, ты реально не понял, что она молодая совсем?

— Ну, смотря кому, — пожав плечами, попытался как можно подробнее восстановить в памяти образ девушки, — некоторым молодая, другим не очень, а третьим вообще мамкой является.

— Да не! Там девчонка, ну лет двадцать пять, может. Я же вижу фигурку, не может быть, что она старше меня.

— Не, — разливая вино, качнул головой Стас, — фигура не показатель, ты посмотри вон на рожавших баб из телика. Там фигуры такие, что двадцатилетние девочки обзавидуются, а дети есть.

— Мужики, да вы че? Реально зрение подводит? Не из тех она. Ну, в смысле, не из силиконовой долины куколка. Точно вам говорю. Ну пусть природа на ней хорошо погуляла, щедро, и даже с детьми фигурка сохранилась, один черт, не старше меня!

— Ну, силикон не силикон, вот так из далека судить не буду, — пришлось и мне поучаствовать в обсуждении, хотя от всего этого разговора на душе стало гадко, — но девушка живая, тут я с тобой согласен. С трудом представляю цыпочек из тусовки вот так играющих с детьми.

— Да какая тусовка? Да неее, быть не может, что она из наших, — важно кивнул Влад. — Но малышка заинтересовала. Ромыч, может, узнаешь, кто там живет, я бы реально затусил с ней!

— Тусилка еще не выросла, — постарался не скрипеть зубами, — чтобы я бегал тебе пробивал девчонок незнакомых.

— Стасян, ну ему че, сложно?

— Неа, не сложно, но если тебе девочка понравилась, сам пробивай. Замужем или нет, с кем живет, чьи дети и сколько лет. В конце концов, малой, не всю же жизнь ходить в слюнявчике и ждать, что кто-то жопу подотрет. Хочешь, чтобы было хорошо, встань и пошевели булками. Сам.

— Да ну вас, — Влад наставил палец сначала в Стаса, а затем и на меня, — зануды!

Мы с Герасимовым только усмехнулись на это заявление и тема заглохла сама собой.

А уже два часа спустя я смотрел на сладко спящую парочку на своем диване и думал, какого черта не вызвал парням такси. Но, с другой стороны, после того, как они всю ночь не спали, а потом мы весь день провели за посиделками с сытной едой и мягким вином, выгонять их было как-то стремно. Пусть дрыхнут, утром сами разбегутся, работу никто не отменял.

Махнув рукой на парней, вышел на лоджию. Ноги сами понесли меня к окну. Интерес к девушке в окне напротив после сегодняшнего вечера только увеличился.

Сейчас окна той комнаты, где она танцевала с ребенком, были темными, а в соседних фигурку незнакомки я не увидел.

А жаль.

Как там Стас сказал? Узнать замужем или нет, кто такая и ее ли дети? Интересная мысль. Завлекательная. Потому что как бы странно ни звучало, девушка действительно вызывала интерес. Но немного подумав, я решил, что ничего узнавать не буду. Пусть у меня будет просто окно и просто картинка идеальной семьи. То, к чему нужно стремиться, а не разрушать.

Кажется, я только что признался сам себе, что и дальше собираюсь время от времени подсматривать за чужой жизнью. Успокаивает уже то, что я просто любуюсь, как девушка играет с детьми, а не за сексуальными играми семейной пары. Вот такого позора я бы точно не пережил. Это насколько же у меня все должно стать плохо, чтобы я мог опуститься до … Даже думать не хочу!

Тряхнув головой, отвернулся от окна. Сегодня в нем уже не было ничего интересного для меня.

* * *

С понедельника вернулся к своему привычному расписанию. Утром пробежка, тут уж зависит от погоды: или на ближайшем дворовом стадионе, или беговая дорожка с видом на телевизор, потом работа, где я с переменным успехом то хотел распустить половину офиса, то, наоборот, выписать всем премии, а вечер зависел от дня недели: вторник, четверг и субботу я проводил в зале Стаса. И нет, не ради того, чтобы нравиться девушкам, как хихикал Влад, а ради себя. Чтобы иметь возможность выкинуть из головы все проблемы, скинуть скопившуюся за пару дней энергию и просто физически устать. Я любил свою работу, мне нравилось заниматься торгами, нравилось иногда играть на бирже, но это все давало нагрузку только на мозг, а тело тоже требовало активности. Секс? Да, секс отличный способ сбросить пар и хорошенько пропотеть, но, черт возьми, «станки» для сброса порядком утомляли, тренажеры в качалке надежнее, молчаливее и не требуют к себе внимания после нашего "свидания". А уж то, что Стас послушал завсегдатаев зала и повесил несколько груш, делало это место и вовсе идеальным. А девушки? Ну что девушки, раньше я пару свободных вечеров в неделю обязательно уделял очередной детке. Рестораны, флирт, секс и давай до следующего раза. Потом побрякушку по заслугам и на поиски новой дамы. Дольше месяца, ну, может, полутора, мои "отношения", как правило, не длились. Нет, были, конечно, исключения, но в основном после шести недель "отношений" девушки начинали качать права и требовать больше. Больше внимания, больше разговоров, подарков и меня. В общем, сплошная головная боль.

Зато в последние две недели я вообще ни с кем не встречался, больше проводил времени на работе в первые два дня недели, и в четверг чуть сдвинул время посещения зала, чтобы в среду и пятницу приходить домой раньше и, поужинав, наградить себя видом из окна.

Медленно, но верно я начинал чувствовать себя эдаким латентным маньяком.

Отчего-то с каждым днем меня все больше тянуло к окну лоджии. Увидеть ее, девушку со смешным хвостиком на голове, было как наградить себя десертом в конце сложного дня. Не сразу я понял, почему волосы у нее всегда собраны и незнакомка ни разу не была в юбке или платье.

Но со временем догадался — с детьми ей так удобнее. Но позже появился и закономерный вопрос — отчего в доме, в уже отапливаемой квартире, не ходить в шортах? Не то, чтобы мне хотелось увидеть ее обнаженные ноги, нет. Просто я же видел, что, помимо спокойных занятий с мелкими, она играет с ними в довольно активные игры. Одни прятки чего стоили, особенно вид на то, как девушка, забравшись на подоконник и прижавшись к стеклу в полусогнутом состоянии, спряталась за шторой. В тот вечер я наблюдал за ними с особым удовольствием и уверен, улыбка на моем лице была ужасно глупой. Но два ребенка, а теперь я знал, что в той квартире обитают пацан и девчушка, заставляли прятаться мою незнакомку снова и снова и эта картина была уморительной.

Подглядывая за этой компанией, меня все чаще посещали мысли о семье. И, откровенно говоря, все сильнее хотелось познакомиться с той самой девушкой в окне.

Мне вдруг стало интересно узнать ее имя, ближе рассмотреть лицо, чтобы увидеть цвет глаз. Хотелось услышать голос и то, как она смеется. Я понимал, что это несусветная глупость — чтобы так вело от человека, которого совершенно не знаешь. Даже не видел толком ни разу. Но, кажется, Аня со своими пожеланиями счастья и глупой запиской что-то надломила во мне. Приоткрыла дверцу, о которой я даже не подозревал. Ту самую, что скрывала мои мечты о семье.

Особенно стало тяжело держать себя в руках, когда на исходе второй недели я понял: незнакомка не живет в той квартире. Анализируя все, что вижу, пришел к выводу, что это или родственница, присматривающая за детьми, или, что вероятнее всего, приходящая няня. Вот только мамы я рядом с мелкими не видел ни разу. Может быть, я и ошибался, но не верить себе не мог, а может, и не хотел. Меня влекло к нарисованному в голове образу, и думать о ней как о свободной девушке было гораздо приятнее.

Ох, Сергеев, и придурок же ты!