Гришка против Пустынного демона

Он огляделся. Кроме них в противоположной стороне трактира, сидели двое в капюшонах. Они шумно хлебали из глубоких тарелок. Подошла полная женщина в грязном переднике и недовольным лицом грохнула об стол две глиняные кружки и тарелку со свежеиспеченными ароматными лепешками. Гриша мигом осушил свою кружку и с мольбой посмотрел на Назифу. Та кивнула и велела принести еще чистой воды.

— С такой шишкой немудрено забыть. Хорошо хоть имя свое помнишь.

— А где я вообще? Что это за место?

Назифа протянула одну лепешку Грише, а вторую посыпала солью и откусила.

— Мы сейчас ровно посередине между Эль-Каром и Кабарганом. Здесь редко кто останавливается, только те, кто идет пешком. Те, кто на колеснице или верхом, проезжают мимо. У меня нет коня, поэтому на дорогу до Эль-Кара уходит почти целый день.

Гриша откусил пресную лепешку и запил прохладной водой. То ли он долго голодал, но сам этого не заметил, то ли после удара что-то стало с языком, но ему показалось, что ничего вкуснее он не пробовал.

— Ты не знаешь, в какой стороне Российская империя? Может, дойду до границы пешком. А там уж помогут добраться до дому.

— В первый раз слышу. В наших краях нет такого государства, — пожала она плечами.

— Что же мне теперь делать? Куда податься? — боль в голове мешала сосредоточиться и обдумать свое положение. К тому же Назифа, которая сначала показалась ему взрослой женщиной, при ближайшем рассмотрении оказалась молодой и довольно красивой девушкой. Полные груди с упругими бугорками колыхались под легкой тканью короткой майки. Однако широкие плечи и мускулистые руки действовали отрезвляюще.

— Я иду в Эль-Кар. Наместник объявил охоту, и я хочу поучаствовать. Можешь пойти со мной, — равнодушно сказала Назифа, но пристальный взгляд говорил, что она этого очень хочет.

— Пойду с тобой. Все равно не знаю, что делать.

Вдруг дверь резко открылась, и с громкими возгласами ввалилась компания накаченных полураздетых мужиков.

Глава 2 Или кукушка накаркала?

— Эй, хозяин! Ты приготовил нам сдачу? Второй месяц пошел. Если не можешь, то так и скажи. Мы просто разнесем по кирпичикам твою харчевню, — сказал один из них и стукнул увесистым кулаком по стойке. Угрюмый толстяк, с подозрением глядевший на Гришу, сразу поменял выражение лица на заискивающе жалобное и, сложив молитвенно руки, запричитал:

— Пожалуйста, уходите. У меня и так прибыли нет. Одни убытки. Муку на последние деньги купил.

Мужчины в капюшонах положили ложки, встали и приблизились к компании. Качки развернулись к ним и начали выяснить, кто есть кто.

Гриша почувствовал, как Назифа вцепилась в его руку и обернулся.

— Уходим отсюда, — еле слышно прошептала она, испуганно глядя на бандитов. — Если они меня увидят, то случится непоправимое.

Грише передался ее страх и он, втянув голову в плечи, последовал за ней вдоль стены. Затаив дыхание и стараясь не шуметь, он не спускал с мужчин взгляда:

«Лишь бы не заметили. Мне с такими бугаями не справиться. А если, эти зверюги на лошадях? Ой-ё-ёй! Господи, не оставь раба своего Гришку. Помоги живым-здоровым выбраться!»

Они незамеченными дошли до двери.

— Ты мне про муку не жужжи. Знаю я, как ты ее достаешь. Дети твои, попрошайки несчастные, весь Кабарган заполонили. Отдай по-хорошему, а то..

Что будет с хозяином трактира, Гриша не услышал, так как вышел на улицу, вслед за Назифой.

— А теперь бежим! — она рванула, как заправский спринтер. Гриша вздохнул и, тяжело ступая, побежал за девушкой. Боль в голове плескалась в такт шагу, но он не мог позволить себе отстать от нее. Ведь тогда остался бы совсем один в незнакомом месте. Когда трактир остался позади лишь темным пятном, Назифа наконец-то остановилась. Гриша добежал до нее и изумленно уставился на задыхающуюся от дикого хохота девушку.

— Что случилось? — спросил он с трудом переводя дыхание. — У меня волосы стоят?

Он принялся приглаживать свою шевелюру, искоса поглядывая на нее. Назифа махала рукой, пытаясь что-то сказать, но гогот с повизгиванием продолжал разноситься по безбрежному песчаному морю.

— Не заметили. Я испугалась, что домой погонят, — наконец выдавила она, вытирая слезы.

— В смысле? — не понял Гриша.

— Это мои братья. Если бы они увидели меня, то обязательно отвели бы домой.

— Братья? Эти разбойники и вымогатели? — он не мог поверить своим ушам.

Первое, о чем он подумал, когда увидел ее испуганный затравленный взгляд, направленный на бандитов, что они могут сделать с ней что-то ужасное.

— Да, не ангелочки. Но других нет. Пошли, нам надо до темноты добраться до города.

Она бодро зашагала вдоль речушки, покачивая бедрами, отчего коротенькая юбочка колыхалась, открывая прелестный вид на крепкие накаченные ягодицы.

Гриша вскинул голову, выпрямился и пошел следом.

— Я что за охота намечается? — спросил он, когда догнал красавицу. — Я тоже могу поучаствовать. Стрелять умею и силки ставить.

— Отлично! Значит будешь в моей команде. Только учти, там не зверь, а демон.

— Что? Какой еще демон? — усмехнулся он.

Но Назифа строго посмотрела на него и кивнула:

— Самый настоящий. Подробностей пока не знаю, но гонец с Эль-Кара уже не в первый раз приезжает в Кабарган и сулит вознаграждение в сто золотых за убийство демона.

— Не в первый раз? Желающих не находилось?

— Сначала желающих было много. Кто-то возвращался обратно, побывав в Эль-Каре и разузнав, что же там творится. А кто-то шел на охоту и пропадал бесследно. Судя по всему, город скоро опустеет. Горожане Эль-Кара расползлись во все стороны, спасаясь от демона.

Юноша не хотел показаться трусом, поэтому промолчал, хотя очень хотел задать вопрос: если все бегут, может, не надо туда идти? Но выбора у него не было и он, поджав губы, молча шагал рядом. Вскоре показались шпили обелисков и крыши храмов. Еще через час начали встречаться первые люди.

— Как жизнь в Эль-Каре? — обратилась Назифа к старику, нагружавшему руками глину с берега речушки.

— Хуже некуда, красавица, — горестно вздохнул он. — Все, кто мог убежали, забросив свои дома, сады и поля. Остались только старики и бедные люди, которым идти некуда. Из процветающего величественного города Эль-Кар превратился в Город мертвых. Только ветер свистит между домами и цикады трещат.

— Нам нужен наместник. Где его найти?

Старик посмотрел на солнце, плавно переплывшее небо и теперь светившее им в лицо, и обеспокоенно покачал головой:

— Скоро закат. Вам надо торопиться. Наместник Табит живет в двухэтажном доме, на главной площади. Торопитесь! Иначе он вас не пустит, как и остальные, и останетесь на улице.

Гриша и Назифа переглянулись, похоже, дело было серьезнее, чем оба думали. Они поблагодарили старика и побежали вдоль пожелтевших фруктовых деревьев, за которыми давно никто не ухаживал.

Как и сказал старик, людей в городе почти не было. Только два раза они издали видели силуэт в белой одежде, который сразу же куда-то пропадал. По узким улицам, мощеным булыжником, бродили тощие собаки в поисках съестного. С некогда пышущих зеленью балконов свисали высохшие стебли растений.

— Да-а, безрадостно здесь, — прошептал Гриша.

Ему не хотелось нарушать гнетущую тишину. Он еще в детстве заметил, как замирает все вокруг перед грозой. Притом, чем безжалостнее будет хлестать дождь и чем неистовее будет разрываться небо, тем тише природа. Будто каждый, от жука до лося, хочет напоследок насладиться счастьем и безмятежностью.

— Здесь все поменяется, когда я убью демона, — с вызовом сказала Назифа и тряхнула головой.

«Ну да, конечно. Никто не смог, а ты убьешь, — с сомнением подумал он и вновь невольно покосился на колышущуюся под легкой тканью грудь. — Хотя, куда бы ты не пошла, я пойду следом».

Он чувствовал себя лучше, хотя путь в полдня по солнцепеку вновь высушила горло, а Назифа запрещала пить из реки:

— У меня мать так умерла. Отравилась гноем мертвого крокодила.

Он не стал с ней спорить, и теперь с нетерпением ждал возможности напиться вдоволь. На главной площади возвышался остроконечный обелиск, испещренный непонятными символами. Рядом белела статуя льва с раскрытой пастью, из которой когда-то текла вода.

— Вон тот дом, — кивнула Назифа.

Гриша согласно кивнул. Это был единственный дом, на балконе которого до сих пор росли цветы. Они подошли к воротам, и Назифа забарабанила по деревянной двери:

— Наместник! Наместник, открывай!

В окне второго этажа появилось светлое пятно лица, которое тут же исчезло, и через пол минуты дверь распахнулась. Перед ними стоял седой мужчина с осунувшимся лицом и темными кругами под глазами:

— Кто вы?

— Я — наемница Назифа, — громко сказала она и гордо вскинула подбородок. — Хочу убить демона и получить вознаграждение.

Опешивший мужчина не сразу нашелся, что ответить. Он глубоко вздохнул и переспросил:

— Хотите убить Пустынного демона?

— Ну вы же на него охоту объявили. Какая разница: Водяной, Солнечный или Пустынный? Я метко стреляю и быстро бегаю. Нет никого лучше меня. К тому же, от меня почти невозможно сбежать, — Гриша еле сдержался, чтобы не сделать ей замечание.

Человека с таким высоким самомнением он еще не встречал, хотя нередко сам этим грешил. Но всему же есть предел!!! Тем временем, она продолжала:

— Для начала пусти нас отдохнуть. Мы голодны и хотим пить. А это Гриша, мы вместе, — она вдруг испуганно посмотрела на него и принялась оправдываться. — Не в том смысле вместе, а в другом. То есть, он со мной. Но мы не вместе. И если когда-нибудь мы все-таки захотим…

— Я понял-понял, — торопливо закивал наместник и посторонился, пропуская гостей во двор. — Добро пожаловать в Эль-Кар, друзья.

***

«Кто бы мог подумать, что я буду мечтать об обычной воде, — думал Гриша, поливая себя ковшом из большого таза. — Все-таки, как я сюда попал? Я же на крыше сидел. Бросил в Филю сапог (хотя сапог-то на месте!), упал. Всё! Дальше: пустыня, Назифа, трактир и наместник».

Тут дверь купальни открылась и на пороге появилась Назифа. Гриша от неожиданности уронил металлический ковш на мраморный пол и прикрыл руками свое достоинство. Ковш попрыгал, дребезжа, и замолк. Наступила неловкая тишина.

— Да, ладно, — усмехнулась девушка. — Расслабься. Я здесь браслет забыла.

Она сняла с крючка тонкий браслет с зелеными камнями и надела на руку. Затем поцокала языком, бесстыже рассматривая раскрасневшегося Гришу:

— Сколько тебе лет?

— Девятнадцать. А что? — спросил он фальцетом, отчего еще сильнее покраснел.

Назифа взяла полотенце, лежащее на лавке, и вульгарно покачивая бедрами, подошла к нему вплотную.

— Хочешь прикрыться, бери.

Гриша не знал куда себя деть. Обычно девушки краснели и стеснялись, когда он затаскивал их на сеновал или за тяжелую портьеру на балу. А тут он сам оказался в такой ситуации. Юноша с опаской потянулся за полотенцем, но Назифа взмахнула рукой и полотенце улетело куда-то назад. Она порывисто выдохнула и впилась в него губами. Гриша хотел прижать ее к себе, но она тут же отпрянула, развернулась и вышла.

— Оставайся! — крикнул он ей вслед, но дверь со скрипом закрылась. — Могла бы и остаться.

Он быстро оделся и последовал за ней. В гостиной был накрыт стол и в животе призывно заурчало.

— Приглашаю отужинать со мной, — сказал Табит. — А я закроюсь и вернусь.

Гриша поймал насмешливый взгляд Назифы и поспешно сказал Табиту:

— Позвольте вам помочь.

— Да, так было бы гораздо быстрее, — кивнул он.

На всех окнах были толстые деревяные ставни, которые запирались на поперечную балку, а входные двери были укреплены железными листами.

— Я ничего не рассказал наемнице, чтобы не повторяться. Поэтому, пока вы будете кушать, я вам все подробно объясню, — сказал наместник, когда они заперли на три засова заднюю дверь, выходящую в сад.

Назифа встретила их с куриной голенью в зубах.

— Вы долго ходили. Я не удержалась, — пояснила она и потянулась за пышной белой булкой.

Гриша присоединился к Назифе, а Табит начал свой рассказ:

— Семь лет назад пропала девушка. Мы с городской стражей обшарили каждый дом и пригород, но найти ее не удалось. Через несколько дней пропала еще одна. А затем еще и еще. Весь город был в страхе. Девушек начали запирать в домах и не выпускали на улицу. Вот тогда начали пропадать и мужчины. Взрослые сильные мужчины пропадали без следа. Мы не могли понять, как такое возможно! — он горестно вздохнул и отпил из кружки. — Я перестал есть и спать. Поставил охрану на каждой улице. Жители начали собираться группами и дежурили по ночам. Тут-то мы и узнали, с кем имеем дело.

Табит замолчал и покачал головой. Гриша замер с набитый ртом, с волнением и страхом, ожидая продолжения.

— Не тяни! — рявкнула Назифа, отчего Гриша и Табит испуганно подпрыгнули.

— Он предстал перед нами в один из ночей. Пустынный демон. Он прилетел из тьмы, схватил толстого Отту за волосы и с легкостью взмыл вверх. Факелы осветили лишь его когтистые лапы и огромные крылья.

Гриша откинулся на стуле и посмотрел на застывшую Назифу.

«Даже не знаю, что самое позорное: сейчас признаться, что у меня кишка тонка идти охотиться на демона, или сбежать, когда дойдет дело до реальных подвигов? — подумал он и потер переносицу. — Надеюсь, она откажется».

— Нас двое, поэтому двести золотых монет. Договорились? — выпалила она и протянула руку.

— Ты что, не слушала?! — воскликнул Гриша. — Это же не олень, мирно пасущийся на поле. Это демон! Как ты собираешься его убить? Тем более в темноте.

— Но ведь где-то он живет! Найдем его логово и убьем. Делов-то, — пожала она плечами.

Табит с сомнением посмотрел на нее:

— Много охотников и следопытов пытались убить демона, но больше мы их не видели. А демон возвращается каждую ночь.