Леди Ванесса. Часть 2 "Сёстры"

"Мы сыны батрацкие, мы — за новый мир,

Щорс идет под знаменем, красный командир.

Эх, красный командир!"

— Командирр-р-р-р, — подпевали зомби.

"В голоде и в холоде жизнь его прошла,

Но недаром пролита кровь его была.

За кордон отбросили лютого врага,

Закалились смолоду, честь нам дорога.

Эх, честь нам дорога!"

— Дорога-а-а-а.

"Тишина у берега, смолкли голоса,

Солнце книзу клонится, падает роса.

Лихо мчится конница, слышен стук копыт.

Знамя Щорса красное на ветру шумит.

Эх, на ветру шумит!"

— Шуми-и-и-и, у-у-у-у…

Собственно, компания наших героев в деревне на долго тоже задерживаться не собирались. Сразу после прощания с селянами-зомби, Фиор отправился в свой отдельный дом, пустых домов теперь здесь было полно, забаррикадировался там, и просидел до вечера. Нет, он не боялся нападения, просто сёстры, особенно Кассандра, основательно его так достали, и теперь он пользовался любой возможностью побыть в одиночестве.

Сразу как зашло солнце вся компания собралась у бункера для проведения таинственного ритуала.

— Фиор, я так и не поняла, как ты собираешься использовать упыря? — допытывалась Ночь.

Фиор вздохнул, видимо понимая, что на этот раз от ликбеза близняшек ему не отвертеться.

— У всех насильно обращённых вампиров деформирована или уничтожена личность. Всё зависит от того, какие цели преследует тот вампир, который его обращал. Наш упырь вполне мог сохранить свою личность, если бы не длительное голодание доведшее его до безумия, сейчас это скорее злобное животное. Но даже в таком состоянии молодой вампир чувствует направление вампира-родителя, скажем так. Это изначальный инстинкт молодых вампиров, который приказывает им сбиваться в банды и консолидироваться вокруг своего старшего. А старшего они чувствуют практически на любом расстоянии, если только он специально не закрывается от своего потомка.

— Понятно, значит ты хочешь, чтобы он используя свои инстинкты, навёл нас на вампиршу. Но как ты собираешься подчинить его?

— Откройте бункер, вы всё увидите сами во время ритуала.

Кассандра уцепилась за край глыбы, Аврора взялась за другой. Вдвоём они легко сдвинули преграду. Услышав, что кто-то входит, изрядно поколоченный упырь забился в угол и сидел там тихо-тихо. Похоже, всё-таки какие-то остатки чувства самосохранения у него работают. Вот только на его беду — это была не очередная кормёжка, на этот раз они пришли за ним.

После недолгой потасовки, упырь был приведён в беспомощное состояние и растянут на полу. Снова его руки и ноги держали сёстры, а Фиор достал из рюкзака длинную, чёрную иглу и с размаху засадил её в висок упырю. Кровосос перестал дёргаться и затих.

— Всё, больше можете его не держать. Щас он придёт в себя и поведёт нас к своей мамке.

— Что, и это весь ритуал? Ты засадил ему иглу в висок и всё? — удивлялась Ночь.

— Не иглу, а артефакт. Ну, а ты чего ждала, танцы с бубном, песни и пляски?

— Нет, но я думала всё будет как-то сложнее.

— А зачем усложнять? Всё, тихо, он зашевелился.

Упырь действительно пришёл в себя, но без приказа теперь не позволял себе пошевелиться. Его воля была полностью сломлена чёрной иглой и теперь он подчинялся любому приказу от кого угодно.

— Встать. — приказал Фиор.

Упырь повиновался.

— Ты чувствуешь свою мать?

Упырь кивнул.

— Веди нас к ней, двигайся со скоростью 15 километров в час.

Глава 73 ок

Упырь взял след, как ему и приказали, двигался в нужном направлении с постоянной скоростью, словно механизм. Сёстры за ним поспевали, они могли выдержать и более тяжёлый темп, а вот зверолюд был прекрасным спринтером, но ужасным стайером. Сначала ночь он бодрился, но уже через несколько часов стал принимать какие-то флаконы из своей сумки. Химия ему помогла и первую ночь он с грехом пополам пробегал. И хоть с большим отставанием и постоянными подтруниваниями, шуточками Кассандры, но набрёл на дневной лагерь. Над упырём соорудили небольшой шалаш, чтобы солнечные лучи не убили его на время дневной стоянки.

Уже следующей ночью Фиор предложил снизить темп передвижений. Но ожидаемо наткнулся на сопротивление со стороны Ночи, и потом в голове у неё созрел план тихой мести Фиору за то, что он командовал ей в деревне. Брюнетка заявила, что вампиршу надо настигнуть поскорее, пока упырь окончательно не спёкся, а если она вообще выйдет на охоту слопать ещё одну деревню, то сколько им за ней бегать?

Пошушукавшись и посовещавшись, сёстры «решили» (точнее решила Ночь, а сёстры с ней согласились. Фиор к совещанию допущен не был.), что вещи Кассандры понесёт Аврора, а Кассандра пронесёт Фиора. И следующей же ночью Кассандра оторвалась на Фиоре за всё. Её руки крепко вцепились в его бёдра, зверолюд сразу понял, что он попал. Всю ночь руки Кассандры гуляли то по бёдрам Фиора, то по его ягодицам, и даже, якобы случайно, залезли к нему в хвостовое декольте на шортах. Во время дневной остановки, Фиор отошёл в лес на пять минут, чтобы поорать. А вернувшись, залез на дерево и заявил, что он будет там спать. На вопрос: «Почему там?» — он заявил, что он на четверть кот, и что кошки иногда так делают.

К следующей ночи Фиор уже смирился, что его ягодицы опять всю ночь будет мять Кассандра, но он недооценил коварство девушки. Ягодицу-то она конечно мяла, при этом держа постоянно одну руку в разрезе шорт Фиора, но передвигалась какой-то странной трясущейся походкой. Поначалу Фиор думал, что Кассандра хочет его укачать до тошноты. А когда он почувствовал тесноту в шортах, то понял, чего она добивалась. Фиор пытался отпихнуться, сменить позу на спине у Кассандры, но если что и получалось, то ненадолго. Вся тряска от её спины передавалась на его пах. К следующему утру Фиор слез с Кассандры, а на шортах у него темнело липкое пятно. Такого унижения Фиор не испытывал очень давно. Пришлось сказать, что он немножко описался. Только выражение лиц сестёр говорило само за себя: «Ага, ври больше, а мы сделаем вид, что тебе поверили.»

По мере приближения к цели, упырь буквально таял на глазах, набранные им килограммы сдувались. Но, к удивлению сестёр, он вывел их на хорошо знакомый им город.

— Бакан. Он привёл нас в Бакан! — негодовала Ночь.

— А что, какие-то проблемы? — спросил Фиор.

— Нас там не любят, когда мы в последний раз там были, то пришлось быстро уносить ноги.

— Ожидаются новые проблемы?

— Очень вероятно. Надо проникнуть в город тайно.

— Есть идеи?

— Нет.

— Понятно. — хмыкнул Фиор, — Тогда вам стоит поторапливаться, через три-четыре часа упырь окончательно сдохнет. Он и на ногах-то стоит лишь потому, что артефакт не даёт ему рухнуть без сил.

— А тебе есть что предложить?

— Мне всегда есть что предложить.

— Хи-хи, а в этом он не врёт! — поддела Кассандра.

Фиор страдальчески вздохнул. Судя по его лицу он со всем уже смирился, и даже если Кассандра сорвёт с него одежду и изнасилует прямо на поляне возле города, то он не будет сопротивляться.

— Можно дать взятку стражнику. — предложил Фиор.

— Не вариант, у барона хорошая сеть осведомителей.

— Тогда давайте устроим внутри города пожар, это отвлечёт стражников, перелезем через стену, пользуясь суетой. Стены тут не очень высокие.

— Как ты собираешься устраивать пожар в городе, если мы не можем туда попасть? — нахмурилась Ночь.

— С помощью этого. — Фиор извлёк из рюкзака коробочку с двумя сосудами. Один был зеленоватый, а второй бело-мутный.