Революционной перестройке — идеологию обновления

Революционной перестройке — идеологию обновления

Речь Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачёва на Пленуме ЦК КПСС 18 февраля 1988 года

Товарищи!

Наш Пленум проходит в ответственный период перестройки. Демократизация общественной жизни, радикальная экономическая реформа требуют от партии чёткой перспективы действий. Именно этим руководствуется Политбюро, вырабатывая концепцию ⅩⅨ Всесоюзной партийной конференции. Она должна определить многое в стратегической работе партии.

Но с каких бы позиций мы ни подходили к определению путей развития нашей экономики, культуры, социальной и духовной жизни, решающим фактором всегда будет сам человек, его политический и интеллектуальный облик, его мастерство, его патриотизм и интернационализм, его способность к творчеству, его гражданская позиция и активность.

Нет никакого сомнения: всё, что касается школы, образования и воспитания, напрямую связано с развитием социализма, с перестройкой. Более того, представляет собой важнейшее её направление. Напомню, что уже в первые, труднейшие послереволюционные годы В. И. Ленин считал строительство новой, советской школы одним из самых неотложных дел партии. И это понятно, ибо от школы, от обучения и воспитания нового человека зависело — без всякого преувеличения — будущее социализма.

Так стоит вопрос и сегодня, когда наше общество осуществляет революционный переход к качественно новому состоянию. Оно нуждается в гражданине образованном, убеждённом, преданном социализму и вместе с тем — активном, ищущем, умеющем жить и работать в условиях демократии, хозяйственной самостоятельности коллективов, в обстановке возрастающей экономической и социальной ответственности за себя и страну.

О роли школы всех уровней в подготовке такого человека сказано в докладе товарища Лигачёва Е. К., в выступлениях других товарищей,— повторять не буду.

Но если мы такие высокие требования предъявляем к школе, то какой значительной, авторитетной фигурой должен быть учитель! Каким обширным запасом знаний, каким педагогическим даром и мастерством должен он обладать! Здесь, товарищи, «основное звено» перестройки всей системы образования.

Конечно, нужны — и как можно быстрее — и новая организация образования, и новые программы, и материально-техническое обеспечение обучения, оснащение его компьютерами. Но без людей, отдающих свои знания и своё сердце нашим детям, без Учителя с большой буквы всё это может остаться лишь формальными и дорогостоящими нововведениями, не дойти до живого дела.

Учитель — важнейшее действующее лицо перестройки. Поддержит он нас убеждённо, толково и страстно — и перестройка получит много новых искренних сторонников и борцов, продолжателей революционного социалистического дела! Ну а если поддержит формально, останется равнодушным, нейтральным? Кто возьмётся предсказать, каким социальным застоем, каким попятным движением может обернуться такое равнодушие?

Конечно, всегда есть надежда на саму жизнь: сегодня она говорит языком перестройки — честным, откровенным языком правды, а это, наверное, и есть лучшая социальная педагогика. И всё-таки — и это естественно — надежды на будущее в значительной мере мы связываем с работой нашей школы, с её собственной перестройкой, с педагогическим талантом и творческим поиском советского учителя.

Отношение к учителю надо менять в корне, решительно, без проволочек и колебаний. Избавить его от мелочной опеки, спять подозрительность к поискам и находкам. Разгрузить от чуждых преподавательскому труду обязанностей, максимально освободить его время и силы для главного. Устранить все рогатки и барьеры на путях новаторства в педагогике, создать достойные материальные условия для творческого труда учителя. Это — долг партийных и советских органов.

В многонациональной советской школе работают замечательные педагоги-новаторы, ищущие свои пути в обучении и воспитании детей. Имена их известны. И чем больше будет таких учителей высочайшей квалификации, чем чаще будут возникать самобытные педагогические коллективы единомышленников, тем быстрее освободится наша школа от рутины, формализма, духа застоя. От этого выиграют и наши дети, и наши внуки, и всё дело революционной перестройки.

Другое важнейшее направление работы — это материальная база средней и высшей школы. Я имею в виду все виды образования и обучения, все виды учебных заведений. Очевидно, и впредь мы должны повсюду — и в центре, и на местах — изыскивать дополнительные возможности для развития и укрепления базы образования. Здесь двух мнений у нас нет и быть не может.

Наш Пленум рассмотрел вопросы реализации реформы образования с широких государственных позиций. Главное — мы обязаны довести реформу средней и высшей школы до конца и повсюду. Нельзя допустить промедления, полумер и недоговорённостей. Нужно действовать последовательно и целеустремлённо.

В эти два дня у нас состоялась весьма плодотворная дискуссия. Она ещё раз показала, как много накопилось проблем, как упорно нам надо работать. Общая линия тут ясна: советская школа должна быть поднята на новый качественный уровень. В этом мы едины.

Но, думаю, было бы неправильно сейчас, на Пленуме, определять все конкретные пути, по которым пойдёт обновление системы образования. Это — дело непростое. Здесь своё решающее слово должны сказать широкая общественность и прежде всего — специалисты: учителя, преподаватели, учёные. Пусть решения нашего Пленума станут политической рекомендацией партии учительству, которое готовится к своему очередному съезду. Пусть об этом подумают и работники высшего и среднего специального образования. Несомненно, что именно такой подход будет в духе демократизации, в духе перестройки.

Товарищи! В своём выступлении я хотел бы остановиться на некоторых принципиальных идеологических аспектах перестройки. А именно: на идеологическом преломлении совершаемых нами дел, ибо ничто не проходит мимо сознания человека, ничто не делается без него.

Хотел бы также использовать эту возможность, чтобы в предварительном порядке поставить некоторые вопросы, которые надо продумать, обсудить в преддверии ⅩⅨ Всесоюзной партконференции.

Сейчас, когда мы вступили в решающий этап борьбы за воплощение в жизнь принятых решений, когда политика становится повседневной практикой, когда перестройка вышла на широкий простор, она всё глубже затрагивает жизненные интересы десятков миллионов людей, всё общество. И вновь стали актуальными вопросы, на которые, как казалось, уже даны ответы. Люди хотят лучше уяснить смысл начавшихся в обществе перемен, понять, в чём суть и предназначение перестройки, к чему мы идём, на какие рубежи стремимся выйти, что понимаем под тем новым качеством общества, которое хотим обрести.

Такое желание вполне естественно: мы начали перестройку форм общественной жизни, осваиваем новое, отказываемся от сложившихся стереотипов. Перемены затрагивают сознание и психологию людей, их интересы, положение в обществе, в трудовых коллективах. Чего греха таить — даже многие хорошие люди в прошлом как бы свыклись с нарушениями и недостатками, стали равнодушны к ним, снизили свою социальную активность. Многие не сразу поняли смысл начавшихся преобразований, не сразу увидели, что перестройка открывает новые цели в жизни, поднимает их самих, что она полностью соответствует их материальным и духовным интересам. Перестройка предъявляет особый счёт к тем, кто жил не по труду, не по совести, кто работал плохо. Я уже не говорю о явных нарушителях законов и нравственности социалистического общества.

Такова, я бы сказал, непростая политическая и идеологическая ситуация, в которой нам приходится действовать. Партии приходится зачастую в буквальном смысле вести борьбу за перестройку как на производстве, так и в духовной сфере. Разумеется, эта борьба не принимает у нас форму классовых антагонизмов. Но мы видим, товарищи, как остро она протекает. Идут жгучие дискуссии о тех препятствиях, на которые наталкивается перестройка, людей беспокоит, что медленно, с трудностями претворяются в жизнь новаторские решения январского и июньского (1987 г.) Пленумов ЦК КПСС. Впервые за многие десятилетия мы реально ощущаем социалистический плюрализм мнений. И это тоже непривычно и оценивается неоднозначно, требует изучения, анализа, прояснения. Но за всем этим мы должны видеть главное — нарастающую поддержку политики перестройки со стороны народа.

Мы говорим, что поддерживаем и будем поддерживать то, что идёт на пользу социализму, отвергаем и будем отвергать всё, что во вред интересам народа. Мы видим — кое у кого возникла сумятица в умах: не отступаем ли мы с позиций социализма, особенно когда вводим новые, непривычные формы хозяйствования, общественной жизни, не подвергаем ли ревизии само марксистско-ленинское учение? Не мудрено, что уже появились и «защитники» марксизма-ленинизма, плакальщики по социализму, считающие, что и то и другое под угрозой.

Откуда это идёт? В чём причина подобных опасений? Дело, думается, в том, что сама перестройка понимается нередко по-разному. Одни видят в ней косметический ремонт, подкрашивание фасада, своего рода «подналадку» существующего механизма, который худо-бедно, но работает, а из нового ещё не известно, что выйдет. Другие требуют демонтировать до основания саму систему социализма, объявляют путь, по которому десятилетиями шёл народ, ложным, ведущим в никуда, начисто отрицают ценности социализма, заимствуют альтернативы им из арсенала буржуазного либерализма и национализма. Третьи увлекаются радикальной фразеологией, зовут к перепрыгиванию через этапы социалистического развития, игнорируя логику перестройки.

Во всём, что я говорю, нет преувеличения, нет нарочитого обострения проблемы. Да, всё это имеет место. И рождена такая ситуация размахом перестройки, её углублением, выходом на новые рубежи, когда большинству стало ясно, что наши цели и планы реальны, что они, употребляя ленинское выражение, «всерьёз и надолго».

Нельзя не учитывать и те огромные трудности, с которыми связана переориентация мышления в принципиальных вопросах. Такое уже бывало в нашей истории. Разрабатывая свой кооперативный план, Ленин указывал: «…мы вынуждены признать коренную перемену всей точки зрения нашей на социализм»[1]. Но мы знаем, какие усилия пришлось приложить для этого партии. Свидетельство тому — дискуссии тех лет. Потребовались авторитет и гений Ленина, чтобы новый подход к социализму получил поддержку в партии и в стране. Уроки того периода мы должны хорошо усвоить. Это нам сейчас жизненно необходимо.

Перестройка обязывает нас взглянуть по-новому на некоторые, ставшие привычными характеристики, сопоставить не только пройдённый, но и предстоящий путь с теми критериями прогресса, с теми целями строительства нового общества, которые сформулированы классиками марксизма-ленинизма. Иными словами — сверить направления наших практических действий с главными маяками, по которым вот уже больше века ориентируются коммунисты. И не просто повторить затверженные истины ради некоего ритуала, а искать самим ответ на многие вопросы, рождённые сложившейся ситуацией.

Вот почему, товарищи, такое большое значение приобретают проблемы идеологической деятельности, вопросы теории социализма и перестройки. Нельзя сказать, что идейно-теоретические вопросы оставались вне нашего внимания. Они широко отражены в Политическом докладе Центрального Комитета ⅩⅩⅦ съезду партии, в новой редакции Программы КПСС, в материалах пленумов ЦК, ряде других партийных документов. Сама постановка задач перестройки в экономике, в политической, социальной и духовной сферах общества была бы невозможна без опоры на теорию, без идеологического обоснования.

В документах, связанных с 70‑летием Октября, мы стремились дать объективную взвешенную оценку пути, пройдённого советским народом, ответить на многие сложные вопросы, волнующие советских людей. Но сейчас — и это надо подчеркнуть — настоятельно ощущается потребность подойти к этим вопросам с учётом новых требований, поработать над ними основательно.

Именно партия во всеоружии научного знания о прошлом и настоящем, о тенденциях, имеющих реальную перспективу развития, обязана возглавить процессы формирования в обществе социалистического сознания. Именно партия может и должна теоретически осветить новый этап социалистического строительства с учётом всей новизны, которую вносит в него перестройка. Отобрать и поставить на вооружение всего общества то, что действительно служит социализму, отвечает интересам его развития, продвигает нас к социалистическим, а не каким-либо чужим, «заёмным» целям.

К необходимости перестройки нас привело, конечно, прежде всего стремление разрешить самые неотложные проблемы, вызванные застоем предшествующего периода. Но чем шире разворачивается перестройка, тем понятнее становятся её более общий смысл и судьбоносное значение для социализма.

Сегодня утвердилось понимание, что перестройка — это объективно необходимый этап развития советского общества, суть которого — переход его к новому качественному состоянию. Мы должны обеспечить радикальные изменения в производительных силах и производственных отношениях, революционное обновление общественных и политических структур, рост духовного, интеллектуального потенциала общества. Мы стремимся в современных условиях возродить ленинский облик нового строя, очистить его от наслоений и деформаций, освободиться от всего того, что сковывало общество и не давало в полной мере реализовать потенциал социализма. И главное — придать новое качество социалистическому обществу с учётом всех реальностей современного мира.

Суть социализма заключена в утверждении власти трудящихся, приоритета блага человека, рабочего класса, всего народа. В конечном счёте задача социализма — покончить с социальным отчуждением человека, характерным для эксплуататорского общества, отчуждением от власти, от средств производства, от результатов своего труда, от духовных ценностей.

Октябрьская революция открыла путь к решению этой исторической задачи. Принципиальными шагами поворотного значения были установление власти трудящихся, отмена частной собственности на средства производства, ликвидация эксплуатации человека человеком. Это основополагающие завоевания социализма.

На протяжении всех 70 лет наша партия и народ вдохновлялись идеей социализма и строили его. Но в силу и внешних, и внутренних причин мы не смогли достаточно полно реализовать ленинские принципы нового общественного строя. Серьёзно помешали этому культ личности, сложившаяся в 30‑е годы командно-административная система управления, бюрократические, догматические и волюнтаристские извращения, произвол, а в конце 70 — начале 80‑х годов — безынициативность и тормозящие явления, приведшие к застою. Эти явления и то, что от них осталось и дошло до нашего времени, должны безвозвратно уйти в прошлое.

Здесь и ответ тем, кто высказывает сомнение — не отступаем ли мы от социализма, от заложенных поколениями советских людей его фундаментальных устоев. Нет, от социализма, от марксизма-ленинизма, от всего, что завоёвано и создано народом, мы ни на шаг не отступаем. Но мы решительно отказываемся от догматического, бюрократического и волюнтаристского наследства, ибо оно не имеет ничего общего ни с марксизмом-ленинизмом, ни с подлинным социализмом.

Творческий марксизм-ленинизм — это всегда объективный, глубоко научный анализ живой развивающейся действительности. Анализ критический, ни от чего не отворачивающийся, ничего не скрывающий, не боящийся никакой правды. Только такой анализ работает на социализм. Нет и не может быть никаких ограничений для подлинно научного поиска. Вопросы теории не могут и не должны решаться никакими декретами. Нужно свободное соревнование умов. От этого только выиграет наша общественная мысль, умножится её прогностическая сила, а значит — способность служить надёжной основой для выработки политики партии.

Марксизм-ленинизм — это научная база партийного подхода к познанию общественного развития, к практике коммунистического строительства. Подхода, которому внутренне присущи гуманизм целей, творческое начало, объективность и честность в оценке действительности, высокая требовательность к себе и самокритичность. Мы хотим по-настоящему изучить, осмыслить наши достижения и накопившиеся проблемы и извлечь уроки для работы в условиях перестройки и обновления советского общества. Именно по этой причине мы так пристально обращаем взгляд в своё советское прошлое, именно поэтому так волнуют нас вопросы истории.

Что мы имеем в виду, когда говорим о создании подлинной, объективной истории партии и советского общества? Вопрос этот не сводится к тому, чтобы лишь назвать те или иные имена, воздать должное тем, кто был незаслуженно забыт, хотя это важная, неотъемлемая, я бы сказал, человеческая часть этой огромной работы. Вопрос в том, чтобы написать правдивую и полную историю, которая была бы историей жизни и борьбы народа. Это основной вопрос марксистско-ленинской методологии исторических исследований.

И если следовать ей, то надо ярко показать, как жили, как трудились, во что верили миллионы людей, как соединялись победы и неудачи, открытия и ошибки, светлое и трагическое, революционный энтузиазм масс и нарушения социалистической законности, а подчас и преступления. Это и будет научным, материалистическим взглядом на историю как на результат деятельности народных масс. Это и будет диалектическое её понимание, чуждое односторонности, рассматривающее историю во всём многообразии, сложности и противоречивости, без гипертрофированного выпячивания отдельных сторон.

Марксистско-ленинский подход к анализу истории общества предполагает упорную, напряжённую и критическую работу мысли. Это требует времени, таланта и ответственности. Можно понять нетерпение общественности, желание поскорее взглянуть на закрытые страницы нашего прошлого. И тем не менее это не может быть оправданием скоропалительных выступлений, какой-либо торопливости в оценках, которая может приводить лишь к поверхностным выводам, не отражающим всю сложность происходивших процессов. Недопустимо, чтобы вместо действительно научных исследований на широкую общественность выбрасывались конъюнктурные поделки, которые скорее затемняют, чем высвечивают истину. Нам надо избавляться от этого.

В Центральный Комитет, в редакции средств массовой информации приходит много писем от людей, обеспокоенных появившимися в последнее время односторонними, субъективистскими оценками нашей истории. О событиях полувековой давности люди пишут горячо и страстно, как о сегодняшних проблемах. И в этом нет ничего удивительного. Речь идёт о самом главном для нас — об отношении к социализму, о понимании социализма, о том, как могло случиться, что наряду с героическими свершениями народа стали возможными преступления против него.

Что можно сказать по этому трудному для всех нас вопросу? Необходимо отличать сущностные проявления социализма от его деформаций, то, что обусловлено объективными причинами, от того, что порождено субъективным фактором. К великому сожалению, доказательное исследование нашей истории с этих позиций не было проведено до конца сразу после ⅩⅩ съезда КПСС. В дальнейшем эти трудные вопросы вообще старались обходить. Но в идейной жизни не бывает пустоты. Она заполнялась либо примитивными мифами, либо вообще чуждой идеологией. Главное сегодня — создать условия для спокойной, объективной работы, обеспечить гласность этой работы, которая, помимо всего прочего, способствует активному участию самого народа в обсуждении вопросов нашей истории, а значит — его воспитанию, формированию у него правильного исторического сознания.

Товарищи, хочу ещё раз подчеркнуть, что обращение к нашей истории продиктовано не просто интересом к прошлому. Оно нам жизненно необходимо для сегодняшней работы, для решения задач перестройки. Мы провозгласили лозунг: «Больше социализма!» — и должны разобраться, какие ценности и принципы следует сегодня считать действительно социалистическими.

Социализм вышел на новые исторические рубежи обновления. Следовательно, обновляется всё. И практика, и теория. Перестройка одновременно — и результат всего нашего предшествующего социально-экономического и духовного развития, и — своеобразная фаза «отрицания отрицания», когда мы освобождаемся от всего того, что превратилось в тормоз. Перестройка, если взять её духовные измерения,— это одна из решающих попыток в полной мере восстановить в глазах всех огромное значение социалистических ценностей, главная из которых — ориентация на человека труда. Надо снять с ценностей и идеалов социализма ржавчину бюрократизма, очистить от всего бесчеловечного, чем пытались их подменить, высвободить лучшие, созидательные силы человека, обеспечить духовный расцвет личности.

Перестройка предлагает обществу идеи, способные на деле объединить, сплотить людей не путём выравнивания их как для парада, а на основе разнообразия человеческих возможностей, стремлений, интересов, способностей. Перестройка рассчитана на знания, ум и опыт каждого человека, на лучшие человеческие качества. Она открывает максимальные возможности для воспитания людей жизнью, личным опытом участия в общественных преобразованиях. И не только открывает. Она требует, чтобы эти возможности использовались реально, на деле. В этом, собственно, суть перестройки.

Как сейчас идут дела на этом главном её направлении? Люди учатся практической экономике, учатся демократии, гласности. Учатся не пассивно, а реально участвуя в освоении новых методов хозяйствования. На партийных собраниях, через дискуссии и столкновение мнений в средствах массовой информации, на собственной практике люди постигают, что такое перестройка, каких действий она требует от них самих в тех конкретных условиях, в которых они живут и трудятся.

Сама жизнь постоянно ставит человека перед выбором. Какие формы избрать, организуя работу бригады, цеха, всего коллектива предприятия? Как оплачивать труд, кого выбрать руководителем, кому и что доверить? Как строить отношения со смежниками? Как относиться к новым явлениям в общественной жизни, литературе и искусстве? Или к явлениям старым, но у которых сегодня высвечены непривычные грани? Таких вопросов немало, и возникают они перед человеком ежедневно. Сегодня необходимость выбирать будит активность, самостоятельность человека, его суждений и поступков. Пусть тут ещё много спорного, наносного. Но здоровая основа, справедливое решение наболевшего, нормальная, отвечающая принципам социализма повседневная жизнь сделают своё дело.

Главное, товарищи, демократизация. Это решающее средство достижения целей перестройки. Демократизация отвечает самой сути ленинской концепции социализма. Она позволяет нашему обществу выйти к тем идеалам, ради которых была совершена Октябрьская революция. Необходимо, чтобы во всей партии было ясное понимание того, что только через демократизацию можно в полной мере включить человеческий фактор в глубокие преобразования всех сторон жизни общества, в реальные процессы управления и самоуправления. Только через демократизацию и гласность можно покончить с глубоко укоренившейся апатией и дать мощный импульс социально-политической активности трудящихся. Только через заинтересованное и сознательное участие их самих во всех делах общества возможна реализация гуманистических целей социализма.

Мы глубоко осознаём сейчас, как много потеряли в прошлом, не усвоив до конца — ни в теории, ни тем более в практике — всей плодотворности ленинских идей, замыслов и практических рекомендаций, касающихся советской социалистической демократии. Это, товарищи, следует подчеркнуть. Потому что и до сих пор приходится встречаться с теми, кто поёживается, наблюдая размах процессов демократизации. Кое-кто занервничал, предостерегает нас: как бы демократия не обернулась хаосом. Но присмотритесь — о чём волнуются эти люди? Отнюдь не о проблемах, жизненно важных для общества. Скорее они пекутся о своих корыстных интересах. Для кого-кого, а для партийцев, особенно из руководящего состава, это совершенно неприемлемая позиция.

Партия, как и в других делах, должна показывать пример демократизма. Говорю об этом неспроста. Мы видим, с каким трудом преодолевается один из застарелых, глубоко укоренившихся пороков — приверженность многих партийных комитетов, их аппарата методам командования, стремление всем диктовать, за всех решать. Чего тут только не пускают в ход! Кое-где в партийных органах так полюбились, например, селекторные совещания, что в иной месяц их проводят до сорока: в 11 вечера заканчивают одно, а уже с 8 утра начинают новое. И так каждый день. Куда же это годится? Районные работники с горькой иронией говорят, что только телемоста «обком — райком» ещё не хватает, чтобы видно было, как стоит и держит ли у козырька руку первый секретарь райкома.

Всё ещё многочисленны попытки ввести гласность, демократию в удобные рамки, приструнить прессу, действовать, не считаясь с мнением общественности. В одном месте прижимают «возмутителя спокойствия», посмевшего восстать против затхлости, бесхозяйственности, злоупотреблений. В другом — ущемляют права колхозников. В третьем — превращают в фарс выборы руководителя. В четвёртом — игнорируя мнение людей, принимают решения, идущие вразрез с их жизненными интересами и правами. Несомненно, здесь сказывается выработанная за многие годы у значительной части наших кадров привычка все «держать в кулаке», быть во всех делах высшей инстанцией, действовать методами силового давления. Собственно, иных методов они и не признают. Их прямо-таки пугает растущая активность людей.

Но надо твёрдо усвоить — на новом этапе перестройки партия может обеспечить свою руководящую, авангардную роль, увлечь массы на глубокие преобразования, лишь используя демократические методы работы. Мы много потеряли и продолжаем терять от того, что не смогли в полной мере расковать инициативу, творчество, самостоятельность людей. Именно в этом — самая большая, самая трудная, но и самая важная задача перестройки. В решение её сегодня, без преувеличения, упирается всё.

Без инициативы, без творческих людей никакое движение вперёд невозможно. Тем более — революционные перемены. Говорю это потому, что на практике нередко приходится сталкиваться с негативной реакцией на инициативу, с её неприятием. Причём во многих случаях даже не пытаются разобраться в существе дела, а намеренно изыскиваются предлоги, чтобы одёрнуть инициатора. Пока это весьма распространённое явление. С таким положением вещей мы не можем мириться. Иначе перестройка не пойдёт. Нам всё это необходимо осознать и всячески содействовать развитию инициативы в обществе. Сегодня у нас — десятки тысяч новаторов, людей смелых, ищущих, инициативных, не боящихся нового. Нужно, чтобы уже завтра их было сотни тысяч, послезавтра — миллионы.

Социализм — это общество инициативных людей. Да и сам социализм — это величайшая инициатива в истории. Словом, инициатива — не помеха, не жизненное неудобство, не кампания, а непременное, важнейшее условие прогресса.

В развёртывании процессов демократизации и гласности огромная роль принадлежит партийной пропаганде и агитации, средствам массовой информации. Откровенно говоря, товарищи, мы ещё как-то скупо, подчас более чем скромно оцениваем результаты той большой деятельности, которую ведёт многочисленная армия наших пропагандистов, лекторов, идеологических работников. Но это их словом идеи партии, идеи обновления общества завоёвывают умы и души людей.

Должен сказать, что наши газеты, общественно-политические и художественные журналы, телевидение, радио, лекционная пропаганда, прямые встречи с передовиками, с «прорабами» перестройки немало сделали и делают для создания новой атмосферы, для раскрепощения умов, для возбуждения интереса ко всем аспектам перестройки и аккумулирования разнообразных мнений.

Пресса и телевидение направляют прожектор гласности па тех, кто сознательно или по недомыслию и неумению противится и мешает перестройке. Поддерживают энтузиастов, распространяют их опыт, защищают от несправедливости тех, кто ринулся всей душой в работу по-новому, кто не боится ошибиться в настоящем деле, идёт на риск, кто почувствовал себя лично ответственным за то, чтобы перестройка набирала обороты.

Мне уже приходилось говорить на встречах в ЦК КПСС о нашем положительном отношении к такой работе средств массовой информации. Это, конечно, не означает, что здесь все обстоит благополучно. Средствам массовой информации подчас недостаёт умения показать всю сложность, новизну решаемых партией и пародом задач. В журналах, газетах нет-нет да и появляются сбои — не могут устоять перед соблазном сенсации, даются поверхностные оценки событий настоящего и прошлого, проявляются элементы групповщины. Хотя и стало больше, но всё же пока явно недостаточно материалов об опыте перестройки в трудовых коллективах, городах и районах, областях и республиках, в центре. Конечно, процесс идёт сложный, он протекает трудно, в поисках. Но мы будем решительно и твёрдо продвигать дело перестройки, анализируя её проблемы и позитивные результаты. К этому и должно быть приковано внимание средств массовой информации.

Товарищи! Процесс демократизации остро ставит вопрос о соблюдении в нашем обществе законов. Правовой нигилизм, с которым так беспощадно боролся В. И. Ленин, оказался весьма распространённым в условиях применения методов командования. Ведь чрезмерный централизм и администрирование, с одной стороны, и местничество, с другой, вообще плохо уживаются с законностью. Им больше подходит психология щедринского градоначальника, который долго вынашивал в душе законопроект «о нестеснении градоначальников законами».

Перестройка ставит мощную демократическую преграду на пути такой вседозволенности и административного зуда, заставляет все органы, все кадры постоянно сверять свои действия с законом. Многие к этому не привыкли. Но привыкать придётся. Мы должны твёрдо вести линию на укрепление правовых рычагов перестройки и прежде всего охранять Закон о государственном предприятии и другие законодательные акты экономической реформы от размывания их — всякого рода ведомственными инструкциями и указаниями.

Линия на дальнейшее углубление демократизации общества предполагает последовательное укрепление социалистической законности. Власть народа — это полное и безраздельное торжество законов, выражающих его волю. Вот почему я хочу решительно поддержать высказанную на нашем Пленуме идею организации юридического всеобуча как единой комплексной общегосударственной программы, охватывающей все слои населения, все наши кадры в центре и на местах.

В общем, товарищи, мы, по-видимому, сами ещё не полностью отдаём себе отчёт в том, насколько далеко идущие последствия имеют и будут иметь процессы демократизации, насколько по-новому они ставят вопросы, относящиеся к деятельности партии и государства, к работе кадров, к жизни и труду всех граждан нашей страны. Непризнание или недооценка необходимости решительной демократизации социалистического общества — не что иное, как неверие в народ, его приверженность социализму.

Революционные преобразования неизбежно глубоко затрагивают и вопросы культуры, духовной жизни общества.

Отрадно было слышать в прениях вчера и сегодня, как широко и заинтересованно ставили товарищи этот вопрос. Забота о повышении общей культуры народа очень сильно прозвучала на нашем Пленуме. Выступавшие говорили об этом и в связи с распределением времени на преподавание различных школьных дисциплин, и в связи с необходимостью повышения качества среднего и высшего образования, и в связи с нуждами современного технического прогресса. Говорилось об этом и по поводу той роли, которую призваны играть сейчас литература, искусство, вообще художественное творчество, и по поводу культуры в быту, и, наконец, в связи с задачами партийной работы. Такая постановка вопроса правомерна, ибо смелый, безбоязненный выход к людям, готовность обсуждать и вместе с ними решать любые проблемы — это и признак культуры руководителя любого ранга. Выступавшие на Пленуме говорили, что без культуры не может быть демократии. Это действительно так.

Особенно существенно, что товарищи связали проблему культуры с межнациональными отношениями, с воспитанием чувства интернационализма у молодого поколения.

Ещё в предвидении, преддверии Великого Октября ясно осознавалось — без культуры, вне культуры никакого социализма не будет. Воплощение в жизнь ленинской программы культурной революции вывело наше общество на небывалые высоты культурного прогресса, стало одной из важнейших его предпосылок.

Теперь, когда мы решаем задачи перестройки, обновления социалистического общества, широкого развития демократии, проблемы духовной культуры встают во многом по-новому. Их новизна определяется нашим нынешним обращением к человеку, поворотом к его реальному облику, потенциалу, потребностям — ибо не хлебом единым жив человек, и даже не современными материальными благами. Более всего живёт он правдой и совестью, справедливостью и свободой, нравственностью и гуманизмом. По-новому ставит проблемы культуры и современный этап развития социализма: уже сегодня ясно, что его обновление возрождает во всём мире привлекательность социалистических ценностей, очищает их от разрушительных последствий застоя, самодовольства и духовной неподвижности. По-новому ставит их и современный мир — мир небывалой интенсивности общения, взаимодействия, обменов в науке, культуре, информации; мир повседневного и острого столкновения, противоборства, но и взаимного обогащения передовыми, общечеловеческими ценностями.

Старая истина гласит: только на хорошо ухоженной почве культуры вырастает новый культурный пласт. Сам марксизм возник на столбовой дороге мировой культуры. Большевизм впитал в себя передовые гуманистические традиции великой культуры России. Богатство и гуманизм «старой» культуры — а мы знаем, как высоко ценил её В. И. Ленин,— стали крупнейшим вкладом в мировую цивилизацию. Именно на ней воспитывались люди, возглавившие нашу революцию. И сейчас мы должны смело, энергично наращивать и расширять культурный пласт перестройки, используя и развивая всё духовное богатство, созданное нашими предшественниками.

Иначе говоря, и сегодня не утратила значения ленинская постановка задачи — обогащать себя «знанием культуры, созданной всем развитием человечества...»[2]. В этом — проявление реальной диалектики классового и общечеловеческого в нынешних конкретных условиях.

Один из главных уроков, который мы должны извлечь из прошлого, состоит в следующем: уж если мы решительно отказываемся от командно-административных методов в экономике, то подобные методы в духовном прогрессе общества тем более неприемлемы. Демократизм, доверие к людям, терпимость к непривычному, к поискам, компетентность, доброжелательность, поощрение инициативы и новаторства, поддержка талантов — вот ключевые принципы партийной работы в вопросах культуры, в духовной сфере перестройки.

Партия твёрдо взяла курс на проникнутое заботой, компетентное и дальновидное отношение к тем процессам, что идут в духовной сфере нашего общества, способствуют её очищению и обогащению, росту её нравственной силы и созидательного потенциала.

Речь не о том, чтобы пустить процессы в этой сфере на самотёк, допустить тут явления, несовместимые с нашей идеологией и моралью. Такая постановка вопроса для нас неприемлема. Интересы народа, интересы социализма — вот ориентиры перестройки, в том числе и в духовной сфере.

Необходимо решать задачи перестройки так, чтобы максимально стимулировать инициативу и самостоятельность людей, преодолеть их пассивность, гражданскую бесцветность, апатию, несамостоятельность мышления — эти прямые издержки бюрократического стиля руководства. Надо видеть: силы торможения существуют и в духовной сфере. Может быть, здесь даже сильнее, чем в любой иной.

Да, кому-то жить по инерции легче, проще, привычнее. Есть и те, чьи ожидания непомерно завышены, кто хотел бы добиться перемен одним махом. Но чудес не бывает. Задачи наши велики и сложны. Перестройка — это работа, работа и ещё раз работа. Упорная, мужественная, повседневная. Осознать это, проникнуться ответственностью за успех перестройки — значит сделать шаг вперёд и в духовном развитии. Советские люди, советская интеллигенция понимают это, делом подтверждают свою отзывчивость, свою поддержку целям партии.

Мы видим, ценим вклад интеллигенции в перестройку, в ускорение научно-технического прогресса, в идейно-теоретическое осмысление нашего времени, в развитие общественного сознания страны, в художественное отражение всего богатства помыслов, чувств, стремлений и дум советских людей. Уверен: мы с вами прочтём, увидим и услышим произведения, достойные нашего бурного времени.

Уникальная черта нашей культуры — многонациональность. О ней мы часто и привычно говорим, но, кажется, ещё не вполне научились ценить. Народы СССР связаны общностью исторической судьбы. Она — основа нашего братства и родства, прошедшего через самые тяжёлые испытания. Источник нашей силы — в свободном развитии национальных культур, обогащённых духовным опытом братских народов и всего человечества.

Истинный интернационализм, истинная дружба народов возможны только при глубоком уважении к достоинству, чести, культуре, языку и истории каждого народа, широком общении между ними. Мы должны всячески способствовать дальнейшему расширению контактов национальных культур, их взаимному обогащению, их подъёму и расцвету.

Советский патриотизм — величайшая наша ценность. С ним несовместимы любые проявления национализма и шовинизма. Национализм в любой его форме слеп. Попытки к самоизоляции ведут только в духовный тупик. Знание и понимание масштабов, величия и человеческой конкретики социалистической революции, полной правды и героики борьбы партии и народа за социализм, защиты социалистического Отечества питают корневую систему советского патриотизма. И здесь мы подходим к очень важному вопросу — об объединении через революцию и Советскую власть национальной гордости и национального достояния каждого народа с интернационализмом социалистического общества.

Словом, национальной политикой на современном этапе нам надо заняться очень основательно. По всем линиям — и в теории, и в практике. Это принципиальнейший, жизненный вопрос нашего общества. Думаю, один из пленумов Центрального Комитета нам следует посвятить проблемам национальной политики.

Хочу присоединиться к тем товарищам, кто, выступая на Пленуме, говорил и о недопустимости заигрывания в вопросах культуры, идеологии. Мы должны и в духовной сфере, а может быть, именно здесь в первую очередь, действовать, руководствуясь нашими, марксистско-ленинскими принципами. Принципами, товарищи, мы не должны поступаться ни под какими предлогами. По Ленину, самая правильная политика — принципиальная.

Товарищи! Много новых, в том числе идеологических, проблем, требующих изучения и решения, поставила перед нами радикальная экономическая реформа. Сегодня мы можем говорить, что она выходит на широкий простор, охватывает практически все сферы народного хозяйства. Началось массовое освоение новых методов планирования, самофинансирования, самоуправления, оплаты труда. Перестраиваются организационные структуры управления. Новизна ситуации в экономике и в том, что в различных отраслях набирают силу кооперация, индивидуальная трудовая деятельность. По сути дела, на новой основе разворачивается формирование кооперативного сектора социалистической экономики.

Всё это вносит существенные изменения и в принципы управления и хозяйствования, и в организацию всей системы экономических отношений. Теперь уже нельзя полагаться на, так сказать, благотворительность государства. Надо рассчитывать прежде всего на собственные силы, на поиск более эффективных хозяйственных решений, широкое внедрение достижений научно-технического прогресса, на высокую квалификацию и компетентность кадров, инициативу трудящихся. Мы, товарищи, являемся свидетелями того, как меняется отношение людей к делу. Они всё яснее осознают цену трудовых и материальных ресурсов, понимают, что без экономного, эффективного их использования нельзя добиться высоких конечных результатов. Люди начинают понимать, что сегодня на старых подходах, на прежнем отношении к выполнению своих обязанностей новые задачи не осилить.

Конечно, мы ещё только приступаем к введению хозрасчёта. Его система будет совершенствоваться. Впереди переход к оптовой торговле средствами производства, развитие прямых связей, кооперации, реформа ценообразования. Всё это нам придётся пройти, освоить и закрепить. Но внедрение хозрасчёта даже в его нынешнем виде уже породило и порождает ряд проблем, наталкивается на препоны, выявляет различные стороны ещё не сломленного до конца механизма торможения.

Кажется, мы прояснили основные вопросы реформы, выработали, всенародно обсудили и приняли Закон о государственном предприятии. Теперь надо действовать, не допуская ни малейшего отступления от того, что зафиксировано в нём. Но в жизни пока мы сталкиваемся с тем, что и в центре и на местах нередко поступают по-старому, пытаются тащить народное хозяйство старыми методами.

В центре цепко ещё держатся за валовые показатели, проявляется администрирование через государственные заказы, предпринимаются попытки превратить экономические методы хозяйствования в завуалированные формы командования. Имеются факты, когда выдаются задания в нарушение Закона о государственном предприятии, не считаясь с мнением трудовых коллективов, без должной увязки с ресурсной базой и производственными мощностями.

На уровне предприятий проявилась неподготовленность многих к деятельности в условиях хозрасчёта, большие возможности и широкие права пока используются слабо, многие хозяйственные кадры выжидают, на что-то рассчитывают, медленно включаются в работу по освоению новых методов хозяйствования. Приверженность старому настолько сильна, что даже тогда, когда есть возможность, увеличив выпуск нужной продукции, имеющей спрос, получить больший доход, на это не идут, предпочитая большему материальному достатку спокойную жизнь. Возможно, это объясняется тем, что в ряде случаев не всё благополучно с экономическими нормативами. Но всё же главное — в сложившейся психологии, в перестраховке, а порой — в некомпетентности.

Конечно, товарищи, все эти явления можно в какой-то мере и понять. Ведь реальный процесс перевода предприятий на хозрасчёт только начался. Понять это можно, но, видимо, нужно своевременно и предупредить, что если мы не переборем подобные настроения, круто не изменим отношение к новым методам хозяйствования, то и дело не пойдёт так, как надо.

Немало проблем породило и развитие кооперативного движения, индивидуальной трудовой деятельности, коллективного, семейного и других видов подряда. Поскольку в этом большом деле не всё обходится гладко, имеются и злоупотребления, то тут, то там поднимаются вопросы о правомерности применения этих форм хозяйствования. Имеются факты искусственного сдерживания этого важного социально-экономического процесса.

Что тут следует сказать? Нам надо спокойно и деловито набирать опыт, отсекая спекулятивные устремления, действуя прежде всего экономическими, налоговыми методами, наконец, гласностью. Принцип тут один —- социалистический: кооперативные и личные доходы должны быть трудовыми, определяться, как и везде, количеством и качеством труда.

Серьёзные изменения происходят и в совершенствовании организационных структур управления. Они вполне назрели, необходимы, ибо направлены на преодоление наследия административно-командных методов руководства экономикой. Но и тут старые подходы не сдаются без боя и на областном, и на республиканском, и на союзном уровнях.

Всё это, товарищи, рождает непростую обстановку, подогревает кипение страстей, борьбу мнений и, прямо скажем, создаёт известное напряжение и в производственных делах, и в идеологической сфере. Одни полностью принимают происходящие изменения и уверенно идут вперёд по пути новых методов хозяйствования, опоры на инициативу людей, их предприимчивость, вносят свой творческий вклад в реформу. Другие вроде и не хотят оставаться в стороне от общего движения, но сводят дело — как бы сказать помягче — к имитации, ограничиваются половинчатыми мерами, что ни в коем случае не может быть оправдано. И, конечно, надо учитывать, что есть люди, которые, по существу, против реформы, саботируют внедрение экономических методов хозяйствования, пытаются их всячески дискредитировать, прикрываясь при этом ссылками на объективные причины, а то и на мнение трудящихся.

Что можно сказать в связи с этим? Проведение в жизнь радикальной экономической реформы мы поставили как крупнейшую политическую задачу. От её успеха зависит выход страны к вершинам социально-экономического прогресса. Отступления тут просто быть не может. Да, собственно, и отступать-то некуда. Действовать здесь все должны активно и целеустремлённо. Нельзя допустить, чтобы мы застряли на полпути или где-то в его начале. Надо идти вперёд. Исходя из этого, следует оценивать и позиции всех ведомств, партийных, советских, хозяйственных кадров, и, если хотите, позиции трудовых коллективов.

Хочу поставить этот вопрос шире. Ведь экономическая реформа — это неотъемлемая сторона преобразования, обновления социализма как общественной системы, придание ему более современных и динамичных форм. Она должна создать необходимые предпосылки и мощные стимулы для научно-технического прогресса, соединения возможностей планового ведения хозяйства с личными интересами, инициативой, предприимчивостью людей, придать общественной собственности, методам хозяйствования и управления такие формы, при которых человек на деле чувствовал бы себя подлинным хозяином производства.

Научный анализ, да и практический опыт привели нас к твёрдому убеждению, что все эти задачи в их органичной взаимосвязи и единстве можно успешно решить на путях перевода предприятий на принципы хозрасчёта, самоокупаемости, самофинансирования и самоуправления. Это путь к гармонизации интересов общества, коллектива и личности, на котором гарантируется удовлетворение общественных потребностей и в то же время обеспечивается заинтересованность в конечных результатах производства у самих трудящихся. Это путь к искоренению уравнительности, иждивенчества, от которых мы понесли так много ущерба. Это путь к быстрейшему решению социальных проблем, что опять-таки прямо затрагивает отдельного человека и целые коллективы, способствует укреплению дисциплины и повышению эффективности. Это реальная экономическая основа для углубления демократии, участия трудящихся в управлении, для преодоления отчуждённости людей от экономического процесса и его результатов.

На этапе широкого развёртывания экономической реформы её большую остроту приобрёл вопрос о социальной справедливости. Казалось бы, эта проблема достаточно прояснена — надо последовательно идти по пути строгого соблюдения главного принципа социализма «От каждого — по способностям, каждому — по труду». Всё это так. Но на практике, да — чего греха таить — и в наших представлениях мы далеко не избавились от уравнительной психологии.

Вряд ли для кого является секретом, что многие и сейчас получают зарплату только за выход на работу и занимают должность без учёта реального трудового вклада. И самое удивительное — это мало кого беспокоит. Но вот стоило людям в хозрасчётных коллективах добиться увеличения заработной платы за счёт роста конечных результатов труда, как тут же появляются протесты, раздаются раздражённые голоса: дескать, получают слишком много. Но вопрос при социализме может ставиться только так: не «много» или «мало», а «заработано» или «не заработано». Другое дело, что оценка количества и качества труда должна опираться на научно обоснованные, проверенные практикой критерии.

В общем, товарищи, мы должны основательно заняться проблемой искоренения уравнительных подходов. Это важнейшая социально-экономическая и идеологическая проблема. По сути своей уравниловка оказывает разрушительное воздействие не только на экономику, но и на мораль, на весь образ мыслей и действий людей. Она снижает престиж добросовестного и творческого труда, ослабляет дисциплину, гасит интерес к повышению квалификации, наносит удар по соревновательности, состязательности в труде. Мы должны прямо сказать, что уравниловка — это отражение мелкобуржуазных взглядов, не имеющих ничего общего с марксизмом-ленинизмом, с научным социализмом. И мы не двинемся вперёд, не справимся с задачами перестройки, если не выскребем без остатка уравнительные взгляды отовсюду, где они до сих пор сохраняются.

Да, социализм — это общество социальных гарантий, не оставляющее человека один на один с жизненными трудностями и невзгодами. Социальная защищённость советских людей базируется на уничтожении частной собственности и эксплуатации, на власти трудящихся. Принцип социальной защищённости человека закреплён в наших законах, подтверждён многолетней практикой. В стране созданы важнейшие социальные гарантии — право на жилище, обеспеченность работой, бесплатные образование и медицинское обслуживание.

При всех имеющихся здесь недостатках и пробелах принципиальное значение этих завоеваний не подлежит сомнению. Однако уровень социальной защищённости в обществе зависит от величины национального богатства, а оно — в свою очередь — от правильного и последовательного применения принципа социализма «От каждого — по способностям, каждому — по труду». В соответствии с этим принципом благосостояние, условия жизни человека находятся в прямой зависимости от применения его способностей, таланта, от его вклада в общее дело. В этом — основа жизнеспособности социализма. Именно от таланта и конкретного вклада каждого труженика в общественное богатство страны. Вместе с тем мы должны решительно пресекать любые рваческие поползновения, где бы они ни проявлялись. Только честный и добросовестный труд в рамках наших законов и существующих норм может иметь высокое материальное вознаграждение и общественное признание.