Проект Химера. Код 15. Книга вторая. Энтропия

Ребята переглянулись и без лишних слов поспешили к выезду, где уже стоял ожидающий их УАЗик. Увидев идущих, военные вышли из машины и вытащили из неё три ящика патронов.

— Больше пока не смогли, — ответил лейтенант подошедшим шелтеровцам. — Остальное завтра.

— Хорошо, — согласился Марадона. — Только из найденного мы вам тоже не всё отдадим. Что возьмёте? Компьютеры со смартами или ювелирку?

— Давайте ювелирку, а оргтехнику завтра обменяем, — предложил лейтенант.

На том и порешили. Ребята отдали им часть найденного хабара забрав ящики с патронами.

★ ★ ★

Позже все жители Шелтера собрались на Грушовке. Разожгли костёр повесив над ним десятилитровый котелок наполненный водой, чтобы обсудить прошедший день в ожидании закипания жидкости.

— Друзья, — Ромеро смущаясь достал из кармана куртки листок. — Вот я тут набросал эскиз нарукавного знака. Посмотрите, — он передал рисунок рядом сидящему Лёхе.

На бумаге был изображён турнирный рыцарский щит чёрного цвета с жёлтой окантовкой. Внизу жёлтая эмблема биологической опасности. Над ней жёлтыми буквами надпись «ХИМЕРА».

— Зачем нам шевроны? — удивился он возвращая рисунок.

Листок у Лёшки перехватила Света. — А что? Мне нравится, красиво, — и она передала рисунок дальше.

— Блин. Мы что, военные или спец.организация какая? — пожал плечами Марадона. — Теперь ещё шевронами от всех остальных отличаться будем.

— Чем тебе не нравятся военные? — возмутился Илья. — Армия это дисциплина, взаимовыручка, что сейчас очень важно. И действительно, отлично будет на кожаных куртках смотреться. Кстати, братва с промзоны тоже себе экипировку придумывает.

— Дурной пример заразителен, — усмехнулся Марадона. Он посмотрел на расстроившегося от его слов Ромеро и хлопнув друга по плечу сказал. — Шутка. Наоборот классная задумка.

Света подняла руку. — У меня предложение, — произнесла она. — На чём и из чего сделать шевроны у меня всё есть. И машинка, и оверлок. Нитки для вышивания специальные, металлизированные, как раз жёлтые, под золото, их привезли в коробке вместе с оверлоком. Чёрный материал можно взять из кожаных лоскутков, которые на подкладку курток пришиты. Завтра могу начать. Но нужны помощницы.

— Выбирай, — кивнул Илья.

— Кто пойдёт? — спросила Света оглядывая присутствовавших.

Несколько женщин подняли руки. Светлана выбрала пару человек. Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом подсвечивая нависшие над ним облака. Землю накрыли сумерки. Дрова в костре трещали, выбрасывая вверх снопы красно-жёлтых искр. Вода закипела. Светлана кинула в котёл пару пригоршней заварки. Кирилл с Иваном Ивановичем сняли котёл с огня взявшись за перекладину, на которой тот весел и поставили рядом с костром. Лёгкий ветерок подхватил запах начавшего запариваться чая, распространяя его аромат по всей базе. Люди мирно сидели вокруг огня тихо переговариваясь в ожидании, когда завариться чай. Вдалеке были слышны сухие щелчки, это снайпера расположившиеся вдоль линии карантина отстреливали мелкую живность. Лаяли собаки, бегающие по буферной санитарной зоне карантинной границы выискивающие ту самую живность вылезающую из нор. Найдя оную, останавливались сев рядом с норкой, куда пряталась животинка, в ожидании группы дезинфекции идущей следом с фонариками в руках. Работники группы были экипированы в костюмы химзащиты и противогазы замкнутого цикла. Грызуна тут же вылавливали, выгоняя из норы специальным полым щупом, который втыкали в нору пуская серный дым. Потом помещали в контейнер-клетку с ручкой для переноски, после чего кого-нибудь отправляли с контейнером в ближайшую станцию переработки биоматериала.

Таких станций в первой санитарке было несколько десятков, прозванных среди вынужденных поселенцев карантина «мясорубками». Там грызуна благополучно уничтожали путём отсечения головы и разрубания тельца на мелкие кусочки специальными, для одного цикла резки многолезвейными ножницами, которые тут же прокалялись высокотемпературной газовой форсункой. Останки после разрезания тушек через крупное сито падали вниз в камеру мобильного крематория, где срабатывала автоматическая заслонка и включались факела. Крематорий был также снабжён универсальным фильтром для очистки выбросов в атмосферу. Всё происходило автоматически, без участия человека. Конечно вся эта система предназначалась не для грызунов, а для более крупных особей. Поэтому набирали пару, тройку десятков мелочи, загоняли животных внутрь приёмника-бокса и включали процесс уничтожения. Зачем рубили на куски? Так быстрее сгорала биомасса. Конечно не все животные были заражены, скорее большинство было здорово, но кто стал бы заморачиваться о судьбе каких-то там мышей с хомяками в сложившийся ситуации. В этих же крематориях, в самом начале эпидемии, сжигали зараженных людей, прибывающих с первыми группами беженцев. Тогда всех подозрительных закрывали в условно передвижных отдельных герметичных камерах с принудительной фильтрационной вентиляцией и в течении сорока восьми часов наблюдали за их поведением. После чего без труда выявляли инфицированных уничтожая выстрелом в голову, потом их тела пропускали через «мясорубки». Родственников заражённых, чтобы не было конфликтов, заблаговременно переправляли дальше, в мобильные госпитали находящиеся во второй санитарной зоне. Там, кроме госпиталей, были сооружены долговременные склады, фильтрационные пропускные пункты, отстойники для машин и временные аэродромы для лёгких самолётов. Линия охранялась так же армией, но уже совместно с полицией.

На границе третьей линии карантина уже были возведены заграждения из колючей проволоки с контрольно-пропускными пунктами, через которые можно было пройти или проехать только по специальным пропускам. Там уже кроме военных и полицейских паслись ФСБэшники. По всей длине третьей линии стояли мобильные ракетные комплексы, для какой цели, никто толком не знал. Поговаривали, что ракеты снаряжены ядерными зарядами небольшой мощности, называемые у военных тактическим оружием малого радиуса поражения и что эти ракеты в любой момент могут полететь на Сосновогорск для уничтожения города и всего что в нём есть. Всё это хозяйство расположилось в тайге, окружающей со всех сторон город. Только первая санитарная зона была наполовину заросшая деревьями. Шестьдесят лет назад, когда строился химический комбинат, заблаговременно очистили огромную территорию вокруг небольшого тогда ещё городишки. По мнению бабушек старожилок, тайгу вырубили потому, что на комбинате собирались выпускать оборонную продукцию. Тогда ещё и не мечтали о спутниках, поэтому там, на самом верху, конечно по мнению старушенций, решили, что пустынная местность вокруг предприятия даст хорошую возможность заметить крадущегося капиталиста-шпиЁна. Хотя есть и другая, более правдоподобная версия. При взрыве на производстве тайга не загорится.

— Я вот думаю, — произнёс Иван Иванович. — Почему они ров вокруг не вырыли и водой не заполнили. Неужели лучше грызунов с огнестрельного убивать?

— Хотели. Даже начали, — ответил ему Ромеро. — Потом посчитали, что выходило дорого, долго и ненадёжно. Заметили, что больные животные воды не боятся свободно передвигаясь в ней и даже под ней. Нам профессор рассказывал.

Почти совсем стемнело. Над горизонтом начала восхождение полная луна. На темнеющем небе стали загораться первые звёзды. Люди уже собрались попить чая приготовив кружки, как вдруг со стороны карантинной линии послышались автоматные очереди. Даже прозвучало несколько взрывов. Все, кто сидел на Грушёвке бросились к забору собранному из ежей с колючей проволокой. До них доносились крики людей и лай собак вперемешку с жуткими воплями. Илья посмотрел на блокпост через бинокль, найденный в очередной вылазке в охотничьем магазине. Пропускной пункт был освещён прожектором с крыши караулки и старлей увидел как там, за заграждением из мешков с песком, кто-то развернул пулемёт в противоположную сторону начав лупить из него в санитарную зону. Какие-то тени замелькали вокруг пропускной будки со шлагбаумом, перекинулись через мешки. Было видно, что там, в пулемётном гнезде, идёт борьба. Через минуту пулемёт замолчал. Звуки стрельбы начали уходить вглубь карантина, но через некоторое время снова стали приближаться.

— В ружьё! — проорал старлей первым бросившись к оружейке.

— Ну вот бля…ь, попили чайку, — тихо выругался Лёха рванувший следом.

Все дружно побежали за старлеем спотыкаясь и падая в темноте. Те люди, кто был на постах в карауле, включили поворотные фары на автомобилях стоящих по периметру базы освещая лагерь. Такие дополнительные фары, крутящиеся в разные стороны на самодельных кронштейнах, поставили на все машины. На некоторые даже по две. У оружейки образовалась толпа, посреди которой слышались крики Ильи. Что он орал никто толком не понимал, но все, получив оружие, бежали назад к забору и добежав до него останавливались не зная что делать дальше. Наконец появился сам старлей и прогудел.

— Свет!

Фары повернулись высветив пустую степь. Все напряглись держа оружие наготове ожидая появления зомби. Вооружение в основном состояло из найденных автоматов с охотничьими ружьями, но имелись и пистолеты, ими была экипирована женская половина выживших. Так же у некоторых защитников за спинами висели мачете. Мачете было всего шесть штук заводского исполнения, остальные десять самодельные, сделанные ещё в докарантинные времена. Стрельба начала стихать удаляясь от лагеря. Простояв так ещё с полчаса люди потихоньку расслабились. Илья дал отбой и выставив патрули у забора приказал остальным отдыхать.

★ ★ ★

Ранним солнечным утром ребята попытались выйти на связь с большой землёй. Но не смогли подключиться. Решив, что связь восстановится позже, такое уже бывало, созвали всех взрослых на Грушёвку. В центр круга вышел старлей.

— Мы всех здесь собрали, чтобы принять решение! — начал Илья. — По нашим правилам в решении должно принимать участие всё взрослое население лагеря! Вчера, в карантинной зоне произошёл инцидент! Что там случилось, мы не знаем! С утра дозорные доложили, что активности в карантине не наблюдается! Вертолёты только утром сделали облёт и больше не появились! Снайперов тоже не слышно! Связи с большой землёй нет! Возможно, что все позиции оставлены из-за заражения, которое началось внутри санитарок! Я предлагаю сделать рейд в карантинную зону! Разведать обстановку! Нам нужны добровольцы!

— На чем поедем⁈ — спросил щуплый паренёк.

— На БТРах! Вчера подшаманили пригнанный броневик и распределили боекомплекты между БТРами. Все, кто хочет идти в рейд, сбор через полчаса у оружейки! — громко сказал Илья.

Добровольцами вызвалось все, но женщин и стариков отстранили сразу. Некоторые молодцы не особо рвались ехать в карантинные пояса, было страшно. Но отказаться они не могли, побоявшись покрыть себя несмываемым позором и этот страх был посильнее страха перед вылазкой в санитарную зону. Все хотели выглядеть героями перед своими подругами, которыми обзавелись уже здесь. Время настало трудное и ценились именно смелые, решительные парни. Даже Филипп Филимонов, который все время чего-то боялся и тот решил поехать, чем очень всех удивил.

— Филя, ты чего? — изумился его друг Вася.

— А что? — ответил вопросом на вопрос Филипп. — Я тоже хочу в рейд! Я хуже других что ли⁈

— Да нет, не хуже, — ответил ему Илья. — Давай в следующий раз.

Филя насупился опустив голову. Он представил себе, как останется один на один с женским коллективом, дети и старики мужского пола были не в счёт. Как на него будут косо смотреть девчата, смеясь за спиной и перешёптываться тыкая пальцами. — «Аха-ха-ха! Смотрите жиртрест пошёл. Никуда он не годный. Не мужик». — Особенно будет издеваться пухлая девочка Варя, к которой он испытывал сильную симпатию. Филимонов шмыгнув носом повернулся, чтобы уйти.

— Постой! — окликнул его старлей. — Не переживай. Ты же не один здесь остаёшься. Просто все добровольцы в транспорт не войдут. Тем более посты никто не отменял. Заменишь Витю Лиса на третьем посту. Держи автомат, — Илья протянул ему калашник.

Филя тут же преобразился, расправил плечи и взяв автомат торжествующе оглядел окружающих.

— Ты что? Совсем опупел? — шепнул на ухо старлею стоящий рядом Стрелок. — Филимон же стрелять не умеет.

— Не бойся, — так же шёпотом ответил Илья. — Третий пост можно снять. Да и Витя Лис нам в рейде нужнее, — и уже громче сказал. — Филипп, иди на пост. Скажешь, что ты сменяешь Лиса и чтобы тот шёл сюда. Приказ командира. Выполняй!

Филя, повесив на шею оружие с гордостью двинул туда, куда его послали. Проходя мимо небольшой группы женщин он заметил Варю. От распирающего его чувства Филипп выпятил грудь. Задрав голову вверх он гордо прошагал мимо них. Варвара посмотрела Филимону вслед смеясь над его нелепым видом и крикнула.

— Филипп! Ты мой кумир!

Филимонов от неожиданности споткнулся, сделал несколько быстрых шагов вперёд в итоге упав на четвереньки. Пытаясь встать, он громко пукнул, чем вызвал хохот у всех присутствовавших. Филя тут же резво вскочил и покраснев как рак, не оглядываясь побежал на пост.

★ ★ ★

Через полчаса два броневика урча движками выдвинулись из лагеря в сторону карантинного блокпоста. Не доехав до пропускного пункта БТРы притормозили у красного щита, на котором большими белыми буквами было написано, «СТОЙ. ЗАГЛУШИ МОТОР. ВСЕМ ПОКИНУТЬ ТРАНСПОРТ ДЛЯ ПРОВЕРКИ». Снизу табличка с указателем «50 МЕТРОВ ДО ЛИНИИ КАРАНТИНА». Через верхние люки на броню вылезло несколько человек. Осмотрелись. Никакого движения в зоне не было видно, только ветер гонял по земле лёгкий мусор. Проехали дальше на закрывая люки, чтобы в случае опасности укрыться в бронетранспортёре. В метрах десяти от блокпоста стоял ещё один щит с текстом, «СТОЙ. ПРОВЕРКА БАГАЖА». На поворотном шлагбауме висел узкий красный транспарант с надписью, «БЛОКПОСТ No 4». На белой пыльной стене караульного помещения, прямо под смотровым окном, красной краской было коряво намалёвано кисточкой, «ВЕДЁТСЯ ОГОНЬ НА ПОРАЖЕНИЕ». Бронетранспортёры, вырулив на небольшую площадку возле пропускного пункта, остановились выключив двигатели. Люди сидящие на броне снова зорко оглядели обстановку. Стрелок, наклонившись к люку и стукнув прикладом по броне крикнул.

— Всё чисто!

Открылись боковые люки. Рейдеры выбрались наружу, следом с брони спрыгнули остальные, в БТРах остались только водители. Решили сначала исследовать укрепление из мешков с песком. За заграждением, на земле усыпанной гильзами, лежал пулемёт. Рядом с ним покоился обглоданный по пояс солдат, от которого осталась нетронутой только нижняя часть туловища. Недалеко от пулемётного гнезда валялись в разных положениях пятнадцать зомбарей с оторванными конечностями и развороченными головами.

— Да. Боец просто так не сдался, — сказал Илья перелезая через мешки.

За ним полезли ещё трое. Остальные пошли осматривать караульное помещение. Старлей поднял треногу с пулемётом, осмотрел. Пулемёт вроде был чистый, без пятен слизи. Если верить профессору, слизь, вылетающая из зомби от повреждающих ударов или выстрелов, при нахождении на открытом воздухе, после высыхания становилась не опасна, так как вирус погибал. Но опасность заражения, хоть и мизерная, всё равно была. Илья проверил пулемётную треногу повертев на ней пулемёт, вроде не заклинило. Перезарядил. Работает без перекосов. Трое, что были с Ильёй искали патроны, но весь боекомплект был истрачен. Решили что пулемёт всё равно пригодится, хотя патронов на него скорее всего фиг где найдёшь. Двое потащили его в броневик.

— Сашка, — обратился старлей к оставшемуся с ним бойцу. — Зови остальных, сходим вон до тех длинных белых домов, — и он махнул рукой вглубь зоны, где примерно в трёхстах метрах от них виднелись выбеленные приземистые строения. — Только водил не зови, пусть будут на чеку.

— Хорошо, — Сашка перелез через мешки и двинул к караульной будке крикнув на ходу. — Ребята, собираемся у караулки! Пойдём вглубь зоны! Водители остаются в машинах!

Сашка, Александр Малинин, позывной «Мент», работал до карантина оперативником. Но успел потрудиться в этой должности только пару месяцев. При сопровождении подозреваемого по кличке Хмырь он заехал в линейный отдел полиции, находящийся на самой окраине города. Но в участке никого не оказалось. Сашка закрыл подозреваемого в обезьянник и попытался дозвониться до других отделений, узнать, что случилось? Почему нет никого в участке? Но это ему не удалось ни по линейной, ни по сотовой связи. Вскоре после прибытия, когда на улице стали выть сирены, Малинин понял, случилось что-то серьёзное. Услышав низкий гул большого количества машин, Сашка вышел на улицу и увидел, как из города по дальней трассе уезжает вереница автомобилей. Вернувшись в отделение он включил радио. По нему нескончаемо передавали сообщение. «ВНИМАНИЕ. ВНИМАНИЕ. НЕ ВЫХОДИТЕ НА УЛИЦУ. ЕСЛИ ВЫ НЕ ДОМА, НЕ ПОКИДАЙТЕ ПОМЕЩЕНИЯ, В КОТОРОМ НАХОДИТЕСЬ. ЗАКРОЙТЕ ВСЕ ОКНА И ДВЕРИ. НИКОГО С ПОДОЗРИТЕЛЬНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ НЕ ВПУСКАЙТЕ, ДАЖЕ РОДНЫХ. О СЛЕДУЮЩИХ ДЕЙСТВИЯХ МЫ ВАС ИЗВЕСТИМ. ВНИМАНИЕ. ВНИМАНИЕ…». Чуть позже отключили электричество, потом замолчало и радио. Так прошли сутки. Питались они с задержанным тем, что смогли найти в столах и холодильниках сотрудников. Через три дня кончилась еда. Ещё через два закончилась вода. Даже в бачках унитазов. Хмыря Малинин давно выпустил из клетки и тот воспользовавшись моментом сбежал. Больше его Сашка не видел. На шестой день, ближе к вечеру, в запертую дверь отдела сильно постучали. Малинин уже почти обезумевший от голода и жажды шатаясь прошёл к двери.

— Кто там? — еле слышно спросил он

— Сашка, это я, Хмырь, — ответили за дверью. — Ты меня давеча задерживал.

Малинин ослабшими руками открыл дверь. В отделение ворвались несколько человек сбив его с ног.

— Где стволы? — спросил Хмырь наклонившись над ослабевшим оперативником.

— Здесь их нет, — ответил Малинин.

Мародёр деловито осмотрел полицейского, потом вытащил пистолет из его кобуры и запасной магазин.

— Ещё патроны есть? — поинтересовался бандит.

— Нет, — слабо ответил Сашка.

— Ну что там⁈ — громко спросил Хмырь у своих подельников.

— Пусто! — кто-то крикнул в ответ.

— Уходим! — сказал бандос. — Я ствол надыбал!

— А с этим что? — поинтересовался один из подошедших мародёров указывая на Сашку.

— Может кончим мента из его же волыны, — предложил другой.

— Нет, — сухо ответил Хмырь. — Сам сдохнет. Пошли.

Мародёры ушли оставив оперативника умирать. Из последних сил Малинин выполз за порог участка и отключился. Этим же вечером Сашку нашли наши ребята возвращающиеся из рейда забрав его с собой.

Собравшийся около караулки небольшой отряд осматриваясь по сторонам и держа оружие наготове, медленно пошёл к белым домикам. Строениями на деле оказались мобильные лазареты. Входные двери у них практически были все сломаны, а окна выбиты. Внутри лазаретов всё перевёрнуто, но ни людей ни трупов внутри не находилось. Стали исследовать дальше. Подошли к самому длинному дому у которого входная дверь висела покосившись на нижней петле. Рейдеры осторожно вошли внутрь. Люди оказались в помещении, предназначение которого скорее всего было общей палатой, потому что там стояло много кроватей. Все койки были сдвинуты со своих мест. Прикроватные тумбочки тоже валялись где попало. Кругом находилось много оторванных и обгрызенных частей людских тел, там же лежали в самых нелепых позах с пробитыми головами зомби. Один даже почему-то угодил башкой в тумбочку в боку которой зияли три пулевых отверстия. Возможно что кто-то просто-напросто надел её зомбу на голову и выстрелил. Смрад от начавшей разлагаться крови растёкшейся лужами на полу вперемежку с запахом лекарств и вонью от зомбаков создавал особый, неповторимый и не сравнимый ни с чем аромат, от которого першило в горле затуманивая мозги. Все, кто был внутри, выскочили на улицу отплёвываясь и кашляя. Остался только доктор. Александр Петрович не обращая внимания на какие-то там запахи, прихрамывая и опираясь на костыль прошёл в процедурную, где начал рыться в аптечных шкафах.

— Вот выдержка, — еле отдышавшись сказал Иван Иванович наблюдая с улицы через дверной проём за действиями врача.

— А что ему будет. Он почти сутки в автобусе с мертвяками просидел, — ответил ему Ромеро.

— Да ну? — удивился дядька.

— Мы же рассказывали как-то сидя вечером у костра, — сказал Ромеро. — Вы что, не помните?

— Точно рассказывали, — подал голос Кирилл перевешивая автомат на другое плечо. — Там ещё последняя недобитая тварь, бывшая при жизни хрупкой девушкой, смогла спокойно встать на перебитые в нескольких местах пулями ноги и пойти на вас.

— Да, да, — жарко поддержал его Ромеро. — Потом мы у профессора спросили, почему так получилось? И он нам сказал, что регенерация у этих тварей очень быстрая. Кости срастаются мгновенно.

— Не помню, — опять затупил Иван Иванович. — Что мы тогда делали у костра, кроме разговоров под кружку чая?

— Уж точно не пели под гитару, — усмехнулся старлей.

— И не только чай пили и болтали, — произнёс Кирилл.

— Просто несколько ящиков дорогого элитного спиртного в лагерь с вылазки припёрли, — прояснил ситуацию Марадона. — Стали дегустировать. Первым как раз вы Иван Иваныч и отрубились.

Из корпуса хромая вышел довольный доктор держа под мышкой три большие плоские коробки.

— Вот здесь очень нужные лекарства, — многозначительно произнёс он. — Нужен сейф для них.

— На хрена сейф для таблеток, — удивился Иван Иванович. — И тумбочки с замком хватит.

— Нееет, — протянул Александр Петрович. — Для этих нужен. Здесь наркотики. Спокойно. Они официально разрешены и предназначены не только для обезболивания, но и для релаксации перевозбуждённой нервной системы пациента. Очень нужная вещь. Сами знаете, как трудно иногда с теми, кого привозите из рейдов. Ведь эти люди находились в ситуации с очень высоким уровнем риска для их жизней. А это нам поможет ускорить процесс восстановления.

— Ладно, поищем, — буркнул Иван Иванович.

— И ещё, — продолжил доктор. — Все лекарства нужно оттуда забрать. Вообще всё, что найдёте, забирайте.

Несколько человек вдохнув побольше воздуха зашли в здание и вынесли в нескольких наволочках, что успели взять. Следом зашли другие. За три захода рейдеры вынесли оттуда всё, что смогли найти. На месте посовещавшись решили двинуть ещё глубже в санитарку. Пройдя ещё триста метров вглубь, рейдеры забрели в какой-то хоз.двор. Среди разных временных построек наткнулись на арсенал. Это была сборно-щитовая будка из листового железа, усиленная со всех сторон металлической решёткой из толстой арматуры. Дверь из того же материала, что и щиты с такой же решёткой была настежь открыта. Внутри рейдеры нашли цинки с патронами, в том числе и крупнокалиберные, ящики с гранатами, пять пистолетов разных систем, пару гранатомётов с выстрелами к ним, десяток автоматов и двадцать противогазов замкнутого цикла.

— Зачем здесь противогазы? — задался вопросом Кирилл. — Да ещё такие. Ведь зараза не передаётся по воздуху.

— Они же здесь с отравляющими газами работали, — сказал Иван Иванович. — Может для этого.

— Эх, хоть бы одна снайперка попалась, — вздохнул Стрелок вертя в руках пистолет Стечкина.

— Надо вдоль карантинной линии пройтись. Может чего найдём. Давай прошвырнёмся? — предложил Никита.

— Марадона, — обратился к Лёхе Иван. — Может мы с Никитосом на линию смотаемся?

— Давайте. Рации с собой? — спросил Марадона.

— Конечно, — Стрелок указал пальцем на чехол на поясе из которого торчала короткая чёрная антенна.

— Только далеко не заходите. Будьте в зоне видимости.

— Блин Лёха, ты как заботливый отец. Ладно, далеко не пойдём. Патроны все заберите. Тут есть винтовочные, могут пригодиться. Только ни одной винтовки я здесь не вижу.

— Скорее всего они все у снайперов, — ответил Никита. — Такое оружие чуть ли не именное. Так что, вряд ли здесь были запасные. Может что на линии найдём.

Марадона включил рацию. — Приём. Лис, подъезжай сюда, есть груз. Мы встретим. Отбой связи. — Лёха засунул передатчик обратно в чехол кивнув пацанам, типа идите.

Иван с Никитой, пошли искать снайперку. Остальные вышли из арсенала к дороге, уложенной из широкой транспортёрной ленты. Такие дороги в просторечье называли резиновыми, потому что они были сделаны из резиновых транспортёрных лент. Обычно их прокладывали во временных лагерях-поселениях.

— Мы углубились довольно далеко, впереди начинается тайга. Дальше пойдём? — спросил Кирилл.