Князь Сибирский. Том 3

— Если ты надеешься на Мироновых, то напрасно. Я по праву рода княгиня, а им титул дарован. Эти выскочки только и могут что дергать своими ручонками в Палате.

— Но ведь кроме Мироновых есть еще семьи, — не унимался я.

Мне нравилось наблюдать, как княгиня злится. Ее лицо в такие моменты становилось на редкость мерзким, как у старухи Шапокляк при виде плюшевого Чебурашки.

— Есть, но от них ты точно ничего не добьешься!

Добьюсь или нет — это не ее дело, да и вообще вопрос праздный. Возможно, что та же Дана может представить меня к титулу, просто по молодости лет не знает об этом.

Но не в этом дело. Я не хотел становиться зависимым от Смирновой. Да, информация, что титул можно получить так просто, меня порадовала. Но становиться Смирновским ставленником я точно не собирался.

Правда сейчас мне нужно было как-то свести это противостояние к миру. А что может быть лучше, чем сделка? Когда есть обоюдная выгода, даже непримиримые враги могут зарыть труп третьего, ну или топор войны, кому что ближе.

— Отлично! — сказал я. — Расходимся и делаем обещанное.

— Отпускай первый, — хитро произнесла Смирнова.

— Ага, разбежался! — рассмеялся я.

Она меня что за дурака держит?

Черт! Вот, как плохо не знать матчасть! Что будет, если я ослаблю напор первым? Меня убьет, разорвет на части или защита исчезнет, и никто не пострадает? Дар Смирновой мгновенно не убивает в отличии от моего. Даже если отпущу и почувствую удушение у меня будет время ответить.

Рассуждать об этом хорошо, но стоит ли пробовать? Я решил упереться и не сдаваться. Вспомнилась Олеся, что частенько притворялась бараном в подобных ситуациях.

Смирнова некоторое время смотрела мне в глаза и не шевелилась. Я видел, как выступил пот у нее на лбу, как едва заметно скользнула нога, словно я давил со всей силы, а княгиня упиралась.

Интересненько! Кто не выдержит первым? Кто здесь сегодня слабое звено?

Что самое странное, я такого напора не чувствовал. Для меня это противостояние было не больше, чем детсадовское перетягивание каната.

— Черт! — выругалась княгиня. — Сдаюсь!

Я даже не представлял какого ей, особе голубых кровей, произнести такое. Наверное, если бы в комнате был хоть кто-то живой, кроме ее внучки, после того как услышал такие слова точно бы на завтра проснулся с головой в тумбочке.

Напряжение со стороны княгини разом пропало. Что-то изменилось и в пленке кокона. Она вдруг подернулась пеленой и разлетелась цветными искрами.

По пальцам вновь забегали мурашки и пошли крохотные разряды. Я все еще стоял, вытянув руки вперед.

— Ослабляй! — вскрикнула Смирнова, заметив молнии.

Я улыбнулся и опустил руки.

— Ну ты и фрукт! — выдохнула княгиня.

— Я такой фрукт, что хрен откусишь. А если откусишь, то подавишься.

Смирнова недовольно на меня посмотрела, словно я ей пошлый анекдот рассказал.

— Как ранг-то поднял до седьмого? Или это восьмой? Признавайся! — спросила княгиня.

— Вот еще! Стану я такое рассказывать. Это же стратегически невыгодно.

Эх, знал бы я сам, как такое случилось. Но ничего, выясню!

— Не люблю самоуверенных, — пробормотала сквозь зубы старуха, но я ее услышал. — Что с внучкой моей сделал, изверг? — недовольно кряхтя, княгиня пошла в обход стола.

Я следил за ней. Не доверял? Может быть. А может моя чуйка заставляла меня это делать.

Смирнова присела над внучкой, так что мне не стало ее видно из-за крышки стола. И вдруг резко выпрямилась, словно пружиной подброшенная. В ее руках был пистолет, что выронил Фон Кляйнен. И черная точка дула смотрела на меня.

Но я уже стоял, вытянув руку вперед и со скользящими меж пальцев молниями. Едва я понял, что задумала старушка, начал действовать.

Топора у меня не было, пришлось мочить так.

Молния сорвалась с кончиков пальцев и изломанной линией устремилась прямиком в лоб княгине.

Прозвучал выстрел, и я удивленно глянул на уже рассыпающийся прахом пистолет в таких же почерневших и начавших крошиться руках.

Я видел, как пуля замерла в воздухе, задрожала, словно старалась преодолеть сопротивление среды, но никак не могла сдвинуться с места. Разряд гасил кинетическую энергию микро-взрыва патрона дольше, чем рассыпалась в пепел старуха.

Кажется, последняя черная жирная снежинка упала на пол одновременно со свинцом.

Я выдохнул.

Нельзя доверять таким людям. Старая сука и здесь хотела переиграть меня. Но не вышло!

Стоя один посреди комнаты, я размышлял как действовать дальше. На всякий случай оглянулся к окну и показал поднятый вверх большой палец снайперам. На этот раз жест я согласовал. Ребята должны были понять меня однозначно.

Где-то за столом зашевелилась внучка Смирновой. Новая княгиня рода.

Я обошел стол, взял девушку под руку и помог встать.

— Вся власть в ваших руках, княжна. Или уже княгиня? — ухмыляясь произнес я. — Готовы вести переговоры от лица семьи?

Девушка вертела головой, ничего не понимая и не соображая, что происходит. Я дал ей немного времени осознать произошедшее, а заодно решил рассмотреть новую главу рода Смирновых.

Ничего так, симпатичная. Милая мордашка, если не знать какой она станет к старости. Красивые карие глазки, тонкие губки. С такой можно было бы замутить на вечеринке и классно оторваться ночью не будь она такой ранимой и, судя по всему, избалованной. Да еще в обморок постоянно падает.

Я сам себя остановил. Стоп! Хватит таких мыслей. Мне и с двумя княжнами разобраться бы. Клеить сейчас третью не лучший вариант. Но смотреть и наслаждаться видом никто не запрещал.

Не стесняясь, я стал разглядывать девушку, пока она отряхивалась, то наклоняясь вперед, то вытряхивая черный пепел из декольте.

Кажется девчонка приходила в норму.

Через пару минут прихорашиваний, девушка подошла к столу, отодвинула кресло и, заняв место бабки, улыбнулась и взглянула на меня миндалевидными глазками.

— Я готова, — произнесла она. — Можем поговорить.

— Отлично!

Я подошел и уселся напротив нее в кресло. Пришлось отодвинуть ногой безголовое тело толстяка, но я быстро справился.

В дверь вдруг постучали, и створка тут же приоткрылась.

Человек в ливрее заглянул внутрь.

— Простите княжна… — начал было он.

— Княгиня! — громко и отчетливо произнесла новая Смирнова. — Моя бабка мертва, теперь я стою во главе семьи.

Человек удивленно обвел взглядом кабинет, больше похожий на бойню, но промолчал.

— Есть какие-то пожелания, госпожа? — быстро сориентировался человек.

— Нет. Пока можешь быть свободен, — распорядилась девушка.

Человек в ливрее низко поклонился и исчез за дверью.

Ого, а деваха-то не промах. Медленно запрягала, да быстро едет. Ну и отлично! Посмотрим, как она в остальном ориентироваться будет.

— Как на счет быть на ты? — предложил я.

— Я не против, — заявила новоиспечённая княгиня.

— Вот и замечательно! Ты хотела о чем-то поговорить. Начинай.

— Спасибо, — произнесла девушка. — Смена власти в семье многих повергнет в шок, но я уже давно была к ней готова. Бабуля не хотела помирать, так что спасибо, что помог старой суке сдохнуть.

Ого! Какие выражения из молодого и невинного ротика. Я аж залюбовался девчонкой. Отличную смену себе готовила Алена Андреевна.

— Давай для начала познакомимся, — усмехнувшись, предложил я. — Макар.

— Ольга, — ответила девушка, слегка смутившись.

Все-таки эта ее напускная жесткость была не настоящей.

Интересная замена Алене Андреевне. Может и прогнуть ее получится. В конце концов мне нужны были свои люди в будущем. А теперь получалось, что я поспособствовал ее возвышению и она мне, как бы, слегка должна.

— Очень приятно, Ольга, — сказал я.

— И мне, — еще больше смутившись произнесла она.

— Мы с твоей бабкой обсуждали взносы в фонды, но сейчас, когда произошли такие изменения, я готов дать возможность роду Смирновых продолжать развиваться. Не в моих интересах кого-то зажимать. Так что, двадцать процентов за проезд через мои земли и рекомендация к жалованию княжеского титула меня вполне устроит.

— Почему двадцать? — спросила девушка. — Я слышала, что цифра была в два раза ниже.

— Это для остальных, дорогуша. Твой род мне слегка должен. Но не переживай, если будете себя хорошо вести, то я снижу сборы через год. Но пока другого предложения не будет. Как говорил один товарищ, дети за родителей не отвечают. Но я считаю, что твоя семья должна понести некоторое наказание. Скажи спасибо, что я отказался от цифры в пятьдесят процентов.

— Может быть я могу как-то повлиять на твое решение? — чуть растягивая слова, спросила Ольга.

Ого! Вот это скорость. Девушке понадобилось несколько секунд, чтобы перейти от упоминания недовольства старой княгиней к флирту. Далеко пойдете девушка. Правда не в этом случае.

— Весьма признателен за предложение, — очень галантно произнес я, — но вынужден отказать. Решение принято.

— Хорошо, но попробовать стоило, — легко согласилась Ольга. — И кстати, отдельное тебе спасибо, что скормил моего жениха кусуре. Он был еще тот мудила.

Вах! Я в очередной раз взглянул на сидящую передо мной девушку и улыбнулся. Похоже, я с ней еще хлебну проблем. При таких-то закидонах.

Но сейчас у меня не было другого кандидата для заключения сделки со Смирновыми, так что я еще раз проговорил все условия и пожал руку новой княгине.

Надо будет за ней присматривать. Может у нее это все от нервов, а потом девушка придет в себя и будет вполне вменяемая. Тогда глядишь, и еще один голос в Палате появится у Даны. Но сейчас я с Ольгой это точно обсуждать не собирался.

Нужно было откланиваться и валить. Уже начинало пованивать трупами, точнее их выделениями. Прибираться в этом кабинете будут ещё долго.

— Хочешь дружеский совет? — расщедрившись решил спросить я.

Девушка подняла на меня глазки и кивнула.

— Следи за тылами. После переворотов всегда есть желающие совершить кульбит еще раз. И замуруй нахрен этот кабинет, а себе найди новый. Тут воняет.

— Спасибо, я учту, — ответила девушка.

Я развернулся и вышел из кабинета. В коридоре меня поджидало сразу два человека из прислуги.

Ко мне подошли, поклонились, представились и спросили, что произошло. Я как мог без подробностей ответил, что у них новая пчеломатка и сейчас всем трутням начнут отрывать яйца. Так что моя им рекомендация начинать быстро и старательно работать.

Шутки, кажется, не оценили, но суть поняли.

Через парадное крыльцо я вышел из дома. Надежда, что Фон Кляйнена все же заметили и отловили, не покидала меня.

В небольшом парке, раскинувшемся перед домом, было тихо. Словно и не было этой бешеной разборки в кабинете Смирновой.

Здесь на улице царила тишь, и крошечные февральские снежинки кружили, медленно опускаясь на промерзшую землю.

Парк чистили от снега регулярно. Ни сугробов, ни переметов не было видно. Судя по всему, снег вывозили. Или же использовали какой-нибудь хитрый плавильный механизм.

В этом мире энергию не жалели. У богатых ее тут было так много, что она, по сути, стала расчетной валютой. Если подогревались проезжие части и тротуары, то почему бы не найти способ топить снег?

Я какое-то время постоял, размышляя о подобном агрегате и ловя ртом одиночные снежинки. Мозг все еще работал быстро, и мне хотелось немного успокоиться прежде, чем, я пойду, найду Константина и поблагодарю его за отлично проведенную операцию.

Об оплате мы договорились, точнее, о том, что сегодня она не понадобится, но я оставил в карманах парочку средних кристаллов, желая отблагодарить людей и финансово.

Подойдя к воротам, я вспомнил, что сжег замок, когда шел сюда. Придется новой хозяйке особняка заняться еще и этим вопросам. Хотя, что-то мне подсказывало, что ей сейчас будет не до этого. Если все Смирновы такие, как бабка и внучка, то разборки в этом роду начнутся непременно. И я бы пожелал победить сильнейшему, но в новом экономико-политическом контексте, мне это было не на руку.

Останься у власти Ольга, и я подозреваю, что смог бы найти с ней общий язык. Я видел, как она пускала по мне слюнки. Пусть в какие-то моменты и притворно, но иногда там проскакивало что-то реальное. Симпатии такого рода всегда давали возможности манипулировать. Доказано еще королевским двором французов.

Я даже подумал, не помочь ли ей, но решил, что буду решать эти вопросы по мере поступления проблем. Если девчонка обратится ко мне с просьбой помочь, то я подсажу ее на крючок еще глубже и смогу управлять этой семьей в своих интересах. Но для этого она должна прийти ко мне сама, а лучше приползти на коленях и долго умолять о помощи.