Тайна человека со шрамом

– Я не знаю.

Но вряд ли что-то хорошее.

ГЛАВА 14. Подробности и домыслы

Мы сразу отправились во дворец. Времени могло и не быть. Черный дым от подарка сумасшедшего впитался в Нику. В момент, когда она угрожала моей жизни. И пусть это неправда – Ника так сказала, но мне было страшно, я теряла сознание. Тогда появился дым и… мы не знаем, что он мог сделать.

Кость я обернула в ткань и взяла с собой.

Советника Стрейта на месте не оказалось, но за ним отправили людей. Нам вызвали мага, специализирующегося на артефактах, мастера по проклятьям. Нику осмотрел целитель и сказал, что все в норме, по крайней мере, пока. Нужны другие специалисты.

И мы остались вдвоем в кабинете советника.

– Расскажи… подробней, – попросила я.

– Что? А, ты про мою теорию… я уже главное рассказала. У меня появились подозрения, Алекс попался. Он же с самого начала возле тебя только и крутился, вы двое оторваться друг от друга не могли. Со стороны это хорошо видно, Таната, уж можешь поверить. Ты сказала, у него нет и не может быть чувств, вообще никаких, он поступает согласно выгоде, желаниям или просто развлечения ради, такова его бездушная суть. Получается, ты – его развлечение? Ты сама когда-то так и сказала, я помню. Но ради развлечения не кидаются в портал, развлечение не может разбить сердце. У него было такое лицо, когда он увидел тебя с Мартином… честно говоря, мне в тот момент хотелось сразу во всем признаться и припереть его к стенке. Но я взяла себя в руки.

– Чтобы увидеть и мое лицо, когда все расскажешь? – вопрос получился беззлобным, каким-то обреченным.

– Твое лицо тоже было незабываемо! – Ника хмыкнула, но, подобно мне, совсем невесело. – Нет, Таната. Я нашла зацепку, из нее выросла загадка. Но отгадывать их я не могу, занимайся этим сама. Ну приперла бы я Алекса к стенке, что с того? Он бы все отрицал. А потом собрался и все мои теории так и остались бы только моими. Если с ним что-то не так… то сейчас самое время это выяснить. Пока он не догадывается.

– Это же Алекс. Он уже догадывается.

– Не думаю, удар получился сильным. Вряд ли он вообще трезво соображал в тот момент. Полагаю, он удивил самого себя.

– Ты молодец, Ника. Если Алекс что-то скрывает, мы это выясним. Попутно я тоже наказана, ты же меня так не любишь! Я это понимаю. Но мне никогда не понять, за что ты так с Мартином. За него я никогда тебя не прощу.

– Он переживет! – без особой уверенности бросила Близняшка. – На тебе свет клином не сошелся, Таната, Мартин Ароктийский – не какой-то там печальный однолюб, он всегда любил девушек, много и разных. Считай, к ним прибавилась еще одна – я. Он попечалится, погрустит и продолжит тебя обожать. А ты простишь ему небольшую шалость на стороне и все у вас будет как прежде. Никак, то есть.

– Все не так просто.

– Все именно так! Боги, не будь такой сентиментальной и занудной! Я, может быть, умру уже сегодня ночью, а ты все нудишь сидишь.

– Если выяснится, что с тобой все в порядке, ты не сможешь прикрыться скорой кончиной, придется придумать что-нибудь еще.

– Заткнись уже, леди Совесть.

– Знаешь, а за ночные шалости с невинной наследницей Альмар Воина могли и на скалы отправить. Повезло, что вас никто не видел… кроме Алекса, конечно.

– Как будто Воин бы не выжил на этих проклятых скалах! Да лучше бы нас застукали! Может, вас бы поженили даже… вот бы счастье привалило кому-то! И эксперимент мой мог продолжиться, Псих, поди, совсем бы забыл следить за лицом. Может, даже зарыдал бы.

Лучше ей не увлекаться экспериментами. С другой стороны, хорошо, что она шутит и бодрится. Потому что странный черный дым не сулил ничего хорошего.

Дверь стрейтовского кабинета распахнулась, к нам влетел Арастан, каким-то образом он опередил всех остальных. Без лишних слов он подошел к Нике и сжал ее в объятиях, поглаживая по спине и повторяя, что все будет хорошо. Меня Рас даже не заметил. Ника в его руках задрожала, тщетно пыталась сдержать напряжение и горькие слезы. Не сдержалась. А Рас все ее гладил и успокаивал.

Наконец появился и советник Стрейт, с ним – еще несколько человек. Арастана попросили отпустить Нику, ее увели куда-то. Я путано объяснила, что произошло, время от времени краснея от стыда: пришлось ведь рассказать, что мы с Никой подрались и она сдавила мне горло, тогда и появился дым. Приукрашивать я не осмелилась, не та ситуация, да и как можно обмануть Стрейта? Советник отреагировал сдержанно, взял из моих рук сверток с костью и передал ее Арастану. Может, раньше мы не могли подступиться к артефакту, но случай с Никой должен открыть новые возможности. Это слова Стрейта, конечно, за них Рас хотел советника прибить. Но сдержался, ушел работать.

– Ты тоже можешь идти, Таната, – устало сказал советник. – Будут новости, я отправлю кого-нибудь к вам. Или Ника вернется.

– Думаете…

– Ничего пока не думаю, жду результатов.

Он не намерен откровенничать со мной.

– Тогда у меня последний вопрос, советник. Вы знаете, когда и кто лжет.

– Это вопрос?

– Это утверждение. Вы знаете. А вопрос вот какой: Алекс ни разу не обманывал? Вы за ним это замечали?

– Нет.

– Спасибо.

– Не за что. Постарайся не подраться еще и с Алексом, – в след мне пожелал советник Стрейт. И я почувствовала себя еще глупее.

Но вернуться в замок, бросив Нику, все равно не могла. Я должна знать, что с ней все хорошо, а пока найду Раса и помогу ему, чем смогу. Покопаюсь в книгах… артефакт мой, он скрывал послание, которое я так и не разгадала и не увидела. Если оно вообще существовало. Стоило выкинуть артефакт, но я держала его при себе. Теперь вот дым и случай с Никой… то самое послание? Или его защитная часть.

До Раса я добралась не сразу, за кабинетом Стрейта свернула на балкон. Теплый пряный воздух ударил в лицо, я оперлась на стену дворца и сползла вниз. Столько всего навалилось, и воздух этот… лучше был бы ледяным, как дома. Там легко прийти в чувство, достаточно открыть окно.

Я с самого утра понимала: что-то не так.

Понимала, но предположить не могла такое. Не знаю, что теперь будет. Не знаю даже, как себя вести. Ника оказалась еще даже более ненормальной, чем все остальные. Вообразила, что Алекс… что? Ревнует? Чушь какая-то. Все, что она сказала – чушь, придуманная ей самой. Он хотел меня спасти от Адама и необдуманных действий – допустим. Я все же ему нравлюсь, пусть и по-своему. И все логично: он нашел выход, выдав нашу аферу с подменой отцу и тем самым подставив стражника, на которого ему плевать, думаю, Алекс бы и со смертью его легко смирился, дело всего лишь в цене жизни незнакомца. Псих отправил Мартина, чтобы тот разобрался, но это не из-за беспокойства за другого человека, это чтобы советник потом не отчитывал, да мы все не бубнили.

Типичный Алекс.

А дальше? Ее история о «поддержке» и совместной ночевке! Еще большая чушь. Мы уснули вместе, просто заболтались, и все. Алекс наглая личность, он с самого начала знакомства не уважал личные границы. В этом плане даже Мартин деликатнее, последний шумно и с песнями вторгается в жизнь и все в ней переворачивает, тогда как Алекс… тихо подкрадывается, как хищник. Я это знала и позволяла, потому что я не жертва хищника. Алекс – это же просто… Алекс, с какой стати мне его смущаться? Он свой, он друг, пусть и со странностями. Или так думают все жертвы хищников?

А Ника умудрилась из этого наделать выводов!

Еще и Гезелькроос приплела, это проклятое местечко.

И чувства, написанные на лице. И ради этого она так напортачила, ради выражения лица. Дурацкий дым, из-за него не получается ненавидеть Нику по-настоящему, за нее теперь страшно. Иначе… иначе ненавидела бы точно!

Чувства у Алекса. Ага, как же. А я, эмпат, все пропустила.

И теперь придется как-то объяснить все Мартину. Ему, кажется, вообще крышу снесло – сегодня весь день от счастья прыгал. И это все Ника, это она с ним сделала, пусть и под моей личной. Ника.

И Близняшка была так уверена в своей правоте! Это тоже не давало покоя. Ведь если рассудить… это она видела, как Алекс рвал и метал, да за мной в портал отправился. Я сразу решила, что она преувеличивает, но вдруг нет? И это она видела его лицо, когда он застукал ее с Мартином. Увиденное Нику впечатлило, а ведь она так же знает Алекса.

В академии на лекциях нам рассказывали о типичных ошибках при поиске истины. Можно выбрать удобный ответ и методично подгонять под него все факты, при этом отсеивать ненужные. Не специально даже, на подсознательном уровне, если что-то не попадает под представленную картину, то это лишнее. Так думать – большая ошибка. Которую, вполне возможно, совершаю я.

Потому что привыкла полагаться на свой дар.

Рассказанное Никой, категорически не подходило под картину, представленную мной. Моя картина – черно-белый карандашный набросок, а Ника сунулась с красной густой краской. И если добавить ее, что выйдет? Новый рисунок.

Олли. Он что-то знал об Алексе, я замечала, как они секретничают. Я крепко ухватилась за эту мысль. Олли и Алекс, Алекс и Олли. Они не так много общались между собой. Во дворце Олли держался особняком, его пугал новый мир, но и в старый возвращаться не хотелось. А позади был только Гезелькроос. Там мы все поддались на чары Олли… но не Алекс. Потому что нельзя воздействовать на чувства, когда чувств нет – так я объяснила произошедшее. Но если… если все не так?

Случай на мосту. Теперь на него можно взглянуть под другим углом. Несмотря на тепло, я покрылась мурашками от воспоминаний, пропасть под ногами – это страшно. А видеть, как я прыгаю каково? Псих тогда был сам не свой, он еле успел. И я тоже злилась, потому что он сорвал мой план. Спасти меня должен был Адам, и расчет оказался верным, он там бы, пришел, потому что видел, как я прыгаю. Видел прыжок, но не спасение? Знай Адам, что все со мной будет хорошо, вряд ли бы кинулся так рисковать. Но он пришел и остался в стороне. Или хотел подстраховаться, что странно, раз он не подошел близко и на роль спасателя не претендовал, или… или он не знал, что меня подхватит кто-то другой. Увидел Алекса и сам отступил, наверняка в недоумении от происходящего, его эмоции как раз были спутаны тогда. Адам видел прыжок, но не видел еще одного участника событий. Адам не видел Алекса?

– Боги, что такое?! – пискнула я, дергая себя за волосы.

Адам не видел Алекса. Я не видела эмоции Алекса. Дар Олли с ним не работал. Алекс ни разу не обманывал – слова советника Стрейта. Все обманывают – его же слова. Хоть разок, хоть в чем-нибудь. Но советник, подобно мне, слишком полагался на свой дар, раз упустил такое.

Если это правда…

И тут я запаниковала. До дрожи в пальцах. Потому что это страшно – ничего не понимать, даже прыгать в скалистую пропасть не так страшно. А тут оглядываешься назад, и… что? Дар Алекса – всегда все помнить. Прочитал разок – и сразу запомнил. Или это талант обычного человека, а дар у него другой? Если я права, Алекс мог врать постоянно, и Стрейт никогда бы этого не заметил. Или нашел бы объяснение… что-то вроде «это же Алекс».

«Тебя предадут все, кого ты любишь»

Пророчество от Адама. И в его свете все выглядит страшно.

А руки дрожали все больше.

Самый логичный выход – пойти к Алексу и припереть его к стенке, как выразилась Ника. Но добьюсь ли я правды? Не знаю, я уже ничего не понимаю. Он врал нам всем так долго, глупо делать это развлечения ради. Должно быть что-то еще, некая цель. Нельзя идти к Алексу. Хотя бы до тех пор, пока я не найду подтверждение для своих страшных фантазий.

Я тяжело поднялась и вывалилась в коридор.

Кто-то из дворцовой стражи помог мне с поисками Раса.

Оказалось, у него своя мастерская во дворце. Советник не просто обращался к Видящему время от времени, как я предполагала, он одарил его собственной мастерской. Но подарку Рас не радовался. Он хотел уйти, но не смог. Потому что у него есть полезный дар, потому что когда-то он нарушал закон. Образ советника Дэнвера Стрейта тоже неожиданно заиграл новыми красками.

Рас суетился у стола, на котором покоился злосчастный артефакт.

– Есть… новости? – спросила я хрипло.

– О ней? Пока никаких. У меня есть приятель среди стражи, он обещал сообщить, если появятся новости. Он не станет скрывать правду.

– А о нем? – кивнула я в сторону стола и подошла ближе. – Помнишь, ты говорил, что это послание для меня? Я долго решалась его посмотреть, но когда решилась, ничего не увидела. Подумала, то ли долго тянула, то ли… не знаю, ты ошибся?

– Это мощная вещь, я прежде таких не видел. Все может быть.

Но Адам тоже говорил про послание. Обманул?

Некоторое время я наблюдала, как Рас соскабливает остатки угольно-черного осадка, им покрылась кость после произошедшего. Похожие следы оставляет темная магия, мы вскользь это изучали в академии.

– Знаешь, а люди советника сейчас в Гезелькроосе, – сказал Рас, не отвлекаясь от дела. – Несколько раз мне приносили мерзости, похожие на твой этот подарок… но ни одна из них не обладала похожей силой. Они пытаются, ищут, но не могут найти.

– Монстра?

– Да, его. Или свидетельство его существования. Это странно, лучшие водные маги бессильны и таскают мне остатки крупной рыбы. Неужели не осталось ничего, ни малейшего намека?

– Море тоже сильно, даже против самых лучших магов ему есть что предложить, – философски заметила я. – Готова поспорить, оно скрывает не меньше секретов, чем древние скалы. Может, даже больше, учитывая морскую глубину.

– Думаешь, море прячет свои артефакты и собственных чудищ? Совсем как твоя семья сторожит драгоценный тальмарин?

– Если море и прячет, то с чьей-то помощью.

Моя семья надежно охраняла залежи тальмарина, никто точно не знал, сколько его существует, никто не видел. Я сама не видела. Так почему бы другим не делать так же? Тем более, кость древнего создания сильнее тальмарина, судя по всему, что видела. Может, в этом заключалось послание Адама?

– И откуда кость взялась у того парня? У Адама.

– Не знаю, Рас. Я о нем ничего не знаю.

Рас резко бросил инструменты и обернулся ко мне.

– Так спроси, Таната. Случай подходящий – Ника в опасности. Почему бы просто не спросить у него напрямую, что нам сейчас делать?

– Рас, я…

– Что?

– Не уверена, что он пойдет навстречу. Все случилось, когда Ника фактически пыталась меня задушить. Она бы не пошла до конца, но… но этот артефакт защитил меня, понимаешь? Может, в этом и есть его послание, в защите. И я не уверена, что Адам станет помогать.

– Ты не уверена, но можешь попытаться, Таната, – продолжал давить Рас. – Более того, ты обязана это сделать. Ника… почему всегда она? Если что-то плохое случается, то обязательно с ней? – он уже кричал на меня.

Я отступила назад.

– Не с тобой, не с неубиваемым Ароктийским, не с проклятым ненормальным Психом, а всегда с Никой? – все продолжал и продолжал он. – Тебе не кажется это несправедливым? Тебе не кажется, что ты можешь рискнуть в ответ и встретиться с этим Адамом? Пообещать ему что угодно, лишь бы подруга твоя жила?

Мы долго смотрели друг на друга. Рас – полный праведного гнева и обиды за произошедшее и я, теряясь, что ему ответить. В итоге получись просто и емко.

– Хорошо, я найду его.

– Спасибо, Таната.

ГЛАВА 15. Не отпускай мою руку

Он нашел меня сам.

Наверное, не хотел, чтобы я придумала очередной выверт с мостом.

Я вернулась к замку, вот только пунктом назначения выбрала обычный городской портал. И сразу попала в людскую толпу – кажется, намечался праздник. На улице давно уже стемнело, но горело много огней, снег искрился, улыбки прохожих мелькали со всех сторон, детишки носились… все двигались от портала в сторону озера Талль. Если ничего не изменилось, то там каждую зиму возводили ледяной город, горожане соревновались в искусстве и давали волю самым смелым фантазиям, создавая то гигантские скульптуры, величиной в два человеческих роста, то замысловатые строения с магической подоплекой. Один раз мы с Тэллиной заблудились в ледяном лабиринте, хотя дорога там была прямой. Магия путала, создавая иллюзию бесконечного пути. В детстве это производило впечатление.

Открытие ледяного города сопровождалось балом и танцами прямо на улице. Все пили горячие отвары и веселились до утра. Нас с сестрами на бал приводил дед, и никогда не выпускал из виду. Особенно меня, потому что когда-то большие скопления людей вызывали у меня панику и ужас, слишком много посторонних эмоций.

Бескрайнее озеро с островком в середине и впрямь превратилось в бальный зал. Вокруг – скульптуры изо льда или снега, но выглядели они намного мельче, чем мне запомнилось. А вот людей стало больше, наверное, подтянулись соседи.

– Потанцуем?

Адам, весь в белом, как сам снег. Он выделялся в толпе, высокий, статный, темноволосый. С притягательно-пугающей энергетикой, на него хотелось смотреть, разглядывать, но не подходить близко. Человек-контраст.

Мы впервые оказались на людях. В Гезелькроосе он сторонился толпы, его не замечали, потом мы виделись наедине. А сейчас, когда все смотрят… почему все на него смотрят так? С придыханием и желанием. Девушка в светлой шубке обронила шапку ему под ноги, желая обратить на себя внимание. Но Адам и бровью не повел, стоял и протягивал мне руку.

– Я… мы можем поговорить? – пролепетала я, пораженная этим новым взглядом на него. Взглядом через других людей.

– За этим я здесь. Прими мою руку, Таната.