Отблеск Кровавой звезды

— Что ты теперь станешь делать? — спросила она.

Пайас встал и подошел к окну.

— Что ж, жизнь моя еще не кончена, — сказал он. — Скоро я начну новую карьеру с моей невестой. Ради этого я готов отправиться в ссылку. Теперь моя жизнь принадлежит тебе и Службе; надеюсь, у меня будет так много забот, что я даже думать не смогу ни о чем другом. Возможно, через пару лет я и вовсе забуду о Ньюфоресте.

Но когда Пайас выглянул из окна во тьму, окутавшую планету, которой он когда-то собирался править, Иветта ощутила, как чувство глубокой потери захлестнуло ее возлюбленного. Она встала, подошла к нему и обвила руками.

«До конца жизни мне придется стараться восполнить эту потерю, причиной которой явилась я, — подумала Иветта. — Остается только надеяться, что он этим удовлетворится».

* * *

Пайас и Иветта намеревались провести на Ньюфоресте шесть дней и заказали себе обратный билет на корабль, который возвращался на Землю как раз к бракосочетанию принцессы. Но неожиданный поворот событий и двусмысленное положение, в котором они оказались, охватившее их гнетущее чувство — все это заставило их подумать о более скором возвращении.

Планета Ньюфорест лежала в стороне от оживленных путей, и корабли посещали ее гораздо реже, чем другие миры. К счастью для Пайаса и Иветты, у пассажирского лайнера, совершавшего чартерный рейс неподалеку от планеты, случилась небольшая поломка, и он попросил разрешения на посадку для ее устранения. Позвонив в космопорт, Иветта выяснила, что можно купить билеты на это судно.

Когда молодые люди покидали особняк Бейволов, он казался совершенно пустым. С вещами в руках они прошли по коридорам, не встретив там ни души; челядь сделала все возможное, чтобы избежать контакта. Пайасу очень хотелось заглянуть к отцу и попрощаться с ним, но он понял, что старик вряд ли приветствовал бы это и свидание лишь усилило бы душевную боль.

Во дворе их ждал вертолет, за штурвалом которого сидел Юрий. По дороге в космопорт старый слуга не произнес ни слова, но когда молодая пара выходила из вертолета, он прошептал:

— До свидания, Пайас.

Мужчины со слезами обнялись и поцеловались; затем Юрий, сев в вертолет, улетел.

Известие о криссе распространялось быстро; в космопорту, похоже, все уже знали о случившемся. Иветта увидела, что Пайас оказался прав; еще вчера его встречали радушными улыбками, сегодня же люди отворачивались, избегая даже смотреть на него. При регистрации билетов разговаривать пришлось Иветте; служащие не желали замечать присутствие молодого человека. Тот стоически перенес все, хотя Иветта видела, насколько глубоки его страдания.

Пайас не выходил из каюты до тех пор, пока космический корабль «Керида» не оторвался от поверхности Ньюфореста. Но по мере удаления от негостеприимной планеты, его печаль, казалось, ослабевала. Он вышел из каюты, полный прежнего веселья и обаяния.

— Надо мной больше не довлеют обязанности маркиза Ньюфорестского, — объяснил он изумленной и обрадованной Иветте. — Отныне я вновь становлюсь тем беззаботным и галантным повесой, с которым ты познакомилась, с розой за ленточкой шляпы и накидкой на плечах. Однако я сохраню имя Пайаса Бейвола — будь я проклят, если у меня отнимут и ЭТО.

Они быстро перезнакомились с остальными пассажирами, совершавшими космическое путешествие. Почти все они оказались дворянами с окраин Сектора Двадцать Два и летели на Землю исключительно с целью увидеть бракосочетание принцессы с ее суженым. Ни один из них не бывал прежде на Земле, и предстоящее настолько волновало их, что они старались не обращать внимания на разницу в общественном положении, в обычных обстоятельствах не позволившую бы им общаться с двумя простолюдинами, за каковых они приняли молодых людей.

Главное, они летели на Землю и скоро увидят царственное бракосочетание в Бладстар-холле.

Пайас вскоре очаровал всех присутствовавших на борту судна — особенно дам — своим учтивым поведением и занимательными рассказами. Подкрепляя созданный им образ, он организовал импровизированное казино, чтобы приятнее скоротать долгий путь на Землю. Поистине он оказался незаменимым попутчиком.

«Керида» совершила еще три запланированные посадки, взяв на борт новых пассажиров, что значительно удлинило путешествие. На девятый день со времени вылета С Ньюфореста на корабле вдруг зазвучал сигнал тревоги. Пайас находился в гравитационном салоне, играя партию «пять в лузу», когда началась сумятица. Люди в панике повскакивали из-за стола.

— Что такое? — пронзительно вскрикнула одна графиня. — Мы с чем-то столкнулись?

— Спокойствие, товарищи, — сказал Пайас, сдвигая шляпу на затылок. — Мы в субпространстве, пустом, как бутылка пьяницы. Нам просто не с чем столкнуться, кроме как, может, с другим кораблем, но шансы на это ничтожно малы. Возможно, капитан решил устроить тренировку. У нас на Ньюфоресте говорят: «Умный не пугается тени дьявола». Прежде чем нервничать, давайте хотя бы подождем последних известий.

Однако очень скоро причина тревоги стала ясна. Из громкоговорителя донесся резкий голос капитана Бакарди, объявившего:

— Всем пассажирам следует незамедлительно вернуться в свои каюты и ждать дальнейших сообщений. К нашему кораблю приближается судно, отказывающееся дать опознавательные сигналы. Впредь до его идентификации мы можем предполагать, что это пиратское судно, и принимать соответствующие действия. Через пять минут мы выйдем в обычный космос. Повторяю, все пассажиры должны незамедлительно запереться у себя в каютах. Конец обращения.

Теперь даже Пайас не смог развеять страх, охвативший пассажиров. В панике люди хлынули в узкие проходы, отчаянно пытаясь добраться до своих кают. Дворяне, с детства приученные к хорошим манерам и вежливому обхождению, толкали и пихали Друг друга, стараясь быстрее добраться до своей каюты.

Отыскав среди этой давки Иветту, Пайас вытащил ее из людской толпы.

— У тебя есть какие-нибудь мысли по этому поводу? — спросил он.

— Будь я проклята, если запрячусь у себя в каюте, ожидая нападения пиратов, — со спокойной решимостью заявила Иветта. — Это небольшой пассажирский корабль с малочисленным экипажем. Капитану понадобятся все, кто умеет держать оружие.

— Он приказал всем пассажирам, включая нас, вернуться к себе в каюты, и мы должны ему повиноваться. Не можем же мы просто подойти к нему и сказать: «Мы — агенты СИБ, позвольте предложить свою помощь».

— Нужно спрятаться до начала схватки, — сказала Иветта. — В разгар сражения капитан не станет накидываться на нас с упреками, ему будет не до нас.

Воспользовавшись суматохой, два агента пытались подыскать себе укрытие. Наконец они остановились на баке, где хранились запасы продовольствия, теперь практически пустом, поскольку его содержимое съели за время полета. Команда, поглощенная подготовкой судна к отражению нападения извне, ничего не замечала вокруг, и молодые люди беспрепятственно проникли в свое убежище. Пайас и Иветта, устроившись там, ждали выхода из субпространства, зная, что до этого момента никаких действий не произойдет.

— Как ты думаешь, почему пираты напали именно на наш корабль? — спросил Пайас.

— Понятия не имею, — ответила Иветта.

Большинство пиратов старалось захватить грузовые корабли; если груз оказывался достаточно ценным, его выгодно продавали на черном рынке. Риск в таких случаях почти отсутствовал: грузовики имели малочисленные экипажи, так как во время полета в субпространстве работы на борту было немного. Некоторые пираты понаглее охотились за более крупной добычей, большими роскошными космолайнерами. Считалось, что если человек может позволить себе путешествовать на таком крупном корабле, он довольно богат и либо имеет при себе драгоценности и другие ценные вещи, либо за него можно потребовать выкуп. Но такие лайнеры обычно хорошо вооружались, имея в своем составе группы наемников, поэтому нападения на них — весьма опасное занятие.

Но «Керида» не попадала ни в первую, ни во вторую категорию. Этот сравнительно небольшой чартерный корабль не имел на борту ценного груза и вез несколько небогатых пассажиров. Хотя все они принадлежали к видным представителям знати на своих планетах, вряд ли они стоили больших денег. К тому же «Керида» не летала по постоянному расписанию, что значительно усложняло задачу определения ее местоположения.

Иветта отбросила подальше эти мысли; сначала им с Пайасом предстоит расправиться с пиратами и только потом размышлять, откуда они взялись.

Любое судно, подвергшееся нападению пиратов, обязано немедленно выйти из субкосмического пространства и подать сигнал о помощи. Только в обычном космосе сигнал бедствия может быть услышан и есть надежда, что Имперский Флот откликнется на него вовремя. К тому же пиратский корабль, движущийся в субпространстве со скоростью, значительно превышающей скорость света, нередко проскакивает мимо ставшей внезапно тихоходной цели и теряет ее след. И отыскать его так же трудно, как иголку в стоге сена.

Разумеется, пираты хорошо знали, что «Керида» постарается как можно скорее выйти из субпространства, и уже поджидали ее в космосе, готовые к сближению и абордажу.

Все произошло очень быстро. Как только «Керида» покинула субпространство, ее штурман попытался связаться с ближайшей космической базой. Его визави на пиратском корабле тем временем включил особый генератор, препятствующий прохождению волн. В то же время канониры пиратов открыли огонь из тяжелых бластеров по корме своей жертвы. Они действовали в высшей степени профессионально и аккуратно: им потребовался всего один выстрел, чтобы вывести из строя двигатели «Кериды», после чего маленький чартерный корабль беспомощно завис в космосе, и тотчас же пиратский корабль решительно двинулся вперед. Маневровые двигатели неумолимо приближали его к «Кериде», и когда пассажирское судно оказалось совсем рядом, открылся шлюз и небольшой облаченный в боевые доспехи отряд полетел к корпусу жертвы. За собой они буксировали так называемый абордажный шлюз, похожий на простой ящик.

Пираты проворно прикрепили этот «ящик» к шлюзовой камере «Кериды» и герметично закрепили его, после чего вошли внутрь и закрыли за собой люк. Теперь можно вскрыть шлюзовую камеру, не беспокоясь о возможных разрушениях — воздух не вырвется подобно урагану, убивая людей и уничтожая имущество.

Предводитель нападавших умело орудовал лазерным резаком. Меньше чем за пять минут он проделал отверстие в толстой наружной обшивке «Кериды» и проник внутрь корабля, остальные последовали за ним. Команда маленького корабля собралась у шлюзовой камеры, готовясь достойно встретить негодяев, но их ручные бластеры оказались бессильны против прочных боевых доспехов пиратов.

Пираты же использовали только станнеры. Лишив экипаж «Кериды» сознания, они могли беспрепятственно завладеть кораблем. Видя, что организованное сопротивление подавлено, они отправились осматривать пассажирский отсек.

Когда уничтожили двигатели, из строя вышел и ультраграв, предназначенный для поддержания искусственного тяготения. Пайас и Иветта, так же как и остальные пассажиры на борту «Кериды», почувствовали, как пол уходит у них из-под ног, повергая их в состояние невесомости. Подобное ощущение достаточно хорошо знакомо агентам СИБ, потому они не испытали особых затруднений.

Выбравшись из своего укрытия, они направились к шлюзовой камере, зная, что именно там разворачиваются сейчас основные события. Подплывая к ней, они услышали шум непродолжительного сражения и поняли, что команда «Кериды» побеждена. Теперь оборона корабля легла исключительно на их плечи.

Для начала агентам СИБ следовало раздобыть какое-нибудь действенное оружие. Оба имели с собой миниатюрные станнеры, абсолютно бесполезные против боевых доспехов пиратов. Сейчас необходимы тяжелые ручные бластеры, но в настоящий момент такими владели только пираты.

Вновь затаившись — на этот раз в проходе, — молодые люди дождались, пока пираты проплыли мимо, направляясь в рубку корабля. Когда захватчики удалились на достаточное расстояние, агенты СИБ выскользнули из укрытия и бесшумно скользнули вслед за ними. Последний пират несколько отстал от своих товарищей и представлялся подходящей целью. Когда пираты завернули за угол, Иветта дала знак к нападению.

Они синхронно набросились на намеченную жертву. Пайас схватил пирата за талию, скрутил его и резким движением вывел из равновесия. Иветта тем временем выхватила у него бластер из кобуры на поясе. И его рукояткой с силой ударила по самому слабому месту доспехов пирата — лицевой пластине. Прозрачный стеклопластик треснул, но не раскололся. Пират попробовал поднять руки, защищая глаза, но Пайас крепко держал его. Иветта нанесла еще один удар, и на этот раз пластина разбилась, порезав пирату лицо. Девушка, направив в дыру кулак, стукнула его прямо в нос, от чего пират затылком треснулся о твердую поверхность шлема. Его тело тотчас же обмякло, негодяй потерял сознание.

К несчастью, все космические скафандры были оборудованы радиосвязью. Как только Пайас схватил несчастного пирата, тот испуганно вскрикнул. Он не успел произнести ничего связного, но его приятели всполошились и вернулись посмотреть, что происходит.

К этому времени Иветта уже держала бластер на взводе, готовая в любую секунду открыть огонь. Смертоносный луч вырвался из дула ее оружия в сторону фигур в доспехах, плывущих в глубине коридора. Девушка не промахнулась: луч попал в грудь одному из пиратов, прожигая тяжелый металл доспехов и испепеляя тело. Послышался агонизирующий крик, гулким эхом раскатившийся по коридору.

Пайас же, хоть безоружный, тоже вступил в бой. Воспользовавшись обмякшим телом пирата, на которого они напали, словно метательным снарядом, он пустил его через весь коридор прямо в гущу пиратов. После чего они с Иветтой бесстрашно бросились вперед, усиливая натиск.

Если бы существовало хотя бы слабое притяжение, возможно, они добились бы успеха. Тяжелые боевые доспехи сковывали движения; Пайас же и Иветта, оба из мира высокой гравитации и легко одетые, в сравнении с пиратами могли действовать молниеносно, но… Но для того, чтобы как можно рациональнее использовать свою скорость, им постоянно требовалась поверхность, от которой можно оттолкнуться. В невесомости подобная поверхность отсутствовала. У агентов СИБ имелся только один бластер на двоих, в то время как их противники пщ1 —красно вооружены и защищены доспехами.

Жужжание сканнеров наполнило воздух — пираты вступили в бой. Несмотря на всю свою ловкость, Пайас и Иветта не смогли уклониться одновременно от всех лучей и через несколько секунд уже плавали без сознания посреди коридора.

Несколько часов спустя они пришли в себя. Еще минут десять все вокруг было словно в тумане — сказывалось последствие шока. Казалось, звуки то нарастали, то затихали, а окружающие предметы сначала на мгновение приближались, а затем снова удалялись в небытие.

Корабль по-прежнему оставался в космосе; они тут же определили это по отсутствию гравитации. Их тела парили в просторном светлом помещении. Оглядевшись, молодые люди увидели других людей. Когда зрение полностью восстановилось, они поняли, что находятся в салоне «Кериды» вместе с Другими пассажирами и экипажем корабля. Два пирата охраняли дверь со станнерами наготове. Они не спускали глаз с пленников и не представлялось никакой возможности застать их врасплох.

У Пайаса болела голова. Он еще никогда не испытывал действие станнера на себе, и надо признать, ощущение оказалось не из приятных, хотя это все же лучше смертельного луча бластера.

Остальные, увидев, что молодые люди постепенно оживают, осведомились, все ли в порядке. Иветта заверила их, что они в неплохой форме, только никак не поймут суть происходящего. Их просветил один ярл.

После абордажа пираты согнали всех в этот салон, поскольку в одном месте легче держать людей под наблюдением. Затем пиратское судно, взяв на буксир «Кериду», потащило ее к себе на базу. До сих пор никто из пассажиров не пострадал от действий пиратов, но положение могло в любой момент измениться.

«Значит, все это ради выкупа», — подумала Иветта. Но хотя никакое другое объяснение ей в голову не приходило, она сильно сомневалась в правильности такого вывода, поэтому отбросив в сторону бесплодные догадки, постаралась поддержать пленников и, насколько возможно, развеять их страхи.

Пайас обнаружил свою шляпу плавающей неподалеку — пираты швырнули ее вслед за ним. Выудив головной убор, молодой человек проверил кобуру, спрятанную за розой на ленте; министаннер, который он хранил там, оказался на месте. Почувствовав себя лучше, Пайас нацепил шляпу на голову и вместе с Иветтой стал ждать дальнейшего развития событий.

Четыре часа спустя путешествие завершилось. Всех выгнали из салона, провели по коридору и вывели через шлюзовую камеру в баротрубу. Возникло ощущение легкой гравитации, чуть большей, чем полное ее отсутствие; Иветта предположила, что база пиратов находилась на каком-то астероиде, летавшем в пустом пространстве между звездами. Подобные межзвездные тела служили идеальным местом для всяких тайных баз, потому что было почти невозможно определить их местонахождение.

Пленников провели по сходням и собрали всех вместе в маленькой комнате. Перед ними за стойкой сидел мужчина восточной наружности в ладно скроенном расшитом мундире, а у него за спиной стояли трое подручных. Мужчина спрашивал у каждого его фамилию и сверялся с отпечатанным списком, после чего пассажира выводили через боковой выход.

Очередь продвигалась быстро, и всего через три минуты наступил черед агентов СИБ. Главарь пиратов кивнул им, и они шагнули вперед.

— Ваши фамилии? — резко спросил он.

— Пайас Бейвол, а это моя невеста Иветта Дюпре.

Дважды изучив список, главарь не нашел там таких фамилий.

— Вы лжете, — наконец сказал он. — Таких людей нет в списке заявленных.

— Мы не планировали заранее сесть на борт «Кериды», — сказала Иветта. — Мы подсели на Ньюфоресте, где корабль делал незапланированную остановку для устранения поломки.

Внимательно разглядывая их некоторое время, главарь жевал кончик стило.

— Что ж, похоже на, правду, — пробормотал он, рассуждая вслух. — Это также объясняет задержку корабля.

Иветта старалась стремительно обработать поступившие данные. Эти пираты заранее получили исчерпывающую информацию о всех пассажирах и о маршруте корабля. Хотя пираты и пытались обычно заранее выведать все подробности о предполагаемой жертве, прежде чем решить, стоит ли на нее нападать, столь обширные сведения свидетельствовали о наличии разветвленной сети, превосходившей все, чем обладали простые букконьеры. Иветта пристальнее всмотрелась в человека, который допрашивал ее.

И ей бросилась в глаза небольшая деталь, которую она не заметила сначала. На шее главаря висела тонкая серебряная цепочка с кулоном из крошечной микросхемы. Иветта уже видела подобные: их носили в качестве отличительных знаков главные приспешники Леди А. Если главарь принадлежит к этой тайной организации, тогда не удивительно, что у него имелась столь исчерпывающая информация. Это также означает, что цель набега не просто захват в заложники нескольких дворян, он имеет далеко идущие планы

Главарь пиратов с любопытством взглянул на

Пайаса.

— Бейвол с Ньюфореста? — спросил он. — Случайно, ты не родственник?.

— Нет, — ответил Пайас, — ни в коей мере.

Пожав плечами, главарь что-то отметил у себя в списке. Затем, обернувшись к одному из своих подручных, сказал:

— Эти двое не представляют для нас никакой ценности. Увести их и без промедления пустить в расход.

ГЛАВА 8

В ЛОВУШКЕ

Наутро после драки в гостиничном номере Жюль отправился по адресу, указанному Говардом. Он остановился перед серым обшарпанным зданием в не слишком зажиточной части города. Надпись на вывеске почти стерлась от старости и непогоды. Войдя внутрь, он оказался в гимнастическом зале, который посещают подростки по пути наверх, спортсмены по пути вниз, и множество безликих, никуда не движущихся и не спешащих.

В зале стоял спертый запах пота. Слышались ритмичные удары кулаков по боксерским грушам и напряженные стоны мужчин, пытающихся накачать мышцы и вернуть себе спортивную форму. У Жюля мелькнула мысль, как мало все это претерпело изменений со времен гимназиумов древних греков. Используемое для упражнений снаряжение с годами становилось все более сложным, но основные движения оставались теми же и мало изменилось само человеческое тело.

Быстро оглядевшись, Жюль подошел к мужчине в окошке, отвечающему за оборудование.

— Человек по имени Говард попросил меня зайти сюда сегодня утром, — сказал он, показывая карточку, полученную накануне.

Взяв карточку, управляющий долго вертел и разглядывал ее, шевеля от напряжения губами.

— Да, — наконец ответил он. — Это наверху, комната Д-5.

Он вернул карточку Жюлю.

Жюль поднялся наверх по грязной лестнице. В указанной комнате он застал с дюжину мужчин, сидящих на стульях, расставленных рядами, словно в классе. Говарда среди них не было, и Жюль в ожидании тоже сел. Мужчины, придирчиво оглядев вновь прибывшего, потеряли к нему интерес.

Входили новые люди, занимали свободные места, и наконец комната заполнилась. Пять минут спустя вошел Абель Говард. В неброской одежде, но, судя по суровому выражению лица, человек далеко не простой.

— Давайте сначала выясним один вопрос, — начал Говард. — Если кто-либо из вас считает, что работа на меня будет простой, он может тут же уйти. Вы здесь потому, что люди, нанятые мной прежде, мертвы. И у вас есть вероятность закончить тем же. Если это пугает вас, вам здесь не место.

Никто не сделал движения в сторону двери, но кое-кто все же нервно заерзал на стуле.

— Черт возьми, — заметил один из сидящих на последнем ряду, — мы все когда-нибудь умрем. Так почему бы не получить за это деньги?

Эта шутка вызвала у остальных нервный смешок.

Говард подождал, пока смех утихнет, и продолжил.

— Второе, что я хочу довести до вашего сведения: хозяин — я. Вам будут платить за безоговорочное выполнение моих приказов — не за то, чтобы думать, не за то, чтобы спрашивать соседа, что думает он, а за то, чтобы делать то, что скажу я. И я не собираюсь платить тем, кто начнет вступать в споры со мной или подвергать сомнению мои решения. Если кто-то считает такое положение вещей для себя неприемлемым, пусть скажет сразу.

И снова никто не шелохнулся.

— Рад, что мы понимаем друг друга. Наше первое дело состоится завтра после обеда. Оно будет нелегким. Вы все должны прибыть сюда к десяти утра, и я снабжу вас всем необходимым.

— И что именно предстоит сделать? — спросил один из присутствующих, когда стало ясно, что Говард не собирается распространяться об этом.

— Что я говорил насчет вопросов? — рявкнул Говард. — Какое для вас имеет значение, что вам придется делать? Вы сделаете то, что я вам скажу, и точка.

— Думаю, он имел в виду, — заговорил Жюль, — что, возможно, гораздо проще подготовиться к делу, если имеется хотя бы грубое представление о его предполагаемом характере. Ведь есть разница в подготовке к сидению с ребенком и к ограблению банка.

Говард метнул на него мрачный взгляд.

— Узнаете, когда узнаю я, — проворчал он. — Не беспокойтесь, все подготовят как следует.