13 рассказов из книги ' Супервубинда'

Я работаю дублером. Играю того чувака в резиновом прикиде из фильма режиссера по фамилии Тарантино. Фильм называется " Pulp Fiction". Мой герой появляется ближе к середине того фильма, о котором я здесь толкую. Точнее, ближе к концу. Когда полицейский решает, кого ему отодрать - негра или боксера.

Такую роль играть легко. Резиновый чувак не говорит ни слова. Появляется на несколько секунд и молчит как рыба. Только в самом конце приглушенно так охает, когда боксер выписывает ему в торец.

Я стал играть эту роль, потому что я никто. У меня на лице волчанка, и когда я влезаю в резиновую шкуру, я могу:

1) появляться на людях так, чтобы никто не видел моего уродства;

2) надеяться, что меня позовут на передачу "Факир на час", ту самую, где надо спеть песню, подражая какой-нибудь звезде;

3) побороться за главный приз - поездку на Адриатику с участием в ночном гала-концерте.

Правда, мой герой не поет. Так что играть его проще других. Хотя, что значит не поет? Не поет в самом первом фильме. А в жизни очень может быть, что поет. Или запоет в следующих сериях. Если они, конечно, будут.

Вообще-то я согласился на эту роль не с бухты-барахты.

"Pulp Fiction" смотрела, я не знаю, тьма народу. Забойная вещь. Мo лодежь от нее в угаре. Выходит, я вроде как символ этой гребаной жизни. Теперь и верить-то уже не во что. Разве в то, как одному кенту на заднем сиденье машины башку разносят.

А иной раз меня даже не узнают. Просто понятия не имеют о моем герое. В упор не замечают, хоть ты тресни. Такие вот времена. Народ пошел легонечко с приветом. Не успели один фильм посмотреть, глядишь - уже на другой бегут. А кто кого играет, какой где герой, никто и знать не знает. Сплошная куча мала. Такое вот кино.

Ладно, авось прорвемся. А пока, кому интересно, я объясняю, откуда у меня эта шкура и что, мол, я работаю дублером того чувака в резиновом прикиде из фильма одного американского режиссера по фамилии Т

***

ЧИП и ЧОП

Я по жизни рубаха-парень. Мой знак - Близнецы. Окончил педучилище в городе Комо. Работаю с дядей на фирме.

По жизни я домосед. Любимое занятие - телик смотреть. Посмотрю немного - и на боковую. Так всю неделю, кроме субботы. В субботу мы куролесим. Мы - это я и Риккардо.

Мы дружим с первого класса. Во втором и пятом за одной партой сидели. После уроков вместе пинали мячик. В старших классах как-то подразошлись. Теперь вот куролесим на его "пунто". По субботам.

Я тоже купил себе "пунто". Это отечественная марка. Сейчас всем приходится несладко, и я решил помочь родной экономике.

Иной раз мы руляем не на его, а на моей машине. Тем более что они одной масти. По идее надо бы раз на его, раз на моей.

Но мы нарочно руляем на его. Прямиком по шоссе. Всю неделю на фирме стоит сплошной треп по телефону. Треп-перетреп. Бывало, нарушишь правило, остановят тебя - и пошел треп. Время на улице спросят - опять трепись. Сантехника вызвал - снова чеши языком. И только по субботам можно пожить без трепотни.

По субботам за рулем у нас Риккардо. Я сижу рядом. Мы смотрим в окошко на машины. Они бесшумно проносятся мимо.

Мы молчим примерно полчаса. Потом еще столько же. Потом уже надо что-то сказать. Риккардо говорит:

- Чип.

Я выжидаю и ловлю радио "Молочные реки". Там заводят только итальянские песни. Смотрю на дорогу и отзываюсь:

- Чоп.

На той неделе едем мы едем, и вдруг - бац: мотор заглох. Вышел я глянуть, что там. Риккардо за мной и тихонько так сквозь зубы:

- Чип.

А я в ответ, чуть громче:

- Чоп.

(Радиатор закипел.)

Обычно мы созваниваемся в среду вечером. Когда кончается эта муть по пятой программе, я встаю, беру телефон, переношу его на диван и звоню Риккардо. Иногда он первый мне звонит.

Один из нас тут же снимает трубку: знает, что это звонит другой. Договориться о субботней поездке в автогриль у аэропорта. Сняв трубку, я сразу говорю:

- Чип.

На том конце слышно, как работает телик. Потом раздается голос Риккардо:

- Чоп.

Мы трогаемся. За рулем Риккардо. Он радуется тому, что молод. Одной рукой он ведет. В другой держит банку пива. Из окошка своей "пунто" он наблюдает, как по смежной полосе нас обгоняют машины.

Нас вечно все обгоняют, потому что мы едем по полосе безопасности. Так оно вернее. Случись, насядет какой "мерс", можно не дергаться: на полосе безопасности в ящик не сыграешь, будь спок.

Мы оба смотрим в зеркало заднего вида. Через пару часов Риккардо сам не свой от счастья. Поди плохо, когда тебе сорок четыре. Раскатисто так он выпаливает:

- Чип.

Вот и я рад-перерад, что мне шестьдесят два. Житуха будь здоров, грех жаловаться. И я откликаюсь:

- Чоп.

В автогриле, куда мы приезжаем по субботам, стоит автомат карамелек Smarties. Как его году в восьмидесятом там поставили, так он и стоит. И менять пока не собираются. Обшарпанный такой автоматище. Окошко все раздолбано. Меняются только Smarties. Мы каждый раз берем по две коробочки.

Smarties - одно из лучших воспоминаний моего детства. Ну, когда мне было лет так семь-восемь-десять. Коробочки сейчас уже другие, а вот Smarties все те же.

Smarties все т

***

ТЕ, КТО

Меня зовут Маттео Пировано. Мне двадцать два. Мой знак - Водолей.

Я разработал несколько любопытных теорий в области космологии. До недавнего времени я был созерцателем собственной жизни. Она оставалась для меня загадкой, разгадать которую я не мог. Поэтому в университете я учился неважно. И с девушками у меня не ладилось. Зато теперь моя жизнь меняется на удивление быстро. Теперь я постоянно смотрю программу "Те, Кто".

Она идет каждый день. В 19.00. На тебя просто смотрят люди, вот и все.

Приятные, вдумчивые лица. В программе "Те, Кто" ты становишься центром всеобщего внимания. Благодаря "Тем, Кто" мои теории оставляют след в душах людей.

Когда проходит заставка, с экрана на меня устремляются взгляды экспертов и хорошеньких девушек. Я начинаю говорить. Они слушают меня с большим интересом. Я разворачиваю свои теории и чувствую себя полноценной личностью.

Это Моника. Мне двадцать четыре. По знаку я Телец и тоже смотрю "Те, Кто".

"Те, Кто" примирили меня с Италией. Раньше я терпеть не могла свою страну. На лето уезжала в Ирландию работать официанткой. В прошлом году залетела и выкинула.

Но фигура вся при мне. Бюст - отпадный. Я его выставляю в "Тех, Кто". А еще я пою и танцую. Вроде некисло. Как на меня, там больше ни на кого не таращатся.

Вот я и говорю: из страны теперь ни ногой. Где еще такие передачи посмотришь?

Меня зовут Стефано Алеарди. Я консультант солидной фирмы. Мне тридцать. Стрелец.

Радостей в жизни мне хватает. У меня знатная тачка и мастино по кличке Ануфи. 80 кэгэ веса.

Но моя голубая мечта - стать артистом.

Так что в семь вечера я уже перед телевизором.

Мне аплодируют. Я показываю хитроумные фокусы без единой осечки. Самое приятное - когда тебя хвалят не только на работе.

Ануфи радостно виляет хвостом. Ему хочется, чтобы передача никогда не кончалась.

Это Кристина Кардо. Мне сорок восемь. Знак Зодиака - Дева. Работаю в универмаге. Через мою кассу покупатели стараются пройти по-быстрому. Меня ломает, когда народ готов даже в очереди помаяться, лишь бы пройти через кассу Марии. Мария - смазливенькая такая мармеладка. А я и ростом не вышла, и лицо у меня частично парализовано.

Но вот я закрываю кассу, прихожу домой и надеваю шелковое платье, которое покойница мама своими руками вышила к моей свадьбе. Замуж меня не берут, потому что я страшилище. Только "Те, Кто" умеют заглянуть мне в душу.

И тогда уже ни одна со мной не сравнится.

В полвосьмого передача заканчивается. Под оглушительные аплодисменты публики я говорю слова благодарности и раскланиваюсь.

В такие мгновения я чувствую, что не хочу больше работать в универмаге. Я бы день и ночь сидела перед телевизором, потому что только телевидение человечно.

Только "Те, Кто" относятся ко мне с уважением.

Меня зовут Иньяцио Боттура. Мне тридцать шесть. Работаю электриком. По гороскопу я Лев.

Я западаю на елдаки, и если мой начальник пронюхает, что я гомик, меня турнут с работы.

Вот и приходится до вечера косить под нормального. В семь я дома. Наконец-то я один. Теперь уже некому догонять меня тупыми анекдотами. Теперь можно не сотрясать воздух всякой болтовней про футбол. Я натягиваю колготки в сеточку Omsa и надеваю лифчик Lepename = "note" начинаются "Те, Кто".

Я смотрю на людей, они - на меня; я ощущаю себя женщиной, я - франческа деллера в своем дворце; я тот, кем не стану никогда и кем являюсь на самом деле, я

я глажу себя.

Я глажу себя по бедрам и покачиваю задом.

Меня захлестывает волна оваций.

Это Джованна Кампидолио. Мне тридцать лет. Мой знак - Дева. Я замужем.

Мир прямиком катится к самому концу света. Никто уже не внимает заповедям Иисуса Христа.

Я все время говорю это "Тем, Кто". Там я вижу одухотворенные лица. Муж и слышать ни о чем не желает. Только и знает, что жрать, пялиться в ящик, да любиться. Но это не любовь.

Об этом я твержу "Тем, Кт

ТРИ РАССКАЗА О ТЕЛЕВИДЕНИИ

Дон Чотти

Меня зовут Альдо Нове. Мне двадцать девять лет. Я писатель, которому больше всего подходят девушки, родившиеся под знаком:

1) Тельца,

2) Девы,

3) Рака.

Девушки, с которыми я обычно собачусь, родились под знаком:

1) Водолея,

2) Близнецов,

3) Овна.

Всю жизнь я мечтал принять участие в ток-шоу на швейцарском телевидении. И вот моя мечта сбылась!

Сижу я как-то дома, ну и тихо-мирно сам с собой забавляюсь, лысого, стало быть, обкатываю. А все потому, что купил себе висячий такой календарь на 1997-й. Во весь календарь - Синди Кроуфорд. По магазинам намылилась. Платье у нее белое с черным. А из-под платья трусики очень даже белеются. Короче, на фотке этой типа не Синди Кроуфорд по магазинам намылилась, а такая ломовая групповуха чувств, что забомбись на месте!

Синди Кроуфорд - улетная чувиха, не то что Шиффер там или Наоми!

Только я, значит, раздрочил, вот-вот кончита хлынет - дребезжит телефонкен. Поднимаю трубу, а сам уже того, спустил.

Звонит швейцарский продюсер. Спрашивает, не хочу ли я потусоваться в ток-шоу с доном Чотти и Линусом.

В общем, кончил я под чумовой такой коктейль из Синди Кроуфорд, дона Чотти, Швейцарии и ди-джея Линуса.

- Угу, - промычал я.

На другом конце, видать, ясно стало, что тут дрочат на картинку.

- Буду как шомпол. Ну, то есть как штык.

Продюсер дал мне адрес, и я ополоснулся.

На швейцарское это телевидение я приехал в три часа.

Везде чистота. Фантика на пол не бросишь.

В буфете пиво и тоблерон.