' Моревизор' уходит в плавание

- Есть. Давай руку. Одно очко. Как это ты умудрился порезать палец?

- Я не порезал, я проколол. Ножницами. Когда рыбий жир откупоривал. Мама придумала, чтоб я эту гадость пил.

- Прекрасно придумала. Два очка.

- Что это вы всё подсчитываете?

- А вот послушай.

И я рассказала Алёше про "море в комнате" и про наши первые два очка.

Есть пословица: что посеешь, то и пожнёшь. Но бывает: люди жнут урожай, который не сеяли. Едут жнецы на покос не в поле, а в море. Везут на корабле жнейку. У неё нет ни одного колеса. Пожалуй, больше всего эта жнейка похожа на сетку-авоську, с которой ходят за продуктами в магазин. Эту огромную металлическую "авоську", опустив в море, волокут по дну. Своими острыми краями она режет, жнёт водоросли. Когда поднимут её наверх, вода через отверстия вытечет, а на дне жнейки-авоськи останется водорослевая копна.

На Дальнем Востоке ездят на подводный покос за водорослью ламинарией, в Чёрном море жнут красную водоросль филлофору. Советский учёный академик Зернов в Чёрном море, недалеко от Одессы, открыл подводное поле сто километров в длину и пятьдесят в ширину. Всё оно красное от зарослей филлофоры.

Из филлофоры и ламинарии добывают лекарство - йод. Пожилые люди пьют йод, а ребятам он известен как наружное средство. Наверное, и вы морщились, когда вам смазывали йодом пораненный палец или разбитую коленку. Пусть йод жжёт, зато ранка не загноится.

Если про йод можно сказать, что это лекарство росло на дне, то другое морское лекарство плавало в воде. В наших морях водится рыба треска. Её охотно покупают хозяйки: мясо белое, сочное и костей мало.

Мясо пойдёт в магазин, жир - в аптеку. Жир тресковой печени богат витаминами "А" и "Д", самыми нужными для ребят. Они вылечивают от рахита, от золотухи, помогают лучше расти.

Обычно мы покупаем в аптеках тресковый жир. Но так же полезен жир разбойницы моря - зубастой акулы.

Не всем нравится запах рыбьего жира, но его не почувствуешь, если съешь кусочек чёрного хлеба с солью.

- Давайте играть дальше, - сказал Алёша, выслушав мой рассказ. - Мы наберём больше очков, чем та девочка. Я это организую. Сейчас.

С уходом Алёши в квартире стало необычайно тихо. Так тихо, что до меня донеслось бормотание воды из ванной кап... кап... кап.

Ох уж этот Алёша! Вспомнил, что надо промыть палец, а вот закрыть кран - памяти нету!

Я зашла в ванную и только протянула руку к крану, как что-то холодное, мокрое, мягкое шлёпнуло меня по плечу.

Это сорвалась с гвоздика морская губка. Повесить её назад - минутное дело. Зато теперь у нас третье очко.

МОРЕ В БАНЕ

Когда будешь в бане, понаблюдай, кто чем моется: кто рогожкой, кто сердцевиной особой тыквы - люфы, а кто намыливает и трёт себе грудь мягким, как замша, скелетиком губки - морского животного.

Чудное это животное! Без ног, без сердца, без головы.

Прирастёт к подводной скале - и ни с места всю жизнь.

Недаром долгое время губку считали растением.

А зачем губке двигаться, хлопотать об обеде, когда обед, можно сказать, сам в неё течёт!

Тело у неё пористое, всё в дырках, в бесчисленных ходах Стенки ходов состоят из клеточек, у которых есть крохотные реснички. Пусть губка сама неподвижна, как камень, зато реснички всё время мерцают, дрожат. Мерцая, они загоняют воду в отверстия в теле губки.

А из воды губка отцеживает свой корм - рачков, инфузорий и прочую мелочь.

Губка такая живучая, что можно её на куски разрезать, по дну разбросать, и что ж? Из разбросанных кусков вырастут новые живые "цедилки".

Губка знакома человеку не первое тысячелетие. В Древней Греции и Риме губками пользовались и для мытья и для питья. Для римского солдата губка была как бы походной фляжкой - не разобьёшь, а губы освежить можно.

Мы моемся в бане сушеным скелетиком роговой губки. Он шелковистый, мягкий.

Но есть губки с твёрдыми скелетами. Они легко разрезают рыбачьи сети. Такой губкой, понятно, спину не потрёшь.

По форме губки бывают разные. И не случайно. Посмотришь на губку и скажешь, на какой глубине в море росла эта живая "цедилка".

Шар может выдержать удары морского прибоя. На мелководье селятся губки-лепёшки, губки-шары. Они волны не боятся.

Глубже в море, куда не достигает волнение, живут губки-рюмки, губки-бокалы. Они повыше и подлинней.

Одну из таких губок-рюмок высотой в метр учёные назвали "кубком Нептуна" - по имени древнеримского бога морей.

Ещё причудливей скелетик стеклянной губки из хрупких, как иней, тончайших иголочек кремния. Он кажется кружевным. Малейшее колебание воды порвало бы это непрочное кружево. Вот почему стеклянную губку встречают только на очень больших, в несколько тысяч метров, глубинах, в совсем неподвижной воде.

Всё это я хотела рассказать Алёше, но Алёша не возвращался. Однако он действовал. Меня убедил в этом громкий звонок.

На пороге стояли две девочки.

МОРЕ В КОМНАТЕ

- Здравствуйте! - хором приветствовали меня девочки. - Мы тоже играем в "море в комнате". Нас Алёша прислал. Скажите, это морского происхождения?

Одна протягивала мне консервы - крабы, другая - селёдочный хвост.

- Правильно, - улыбнулась я. - У вас два очка.

Но скоро я перестала улыбаться. Опять зазвонил звонок. Мальчик с третьего этажа хотел удостовериться в морском происхождении рыбки, проживающей у него в аквариуме. Договорились, что мальчик подождёт в коридоре, пока я справлюсь в книгах. Но, когда я вернулась, мой посетитель исчез.

Всё же мне казалось, что в полутёмном коридоре я не одна. Будто кто-то дышит, сопит. И странно: звуки неслись снизу, с пола. Я шагнула вперёд и вскрикнула. Чьи-то цепкие пальцы схватили меня за ногу.

- Ой! Кто тут?

- Это я, - ответил голос у моих ног, - Шурик с третьего этажа, а Коля пошёл за аквариумом. Сейчас принесёт.

- Ну и дела! А почему ты, Шурик, ходишь на четвереньках?

- Рыбу потерял.

- Какую рыбу?

- Склизкую... миногу. Я нёс её к вам, а она выскользнула. Теперь никак не могу найти.

- Подожди, я тебе помогу. Только, Шурик, запомни: минога не рыба. Ни челюстей, ни парных боковых плавников, как у рыб, у миноги нет. Она напоминает нам про очень давние времена, когда ещё жили бесчелюстные животные - древнейшие из позвоночных. Теперь, кроме миноги и миксины, других таких животных не найдёшь. Все они вымерли триста миллионов лет назад.

Я зажгла свет и помогла Шурику найти злополучную миногу. Мы рассмотрели миножий рот, похожий на присоску. Больше всего удивило Шурика, что у миноги зубы на языке.

А звонок звонил и звонил. Приходили ребята с пяти этажей. Алёша поднял на ноги весь дом. Все хотели играть в "море в комнате".

И напрасно я уверяла ребят, что достаточно просто сообщить о находке, меня не слушались. Каждый что-нибудь да тащил.

Моя комната превратилась в рыбный магазин: серебряно-золотистая салака, красномясая сёмга, узкомордая кефаль, плоская, как блин, камбала. Два мальчика, как две капли воды похожие друг на друга, должно быть близнецы, выстраивали в ряд принесённые ребятами коробки консервов: "Муксун", "Скумбрия", "Кильки", "Сардины", "Горбуша", а на обрывке бумаги чернели бисеринки икры.

Только один малыш стоял в стороне, моргая глазами: вот-вот заревёт.

- У меня ничего морского не-ет...

- Как - нет? А пуговица на курточке? Она сделана из створки моллюска морской улитки. Смотри, как твоя пуговица переливается зелёным и розовым. Это перламутр. В старину русские путешественники видели в тропиках перламутровые круги с тарелку величиной. Они заменяли окна в хижинах. В хижине с перламутровым окном светло и нежарко. Перламутр не пропускает тепловых лучей.

Шурик долго смотрел на перламутровую пуговицу. Потом сказал:

- Значит, и пуговица бывает морского происхождения. А мы думали, только рыба...

- Нет, не только рыба. В море водятся и морские звери: котики, тюлени, моржи. Идёшь по чукотскому посёлку и видишь: возле дома торчит на шесте голова моржа. Это охотничий трофей. После удачной охоты на моржа есть в доме и мясо, и кожа, и жир, С убитого тюленя снимут хорошую меховую шкуру. Но самый лучший мех - это мех морского котика.

На скалах гнездятся морские птицы. Особенно славится гага. Она выстилает гнездо удивительным пухом. Ветер его не раздует, вода не может смочить. Шубы полярников, комбинезоны лётчиков делают на гагачьем пуху. Такой он тёплый, такой лёгкий, что сто - двести граммов на шубу - и не замёрзнешь в мороз.

В тёплых морях живут черепахи. У морской великанши - кожистой черепахи панцирь будто огромный кухонный котёл в полтонны весом. Однако плавает этот "котел" прекрасно, угнаться за черепахою нелегко. Из черепахового мяса варят вкусный суп, из панциря делают красивые прочные гребни...

- Гребни? - переспросил близнец и подмигнул брату. - А ну, Игорь, пошли.

За ними тронулись остальные. Комната опустела. Но я отдыхала недолго.

Больше звонок уже не звонил. Не было смысла ежеминутно отпирать и запирать дверь. Теперь я просто стояла на площадке, и вся лестница гудела, как море, от топота ног и ребячьих голосов.

Передо мной мелькали коралловые бусы. Кто-то ползал по лестнице, собирал рассыпанные искусственные жемчужины. Кто-то размахивал разрезным ножом из моржовой кости.

Алёша стоял возле меня и подсчитывал:

- ...восемнадцать, девятнадцать, двадцать...

По лестнице спускался Коля, прижимая к груди аквариум. Но, стремясь обойти малыша, нёсшего раковину-пепельницу, Коля споткнулся и облил водой из аквариума девочку с муфтой на гагачьем пуху.

- Ничего страшного, - утешал Коля девочку. - Гагачий пух водой не смачивается.

Показался Шурик. Высоко поднимая над головой меховые шлёпанцы, он кричал:

- Бабушка сказала, что они из тюленьей шкуры!

И в довершение всего на лестнице появилась незнакомая женщина. Её беспокойно бегающие глаза остановились на мне:

- Скажите, вы заведуете этой игрой? Умоляю, остановите их, иначе моя шуба погибла!

- Простите, какая шуба? Кого остановить?

- Как - кого? Моих сыновей, близнецов! Они вынули у меня из волос черепаховый гребень. А сейчас они хотят снять с вешалки шубу. Это не котик, а кролик под котика, но всё равно шуба мне дорога!

- Вы бы, Марья Сергеевна, сразу признались, что это не котик, проворчал Алёша, - и никто бы вашего кролика не трогал. Сами знаем: кролики в море не живут.

- Это всё твои проделки! - набросилась на Алёшу Марья Сергеевна. - Что ты ещё придумаешь? Может, мебель прикажешь выносить?

Я прислушалась. Наверху так грохотало, будто и впрямь из квартиры выносили мебель.

- Алёша, что это за шум?

Алёша пожал плечами:

- Да ничего особенного. Бабушка близнецов спит на диване, ну, и надо проверить: может, он набит морской травой? Только напрасно они хотят диван вытащить. Можно проверить и по-другому, как я советовал: немного обшивку подпороть...

- Как - подпороть? - вскрикнула Марья Сергеевна и бросилась наверх.

- Отставить! - коротко сказала я Алёше.

Он щёлкнул каблуками:

- Есть отставить! - и тоже побежал вверх по лестнице.

МОРЕ В ЛОЖКЕ

Вечером, когда Алёша вернулся из школы, мы подводили итоги: двадцать четыре очка. Могло быть и больше, если бы не поднялся такой шум. Ведь одних только названий морских рыб можно насчитать до шестнадцати тысяч!

А если продолжить нашу игру, то мы найдём море не только в комнате, но и на фабрике, на заводе, на стройке, в поле, на колхозной ферме, на стрельбище, в мастерской художника и в лабораториях учёных.

Люди давно научились добывать из морской воды магний, серу и бром.

Из водорослей добывают альгиновую кислоту, которая делает материю непромокаемой. Без студня агар-агара, сваренного из красных водорослей, кондитер не сможет сделать любимый ребятами мармелад В некоторых странах Востока вас угостят вареньем и пастилой из водоросли ламинарии Из водоросли порфиры японцы приготовляют голубцы

Водоросли могут заменять сено У коров, которых кормят морским сеном, повышается удой, у овец быстрей отрастает шерсть.

Крохотные водоросли диатомеи, отмирая, образуют горную породу диатомит Его прибавляют в цемент. При особенно тонкой шлифовке металлических изделий употребляют пасту из водорослей

Китовый жир нужен мыловару для мыла, парфюмеру - для крема, художнику для масляных красок. Нитроглицерин - основа динамита, а получают это взрывчатое вещество из глицерина, добытого из жира кита. Амбра придаёт духам стойкость. А на самом деле амбра - это похожий на воск коричневый комок, не что иное, как особые выделения кишки кашалота

А рыбы? У них всё годится - от головы до хвоста. Шкуры, особенно крупных рыб - акулы, зубатки, идут на босоножки и галантерейные изделия сумочки, кошельки, кости - на муку. Цыплята и поросята, если им подмешивать в корм эту муку, хорошо растут Из рыбьей чешуи приготовляют жемчужный пат. Им покрывают стеклянные бусы, и получается хоть и не настоящий жемчуг, а всё же красивое ожерелье.

Ну, а рыбий пузырь? Он-то кому нужен? А без него не обойтись пивоварам и виноделам, если они хотят сделать светлыми пиво и вино.

Даже испорченная рыба годится: на туки - удобрения для полей.

Трудно перечислить всё, что даёт людям море.

Море даёт нам прохладу, и море нас греет: вода дольше земли сохраняет тепло и, остывая, отдаёт тепло суше.

Над морем сгущаются облака, которые поят дождём наши сады и посевы.