Операция ' Гром'

Блофельд видел, что Седьмой не трусит, и знал почему. Он видел также, что одиноко сидящий в торце стола Двенадцатый сильно вспотел. Отлично! Лучше законтачит...

Правой рукой он повернул под столом переключатель.

Двенадцатый выгнулся в кресле, точно его ударило в спину; его, и вправду, ударило - тысячевольтовым кулачищем. Черные жесткие волосы вздыбились, лицо скрутило гримасой - пугало со щеткой на голове. Глаза вспыхнули и тотчас погасли, в оскал рта высунулся обуглившийся язык. От рук, лежащих на подлокотниках, от спины и ляжек тонкой струйкой потянулся дымок... Электроды были спрятаны в кресле, законтачило хорошо. Блофельд выключил ток. Свет в комнате вспыхнул ярче; в минуту казни он горел вполнакала - тускло, желто, зловеще. Запахло паленым. С громким стуком Двенадцатый упал лицом на стол.

Блофельд посмотрел на Седьмого. Стоит все так же неподвижно, невозмутимо. "Надежный человек, - подумал Блофельд, - крепкие нервы."

- Садитесь, Седьмой, я вами доволен. - Это высшая блофельдовская похвала. - Двенадцатого нужно было отвлечь, он знал, что его подозревают.

Кое-кто согласно кивнул. Блофельд, как всегда, прав. Казнью здесь никого особенно не расстроишь, даже не удивишь. Хозяин и раньше вершил суд у всех на глазах. Осуждены уже двое, тоже за нарушение дисциплины. Они заслужили смерть, как заслужил ее и этот, третий. Забыв о трупе, мужчины устроились в креслах удобнее - пора к делу.

Блофельд захлопнул золотую коробочку, убрал ее в карман.

- После операции "Омега" корсиканцы подыщут Двенадцатому замену, сказал он. - Теперь о самой операции. Нанятый немецкой тройкой агент Н. допустил крупный промах, и операцию придется начать позже. Агенту было приказано обосноваться в одном из южных санаториев и оттуда держать постоянную связь с летчиком Петаччи, чья эскадрилья бомбардировщиков расквартирована неподалеку. Н. должен был сообщить, как летчик себя чувствует, как настроен, и в час "Д" отправить "Письмо". К сожалению, этот глупец ввязался в санатории в ссору - подробности я опускаю - и теперь лежит в Брайтонской центральной больнице с ожогами второй степени. Таким образом, "Письмо" он отправит, в лучшем случае, через неделю... Сам замысел, к счастью, не пострадал, всем даны новые указания. Летчику переправили пузырек с вирусом гриппа: эту неделю он будет болен, и испытывать самолет будут пока без него. Члены Комитета соответственно позже вылетят в район "Зет". Что же до агента Н., - и Блофельд посмотрел на бывших гестаповцев, - то он ненадежен. Пусть отправит "Письмо", а лотом, в течение двадцати четырех часов, немецкая тройка уберет его. Ясно?

- Да, сэр, - кивнули трое.

- В остальном же, - продолжил Блофельд, - все идет по плану. Первый с хорошим прикрытием обосновался в районе "Зет". В легенду о поисках сокровищ там верят. Экипаж яхты тщательно подобран и прекрасно выполняет конспиративные требования. Выбрана и наземная база, участок отдаленный, безлюдный. Ваше прибытие в район "Зет" расписано по минутам. Летите вы из разных мест - одежду прикрытия получите в районах "ф" и "Д". Одеты будете точно по легенде: вы - пайщики, решили посмотреть, как идут дела, и сами поучаствовать в поисках. Не миллионеры, но люди вполне состоятельные, предприимчивые, расчетливые, вас вокруг пальца не обведешь. Вложили деньги, решили искать сокровища - значит, нужно проследить, чтобы ни один золотой в чужой карман не попал. Каждый свою роль знает, и, надеюсь, знает хорошо. За столом сдержанно кивнули. - Кроме того, все тройки учатся плавать с аквалангом. Как идут дела? - Блофельд взглянул на сидящую по левую руку югославскую тройку.

- Удовлетворительно, - ответили югославы.

- Удовлетворительно, удовлетворительно... - эхом повторили тройки.

- Далее. Как готовится передача золота? Сицилийская тройка, доложите.

- Мы тщательно изучили выбранный район, - начал один из сицилийцев, - и остались довольны. Председатель и члены Комитета получат план местности и подробнейший расчет времени, поэтому я буду краток. Район "Т" расположен на северо-запад- ном склоне Этны, над полосой растительности, на высоте две-три тысячи метров. Район примыкает к кратеру вулкана и необитаем, земля покрыта лавой, не обрабатывается; ниже по склону - селение Бронте. Поисковая группа отметит факелами участок примерно в две тысячи квадратных километров, в центре поставит сигнальное устройство наведения. Думаю, слитки золота лучше сбрасывать с пяти грузовых самолетов "Марк IV", с высоты десять тысяч футов при скорости триста миль в час. Каждый слиток нужно тщательно обернуть поролоном и сбрасывать на нескольких парашютах. Упаковку и парашюты выкрасить фосфоресцирующей краской, легче будет найти.

- Подробнее о поисковой группе, - приказал Блофельд.

- Глава местной мафии - мой дядя. У него восемь внуков, и он их любит. Я сказал, что нам известно, где они живут, и он понял намек. Одновременно, как мне и было приказано, я предложил миллион фунтов за поиск и доставку груза в порт Катания. Для мафии деньги немалые, и он согласился. Я сказал, что мы грабим банк, да он, впрочем, и не расспрашивал. Отсрочка операции нам не помешает, луна все еще будет полная.

Блофельд долго молчал. Потом кивнул:

- Хорошо, я доволен. Далее золотом займется агент 201, человек проверенный. Теплоход "Меркуриал" загрузится в Катании и через Суэцкий канал направится в Гоа, в португальскую Индию.

По пути, в Аравийском море, он встретится с судном крупнейшей бомбейской компании по торговле золотом. Она купит слитки по обычной цене и расплатится в самой надежной валюте. Эту весьма крупную сумму поделят так, как мы делим всегда, самолетом развезут по швейцарским банкам и положат в именные сейфы. Ключи от сейфов члены получат в конце сегодняшней встречи. Деньгами все распоряжаются по собственному усмотрению, но, конечно, благоразумно и осторожно, - Блофельд медленно оглядел всех. - Таков план. Есть ли сомнения?

Заговорил Восемнадцатый - поляк электронщик Кандинский.

- Я, конечно, в этом не разбираюсь... Но, по-моему, корабли заинтересованных держав могут напасть на "Меркуриал" и захватить золото. Державы понимают, что из Сицилии слитки должны быть вывезены и будут сторожить и с моря, и с воздуха.

- Вы забываете, - терпеливо объяснил Блофельд, - что мы обезвредим первую и - если дойдет и до нее - вторую бомбу только после того, как положим деньги в банк. Так что державы не нападут, их бояться нечего. В принципе, могли бы напасть какие-нибудь вольные охотники за золотом, но я полагаю, что правительства будут держать дело в полнейшей тайне, так как любые слухи вызовут панику. Еще вопросы?

- Вы говорили, что в районе "Зет" непосредственно командует Первый. Предоставляете ли вы ему всю полноту власти - назначаете ли его, так сказать, главнокомандующим? - спросил кто-то из немцев.

"Типично немецкий вопрос, - подумал Блофельд. - Всегда выполнят приказ, но должны точно знать, кто командует."

- Я уже разъяснял Специальному Комитету и повторяю: Первый займет мое место в случае моей смерти или болезни. Комитет сам проголосовал за это единогласно. По операции же "Омега" Первый - мой заместитель и одновременно, так как я остаюсь в Штабе и слежу за воздействием "Письма", главнокомандующий "Спектра" в районе "Зет". Подчиняться ему, как мне. Надеюсь, теперь все ясно?

- Ясно, - подтвердили за столом.

- В таком случае, - сказал Блофельд, - встреча окончена. Останками Двенадцатого займется похоронная команда. Восемнадцатый, соедините меня с Первым на частоте двадцать мегагерц. С восьми часов почтовая служба Франции этой частотой пользоваться не будет...

VI

"ПРИСТЕГНИТЕ РЕМНИ!"

Джеймс Бонд допил йогурт. Десять дней назад он вернулся из "Лесного" и чувствовал себя превосходно. Уж на что ненавидел писанину, а теперь и она в радость; строчит, как пулемет, завалил все отделы толковыми, четкими служебными записками. Сотрудники сначала дивились такому рвению, а потом заворчали: надоел этот Отдел 00. Просыпался Бонд рано, являлся свеженький, как огурчик, на службу и засиживался допоздна. Тут уж заворчала и секретарша, тишайшая Лоэлия Понсонбай: никакой у нее личной жизни! Она решилась даже посоветоваться со своей лучшей подругой по службе мисс Пеннишиллинг, секретаршей М. Та, подавив ревность, успокоила Лоэлию:

- Не волнуйся, Лил. С моим стариком после этого проклятого санатория было то же самое. Две недели работал, как автомат. А потом подвернулось сложное дело, он разнервничался и пошел в Пиковый клуб, немного отвлечься. Наутро, сама понимаешь, чувствовал себя отвратительно... Переключился, в общем, с природного метода на винный. Для мужчин - самый лучший метод. Пить, конечно, вредно, но так они хоть люди как люди, а с автоматом попробуй сработайся...

Позавтракав, Бонд закурил - он перешел с крепчайших, какие курил с юности, на самые слабые - и раскрыл газету. Громко зазвонил телефон красный, для прямой связи со Штабом. Не отрываясь от газеты, Бонд снял трубку. Время теперь спокойное, холодная война пошла на убыль - наверняка ничего интересного ему не сообщат. Ну, отменяются сегодняшние стрельбы...

- Бонд слушает.

Звонил начальник Штаба. Бонд выронил газету, теснее прижался к трубке.

- Приезжайте немедленно, Джеймс. Вызывает М.

- Меня одного?

- Всех. Срочно и совершенно секретно. Все дела на ближайший месяц отменяйте. Сегодня вечером вылетайте.

Раннее утро - машин еще немного, да и дорожной полиции не видно. Через десять минут Бонд уже поднимался в лифте на девятый, последний этаж внушительного здания.

Он шел по крытому ковром коридору. Похоже было, что дело серьезное: рядом с кабинетом М. располагался отдел связи и там, за серыми, плотно закрытыми дверями, без умолку выбивали морзянку радисты, строчили машинистки, щелкали клавишами шифровальщики. Не общая ли тревога? Что же стряслось?

Подле мисс Пеннишиллинг стоял начальник Штаба с толстой пачкой бумаг.

- ... И отправьте побыстрее, голубушка, - уловил Бонд. - Почты будет сегодня много, жаркий денек.

Мисс Пеннишиллинг бодро улыбалась. Она любила такие, как она выражалась, "убийственные" деньки - вспоминалась молодость, шифровальный отдел... Она включила внутреннюю связь:

- Пришел 007, сэр. - И посмотрела на Бонда. - Ты сегодня улетаешь.

- Пристегните ремни! - усмехнулся начальник Штаба.

Над дверью в кабинет зажглась красная лампочка, и Бонд вошел.

Здесь было тихо. М. сидел в кресле, боком к столу и смотрел в широкое окно: Лондон поблескивал в солнечных лучах.

- Садитесь, 007. Возьмите эти фотокопии. - М. протянул ему лачку листов. - Прочтите внимательно.

И М. принялся набивать трубку. Бонд взял верхний лист: сфотографирован с обеих сторон большой конверт.

- Курите, - предложил, не поднимая глаз, М.

- Благодарю, сэр. Я почти бросил.

М., хмыкнув, сунул трубку в рот, раскурил и глубоко затянулся. Поудобнее устроился в кресле. Снова уставился в окно, но серые зоркие глаза смотрели мимо домов, улиц...

Письмо адресовано премьер-министру. Сверху на конверте приписано: "Срочно. Лично в руки". Адрес написан правильно, подробно, шрифт у машинки четкий, изысканный. Штамп брайтонский, восемь тридцать утра, третье июня. Вчера... На оборотной стороне видны отпечатки пальцев, сургуча нет. В самом письме, тоже безукоризненно грамотном и красиво отпечатанном, значилось:

"Уважаемый г-н Премьер-министр!

Начальник Штаба Военно-воздушных сил, вероятно, уже сообщил Вам (или в ближайшее время сообщит), что 2 июня сего года из ночного учебного полета не вернулся британский самолет с двумя атомными бомбами на борту. Речь идет о "Защитнике" производства компании "Вильярс" из Пятой экспериментальной эскадрильи Королевских Военно-воздушных сил. Атомные бомбы числятся в Министерстве обороны под следующими номерами: МОС/бд/654/Мк В и МОС/бд/655/Мк В. У нас имеются также номера, под которыми бомбы числятся в Военно-воздушных силах США, но мы не станем утомлять Вас цифрами.

Самолет выполнял тренировочный полет по программе НАТО, на борту было пять человек экипажа и один наблюдатель. Запас топлива на десять часов лета со скоростью 600 миль в час при средней высоте 40 тысяч футов.

Указанный самолет, а также две атомные бомбы находятся в настоящее время в руках нашей организации." Экипаж и наблюдатель погибли, о чем рекомендуем уведомить родственников. Этим Вы подкрепите версию о крушении самолета и сохраните в тайне то, что произошло на самом деле, а тайна не только в наших, но и в Ваших интересах.

Самолет будет выдан в обмен на слитки высокопробного золота общей стоимостью в 100 миллионов фунтов стерлингов. План передачи золота прилагается.

Если в течение трех дней, начиная с 17 часов 3 июня 1959 года (то есть до 17 часов 6 июня 1959 года) наши требования не будут выполнены, мы предпримем следующее. Сразу же по истечении срока при помощи атомной бомбы уничтожим собственность западных держав стоимостью не менее уже упоминавшихся 100 миллионов фунтов, причем будут и человеческие жертвы. Если же и после этого предупредительного удара Вы в течение 24 часов не проявите готовности принять наши условия, мы без дополнительного предупреждения уничтожим один из крупных городов мира. Человеческие жертвы будут огромны. Кроме того, организация оставляет за собой право, нанеся предупредительный удар, сообщить всему миру о 24-часовом сроке. Во всех крупных городах вспыхнет паника, что, вероятно, Вас поторопит.

Таково, г-н Премьер-министр, наше единственное и окончательное слово. В любую минуту ждем Вашего ответа на частоте 16 мегагерц.

"Спектр",

Специальный Комитет по Терроризму и Разведке".

Джеймс Бонд дважды прочел письмо и аккуратно положил на стол. Взял следующую страничку, план передачи золота. "Северо-западный склон Этны на Сицилии... сигнальное устройство наведения... между полуночью и часом ночи... грузы весом в 250 килограммов обернуть толстым слоем поролона... не менее трех парашютов на каждый груз... тип самолета и маршрут сообщим на частоте 16 мегагерц... Любая попытка пресечь передачу золота считается нарушением договора и ведет к атомному удару." Та же подпись. И заканчиваются обе страницы одинаково: "Копия Президенту Соединенных Штатов Америки; отправлена одновременно".

Бонд осторожно положил листок поверх остальных. Вытащил из кармана металлический портсигар, взял сигарету, закурил, глубоко затянулся и задумчиво, длинной стру?й выпустил дым.

М. повернулся в кресле, посмотрел Бонду в лицо:

- Что скажете?

Всего месяц назад глаза у М. были ясные, живые, а теперь все в красных прожилках, усталые. Есть от чего...

- Если самолет действительно пропал, то дело серьезное, сэр, - ответил Бонд. - Не розыгрыш.

- Военный министр тоже думает, что это не розыгрыш. - М. помолчал. Так же думаю и я. Потому что самолет действительно пропал. И номера бомб указаны верно.

VII

ЗАКОН ДЖУНГЛЕЙ

- Что известно о похитителях, сэр? - спросил Бонд.

- Почти ничего. О "Спектре" слышим впервые. Впрочем, в Европе есть какая-то мощная, самостоятельная организация, она кое-что делала и для нас, и для американцев. Деньги запросила огромные, но поработала отлично... Теперь слушайте. Бонд. В письме все подробности изложены верно. "Защитник" выполнял учебный полет по программе НАТО над южной Ирландией и Атлантическим океаном. - М. раскрыл пухлую папку, полистал. - Вот... Шестичасовой полет с восьми вечера до двух ночи. На борту пятеро летчиков Королевских Военно-воздушных сил и натовский наблюдатель, итальянец Джузеппе Петаччи командир эскадрильи итальянских ВВС. Вроде бы, отличный офицер, справки о нем сейчас наводят. На "Защитнике" учатся лучшие натовские летчики, самолет, видимо, войдет в ударные силы дальнего действия... Короче. - М. перелистнул страничку. - За самолетом наблюдали, как обычно, с экрана; к западу от Ирландии, при высоте в 40 тысяч футов, он вдруг изменил маршрут, снизился до 30 тысяч и затерялся над Атлантикой. Командование бомбардировочной авиации попыталось связаться с "Защитником" по радио, но безуспешно. Сначала решили, что произошло столкновение с гражданским, но из авиакомпаний об аварии не сообщили, военного самолета ни одна служба не видела. Исчез, и все.

- А американцы ничего не заметили, у них же есть система дальнего обнаружения? - спросил Бонд.

- Американцы-то, единственные, и заметили какой-то самолет... Милях в пятистах восточнее Бостона он повернул с трассы "Европа - Америка" на юг. Но на юг идет много самолетов - с севера, из Монреаля к Бермудам, Багамам, в Южную Америку Диспетчеры решили, что это канадский или британский трансатлантический.

- На это, наверное, угонщики и рассчитывали: над Атлантикой затеряться легко. А может, где-нибудь посреди океана самолет повернул на север, к России?

- На север, на юг - куда угодно? - с силой сказал М. - Радаром прослеживаются только прибрежные пятьсот миль, а океан-то велик. Ищи теперь по всему миру...

- Но такая махина не на всякий аэродром приземлится, особая посадочная полоса нужна.

- Вчера к полуночи мы связались со всеми подходящими аэродромами. Нигде нет. Правда, начальник штаба ВВС говорит, что можно сесть и аварийно, в пустыне или в море на мелководье.

- А бомбы при этом не взорвутся?

- Нет. Они без запала. Такие даже если сбросить, взорвется только тротиловая начинка, а не сам плутоний.

- А как же их взорвать? Спектровцы смогут?

- У военного министра об этом говорили. Всего я, конечно, не понял... М. развел руками. - В общем, атомная бомба похожа на обычную. В носовой части у нее тротил, а в хвосте плутоний. Между двумя отделениями отверстие, и туда, как пробку, вставляют запал. Бомба ударяется оземь, взрывается тротил, и от него, через запал - плутоний.

- Но для этого бомбу нужно сбросить?

- Не обязательно. Любой толковый физик заменит обычный тротиловый взрыватель в носовой части бомбы на взрыватель с часовым механизмом. Бомба по размеру невелика, кладешь ее, Скажем, в багажник, оставляешь машину где-нибудь в городе и включаешь часы. И через два часа как раз отъезжаешь миль за сто, сам в безопасности - а она взрывается!

Бонд опять полез в карман за портсигаром. Может, ему все снится? Ведь именно такого преступника с ужасом ожидало его Управление и все разведывательные службы мира. Незаметного человека в плаще. Он оставит в камере хранения, в машине или в городском парке большой чемодан, спортивную сумку... И его ни за что не поймаешь. А через несколько лет, если правы ученые, такие преступники появятся всюду, самая нищая страна соберет у себя на задворках атомную бомбу. Бомба больше не тайна, трудно ведь только придумать. Ломали же когда-то голову над винтовкой, пулеметом, танком, а сегодня они есть у всех. Завтра или послезавтра у всех будет и атомная бомба. И вот за нее впервые требуют выкуп; заплати - и молва разнесется по свету, умельцы возьмутся за плутоний.

- А не найдем преступника - придется платить, - додумал Бонд вслух.

- Вот именно, - согласился М. - Придется даже с точки зрения политической - до взрыва доводить нельзя, иначе премьера и президента тут же попросят в отставку. Впрочем, последствия будут самые дурные не только в политике... Единственный выход - найти самолет и угонщиков. Премьер-министр и президент договорились, что английская и американская службы работают вместе, в нашем распоряжении самолеты, корабли, подводные лодки-все, что угодно. И, конечно, любые деньги. Кабинет министров образовал специальный штаб по операции - кстати, она названа операцией "Гром". Полной тайны, конечно, не сохранить - прессе сообщаем, что "Защитник" с бомбами пропал, но строго держимся того, что дело ограничивается пропажей. О письме знать не должен никто. Расследование по нему проведут Скотланд-Ярд, ФБР, Интерпол и разведывательные подразделения НАТО. Самолет же ищет наше Управление и ЦРУ. Две эти группы - следовательская и поисковая - работают как бы совершенно отдельно, никакой связи между ними не должно быть заметно. Аллеи Даллес и я привлекаем всех сотрудников. Я объявил общую тревогу.

Бонд опять прикурил - уже третью за час.

- А что поручите мне, сэр? - спросил он как можно равнодушнее.

М. недоуменно глянул на Бонда, словно только сейчас заметил. Потом повернулся в кресле и снова уставился в окно невидящим взглядом.

- Я нарушил слово, 007. Я обещал премьеру никому не рассказывать о письме. А рассказал потому, что есть у меня мысль, догадка... И я хочу, чтобы эту догадку проверил... надежный человек. Американцы с их системой дальнего обнаружения сообщили о каком-то самолете - над Атлантикой повернул с трассы "Европа - Америка" на юг, к Бермудам и Багамам. Сообщение никого не заинтересовало; я же решился предположить, что это и есть тот самый самолет. И засел за карту западной Атлантики. Поставил себя на место "Спектра", вернее, на место его хозяина, моего, так сказать, коллеги, и вывел следующее. Цель для бомбы находится скорее в Америке, чем в Европе. Во-первых, американцы больше нашего боятся бомб и, следовательно, легче сдадутся, если пригрозить второй бомбой. Во- вторых, собственность стоимостью выше 100 миллионов фунтов также проще найти в Америке. И, наконец, сам "Спектр", полагаю, организация европейская - такова стилистика письма, и написано оно, кстати, на голландской бумаге, и замысел поевропейски жесток - это тоже подсказывает, что американская цель вероятней. Далее. Сесть в самой Америке или в прибрежных водах нельзя - засечет береговой радар, поэтому ищем место посадки по соседству. И находим Багамы. - М. взглянул на Бонда и снова отвернулся. - Многие острова необитаемы, мелководье, песчаное дно... Всего одна маленькая радарная станция - следит только за гражданскими самолетами, сотрудники из местных. Южнее, ближе к Кубе, Ямайке, Карибскому морю, нет подходящих островов, да и до Америки далековато. То же и севернее, к Бермудам. От ближайшего же из Багамских островов до американского берега каких- нибудь 200 миль.

- Как же так, сэр, садятся у американского берега, а письмо отправляют не президенту США, а британскому премьеру?

- Запутывают след. А кроме того, пропал ведь наш, британский самолет, и послать письмо нам - значит, ударить в больное место. Вероятно, они рассчитывают, что мы выложим деньги сразу и взрывать бомбу не придется. А им только того и надо, ведь взрыв их так или иначе выдаст; им бы получить поскорее деньги да закончить операцию. На этом мы и сыграем. Впереди два, почти три дня, будем тянуть до последнего - вдруг чем-нибудь себя выдадут. Надежда, конечно, слабая. Но если я догадался правильно... И если вы не подведете... Короче. - М. строго взглянул на Бонда. - Вам все ясно? Тогда поезжайте. До Нью-Йорка на любом сегодняшнем самолете - билеты уже заказаны, а дальше атлантическим рейсом. Можно было бы отправить вас военным самолетом, но лучше приехать незаметно. Вы - богач, желаете купить участок, потому и разгуливаете по всему острову. Ясно?

- Так точно, сэр. - Бонд поднялся. - Хотя я бы лучше поехал, например, куда- нибудь к "железному занавесу". Сдается мне, мелкая группа такую операцию не потянула бы, это скорее русские. Захватили новейший самолет с бомбами и морочат нам голову с этим "Спектром". Узнаю почерк. Впрочем, у русских самолет или нет, разберутся наши восточные резиденты. Какие еще указания, сэр? С кем связаться в Нассау?

- С губернатором. ЦРУ тоже посылает своего человека, с рацией и всем, что нужно. Техника у них получше нашей... Вы возьмете шифровальную установку с тройным набором. Обо всем происходящем докладывать лично мне. Понятно?

- Понятно, сэр, - сказал Бонд и направился к двери. У Управления, может быть, за всю историю не было задания важнее, а его, Бонда, ставят а последний ряд кордебалета. Ну и пусть. Загорит на славу, а спектаклем полюбуется из-за кулис.

С шифровальной установкой - аккуратным кожаным чемоданчиком, с виду похожим на дорогую кинокамеру, Бонд вышел на улицу. Человек в светлом "фольксвагене" бросил почесывать под рубашкой обожженную грудь, в десятый раз поправил подвешенный под мышкой длинноствольный пистолет и включил зажигание. "Фольксваген" стоял за машиной Бонда. Что это за внушительное здание рядом, человек и не подозревал. Выйдя из брайтонской больницы, он узнал в "Лесном" домашний адрес Бонда, приехал в Лондон, под чужим именем взял напрокат машину и с тех пор неотступно следовал за Бондом. Сделает, что задумал, - и сразу в Лондонский аэропорт и ближайшим самолетом на континент, в любую страну. Граф Липпе не сомневался в успехе. Рассчитаться с обидчиком - дело привычное, легкое. Мстить в жизни приходилось часто, и он, не дрогнув, убирал людей могущественных, опасных. А узнают о сегодняшнем в "Спектре", не попрекнут. Там, в санатории, он подслушал телефонный разговор и понял, что его маску ухватили за кончик: докопались, что он член "Красной молнии", стали бы копать и дальше и рано или поздно вышли бы на "Спектр". А кроме того, у агента Н. есть и личные счеты...

Бонд сел в машину, захлопнул дверцу. Из двух выхлопных труб его "бентли" (Бонд специально поставил два глушителя) вырвался голубоватый дымок. Тронулась и машина агента Н.

А позади "фольксвагена", на другой стороне улицы, Шестой из "Спектра" опустил защитные очки, завел мотоцикл и рванул с места, помчался, лихо обходя машины, - когда-то Шестой был профессиональным испытателем. Пристроился позади "фольксвагена". Почему агент Н. следует за "бентли" и кто в этом "бентли" сидит, мотоциклиста не интересовало. Из переброшенной через плечо кожаной сумки он вытащил огромную, вдвое больше обычной, гранату и, прикидывая, как потом удирать, посмотрел на передние машины.

Прикидывал и агент Н. Не сможет проскочить между машинами - вон там за фонарем вырулит на тротуар... Теперь машин впереди немного. Он нажал на газ, левую руку оставил на руле, а правой вытащил кольт. Вот он у заднего бампера "бентли", вот поравнялся. Профиль Бонда четок, недвижен - отличная мишень. Липпе быстро глянул вперед и поднял пистолет.