Загадка неуловимого доктора

Он было кинулся к лестнице, но Олег удержал его.

— Стой. Продавцы до второй половины дня никуда не денутся. А если мы сейчас смоемся, то Андрей точно все просечет. О последствиях говорить надо?

— Не надо, — вздохнул Женька. — Придется ждать до конца учебного дня.

Тут раздался звонок. Ребята поспешили на алгебру. Математичка Светлана не выносила опозданий.

Едва началась большая перемена, Лешку Пашкова остановил в коридоре его младший брат — погодок Сашок.

— Леха, беда, — с трагическим видом произнес он. — Кранты.

— Кому? — заволновался старший брат.

— Мне, — коротко объявил младший.

— Почему? — еще сильней встревожился Лешка.

— Гоша сбежал, — сделался совсем мрачным Сашок.

— Какой еще Гоша? — уставилась на него Компания с Большой Спасской.

— Тс-с-с, — приложил палец к губам Сашок. — Если кто услышит, тут вообще такое начнется…

Он умолк.

— Кто такой Гоша? — повторил Олег.

— Ну, вы прямо как будто не в этой школе учитесь! — искренне изумился Сашок. — Гоша — удав. Из живого уголка.

— Ну а ты тут при чем? — не доходило до Женьки.

— Так он конкретно от меня смылся, — ответил Сашок.

— На фига ты полез к этому удаву? — возмутился Лешка.

— Я не лез, я кормить его должен был, — откликнулся младший брат. — Удав-то чей? Ромкин. Ромка гриппом болен. А удав у него питается по расписанию. Он не может ждать, пока Ромка поправится. Вот Ромка попросил нас с Санькой пока за удавом поухаживать.

Ромка был одноклассником Сашка и одним из неразлучной троицы. Компания с Большой Спасской иногда во время расследований прибегала к их помощи. И прозвала Сашка и его команду «группой резерва». Этим летом Ромка нашел на даче удава. Видимо, змея от кого-то сбежала. Ромка к ней привязался. Удав жил в сарае. Спальней ему служил старый аквариум. Иногда удав вместе с Ромкой отправлялся гулять по саду. Когда дачный сезон закончился, Ромкина мать категорически заявила, что жить в одной квартире с удавом не собирается. В общем-то, ее можно было понять. Тем более что к удаву прилагалось целое семейство мышей, которыми тот регулярно питался.

Но Ромка ответил, что суровую русскую зиму удав один на даче не переживет. А потому он, Ромка, в Москву без своей змеи не поедет. Тогда и возник компромиссный вариант. Ромке разрешают вывезти удава с дачи, однако с тем условием, что по приезде он тут же пристраивает его в школу.

Биологичка Софья Петровна удаву и мышам в общем и целом даже обрадовалась. А доблестный заместитель директора по хозяйственной части Арсений Владимирович вообще впал в бурный восторг. Ему мигом вспомнилось, что в две тысячи первой уже когда-то был живой уголок. Потом он, по словам Арсения, естественным образом ликвидировался». И вот теперь «появилась возможность возродить положительное начинание.

Словом, вопрос решился в пользу удава. Единственное, от чего категорически отказалась био-логичка, — это кормить нового питомца. Она сказала: «С одной стороны, мне мышек искренне жаль, а с другой — я их немного боюсь». Но Ромка ответил, что сам будет кормить удава. Все равно он, мол, каждый день, кроме выходных, ходит в школу, а удавы едят достаточно редко.

Первую пару недель этого учебного года биологический кабинет стал настоящим местом паломничества. Все ходили смотреть на Готу, Арсений Владимирович по этому поводу не уставал повторять: «Видите? Живой уголок возродили и теперь развиваем в учащихся добрые чувства».

Услыхав это, ироничная Катя заметила: «По-моему, наш живой уголок воспитывает совсем другое. Тут сильный учится поедать слабого». Слова ее было опровергнуть довольно трудно. Ибо пока живой уголок состоял лишь из Гоши и мышек, служивших исключительно для его пропитания.

Впрочем, две недели спустя интерес к Гоше со стороны питомцев две тысячи первой окончательно иссяк. Он попросту превратился в столь же банальный экспонат биологического кабинета, как чучело глухаря, заспиртованные лягушки, скелет и прочее. Исключение составлял лишь Рома. Он продолжал заботиться о своем любимце и, естественно, о семействе мышей. И вот стоило Ромке заболеть гриппом, как с живым уголком кажется, начались неприятности.

— Я думала, Ромка умнее, — наградила Сашка уничтожающим взглядом Катя. — Нашел кому удава доверить. Тебе и Саньке.

— Санька не виновата, — тут же вступился за подругу Сашок.

— А, кстати, где она? — спросил Лешка.

— В биологии. Гошу ищет. Вдруг он еще где-то там?

— Как же вы упустить его умудрились? — продолжал допытываться Лешка.

— Да, понимаешь… — обычно самоуверенный Сашок Пашков сейчас был не похож сам на себя. Глаза у него бегали. А изъяснялся он почти шепотом. — Понимаете, я террариум-то открыл… Ну, чтобы Гоше мыша запустить. А потом мы с Санькой начали выбирать, какого нам будет меньше всего жалко.

— Гуманисты, — фыркнула Катя.

— Ты бы сама попробовала, — с укором уставился на нее Сашок. — Они такие забавные. И все при деле. Кто жрет, кто пьет, кто чешется. А кто просто так умывается. Ну, я вроде одну поскучнее выбрал. Только хотел ее запустить к этому троглодиту, а Санька обратно ее засунула в клетку. «Мне, — говорит, — она нравится. Выберем другую». Ну, в общем, пока мы выбирали, Гоша куда-то и смылся.

— Когда ж это было? — осведомился Олег.

— На прошлой перемене, — жалобно проговорил Пашков-младший.

— И вы до сих пор никому не сказали? — возмутился Темыч.

— А ты представляешь, какой тарарам бы начался, если бы мы сказали, — возразил Сашок. — Мы хотим сами Гошу найти. К тому же он ведь не ядовитый. И далее задушить как следует никого не может. Он пока еще маленький. Чего же зря поднимать панику?

— Сашок прав, — поддержал брата Лешка. — Паника нам ни к чему.

— Ребята, — с мольбою произнес Пашков-младший, — значит, вы нам поможете?

— Вообще-то у нас своих дел по горло, — не хотелось тратить времени на поиски удава Темычу.

— Ты можешь не помогать, — сказал Лешка. — А я лично Сашка в беде не оставлю.

— И Санька там, в биологии, очень волнуется, — немедленно сообщил младший брат.

— Ох уж эта Санька, — вздохнул Лешка. — Вечно от нее одни неприятности. Так, ребята, — посмотрел он на шестерых друзей, — кто с нами?

Помогать вызвались все, включая Темыча. Только вечно голодный Женька спросил:

— А как же пожрать?

— Потерпишь до следующей перемены! — хором воскликнули остальные.

Женьке такой поворот совсем не понравился. Однако пропустить столь важное событие, как поиск исчезнувшего удава, он не мог. А потому, смирившись с муками голода, Женька направился вместе со всеми к кабинету биологии.

Возле двери они столкнулись с худенькой, стриженной под мальчика Санькой. Сейчас она была даже мрачнее обычного.

— Нету, — хриплым голосом изрекла она. — Все обшарила. Смылся, гад.

— Санька, может, еще поищем? — подобострастно смотрел на нее Сашок.

— Поищем, — даже не удостоила его взглядом Санька. — Только где-нибудь в другом месте. В биологии его точно нету. Придется прочесывать весь этаж.

— Главное, чтоб не дополз до четвертого, — загробным голосом проговорил Тема. — Если доползет, чует мое сердце…

— Заткнись, — схватилась за голову Катя. — Иначе накаркаешь.

— А какая разница, на какой этаж он заползет? — не понял Сашок.

— Сам, что ли, не понимаешь, — принялся объяснять Темыч. — На четвертом ведь кабинет Алевтины…

— О Господи! — с ужасом воскликнула Таня.

— Если на Алевтину откуда-нибудь Гоша выползет, она простым обмороком не отделается, — добавила Катя.

— Вот именно, — поддержал Темыч. — Тогда Алевтине точно каюк.

— И нам тоже каюк, — окончательно перепугался Лешка.

— Ну, мы-то, положим, ни при чем, — уточнил Темыч. — А вот Сашку и Саньке точно не избежать неприятностей.

— Неприятности у них могут начаться и раньше, — сообразил Олег. — Вот придет сейчас биологичка и заметит, что змеи нет.

— Удивляюсь, как она еще не заметила, — вмешалась Катя.

— С биологичкой как раз пока порядок, — пробасила Санька. — Ромка всегда после того, как Гошу покормит, террариум прикрывает тряпкой. Чтобы Гоша спокойно мог переварить мышек. Ну, и мы тряпку набросили. Биологичка когда еще хватится.

— А вдруг Гоша-просто погуляет, а потом сам вернется? — надеялась на лучшее Таня.

— Ну, ты, подруга, даешь! — хохотнула Моя Длина. — Кому же охота обратно в тюрьму возвращаться.

— Только бы он не наведался к Алевтине, — вновь завел свое Темыч.

Остальные невольно поежились. Химичка Алевтина Борисовна была женщиной крайне нервной. В довершение ко всему она панически боялась мышей и тараканов. А искусственный паук, которого Лешка Пашков однажды в качестве очередного эксперимента опустил с потолка на тонюсенькой ниточке прямо перед носом учительницы, довел ее до глубокого обморока. Поэтому Компании с Большой Спасской страшно было даже подумать, чем обернется встреча Алевтины с хоть и маленьким, но настоящим удавом.

— Главное, Алевтина ведь может не разобраться, что это просто обыкновенный удав, — сказал Лешка. — Примет Гошу за какую-нибудь ядовитую гюрзу.

— И от страха отбросит сандалии, — с таким видом проговорил Темыч, словно сие прискорбное событие уже свершилось.

— Ты лучше скажи, куда этот идиот Гоша мог удрать? — повернулся к нему Лешка.

— Куда угодно, — ответил обстоятельный Темыч. — Не забывайте, что школа у нас вся дырявая и трухлявая. Того гляди вообще рухнет.

Это не было преувеличением. Еще довоенное здание две тысячи первой давно нуждалось в капитальном ремонте. Денег государство не выделяло. И как говорил доблестный заместитель директора Арсений Владимирович, «вся эта постройка целиком держится на моем личном энтузиазме и моих личных нервах». Директор и заместитель директора, всеми правдами и неправдами отыскивая спонсоров, ремонтировали школу по частям. Но пока приводили в порядок одно, начинало рушиться другое. Поэтому бывший кадровый офицер Арсений Владимирович приравнивал свою работу в две тысячи первой к боевой обстановке.

— Тут не то что удав пролезет, — продолжал Темыч. — Помните, что в прошлом месяце с физиком было?

Эти слова были встречены дружным хохотом. Дело в том, что физик, зайдя в учительский туалет помыть испачканные мелом руки, вмиг очутился этажом ниже. И не один, а в обнимку с раковиной. По счастью, нижний туалет был тогда совершенно пуст. Так что физик отделался легким испугом да отдавленной ногой, на которую, как он объяснял позже, «наступила ножка от раковины».

— Теперь, надеюсь, всем ясно, что Гоша мог уйти из биологии в любом направлении? — исподлобья посмотрел на друзей Темыч.

— Нам надо знать, в каком, — пробасила Санька.

— Тогда сделаем так, — начал Олег. — Ты, Темыч, смотайся по-быстрому в химический кабинет. Самое главное, чтобы Гоша не оказался там.

Темыч немедленно кинулся исполнять задание.

— Слушайте, ребята, может, нам Гошу просто позвать? — предложил вдруг Женька. — Он на имя-то откликается?

— Ну, ты даешь, — постучала пальцем по лбу Санька. — Змеи же глухие.

— Тогда я другого не понимаю, — удивился Женька. — Зачем его вообще нужно было как-то называть?

— Ромка утверждает, что его лично Гоша слышит, — пояснил Сашок.

— Не будем терять времени, — посмотрел на часы Олег. — До конца перемены осталось всего семь минут. Бегом на поиски!

Разделившись, ребята обшарили все классы на этаже. Поиски велись очень тщательно. Однако беглец обнаружен не был. Темыч, вернувшись к друзьям, сообщил, что химический кабинет обследовать не удалось. Дверь заперта, а химички на горизонте не видно.

— Одно это и успокаивает, — покачала головой Катя. — Если Алевтины нет, значит, змея в ближайшее время ее жизни не угрожает.

Раздался звонок.

— Эх, только зря время потратили, — посетовал Женька. — И змею не нашли, и пожрать не удалось.

— На следующей перемене продолжим поиски, — пропустил его жалобы мимо ушей Олег.

— А буфет! — заорал Женька. — Я столько времени без еды не выдержу!

— Надо будет, выдержишь, — отвечали друзья.

На следующей перемене поиски продолжились, однако ни на одном из четырех этажей две тысячи первой не было даже следов пребывания Гоши.

— Пошли жрать! — на сей раз не пожелал слушать никаких возражений Женька. — Иначе вместо Алевтины я отброшу сандалии.

Глаза у долговязого мальчика лихорадочно блестели.

— Придется идти, — развел руками Олег. Впрочем, и остальные сейчас против похода в буфет не возражали.

— Посидим, пожуем и подумаем, — сказал Лешка. — Вдруг придет в голову светлая мысль, где этот Гоша мог окопаться.

Вскоре вся компания уже сидела за столиком в буфете. Чуть поодаль от них, за другим столиком, тихо переговариваясь, обедали директор Михаил Петрович, его заместитель Арсений Владимирович и химичка Алевтина Борисовна.

— Вот, — сказал Женька. — Мы о ней заботились, а она спокойно себе в буфете прохлаждается.

— Ты, кажется, расстроен, что их встреча с удавом не состоялась, — прыснула Катя.

Тут до ребят донесся голос Арсения Владимировича: