Подросток. Трудности взросления

Эта история не единична. Дети хотят иметь родителей, оправдывают и защищают их. Возникают вопросы: а нужно ли лишать родителей их прав? Имеет ли государство на это право? И можно ли лечить непутевых родителей, чтобы не лишать детей надежды? Чем руководствуются в других странах, юридически не лишая родителей их детей?

Еще одна история, случившаяся в одном из детских домов Ленинградской области.

Отец, возвращающийся из заключения, решил навестить сына. Мать мальчика умерла «из–за ненормального отца», как говорил Д. Сотрудники детдома рассказывали, что Д. действительно винил отца в смерти матери и поклялся отомстить ему. Мальчик, узнав, что его вызывает отец, взял с собой нож и ударил отца.

Как видим, в одном случае подросток полон любви и сострадания к матери, лишенной родительских прав, в другом им руководят обида и горе, разрушившее семью.

Как же подросток чувствует себя в детском доме, всегда ли ему там комфортно? Все зависит от того, как удовлетворяются его значимые потребности. Если, например, ему хочется учиться и у него не возникает проблем с учебой, учителя хвалят его, сверстники признают, что он лучше всех из них разбирается в физике и математике, а в компьютерном классе ему нет равных, то детский дом становится для него «домом надежды» на лучшие времена. Но если подростку трудно ужиться со сверстниками, все нужно доказывать физической силой, которая в детском доме правит бал, а интеллектуальные качества считаются признаком слабости, тогда он начинает тосковать по взаимопониманию, вспоминать родной дом, где ему было уютно и хорошо. Вообще, детские дома все разные. Дом–интернат для одаренных принципиально отличается от детского дома для детей с умственной отсталостью, а детский приют–пятидневка – от детского дома в женской колонии. Однако в любом случае социальные педагоги, психологи и учителя обязаны быть психологически компетентными и гуманными во всех детских учреждениях. Чем сложнее ребенок, тем более выносливым психологически должен быть педагог.

Творить добро прежде всего следует на деле. К примеру, девочка 12 лет очень плохо чувствует себя среди озорных и бойких ровесников, которые потешаются над ней. Девочка отходит в сторонку и горько плачет. Воспитатель, проходя мимо и видя, что девочка сидит на кафельном полу, приказывает: «Хватит слезы лить, сейчас же встань с пола!» Она встает, но, как только воспитатель уходит, снова садится на холодный пол и продолжает плакать.

Уважение к детям должно быть постоянным. Порой приходится слышать от учителей: «А за что тебя уважать? Сначала заслужи это уважение». Спрашивается: а как? Как его заслужить? Неужели в 11–15–летнем подростке нет ничего хорошего, за что можно было бы похвалить? Разве нельзя сказать: «Ты оригинально мыслишь» или «Веселый ты человек, Артем, только давай сейчас поговорим о деле». Не унижать при этом, не оскорблять.

Мальчики–подростки, узнав, что в детский дом пришли заниматься студенты–психологи, попросили разрешения войти в аудиторию. Один из них рассказал, что ему очень нравится в детском доме, что здесь есть спортзал, где можно «качаться», что скоро он поедет на соревнования. Он помогает своему другу развиваться физически, поэтому они занимаются бегом. А потом добавил скороговоркой: «Я бы совсем здесь остался. Моя мама умерла от передозировки, а папа сидит в тюрьме за сбыт» (наркотиков. – В. К.).

Действительно, в детдоме этому подростку комфортнее, чем дома среди родителей–наркоманов. Кроме того, подростки заканчивают в детдоме школу, приобретая жизненные и профессионально–практические навыки.

В детском доме, где я работала психологом, были две девочки. Эмоционально–когнитивная сфера и у той и у другой была нарушена. К окончанию 6–го класса школы 8–го вида они с трудом могли повторить таблицу умножения в пределах 4. Но обе изумительно плели на коклюшках. Было решено показать этих девочек на научно–практической конференции психологов. Девочки стали готовиться к ней месяца за два, объясняли, как нужно удерживать нить, как поддевать коклюшку и т. п. Ими заинтересовались дефектологи, которым девочки показали свои изделия. Потом они рассказывали всем в детдоме, как их приняли.

Эта история вспомнилась мне еще и потому, что психология, к сожалению, довольно часто остается «бездетной», «жрической» наукой, точнее, наукой для науки, а не о жизни и не для жизни.

Сейчас создаются детские дома нового типа, так называемые семейные детские дома. В дипломном исследовании Ш. А. Нарагаевой показаны возможности развития подростков в таком детдоме. Он расположен в Астане и находится под патронажем супруги президента Н. Назарбаева. По сути, это детская деревня. Дети разных возрастов живут с мамой–воспитательницей в отдельной квартире или доме. (У нее может быть свой ребенок.) К дому примыкает участок с огородом и постройками для птиц и домашнего скота. За всем ухаживают дети вместе с матерью. У каждого есть своя комната со своей библиотечкой и игрушками. Есть и компьютер.

В семье от 5 до 8 человек, в том числе и подростки 11, 13 и 15 лет. Старшие отвечают за младших, отводят их в школу, следят, чтобы они съели бутерброды, которые мама приготовила им на второй завтрак.

За три года функционирования детского дома не было ни одной драки. Самым сильным наказанием считается запрещение пользоваться компьютером и ухаживать за любимыми животными. Мамы отмечают в своих воспитанниках трудолюбие, спокойствие, ответственность. Не все дети учатся на «4» и «5», но получивший «2» и подросток, отвечающий за него, наказываются: лишаются компьютерных игр, развлечений и сладостей.

В каждой семье есть какая–то традиция: вечер сказок, розыгрышей и т. п. Самые большие праздники устраиваются всей деревней. На дни рождения приглашают детей из других «семей».

Ш. А. Нарагаева сравнивает первоначальную диагностику особенностей личности детей и подростков с последующей. Самым показательным было повышение статуса детей и подростков в школе: другие дети хотели приходить к ним в гости. За время психологического сопровождения изменилась направленность личности подростков: старшие стали обучаться на курсах иностранных языков или программирования, готовясь продолжать обучение либо в старших классах школы, либо в колледжах.

Подобный детский дом есть в Тольятти.

В детских домах семейного типа жизнь детей организована иначе. Между ними возникает ответственная зависимость, они дорожат своим домом, который стал им родным.

Можно упомянуть еще детские приюты, где у подростков существует постоянный выбор между улицей, родным домом и приютом, куда они приходят, если посчитают нужным. Такой приют для девочек – «Маша» – есть в Петербурге.

Ситуация жизнедеятельности в семейном детском доме показывает, что для взросления подростков важно то, что их стремление к значимости находит там реальное воплощение. Если подростка любят и он нужен сверстникам и взрослым, значит, он преодолел прошлое семейное неблагополучие. Однако существуют самые общие трудности взросления, которые испытывают многие подростки.

Глава 4

Родители и подростки: взаимное отражение

Взрослеющие дети в глазах родителей

Тема отцов и детей вечна, как сама жизнь. Еще в Библии сказано о том, что надо чтить своих мать и отца. В научной литературе немало места отводится фамилистике, роли родителей в становлении человека. Значение матери и отца во взрослении своих детей огромно; более того, именно родители оказывают решающее воздействие на всю жизнь человека.

Роли матери в семье, особенно ее участию в уходе за детьми и их воспитании, посвящено много исследований. Ученые (см., например, работы А. В. Запорожца, М. И. Лисиной, С. А. Козловой и др.) полагают, что мать – главный воспитатель. По сей день продолжаются дискуссии по поводу того, кто лучше ухаживает за своим ребенком – мать или посторонние люди, что лучше – семья (бедная или богатая) или детский дом (приют). Сейчас уже доказано, что высококачественный уход за ребенком любого возраста не ослабляет привязанности ребенка к матери. Тем не менее обнаружено, что если в течение двадцати часов в неделю за малышом присматривают посторонние люди и при этом ему персонально уделяется мало внимания, то его эмоциональное и социальное благополучие находится под угрозой. Уникальность личности и потребности взрослеющего подростка лучше всех знают родители, особенно мать.

Роль отца изучена хуже, тем не менее его значение в жизни детей не менее важно, особенно в период взросления подростка–мальчика. В нашей стране матери уделяется больше внимания, чем отцу. А вот в Швеции отцам предоставляется отпуск по уходу за новорожденным, и более половины из них используют его.

Отцы чаще всего играют со своими детьми в шумные и активные игры, демонстрируя сыновьям и дочерям модели поведения. Обучение ребенка полоролевому поведению – сложный процесс, в котором следует учитывать и гендерные различия между детьми. Усвоение подобного поведения зависит не только от отношений отца (матери) со своими детьми, но и от отношений, сложившихся между родителями. Особая связь и близость возникают с дедушками и бабушками, что влияет на идентичность подростка. Например, теплое отношение к девочке обоих родителей и других членов семьи делают ее более женственной, тогда как теплые отношения к мальчику со стороны именно отца (не матери) способствуют воспитанию в нем традиционно мужских черт характера.

Ориентация мальчиков на мужские стереотипы связана с доминирующей ролью отца, если он принимает решения в семье. Но если в семье лидер – мать, то мальчик не будет следовать ролевому эталону отца. Отцы могут по–разному влиять на формирование у дочерей женских черт характера, в частности привлекать их к выполнению женских обязанностей, поощрять к развитию доверительных отношений с матерью. Влияние на сына отец оказывает тогда, когда обращает внимание на его учебные и профессиональные успехи.[40]

Все это способствует отражению подростков и родителей в сознании друг друга, помогает установить причины нарушений в их взаимоотношениях.

Ранее говорилось о том, что в формировании личности подростка играют роль не только биологические и психофизиологические процессы созревания (например, рост и изменение мышечной и костной системы), но и развитие, то есть изменение, психических функций и личности в целом, которое происходит при взаимодействии с другими людьми и овладении ведущей учебной деятельностью. При этом немаловажное значение имеет среда, окружающая подростка. Однако, как считал А. В. Петровский, значима не среда вообще, а микросреда, то есть те определенные микроотношения, которые складываются у подростка с людьми в различных больших и малых группах: конкретные индивидуальные отрицательные, положительные или безразличные отношения.

Поэтому взросление и развитие подростка многомерно: оно происходит в семье, школе, в среде сверстников, спортивных секциях, кружках по интересам, спонтанно и организованно, конструктивно и деструктивно и т. п. К взрослению и развитию подростка можно подойти с различных позиций – культурологических, психологических, философских. Обратим внимание на концепцию всеединства философа В. С. Соловьева. Он писал, что «не всякие изменения в организме образуют его развитие. Такие изменения, в которых определяющее значение принадлежит внешним, чуждым самому организму деятелям, могут влиять на внешний ход развития, задерживать его или и совсем прекращать, разрушая его субъект, но они не могут войти в содержание самого развития: в него входят только такие изменения, которые имеют свой корень или источник в самом развивающемся существе <…> Материал развития и побуждающее начало его реализации даются извне, но это побуждающее начало может действовать, очевидно, лишь сообразно с собственною природой организма.» Внешние воздействия составляют лишь материальную и действующую причины развития, но формальная и целевая причины заключаются в самом субъекте развития.[41] Это созвучно детерминации психических явлений, высказанных в научной школе С. Л. Рубинштейна.

Соловьев В. С. считал, что признаком истинного, прогрессивного развития является цель, ведущая к прогрессивному изменению. По его мнению, в развитии есть три стадии, каждая из которых характеризуется:

♦ первая – первоначальной целостностью, слитностью, смешанностью частей; субъект ищет определенность и смысл;

♦ вторая – ориентированностью субъекта на конфликт, но при этом – и тенденцией к солидарности;

♦ третья – итоговой целостностью, которую определяют солидарность, принятие и сотрудничество.

В связи с указанием на идеи В. С. Соловьева было бы неправомочным обойти вниманием принципы экзистенциально–гуманистической психологии. С точки зрения экзистенциальной психологии существование предшествует сущности: человек меняется и строит образ самого себя по стандартам и критериям, которые вырабатываются у него во взаимодействии с другими. Человек в течение жизни занимается «самостроительством», меняется содержание его направленности и элементы сущности. Поэтому человек отвечает за то, что он строит в себе. Ведущая потребность человека – поиски смысла своего существования. В гуманистической психологии ни среда, ни наследственность не являются определяющими. Главное – это то, как человек создает собственную жизнь, как понимает созидание и потоки изменений, кем он может стать, если отвечает сам за свои изменения, что в его жизни способствует личностному росту (самоактуализации), а что – его разрушению. «Самостроительство» своей жизни (своей судьбы) фактически означает индивидуальный путь развития. Однако следует иметь в виду, что самостроительство (взросление) не происходит вне взаимодействия с другими людьми. Человек в процессе становления индивидуальности нуждается во внешних контактах. А. М. Матюшкин считал, что абсолютно индивидуальной, не зависимой ни от каких факторов интеллектуальной деятельности, например мышления, нет. Даже и наедине с самим собой человек сохраняет функции общения. Вот почему становится особенно значимым то, ради чего человек себя «строит». В одном случае это может быть стремление получить образование, развить свои способности, работать во благо своих детей, в другом – достичь высоких результатов в спорте и выиграть приз, в третьем – преодолеть свой физический недуг и занять достойное место среди людей. Следовательно, именно взрослые способствуют реализации детско–юношеских мечтаний подростков, связанных с их желанием стать тем, кем они хотят.

Проблема взаимодействия «отцов и детей», отношений их друг с другом на гуманистической основе имеет давние традиции в отечественном просвещении. Нам важно понять, почему в одних семьях подросток строит свои отношения с окружающими по сценарию родителей, в других – по своему собственному, в третьих – по сценарию сверстников или неправедных взрослых, иногда – по комплексному сценарию, сочетая все три и становясь, по образному выражению представителей социологизаторского направления в отечественной психологии, «игрушкой в руках любого проходимца». Какой сценарий самый конструктивный? Как подростки и родители «отражают» в своем сознании друг друга и выстраивают свои отношения? Вновь обратим внимание на то, что в каждом подростке как личности есть, по Соловьеву, «собственная природа организма», а целевая причина всех изменений – в нем самом и он сам. Однако «природа организма» раскрывается не в вакууме, а среди взрослых людей, способных задать вектор этому развитию. Особый вектор развития своим детям создают родители.

В проблеме взаимодействия подростков и родителей еще многое не изучено: психология влияния друг на друга, амбивалентность их отношений, взаимоотражение. В литературе описываются различные родительские сценарии, роли и позиции, типы взаимодействия со своими детьми («ребенок—родитель»).[42]

Для нас представляет интерес психология взросления подростка, механизмы формирования взаимоотношений. Нами изучались родительские сценарии, роли и позиции по отношению к детям, взаимопонимание, механизмы формирования их взаимоотношений.

В нашем исследовании приняло участие 20 родителей и 50 подростков (25 девочек и 25 мальчиков). Родители и подростки выполняли аналогичное задание: они одновременно заполняли бланки теста «Незаконченные предложения».

Родителям предлагалось закончить следующие предложения[43] (приводим полный текст проективной методики).

Список незаконченных предложений (для родителей)

1. Когда я думаю о своем сыне (дочери), то.

2. По сравнению с другими подростками его (ее) возраста мой сын (дочь).

3. Я люблю, когда мой сын (моя дочь)…

4. Я хочу, чтобы, мой сын (моя дочь)…

5. Меня беспокоит в нем (в ней).

6. Мне хотелось бы, чтобы мой сын (моя дочь) больше внимания уделял (а).

7. Я сильно раздражаюсь, когда…

8. Мой сын (моя дочь), когда рос(ла)…

9. Моего сына (дочь) интересует…

10. Мне приятно, когда мы с моим сыном (дочерью)…

11. Скорее всего, он (она).

12. Когда мы с ним (с ней) бываем среди его (ее) сверстников.

13. Мне нравится в моем сыне (дочери).

14. Я всегда мечтаю о том, что мой сын (моя дочь)…

15. Я боюсь, что…

16. Хотелось бы, чтобы он (она) перестал(а).

17. Мне не нравится…

18. Когда он (она) был(а) маленьким.

19. Мой сын (моя дочь) любит.

20. Мой сын (моя дочь) и я.

21. Я всегда замечал(а), что он (она).

22. Самое главное в характере моего сына (моей дочери).

23. Мой сын (моя дочь) силен (сильна).

24. Я был(а) бы рад(а), если бы.

25. Мне бы хотелось, чтобы.

26. Мой сын (моя дочь) достаточно способен (способна), чтобы.

27. Думаю, ему (ей) мешает.

28. Самое трудное, что пережил(а) мой сын (моя дочь)…

29. Он (она) предпочитает.

30. Наши отношения с сыном (дочерью).

Подросткам же нужно было закончить аналогичные предложения.

Список незаконченных предложений (для подростков)

1. Когда я думаю о своем(ей) папе (маме), то.

2. По сравнению с другими родителями мой (моя) папа (мама).

3. Я люблю, когда папа (мама).

4. Я хотел(а) бы, чтобы он (она).

5. Меня беспокоит то, что. он (она).

6. Мне бы хотелось, чтобы (папа) мама уделял (а) внимание.

7. Я очень раздражаюсь, когда.

8. Когда я рос(ла), мой(я) папа (мама).

9. Мою маму (папу) постоянно интересует. 10. Мне приятно, когда мы с мамой (папой).

11. Скорее всего я.

12. Когда я с мамой (папой) бываем среди других родителей ребят…

13. Мне нравится в маме (папе)…

14. Я всегда мечтаю о том, что.

15. Я боюсь, что.

16. Хотелось бы, чтобы он (она) перестала.

17. Мне не нравится в нем(й).

18. Когда он(а) был(а).

19. Мой(я) папа (мама) любит, когда.

20. Мой(я) папа (мама) и я.

21. Я всегда замечал.

22. Самое главное в характере моего(ей) папы (мамы).

23. Мой(я) папа (мама).

24. Я был бы рад, если бы папа (мама).

25. Мне бы не хотелось, чтобы папа (мама).

26. Мой(я) папа (мама) достаточно.

27. Думаю, что ему (ей) мешает.

28. Самое трудное, что пережил(а) мой(я) папа (мама).