Древняя Греция

В технологию керамического промысла переселенцы привнесли важное новшество – гончарный круг, обеспечивающий массовое производство высоко качественных сосудов из глины. В этот же период у ахейцев начинается использование в быту и хозяйственной жизни бронзовых орудий труда, повозок, а в военном деле – колесниц.

Сосуд из шахтной гробницы.

Рисунок

С развитием хозяйственной и политической жизни племенные центры преобразуются Сосуд из шахтной гробницы. в своеобразные «племенные города». Ярким примером процесса «градообразования» является история поселения Дрион IV (или Мальти) на западе Мессении, расположенного на вершине холма в 20 километрах от берега моря. Около 1800 г. до н. э. вокруг этого племенного центра возводят оборонительные стены с пятью воротами. По мнению археологов, внутри было более 300 небольших домов простых общинников (в плане они были прямоугольные или подковообразные). В центре находился дом вождя племени, который по площади (около 130 квадратных метров) значительно уступал царскому дворцу, возведенному в предшествующий период в Лерне. По всей видимости, социальные отношения в племени, построенные на традиционных формах распределения, еще не позволяли вождю накапливать богатства. Рядом с домом правителя располагались квартал ремесленников и хранилища. Планировка этого «племенного города» и простота быта, характерная даже для жилища вождя ахейского племени, свидетельствовала о еще сохранявшемся от предшествующих эпох родо-племенном равенстве. Изменился только обряд захоронения. Родовые кладбища раннеэлладского периода отошли в прошлое. Умершего теперь хоронили в отдельной могиле в каменном ящике, сложенном из крупных плит.

Однородность основных аспектов повседневной жизни и материальной культуры обычно интерпретируется учеными как свидетельство этнической монолитности населения материковой Греции. Правда, обусловленная горным рельефом местности изолированность отдельных областей оказывала влияние на развитие многочисленных местных диалектов раннего греческого языка.

К 1600 г. до н. э. у греческих племен, заселивших Балканский полуостров, сложились три основных диалекта: ионийско-аттический, центральный (включавший эолийский и аркадский) и западный. Конечно, в отдельных уголках страны сохранились местные варианты диалектов. Греческая традиция донесла более трех десятков названий древних племен, большая часть которых к I тысячелетию до н. э. исчезла или слилась с другими группами греческого этноса. Так, из эолийских племен, обитавших в Фессалии, выделились ахейские племена, затем переселившиеся в Пелопоннес и включившие в свой диалект ряд особенностей языка обитавших рядом аркадцев. Различие в диалектах не было сколько-нибудь серьезным препятствием для общения древнегреческих племен. К концу среднеэлладского периода этнокультурная общность ахейцев позволяла преодолевать племенную разобщенность греческого мира.

В процессе консолидации греческого этноса и при сохранении консервативного образа жизни появляется родовая аристократия. В развитых племенных центрах, прежде всего в Пелопоннесе, начинается процесс оформления царской власти и возникновения государственности.

На протяжении XVII—XVI вв. до н. э. идет формирование ранних ахейских государств. Прежде всего они складываются на прибрежных землях Фессалии, Мессении и Арголиды, где издавна существовали тесные торговые и культурные контакты с развитыми обществами Крита, Египта и Малой Азии. Нарастание монархических тенденций, рост авторитета царя и концентрация в его руках значительных богатств наиболее полно прослеживаются в Арголиде, но прежде всего – в важнейшем центре цивилизации – в Микенах.

Первые царские гробницы в Микенах датируются серединой XVII в. до н. э. Первоначально так называемые шахтные гробницы были довольно скромными. Например, в женском погребении были обнаружены лишь тонкие золотые ленты да несколько бронзовых сосудов, изготовленных местными мастерами. Но уже в начале XVI в. до н. э. могила царицы содержала роскошный погребальный инвентарь, показывавший богатство царского дома: золотые бусы и серьги, изделия из слоновой кости и янтаря, булавки, инкрустированные горным хрусталем, вазу в виде утки из горного хрусталя и несколько десятков керамических сосудов.

А в царских погребениях середины XVI в. до н. э. присутствовали не только роскошные заупокойные дары, но и покрывавшие лица умерших золотые маски, передававшие портретные черты. С еще большей роскошью хоронили в Микенах во второй половине ХVI в. до н. э. В шахтных усыпальницах обнаружены многочисленные изделия из золота, серебра, драгоценных и полудрагоценных камней: диадемы, перстни, браслеты, парадная посуда из золота и серебра, расписная керамика, изукрашенное резьбой и инкрустацией оружие. Не случайно Гомер в эпосе называет Микены «златообильными». Погребальный инвентарь из шахтных гробниц ясно свидетельствует о богатстве микенских царей и почете, которым они были окружены. Отражением процесса возвышения царской власти ок. 1550 г. до н. э. стало появление толосов – купольных гробниц.

Микены.

Купольная гробница («сокровищница Атрея»). Фотография

Крупнейшая из девяти микенских купольных гробниц находилась на склоне холма возле цитадели, и еще в античные времена ее назвали гробницей Атрея, считая, что в ней был захоронен мифический микенский царь. В усыпальницу вел выложенный камнем дромос – длинный открытый коридор. По нему попадали в круглую (диаметром 13,5 метра) куполообразную камеру, выложенную из больших тщательно отесанных каменных блоков, которые были украшены бронзовыми с позолотой розетками. Рядом была еще одна небольшая прямоугольная в плане камера, где, по-видимому, и находилось царское захоронение. Сверху все это монументальное сооружение было засыпано землей и имело вид кургана. О богатстве захоронения и погребального инвентаря можно только догадываться, так как все купольные гробницы были разграблены еще в древности.

Пилос. Гробница (XV в. до н. э.). Фотография

Цивилизация в материковой Греции формировалась под непосредственным и сильным влиянием минойского Крита, который господствовал в это время над обширными прибрежными территориями. Об этом свидетельствуют произведения критского искусства: культовый сосуд из золота и серебра в виде головы быка, увенчанной лабрисом из шахтной гробницы в Микенах, два золотых кубка из купольной гробницы в Вафио (Лаконика) с изображенными на них сценами ловли диких быков и их укрощения, расписные лаковые сосуды. Эти привезенные с Крита произведения художников и ювелиров зачастую соседствовали в захоронениях с грубыми изделиями местных мастеров, являвшими собой неумелое подражание заморским образцам. С Крита были заимствованы приемы строительства и росписей, некоторые культы, фасоны одежды и многое другое.

Переход к более высокой стадии исторического развития, культурное и социально-экономическое развитие ахейских греков были ускорены влиянием критской и восточной культур, что наложило отпечаток на некоторые аспекты возникшей на Балканском полуострове цивилизации.

Битва ( один из воинов держит сакос, описанный Гомером). Рисунок с изображением на перстне

Источники

По истории микенской Греции источников значительно больше и они разнообразнее, чем по истории минойского Крита. Прежде всего это поэмы Гомера «Илиада» и «Одиссея», связанные с событиями Троянской войны, так как основные части эпосов возникли в ахейскую эпоху и в них представлены реалии того времени. Исследования болгарского лингвиста В. Георгиева и английского филолога Дж. Чедвика убедительно показали, что гомеровский диалект включил многое из языка крито-микенской эпохи и некоторые термины, известные по ахейским табличкам. Раннее возникновение «троянского цикла» подтверждается и особенностями языка поэм, который относится к ахейской группе диалектов, существовавших до XII в. до н. э., т. е. до дорийского нашествия.

Ахейские реалии, присутствующие в поэмах Гомера, подтверждаются археологическими находками. Так, золотой кубок из шахтной гробницы идентичен кубку, привезенному под Трою царем Нестором. Описанный в поэме сакос (большой щит, защищавший воина с головы до ног) сопоставим с изображением щитов на различных памятниках микенской культуры. Сакосы и упоминаемое бронзовое оружие были распространены еще в эпоху, предшествующую Троянской войне. Покрытый пластинами из клыков дикого кабана шлем, переданный Одиссею перед вылазкой в стан противника, также уверенно идентифицируется с изображениями ахейских шлемов XVI—XV вв. до н.э. Наконец, в поэмах, как это подтвердили археологические открытия, достоверно описаны дворцы Приама и Алкиноя и их убранство, характерное для XIV—XIII вв. до н. э. К ахейскому времени относится «Каталог кораблей», где перечислены те племена и народы, которые со своими предводителями прибыли с Агамемноном под Трою. Все это позволяет с доверием относиться к описанным в поэмах событиям и реалиям ахейского времени. Другим важным историческим источником являются памятники ахейской письменности – документы, написанные так называемым линейным письмом Б. В его основе лежат знаки критской письменности – линейное письмо А.

Майкл Вентрис

Таблички с линейным письмом Б были найдены первооткрывателем минойского Крита А. Эвансом в Кносском дворце, но они были созданы после 1450 г. до н. э., когда минойская держава уже погибла. Впоследствии тексты, написанные линейным письмом Б, были обнаружены и в материковой Греции. Таблички были найдены в царском дворце в Пилосе и в частных домах. Кроме того, линейным письмом Б сделаны надписи на печатях и сосудах, обнаруженных в Микенах, Тиринфе и других центрах ахейской цивилизации.

Письменность долго не удавалось расшифровать, так как ее посчитали отражением языка, относящегося к неиндоевропейской языковой семье. Слава расшифровки линейного письма Б принадлежит английскому исследователю М. Вентрису (1922—1956), который опроверг ошибочное утверждение великого Эванса о родственном характере линейного письма А и Б и вместе с филологом Чедвиком убедительно доказал, что линейное письмо Б является греческой письменностью.

Открытые таблички содержат однородную информацию – это списки хозяйственной отчетности дворцовых хозяйств Пилоса и Кносса, а также частных домов крупных торговцев (ученые различают на табличках из Пилоса почерки 40 человек). Эти тексты позволяют представить социально-экономические отношения в ахейской Греции: состав рабочей силы и персонала управления, статус работников, формы контроля и т. д.

Таблички линейного письма Б из дворца в Кноссе: 1 – запись о количестве мечей в арсенале; 2 – запись об экипировке воина-колесничего; 3 – запись о жертвоприношении. Рисунок

Но, конечно, самыми массовыми являются археологические памятники. Открытие ахейских памятников связано с именем Г. Шлимана, который восхищался описанным Гомером миром ахейцев. Он верил, что такая яркая картина прошлого, как показанная в «Илиаде» и «Одиссее», не может быть авторским вымыслом, а должна быть основана на исторической правде.

Опираясь на тексты гомеровских поэм, Шлиман в 1870 г. приступил к раскопкам холма Гиссарлык на побережье Малой Азии. Находки превзошли все ожидания. Холм скрывал руины девяти городов, существовавших последовательно, один за другим на одном и том же месте. Из земли было извлечено множество изделий из бронзы, драгоценных металлов, керамики и камня. Многие из них вполне соответствовали описанным Гомером. Большая часть находок была названа Шлиманом «кладом Приама». Находившиеся там ювелирные изделия (диадемы, браслеты, серьги, кольца), а также оружие и сосуды из золота, серебра, бронзы с инкрустацией из яшмы и нефрита (только золотых предметов в кладе было свыше 8000) поражали тонкой работой и совершенством исполнения.

Однако Шлиман, не имевший достаточной профессиональной подготовки, не смог правильно определить месторасположение гомеровской Трои. Он считал, что она находилась в слое «Троя II», но, как показали исследования, это было поселение еще III тысячелетия до н. э. А ко времени Троянской войны относится слой «Троя VIIа». Раскопки, проводившиеся дилетантскими методами, превратились, по существу, в поиск сокровищ. В результате оказались нарушенными все слои со строительными сооружениями, созданными за тысячелетия существования города на этом месте.

В 1874 г. Шлиман, руководствуясь гомеровскими поэмами, приступил к раскопкам столицы Агамемнона– ахейских Микен. И здесь его ждала удача. Он открыл мощные стены цитадели, остатки царского дворца и шахтные царские гробницы, в которых был найден богатый, исполненный на высоком художественном уровне погребальный инвентарь и знаменитые золотые маски с портретными чертами царей.

После этого при раскопках в Тиринфе были сделаны не менее блестящие находки, свидетельствовавшие о существовании богатой и развитой ахейской культуры.

Вслед за Шлиманом археологи начали раскопки во всех местах, упомянутых Гомером, и практически везде были обнаружены следы существования городов микенского времени. Это подтвердило догадку Шлимана, что в основе гомеровских поэм лежат исторические реалии того времени.

Керамика из Трои II

РАСЦВЕТ ЦИВИЛИЗАЦИИ БРОНЗОВОГО ВЕКА НА БАЛКАНАХ

Цивилизация, сложившаяся в материковой Греции, в своих основных чертах была однотипна с минойской. Конечно, она имела местные особенности, характерные для народов, населявших Балканский полуостров. Это позволяет считать ахейскую Грецию в позднеэлладский период составной частью единой цивилизации бронзового века на территории Эгеиды, наиболее ярко представленной в ее центрах– на Крите и в Микенах.

Расцвет цивилизации бронзового века на Балканах приходится на XV—XIII вв. до н. э. – период, который на основе открытий в Микенах уже в конце XIX – начале XX в. стали именовать микенской эпохой. Однако последующие археологические исследования показали, что ахейские государства существовали на всей территории Балканского полуострва – в Северной, Средней и Южной Греции. Как и на Крите, центральными, структурообразующими элементами общества бронзового века на Балканах были дворцы. Кроме Микен и Тиринфа, дворцы были также в Пилосе (Мессения), Афинах (Аттика), Фивах и Орхомене (Беотия), Иолке (Фессалия). Однако на материке дворцы микенской эпохи строились значительно меньших размеров, чем на Крите, и, кроме того, они находились в центре цитаделей, которых не было на острове.

Наиболее общие представления об особенностях балканской архитектуры дают микенские дворец и цитадель. Цитадель в Микенах располагалась на скалистом холме. Ее стены, воздвигнутые в основном в XIV в до н.э., сложенные из огромных грубо обтесанных каменных глыб, были толщиной 6—10 метров и высотой до 18 метров.

Тиринф. Сводчатая галерея (II тыс. до н. э.). Фотография

Центральные ворота, названные Львиными (по увенчивающим их изображениям львов), были сооружены в XIII в. до н.э., в период максимального расширения крепости, когда цитадель Микен стала занимать площадь около 30 тысяч квадратных метров. При этом дворец оставался довольно скромных размеров (23 х 11,5 м). Главным помещением дворца (и в этом еще одно отличие «материковых» дворцов от критских) был мегарон – обширный почти квадратный зал (13 х 11,5 м), крышу которого с отверстием посередине поддерживали четыре колонны. В центре мегарона располагался очаг, являвшийся в то же время и алтарем. Здесь же царь, сидя на троне, принимал послов, здесь же устраивались пиры.

План цитадели и дворца в Тиринфе

Еще больше впечатляют крепостные сооружения Тиринфа, расположенного в 15 километрах от Микен. Стены его цитадели, сложенные в XIV—XIII вв. до н. э., по мощи не уступают микенским, но их строители владели уже более совершенными методами возведения оборонительных сооружений. Внутри внешней крепостной стены была еще одна стена, непосредственно защищавшая царский дворец. В случае если бы неприятель пытался проникнуть в крепость через главные ворота, ему пришлось бы подниматься по дороге вдоль крепостной стены, подставляя оборонявшимся свой правый, не защищенный щитом бок. А за воротами он попал бы в узкий проход, который упирался в еще одни укрепленные ворота. В этом каменном мешке враг, оказавшийся под ударами со всех сторон, легко мог быть уничтожен. Для нападавших эта цитадель была практически неприступной, за что Тиринф получил название «крепкостенный». На случай долгой осады в Тиринфе, так же как и в Микенах, был устроен подземный водопровод, подававший воду внутрь крепости. Сложность и продуманность фортификационных сооружений свидетельствуют о неспокойной жизни ахейцев, постоянно участвовавших в военных столкновениях.

План дворца в Пилосе

Лучше всего изучен хорошо сохранившийся дворец в Пилосе, в котором, согласно Гомеру, правил легендарный старец Нестор. Он похож на микенский и тиринфский дворцы: массивные наружные стены из крупных каменных блоков; пропилеи (проход), украшенные величественными колоннами; дворцовый двор; мегарон, стены которого украшали фрески, а полы были покрыты орнаментом и изображениями представителей морского мира. Особый интерес представляло двухэтажное восточное крыло дворца со множеством жилых помещений. В комнатах на первом этаже, которые служили кладовыми, археологи обнаружили несколько тысяч сосудов для хранения сельскохозяйственной продукции и резервуары для воды. Дворец Нестора справедливо называли «богато украшенным» и «пышным». У его владельца не было недостатка в сосудах из драгоценных металлов, в дорогой мебели и богатых одеждах. О несметных богатствах Пилоса свидетельствуют многочисленные фрагменты золотых и серебряных предметов и изделия из драгоценных камней, обнаруженные при раскопках дворца и расположенных рядом купольных гробниц.

Но настоящей сенсацией стала находка в одной из комнат дворцового архива, содержащего около тысячи глиняных табличек. Подобные таблички, написанные линейным письмом Б, обнаружены и на Крите, куда проникли ахейцы после гибели минойской цивилизации. Прочтение этих табличек, которые являлись в основном документами финансово-административного характера, позволило узнать многое о жизни дворцов микенской эпохи.

УСТРОЙСТВО ГОСУДАРСТВА И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ОБЩЕСТВА

Наличие дворцов и мощных крепостей указывает на существование в позднеэлладский период на Балканах уже сложившейся цивилизации с развитой государственностью. Хотя ученые не перестают спорить о том, удалось ли Микенам хоть ненадолго создать единое государство или правители ахейских дворцов смогли сохранить свою независимость. Каждый дворец оказывается центром небольшого государства. Практически все представители царской администрации пребывали на территории дворца.

Высшим лицом во дворце, согласно надписям, был ванака (или анакт) – царь Пилоса, который обладал верховной властью в государстве. Выражением его высокого статуса являлось то, что в его собственности находился темен – обширный земельный надел, приносивший 1800 мер зерна, и этот надел был второе больше земельных участков других знатных лиц. Именно высшие должностные лица являлись самыми крупными землевладельцами. Ванака выполнял еще судебные и жреческие функции. Только царю подчинялась некоторая часть чиновников (в пилосских табличках упоминаются должностные лица, названные «царскими»). В состав царской администрации входили также писцы, которые вели подробные счетные записи всего, чем владел царь и что поступало во дворец. Их помещения были расположены возле мегарона, откуда царю было удобно руководить своими чиновниками.

Вторым по значимости лицом в государстве был лавагет – воевода, предводитель царского войска. Как и царь, он владел земельным наделом (но меньшего размера – в 600 мер зерна), и в его распоряжении находились должностные лица, называвшиеся «воеводскими».

Еще ниже в социальной иерархии стояли жрецы (и жрицы), владевшие участками, дающими по 300 мер зерна.

Отдельными областями в царствах руководили басилеи.

Дворец был не только резиденцией правителя, центром политической жизни государства, но и важным экономическим центром. Дворцовое хозяйство, по данным дворцовой отчетности, охватывало все отрасли производства и олицетворяло собой экономический прогресс цивилизации.

Бронзовые доспехи ахейского воина (XV в. до н.э.)

Дворцовая администрация в первую очередь организовывала эффективное функционирование дворцового хозяйства. Судя по пилосским табличкам, в нем широко применялся труд рабов, сведенных в отряды. В списках работников упоминаются женщины-рабыни, которые мололи зерно, пряли и ткали шерсть, были заняты в качестве прислуги. Численность рабов в отряде порой достигала ста с лишним человек. В списках также есть мальчики и девочки, которые, по-видимому, были детьми рабынь (кроме того, упоминаются пайки, которые выдавали из кладовых на работниц и их детей). В хозяйстве использовался и труд мужчин-ремесленников, но обычно в отряде было не более десятка рабов-мужчин.

Другой важной функцией царской администрации было управление общинами, находящимися на территории царства. Общины были обязаны платить дворцу «натуральные» подати продуктами (размер устанавливался из расчета количества и качества земли, которой владела община), и чиновники строго контролировали объем и своевременность выплаты общинами установленных податей. Кроме натуральных поставок, в качестве обязательной повинности общин в пользу государства практиковалось привлечение свободных ремесленников для работ во дворце. (Так, в табличках упоминается: «один каменщик не явился», «там присутствовало 10 человек и отсутствовало 4 человека» и т. д.). Установив строгий учет сырья, и прежде всего металла, дворец поставил под свой контроль ремесленное производство, а важнейшие его отрасли монополизировал.

«Воины». Ваза из Микен

Рядовое население проживало за пределами дворца. У его стен располагался нижний город, где основным занятием жителей было ремесло, торговля и обслуживание запросов царской администрации. Однако подавляющее большинство населения государства, объединенное в общины (дамос), обитало в многочисленных поселениях, разбросанных по долинам и горным склонам, и было занято в сельском хозяйстве. Общинные отношения оставались весьма прочными. Часть земли находилась в частной собственности, но основной земельный фонд все еще принадлежал общинам. Из него нарезались земельные наделы, выдаваемые за выполнение государственных функций, и участки для сдачи в аренду. В табличках эта категория земли упоминалась как «земля, полученная от народа». К ней относились и царский теменос, и наделы лавагета, жрецов и других должностных лиц.

Арендаторами на «земле, полученной от народа» или частных наделах были безземельные работники – так называемые божьи рабы (и рабыни). Не являясь рабами в полном смысле этого слова, они, вероятно, были связаны с храмовой администрацией. Их небольшие участки давали всего по 10—11 мер зерна. Аренда общинной и частной земли была весьма распространенным явлением в экономике пилосского общества. Среди должностных лиц государства был даже специальный чиновник, следивший за сбором арендных платежей.

По текстам с табличек из Пилоса и Кносса дворцовое хозяйство предстает как мощная структура, контролировавшая практически всю экономическую жизнь общества. В основе эффективного ведения дворцового хозяйства и управления экономикой подвластной правителю территории лежал строгий учет и контроль всех трудовых и сырьевых ресурсов, выполняемых работ и произведенной продукции. Частные хозяйства играли второстепенную роль и также находились в зависимости от дворца. Все это говорит о том, что в государствах ахейской Греции сложился типичный для регионов Средиземноморья и Ближнего Востока эпохи бронзы тип централизованной экономики, основой которого является дворцовое или храмовое хозяйство.

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ АХЕЙСКИХ ГОСУДАРСТВ И ИХ ЭКСПАНСИЯ В СРЕДИЗЕМНОМОРЬЕ

Несмотря на наличие многих, в том числе письменных, источников по истории ахейской Греции, целый ряд аспектов жизни древнего общества остается слабо изученным. Система дорог, соединявшая Микены с важнейшими ахейскими центрами, указывает на наличие постоянных контактов между соседними странами. Но мощные стены цитаделей, окружавшие дворцы микенского времени, ясно свидетельствуют о неспокойной обстановке на Балканском полуострове. Столкновения с соседними государствами и первобытными племенами за лидерство и доминирование над территориями были обычными условиями жизни ахейских царей. К этому добавлялось и желание обогатиться за счет соседей. В мифах сохранились сведения о кровавых распрях между ахейскими вождями.

Парис похищает Елену (или Тесей Ариадну?). Рисунок на вазе

Однако правители не только враждовали между собой. Порой, когда появлялись общие цели или общий противник, они объединялись для совместных действий. Один из мифов повествует о походе семи царей Арголиды против одного из сильнейших и богатейших городов того времени – Фив, которые были захвачены арголидцами, разграблены и разрушены. (Интересно, что археологи нашли во дворце в Фивах следы пожара, относящегося к XIV в. до н. э.)

Таким же военным походом против богатого и сильного соседа предстает знаменитая Троянская война, описанная Гомером в «Илиаде». Случилось это в период максимального возвышения Микен. Согласно эпосу, во главе похода встал микенский царь Агамемнон, который привлек к походу на Трою почти всех ахейских царей и собрал огромное войско. Многолетняя осада закончилась взятием и разрушением владений опасного соперника. И хотя содержание эпоса, несомненно, вымышлено, в его основе лежит реальное историческое событие. Военный поход греков большинство современных ученых датируют серединой или второй половиной XIII в. до н. э. (между 1260 и 1240 гг.). Однако некоторые исследователи называют и другую дату – начало XII в. до н. э. В организации проведения этого похода многие видят свидетельство создания единого ахейского государства под гегемонией Микен, хотя есть источники, и прежде всего тексты Гомера, которые это не подтверждают. И Диомед из расположенного по соседству с Микенами Аргоса, и Ахилл из далекого Иолка, и другие персонажи «Илиады» выступают в поэме как правители, достаточно независимые от царя Микен. Участие ахейских басилеев в Троянском походе было обусловлено союзными отношениями, которые издавна связывали ахейских владык.

Но вне зависимости от степени военно-политической консолидации ахейских царств греки постоянно осуществляли торговую и военно-политическую экспансию на соседние территории.

Многолетнее общение с жителями близлежащих островов еще в XVI—XV вв. до н. э. привело к включению Северных Кикладских островов в сферу влияния ахейцев. Объектом ахейской экспансии был и Кипр с его месторождениями меди – важнейшего сырья в эпоху бронзы. Активные торговые и политические контакты с киприотами способствовали переселению в XIII в. до н.э. на  Кипр греков, основавших там ряд типично ахейских городов. Влияние греков было настолько сильным, что местная культура в их поселениях полностью исчезла. После завоевания греками ок. 1400 г. до н. э. Крита утвердилось безраздельное господство ахейцев в Эгейском море.

Бронзовые поножи

Тесные экономические связи в это время устанавливаются и с сильным Египтом и государствами Восточного Средиземноморья (об этом свидетельствуют многочисленные предметы привозной керамики). От северобалканских племен, на землях которых находились богатейшие рудные залежи, греки получали металл в обмен на изделия ахейских ремесленников. Постоянные контакты поддерживались также с Южной Италией и островом Сицилия. Археологи обнаружили в Микенах и других ахейских центрах множество предметов из стран Азии, Африки и даже с берегов Балтики.

Наиболее агрессивно вели себя ахейцы в Малой Азии, где им удалось захватить некоторые участки малоазийского побережья. Плацдармом для их экспансии стал Милет. Первые поселения на его территории появились еще в XVI в. до н. э., спустя два века Милет предстает уже городом, обнесенным мощной оборонительной стеной. Отсюда ахейцы начали расселяться по всему полуострову. Неизбежно возникло столкновение с сильной державой хеттов. Хеттские источники XIV в. до н. э. упоминают страну Аххияву (ахейскую Грецию) как опасного противника. Совершая постоянные набеги, греки грабили мирное население и уводили жителей в рабство.

Итогом военной экспансии в Малой Азии стал поход коалиции ахейских царей для завоевания Троады – северо-западного региона Малой Азии. Овладение Троадой сулило грекам большие материальные приобретения и усиление их влияния в Восточном Средиземноморье. Однако результаты этого похода оказались прямо противоположными ожидаемым. Во второй половине XIII в. до н. э. экономическое и политическое положение ахейского общества начало быстро ухудшаться и цивилизация греков стала клониться к упадку.

КУЛЬТУРА АХЕЙСКОГО ОБЩЕСТВА

Греческая культура эпохи бронзы начала формироваться еще в раннеэлладский период, в условиях первобытного строя. Но ее расцвет приходится на период, когда у ахейцев возникла цивилизация. Ахейское общество, вышедшее на историческую арену вслед за минойским, естественно, испытало огромное влияние Крита не только во всех сферах духовной и материальной культуры, но и в повседневной жизни. Ахейцы научились у минойцев строительству водопровода и канализации, технике фресковой живописи, заимствовали у них отдельные виды оружия, художественных и ремесленных изделий, копировали фасоны одежды и причесок. В жизнь греков-ахейцев вошли некоторые минойские религиозные культы и обряды, линейная письменность. Подражание было настолько буквальным, что первые исследователи микенского общества считали, что Микены эпохи шахтных гробниц находились под полным политическим контролем Крита.

Однако уже к 1600 г. до н. э. в культуре балканских греков наметилось заметное своеобразие. В первую очередь это касается архитектуры. Опираясь на местную традицию, греческие зодчие выработали новые архитектурные приемы, а потому ахейские дворцы никогда не копировали минойские. Их планировка основывалась на традиционном жилище рядового грека, наиболее приспособленном для сурового климата. Они были меньших размеров, и их центром был уже не внутренний двор, а мегарон – крытый большой зал, в середине которого находился очаг, который служил одновременно и алтарем. Уникальными являются и крепостные сооружения, сложенные из огромных глыб (толщина стен 8—17 метров). Столь же уникальными были и созданные ахейцами купольные гробницы, неизвестные минойцам.

У ахейцев были искусные камнерезы и художники, выработавшие свой художественный стиль. Отражая огромные сдвиги в общественном сознании, они отходят от канонов, характерных для архаических культур древности, с их условностью и орнаментальностью. Рельефы и росписи, как, например, рельеф со львами над крепостными воротами Микен или фреска с изображением музыканта из Тронного зала Пилосского дворца, свидетельствуют о высоком уровне художественного творчества, в котором чувствуется внимание к внутреннему миру человека, а декоративность сочетается с отражением явлений живой природы.

Микенские статуэтки (XIII в. до н. э.)

Для микенской эпохи характерно складывание и развитых религиозных представлений. О богатстве духовного мира ахейского общества свидетельствует сложная система верований и обрядов, зафиксированных в памятниках XX—XII вв. до н. э. Греческая религия отразила все те кардинальные изменения, которые произошли в ахейском обществе во II тысячелетии до н. э. В ее основе лежало обожествление сил природы и всего растительного и животного мира. Прежде всего микенские земледельцы почитали культурные растения, от которых зависела их жизнь. Но в свою религию они включили и поклонение дубу, посвященному верховному богу греков. Одним из древних культовых центров стало святилище в Додоне, где в могучем дубе якобы обитал Зевс. Священными для греков были также платан и пальма.

В эпоху бронзы ахейцы поклонялись и животным: льву, козлу, некоторым птицам. Причем уже в это время священные животные выступали лишь атрибутами богов. Сохранились изображения владычицы зверей с двумя львами по бокам. А в рельефе на Львиных воротах в Микенах звери, опираясь передними лапами на священную колонну, охраняют вход в царский дворец. Однако поклонение божеству-животному не получило у ахейцев широкого распространения и в эпоху бронзы сменилось поклонением антропоморфным божествам. Ахейский пантеон известен не полностью, но в письменных источниках из Кносса и Пилоса сохранились имена многих богов, которые впоследствии составили сонм олимпийских богов: Зевс, Посейдон, Гера, Гермес, Афина, Артемида, Аполлон, Деметра и др.

Микены. «Львиные» ворота (XV в. до н.э.). Фотография

Для поклонения этим богам были выработаны ритуалы, сохранившиеся и развитые в религии классической Греции. Основой сакральных обрядов было жертвоприношение. В раннегреческом обществе оно начиналось с личного очищения с помощью омовения водой и окуривания серой. Затем приносили жертву либо возлиянием вина и воскурением, либо закланием жертвенных животных. В особо торжественных случаях жертвовали быка, по менее значимому поводу богам приносили в жертву мелкий скот или птицу. Жертвоприношение дополнялось дарением богам плодов и овощей. Религиозные действа сопровождались молитвами, различными шествиями, ритуальными танцами. При церемонии погребения устраивались или состязания в стрельбе из лука, или кулачный бой, или конные ристания на колесницах.

Поклонение антропоморфным богам было неотъемлемо от почитания тех мест, где, по представлениям греков, обитали боги: рощ, скал, рек, пещер, отдельных деревьев. Ахейские греки создают и святилища. Первоначально они были домовыми (в мегароне дворца) и отличались скромностью убранства: фигурки божеств, сосуды и священные предметы для жертвоприношений. Но в позднемикенский период возникают и первые сакральные здания – прообраз будущих храмов.

В культуре ахейской Греции гармонично сочеталось художественное изображение окружающего мира и самобытное традиционное искусство материковой и островной Греции. Микенская культура эпохи бронзы заложила основы развития греческого общества в последующие эпохи.

ЗАКАТ ЦИВИЛИЗАЦИИ БРОНЗОВОГО ВЕКА НА БАЛКАНАХ

В конце XIII в. до н. э., после Троянской войны, в дворцовых хозяйствах ахейских царств наметились признаки экономического кризиса. К тому же в это время на Балканах резко ухудшилась этно-политическая ситуация. В силу каких-то до сих пор неизвестных причин племена, соседствовавшие с ахейскими государствами, двинулись с севера Балканского полуострова на юг. Все эти народы находились еще на стадии первобытнообщинных отношений. Большинство из них составляли родственные ахейцам племена греков, говорившие на дорийском диалекте. Продвижение дорийцев сопровождалось грабежами, разрушениями и пожарами. Для защиты от пришельцев в ахейских цитаделях спешно ремонтируются старые укрепления и строятся новые. Хотя крупнейшим крепостям (Микены, Тиринф и Афины) и удалось отразить нападение дорийцев, однако большинство дворцов (и прежде всего дворец в Пилосе) и поселений микенского времени после разрушения уже не возродились. Это нашествие представителей первобытного мира положило начало гибели цивилизации бронзового века в Греции.

Даже в устоявших цитаделях дворцовое хозяйство приходит в упадок. В поисках убежища одни ахейцы двинулись в области, мало затронутые вторжением варваров (например, в Аттику, Элиду, Ахайю), другие покинули Балканский полуостров. Следы запустения после дорийского нашествия просто поражают: количество поселений сокращается в несколько раз, убывает население, ремесленное производство приходит в упадок, а о монументальном строительстве, фресковой живописи и письменности в Греции вспомнят лишь через несколько веков. Резко уменьшается объем торговли, а торговый обмен с Востоком почти полностью прекращается. Начинается длительный период изоляции греческого мира от древневосточных цивилизаций.

Разоренное микенское общество оказывается неспособным существовать в прежних формах. Дворцы в Микенах, Тиринфе и Афинах простояли еще около ста лет, но в конце XII в. до н. э. акрополи в этих городах пустеют. Вскоре жизнь покинула и остальные цитадели. Вместе с гибелью дворцов, которые были социально-экономической, политической и культурной основой цивилизации бронзового века на Балканах, завершается микенская эпоха. «Героические века» греческой истории, освященные подвигами доблестных ахейских мужей, сменяются «темными веками» (XI—IX вв. до н.э.). На территории, где расселились варвары-пришельцы, вновь утверждаются первобытнообщинные отношения. Греция делает шаг назад, чтобы начать движение вперед, к новой цивилизации.

Гибель цивилизации ахейского мира была предопределена исторической исчерпанностью возможностей развития цивилизации эпохи бронзы. Главная из причин ее схода с исторической арены – социально-экономическая. Использовавшиеся в эпоху бронзы малопроизводительные орудия труда из меди, кости, камня и даже дерева либо чрезвычайно дорогие из бронзы ограничивали возможности совершенствования хозяйственной и трудовой деятельности. С такими примитивными и непроизводительными орудиями труда экономика может эффективно функционировать, только если она базируется на крупных централизованных хозяйствах, в которых работники сведены в отряды по специальностям и их труд четко организован на принципах кооперации и специализации. Но, как показывает исторический опыт, такой тип хозяйства, аналогичный древневосточному, позволяет идти по пути прогресса и накапливать богатства лишь до определенного предела. Дворцовые хозяйства, жившие за счет труда рабов и подчиненных дворцам общинников, должны были постоянно расширять штат управляющих и соответственно увеличивать расходы на его содержание. Это снижает эффективность производства, и в конце концов дворцы превращаются из центров производства в центры потребления, что ведет к застою и кризису в экономике.