Древняя Греция

Планы афинских политиков становились все более экспансионистскими, они включали в себя создание нового сильного «сухопутного» союза, разумеется под гегемонией Афин. Спарта предпринимала ответные недружественные шаги. В результате между враждующими сторонами была развязана война, получившая в историографии название Первой, или Малой, пелопоннесской войны (459—446 до н. э.). Война относилась к разряду вялотекущих: периоды острых стычек чередовались с длительными мирными передышками. В то время ни Афины, ни Спарта не были еще готовы к масштабным военным действиям: спартанцы не успели исправить ситуацию после восстания илотов, а афинянам приходилось параллельно вести военную кампанию в Египте.

Война шла с переменным успехом. В 458 г. до н. э. афиняне захватили остров Эгина, политически тяготевший к Спарте, и насильственно включили его в состав Делосского союза. Эгина как центр морской торговли была богатым полисом, и сумма денежного взноса (фороса), наложенного на нее, была огромной. Спартанцы, на море уступавшие афинянам, не смогли защитить эгинцев. Но на следующий год они взяли реванш на суше: в битве у беотийского города Танагра не знавшая себе равных спартанская фаланга разгромила афинян. Однако Афины вскоре оправились от поражения и, собрав новое войско, нанесли удар по союзной Спарте Беотии. Почти вся эта область (кроме ее крупнейшего города Фивы) оказалась под афинским влиянием. Со Спартой было заключено перемирие, и военные действия на несколько лет приостановились.

Длинные стены

В период войны афиняне построили мощное оборонительное укрепление – так называемые Длинные стены. Две стены образовали коридор протяженностью около 5 километров, соединивший Афины с их портом Пирей. Теперь город мог не бояться никакой осады, поскольку всегда существовал выход к морю, где господствовал афинский флот и откуда шел постоянный приток продовольствия.

Последние вооруженные действия в Малой пелопоннесской войне начались в 447 г. до н. э. На этот раз положение складывалось явно не в пользу Афин. Против их владычества восстала Беотия, и афинянам пришлось вывести свои войска из этой области. В следующем году восстал один из верных афинских союзников – Эвбея, и это восстание с трудом удалось подавить. Тогда же Мегары «вернулись» в Пелопоннесский союз. Одновременно на Афины двинулось сильное спартанское войско, и афинским властям лишь путем умелой дипломатии удалось избежать военного столкновения, которое закончилось бы для них неминуемым поражением.

Попытка создать сильный союз под гегемонией Афин, который смог бы противостоять Спарте, потерпела крах. В конечном счете в 446 г. до н. э. между Афинами и Спартой был заключен так называемый Тридцатилетний мир. Этот договор закреплял равновесие сил между Афинами и Спартой и разграничивал сферы влияния этих двух полисов. Впрочем, мир не был прочным, поскольку не были ликвидированы причины существовавших противоречий. Рано или поздно должна была произойти новая схватка за лидирующее положение в греческом мире.

Источники

Важные сведения о событиях V—IV вв. до н. э. можно почерпнуть из исторических трудов «поздних» древнегреческих и римских авторов: Диодора Сицилийского и Помпея Трога (I в. до н. э.). Диодор во многом дополняет, а в чем-то исправляет ту информацию, которая содержится у Геродота и Фукидида. Трог излагает события весьма кратко. Цикл биографий видных греческих полководцев классической эпохи был написан римским историком Корнелием Непотом (I в. до н. э.).

Чрезвычайно информативны сочинения Плутарха – автора «Сравнительных жизнеописаний». Большую часть «греческой» половины этого обширного цикла составляют биографии политических деятелей классической эпохи (жизнеописания Фемистокла, Кимона, Перикла, Никия, Алкивиада, Агесилая, Демосфена и др.). Специфика труда Плутарха как исторического источника определяется следующими обстоятельствами. С одной стороны, в распоряжении автора находилось огромное количество исторических описаний, созданных в предшествующие века (значительная часть этих сочинений нам уже недоступна). С другой стороны, Плутарх далеко не всегда достаточно критично относился к используемым данным, делая больший акцент на яркость и поучительность повествования, нежели на его документальную точность. Его изложению свойственны принципиальное пренебрежение хронологической скрупулезностью, определенная морализаторская тенденция, использование риторических клише и ненужные длинноты. Правда, во многом все это обусловлено особенностями жанра биографии. Тем не менее данные, содержащиеся в работе Плутарха, дополняя материал сочинений «ранних» авторов, позволяют точнее реконструировать исторические события.

Для греческого мира первых веков нашей эры, когда он находился под римским владычеством, был характерен повышенный интерес к «славному прошлому», ностальгические воспоминания о былом величии. Это породило «антикварную» литературу. Во II—III вв. появляются трактаты энциклопедического характера Афинея, Элиана, Полиена, Полидевка и др., в которых содержатся самые различные сведения о событиях V—IV вв. до н. э. Особенно интересно «Описание Эллады» Павсания (II в. н. э.) – своеобразный путеводитель по Южной и Средней Греции, в котором, рассказывая о достопримечательностях, святынях и памятниках культуры греческих городов и областей, автор часто совершает экскурсы в историю, упоминает о давних событиях.

Немаловажным источником являются так называемые схолии – позднеантичные комментарии к произведениям древнегреческой литературы – комедиям Аристофана, речам Демосфена, диалогам Платона и т. д. Авторы этих комментариев, хотя и были отделены многими веками от эпохи классической Греции, тем не менее нередко доносят до нас ценную информацию, почерпнутую у «более ранних» писателей (например, о некоторых деталях политического устройства полисов, о нюансах тех или иных исторических событий).

Много ценных сведений сохранили лексикографические памятники – различного рода словари, составленные в античную (Гарпократион, II в.; Гесихий, V в.) и византийскую (словарь анонимного автора Х в. «Суда») эпохи. Хотя в трудах лексикографов много путаницы, искажений фактов, непонимания реалий более ранних эпох, тем не менее достоверные и интересные данные можно почерпнуть даже из них.

АФИНСКАЯ МОРСКАЯ ДЕРЖАВА

Безусловно значительными были успехи Афин в укреплении созданного ими Делосского (Первого афинского морского) союза. Дальнейшее разрастание этого объединения полисов, превращение главенства Афин в нем во все более полное и бесконтрольное господство постепенно привели к превращению союза в структуру совершенно нового типа – Афинскую морскую державу, или Афинскую архе. Условно считается, что это случилось в 454 г. до н. э., когда союзная казна после поражения афинского флота от персов была под предлогом персидской опасности перенесена с острова Делос в Афины. Отныне афиняне стали самовластно распоряжаться огромными денежными суммами, поступавшими от союзников, зачастую лишь в собственных интересах.

Официальной целью объединения полисов была борьба с Персией, однако и после окончания греко-персидских войн Афинская архе не прекратила существования. Теперь на нее была возложена задача обеспечить противостояние Пелопоннесскому союзу и в конечном счете утвердить гегемонию Афин в Греции. В период наивысшего расширения Афинской архе в нее входило до 300 полисов, расположенных на восточном и северном побережьях Эгейского моря, на его многочисленных островах и в зоне черноморских проливов. В 437 г. до н. э. в результате экспедиции афинского флота в Черное море, которой командовал Перикл, в состав державы вошли также многие полисы понтийского региона (Сшгопа, Ольвия, Нимфей и др.). Столь колоссального военно-политического объединения полисов Эллада еще никогда не знала.

Входившие в Афинскую архе полисы формально считались независимыми союзниками Афин, но фактически они были полностью лишены политической самостоятельности. В частности, им был запрещен выход из союза: пытавшиеся обрести независимость жестоко карались с применением военной силы. Когда в 440 г. до н. э. против афинского владычества восстало население Самоса, к острову тут же направился мощный афинский флот во главе с Периклом. После почти годичной осады самосский полис был насильственно возвращен в число союзников.

Подавляющее большинство членов Афинской архе ежегодно вносило в союзную казну форос. Для удобства взыскания фороса вся территория союза была разбита на пять округов: область Иония, прибрежная полоса расположенной к югу от нее Карии, острова и северное (фракийское) побережье Эгейского моря, зона черноморских проливов. Ставки фороса фиксировались афинским народным собранием; на протяжении Пентеконтаэтии они оставались относительно стабильными. Афины, естественно, освободили себя от всяких выплат, считая своей обязанностью обеспечивать военную защиту союзников. В привилегированном положении находилось еще несколько наиболее сильных союзных полисов (Хиос, Лесбос, Самос): вместо выплаты фороса они предоставляли в распоряжение афинского командования эскадры военных кораблей. Впрочем, после подавления на Самосе восстания в 440—439 II. до н. э. островной полис был лишен этой привилегии.

Полисы– члены Афинской архе не имели права вести самостоятельную, независимую от Афин внешнюю политику. Около 446 г. до н. э. им запретили чеканить собственную монету, предписав пользоваться только афинской. Судебные дела между гражданами союзных полисов должны были рассматриваться афинской гелиэей. Со временем на землях союзных полисов стали появляться клерухии – военно-земледельческие поселения афинских граждан. Это, с одной стороны, позволяло обеспечивать земельными наделами беднейших афинян, смягчая социально-политическую ситуацию в Аттике, а с другой – помогало удерживать союзников в повиновении. В некоторые союзные полисы направлялись также афинские гарнизоны и должностные лица. Во многих полисах были силой ликвидированы тиранические (аристократические) режимы и введено демократическое правление.

«Львиная терраса» в святилище Аполлона на о. Делос (VII в. до н. э.). Фотография

Идея создания крупного централизованного союза полисов была прогрессивной, представляя собой шаг к достижению общегреческого единства, причем не только политического, но и экономического. Огромные финансовые средства, скопившиеся в Афинах благодаря уплате союзниками фороса, не только позволили превратить столицу Афинской морской державы в самый богатый и процветающий город Греции, украсить его великолепными постройками, но и способствовали стабильному функционированию афинской демократии. Мощный союзный флот избавил Эгеиду от пиратов, что благоприятствовало развитию морской торговли. Однако откровенно эксплуататорские методы господства Афин вызывали законное недовольство союзных полисов, порождали их сепаратистские устремления, что стало причиной внутренней непрочности объединения. В этом отношении, как ни парадоксально, неоднородный, но добровольный Пелопоннесский союз оказался более прочным.

Историография

История Греции в эпоху Пентеконтаэтии неоднократно становилась предметом интереса ученых. Особенное внимание исследователей привлекал феномен Афинской архе: анализировались основные принципы ее функционирования, отношения между Афинами и союзными ей полисами, внешняя политика этого военно-политического объединения, в частности соперничество Афинской морской державы с Пелопоннесским союзом. Этой проблематике посвящены работы Р. МейIIса (R. Meiggs), Э.Бадиана (E. Badian), С. Хорнблоуэра (S. Hornblower), А. Е. Паршикова, М.А. Кондратюк и особенно – В. М. Строгецкого. Но наиболее фундаментальным, до сих пор не утратившим своего значения трудом остается многотомное издание «Афинские податные списки», выходившее в 40—50-х годах ХХ в. [авторы – Б. Меритт, Г. Уэйд-Гери, М. Макгрегор (B. Meritt, H. Wade-Gery, M. McGregor)]. В нем на материале такого важного источника, как «ведомости» уплаты ежегодного фороса, рассматриваются различные вопросы истории Афинской архе.

Главным предметом дискуссий остается характеристика Афинской морской державы и оценка афинских методов управления ею. Одни ученые считают эти методы откровенно эксплуататорскими, что становилось причиной непрочности объединения и сепаратистских устремлений его членов. Другие ученые убеждены, что афинский контроль над союзными полисами был достаточно мягким, что Афины взамен фороса обеспечивали платившим взнос союзникам военно-политическую защищенность и стабильное демократическое государственное устройство.

Литература по теме

Видаль-Накэ П. Черный охотник: Формы мышления и формы общества в греческом мире. М., 2001.

Кондратюк М. В. Архе и афинская демократия // Античная Греция. М., 1983. Т. 1.

Паршиков А. Е. О статусе афинских колоний в V в. до н. э. // Вестник древней истории. 1969. № 2.

Строгецкий В. М. Полис и империя в классической Греции. Нижний Новгород, 1991.

Суриков И. Е. Из истории греческой аристократии позднеархаической и раннеклассической эпох. М., 2000.

Austin М., Vidal-Naquet P. Economic and Social History of Ancient Greece. Berkeley, 1977.

Badian E. From Plataea to Potidaea. Baltimore, 1993.

Hornblower S. The Greek World 479—323 ВС. L. – N. Y., 2002.

MeiggsR. The Athenian Empire. Oxford, 1972.

Meritt B., Wade-Gery H., McGregor M. The Athenian Tribute Lists. Cambridge, 1939—1949. Vol. 1—3.

MichellH. The Economic of Ancient Greece. Cambridge, 1940.

ГЛАВА 14

Афинская демократия при Перикле

РАЗВИТИЕ ДЕМОКРАТИИ В АФИНАХ В V В. ДО Н.Э.

Политическое устройство любого государства в значительной мере зависит от положения и роли в обществе основных социальных групп. Это в полной мере относится и к афинскому полису. Афинская демократия, появившаяся на свет в результате реформ Клисфена на рубеже архаической и классической эпох, на протяжении последующих десятилетий постоянно развивалась и модифицировалась.

Важную роль в укреплении демократии строя сыграла реализованная в 80-х годах V в. до н. э. морская программа Фемистокла, предусматривавшая создание мощного военного флота. В качестве гребцов на афинские триеры были привлечены прежде всего беднейшие граждане, доходы которых не позволяли им приобрести гоплитские доспехи и сражаться в рядах фаланги. В результате военные моряки стали той силой, которая сыграла решающую роль в освобождении всего греческого мира от угрозы порабощения. Соответственно возросла и политическая роль этой части гражданского коллектива. Поскольку отныне флот, а не сухопутная армия стал основой афинских вооруженных сил, то и голос фетов (самых бедных афинян) в общественной жизни стал несравненно более весомым. В итоге демократия оказалась ориентированной скорее не на средние, а на наименее обеспеченные слои населения. В 487 г. до н. э. по инициативе Фемистокла была осуществлена реформа власти (архонтата): если ранее архонтов избирали голосованием в народном собрании, то теперь их стали назначать по жребию. Это привело к тому, что пост, считавшийся высшим в полисе, все чаще стали занимать не умудренные политические лидеры, а совершенно случайные люди, что снижало значение архонтской магистратуры.

Однако после отражения нашествия Ксеркса в 480—479 II. до н. э. радикализация афинской демократии примерно на два десятилетия приостановилась, даже более того, процесс временно приобрел обратное направление. Аристократ Кимон, в 70—60-х годах V в. до н. э. фактически стоявший у руля государства и пользовавшийся огромным влиянием после своих славных побед в греко-персидских войнах, был противником широкого участия демоса в управлении жизнью полиса. Ему больше импонировало жесткое государственное устройство Спарты, основывавшееся на дисциплине и безоговорочном подчинении рядовых граждан властям. При нем демократические реформы в Афинах были приостановлены. Кимона поддерживал Совет ареопага.

Перикл

Этот древний аристократический орган, чей «золотой век», казалось бы, остался в далеком прошлом, сумел укрепить свое положение, достойно проявив себя в тяжелую годину войны с персами. В частности, именно ареопагиты пресекли панику и организовали эвакуацию жителей, когда войска Ксеркса в 480 г. до н. э. приближались к Афинам. После этого, воспользовавшись своим возросшим авторитетом, ареопаг присвоил себе ряд важных политических функций: стал проводить проверки граждан, избранных на государственные должности, принимать отчеты у магистратов по истечении срока их полномочий, судить тех должностных лиц, отчеты которых признавались неудовлетворительными. Происшедшие в общественной жизни изменения, бесспорно, следует определить как «шаг назад» в эволюции афинской демократии, как расширение участия аристократии в руководстве государством.

Следующий этап демократизации афинского полиса начался в конце 40-х годов V в. до н. э. и продолжался приблизительно десятилетие. Политические противники Кимона, сторонники увеличения роли демоса в управлении государством, сумели одержать верх: в 461 г. до н. э. Кимон был подвергнут остракизму и изгнан из Афин. Пришедшую к власти демократическую группировку возглавили Эфиальт и еще молодой, но уже пользовавшийся известностью благодаря выдающемуся ораторскому таланту Перикл. В 462/461 г. до н. э. по предложению Эфиальта была осуществлена чрезвычайно важная реформа ареопага. Древний совет лишился незаконно присвоенных им полномочий, которые были теперь распределены между демократическими органами управления – народным собранием, гелиэей и Советом пятисот.

План Афин

Вскоре после этого Эфиальт был убит при загадочных обстоятельствах, но демократические реформы продолжил Перикл. Они совершались на всем протяжении 50-х годов V в. до н. э. Чрезвычайно важное значение имело введение мистофории – оплаты труда должностных лиц. Вначале плату за исполнение своих обязанностей стали получать судьи-присяжные; вскоре мистофория была распространена на членов Совета пятисот, а затем и на многие другие магистратуры, что позволило небогатым гражданам более активно, чем ранее, участвовать в политической жизни. И этой возможностью они сразу воспользовались, понемногу лишая аристократию монополии на большинство государственных постов. Так, в 457 г. до н. э. на должности архонтов, ранее доступные лишь пентакосиомедимнам и всадникам (представители двух первых сословных разрядов), было позволено избирать зевгитов. Феты этого права формально не получили, но фактически и они тоже могли становиться архонтами: выставляя свою кандидатуру на жеребьевку, фет просто умалчивал о своей принадлежности к низшему разряду граждан, и власти делали вид, что не замечают обмана.

Тогда же происходили демократические изменения в системе судопроизводства. Был осуществлен переход от открытого к тайному голосованию в гелиэе, что уменьшило возможности аристократии реально влиять на вынесение приговоров, воздействуя разными способами на рядовых граждан. Члены судебных коллегий стали избираться по жребию, что считалось в те времена сугубо демократическим методом. Вообще применение в политической системе разного рода жеребьевок, особенно при избрании должностных лиц, значительно возросло.

На рубеже 60—50-х годов V в. до н. э. значительно активизируется деятельность народного собрания. Оно стало собираться чаще, чем прежде. На Пниксе, холме в центральной части Афин, было построено специальное сооружение для работы народного собрания, в нем стояли ряды скамей для граждан и трибуна для выступающих. В 453 г. до н. э. были возрождены введенные еще Писистратом, но впоследствии отмененные разъездные судебные коллегии, разбиравшие на местах, в сельских демах, тяжбы между земледельцами. При этом преследовалась цель ограничения власти местной аристократии.

Неоднозначное впечатление производит принятый в 451 г. до н. э. по инициативе Перикла закон о гражданстве. Согласно этому закону, полноправными гражданами Афин стали считаться лишь те лица, которые могли подтвердить свою принадлежность к гражданскому коллективу и по отцовской, и по материнской линии. Это консолидировало граждан полиса. Но этот закон был очень неудобен знати, поскольку многие афинские аристократы издревле заключали браки с женщинами из других государств, в том числе негреческих. Так, женой Мильтиада и матерью Кимона была фракийская царевна. Теперь дети от «смешанных» браков не могли стать афинскими гражданами. В результате принятия этого закона гражданский коллектив Афин как бы превратился в привилегированное сословие «избранных», которым только и дозволялось пользоваться всеми благами демократии.

Реформы Эфиальта и Перикла привели к тому, что к середине V в. до н. э. демократическое устройство афинского полиса приобрело классический облик. Демос реально взял власть в свои руки, постепенно избавляясь от «опеки» аристократов.

ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ АНТИЧНОЙ ДЕМОКРАТИИ

Афинская демократия не была самой первой в греческом мире. Еще в VI в. до н. э., до реформ Клисфена, демократии от случая к случаю возникали в некоторых полисах (в Мегарах, на Хиосе). Однако именно демократия, сложившаяся в Афинах в классическую эпоху, во-первых, стала самой развитой во всей античной истории, а во-вторых, просуществовав почти два столетия, оказалась более долговечной, чем эфемерная демократия периода архаики, в-третьих, именно она оказала наиболъшее влияние на всю последующую историю человечества. Многие из принципов афинской демократии легли в основу устройства современных демократических государств. Таким образом, классическая афинская демократия, без сомнения, является одним из самых крупных достижений политической практики античности. Кроме того, черты и характеристики, присущие афинскому государственному устройству, были свойственны всем античным демократиям.

Античная демократия предусматривала реальное, непосредственное участие в управлении государством всего коллектива граждан. Это выражалось в суверенитете демоса, неограниченной власти народного собрания, которому были подотчетны все остальные государственные структуры. При этом следует учитывать, что античная демократия, возникшая в условиях полиса (в отличие от современной, представительной демократии), была прямой. Высшую власть реально осуществлял весь коллектив граждан на народном собрании; какого-либо выборного органа (типа парламента) античные государства не знали. По сути дела, античная демократия была не столько формой государственного устройства и организации государственного аппарата, сколько формой наиболее полного вовлечения граждан в систему власти и управления государством.

Одним из основных принципов античной демократии была исономия – равенство всех граждан перед законом, отсутствие привилегий у какой-либо группы гражданского населения по принципу знатности и богатства (не считая имущественного ценза для занятия некоторых магистратур – например, должности архонта или казначея). Равное право всех граждан на активное участие в политической жизни обеспечивалось рядом эффективных общественных механизмов, таких, как коллегиальность отправления властных функций, широкое применение жеребьевки при выборах должностных лиц, постоянная ротация кадров в органах власти, обусловливаемая кратким сроком (как правило, в течение одного года) пребывания на государственной должности, свободное обсуждение всех вопросов полисной жизни в народном собрании, где каждый гражданин пользовался полной свободой слова в дискуссии.

Античная демократия обеспечивала также свободу частной жизни граждан в рамках закона. Однако следует отметить, что в целом демократия в греческих полисах была коллективистской и в первую очередь принимались во внимание интересы государства, всего коллектива граждан. Отдельные же личности должны были подчинять свои интересы коллективу, быть готовыми на жертвы во имя общественных интересов.

Во многих полисах, и особенно в Афинах, демократия оказалась чрезвычайно эффективной формой государственного устройства, наиболее адекватно соответствовавшей структуре гражданской общины классической эпохи и поэтому позволявшей в полной мере учитывать интересы различных слоев граждан, быстро реагировать на различные изменения как внешнего, так и внутреннего характера.

ГОСУДАРСТВЕННОЕ УСТРОЙСТВО ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ АФИН

В связи с неукоснительным соблюдением одного из основных принципов античной демократии – принципа суверенитета демоса – верховным и ничем не ограниченным органом власти в Афинах классической эпохи была экклесия – народное собрание. Афинское народное собрание включало всех взрослых совершеннолетних граждан мужского пола[16]. Оно созывалось часто и регулярно, как правило, 40 раз в год, т. е. приблизительно один раз в девять дней. Именно на нем рассматривались и решались все сколько-нибудь важные вопросы жизни государства, как принципиального характера, так и относящиеся к сфере повседневности. Экклесия определяла в деталях внешнюю и внутреннюю политику государства, принимала иностранных послов, объявляла войну и ратифицировала международные договоры, в том числе и мирные, контролировала финансы полиса, избирала должностных лиц и рассматривала их отчеты о своей деятельности, принимала законы, выносила постановления об остракизме, надзирала за религиозной жизнью, проведением празднеств, учреждением новых культов. Словом, практически ни один вопрос, имевший хоть какое-то значение для полиса, не мог миновать обсуждения членами народного собрания.

Местом проведения народных собраний изначально была Агора – главная городская площадь Афин, а с середины V в. до н. э. – холм Пникс, где стояли скамьи для участников собрания и трибуна для ораторов. Перенести работу экклесии в другое место оказалось необходимо в связи с тем, что в условиях демократизации жизни полиса частые заседания народного собрания стали создавать неудобства для других видов деятельности на Агоре, в первую очередь для торговли. В некоторых случаях экклесия могла собираться и в каком-нибудь другом месте, например в театре, а если рассматривались вопросы, имевшие отношение к флоту, – даже в пирейском морском порту.

Обсуждение любого вопроса в народном собрании зачастую сопровождалось бурными дебатами; после того как дискуссия заканчивалась, решение принималось путем общего голосования. В большинстве случаев оно было открытое – поднятием рук (такое голосование называлось хиротонией). Лишь по отдельным вопросам, считавшимся особенно важными (например, о даровании гражданских прав лицу, ранее не являвшемуся афинским гражданином), использовалось тайное голосование. В таких случаях афиняне опускали в урны псефы – вначале это были простые камешки, а впоследствии для голосования стали использовать небольшие металлические диски с трубочкой посередине. Постановления экклесии назывались псефисмами (вне зависимости от того, каким способом голосования они были приняты). Псефисма, за которую проголосовало большинство участников народного собрания, немедленно обретала силу закона и, как правило, записывалась на мраморной стеле.

В античном государстве не существовало разделения властей на ветви – законодательную, исполнительную и судебную. Поскольку экклесия имела абсолютную власть в полисе, она сосредоточивала в своих руках самые различные государственные функции. Так, ей принадлежала вся полнота законодательной власти, она же осуществляла верховный контроль над исполнительной властью. Более того, на некоторых заседаниях экклесии устраивались судебные процессы (обычно политического характера), причем народное собрание могло взять на себя принятие решения по любому судебному делу.

Между заседаниями народного собрания ежедневно собирался буле, или Совет пятисот, – орган власти, который был создан в ходе реформ Клисфена. Являясь одним из важнейших властных институтов, он обладал правом законодательной инициативы, рядом функций исполнительной и судебной власти. Члены Совета пятисот (булевты) избирались по жребию сроком на один год из числа граждан не моложе 30 лет (вне зависимости от имущественного положения) – по 50 человек от каждой из десяти фил. Перед вступлением в должность они проходили докимасию – проверку, которую проводил предыдущий состав булевтов, и приносили присягу. Со времен Перикла члены Совета за исполнение обязанностей получали небольшую заработную плату.

Заседания Совета пятисот проходили ежедневно, кроме праздничных дней, в специальном здании на Агоре. Важнейшей функцией Совета было предварительное обсуждение повестки дня экклесии и подготовка проектов решений. Кроме того, буле принимал отчеты у некоторых должностных лиц и при необходимости направлял дело на рассмотрение в суд, вынося предварительный приговор. Совет пятисот играл важную роль во внешней политике государства, в частности представлял народному собранию иностранных послов. В компетенции Совета пятисот находились также многие текущие вопросы: в частности, этот орган вел списки граждан, служивших в кавалерийских подразделениях, контролировал состояние флота, организовывал военное обучение эфебов – афинских юношей, только что достигших совершеннолетия, надзирал над финансовой администрацией, за использованием государственных доходов, следил за поддержанием порядка в городе. Таким образом, полномочия Совета пятисот были весьма обширны, однако демократический характер государственного устройства Афин предусматривал полную подотчетность Совета экклесии, которая могла утвердить или отменить любое решение булевтов.

Для большей эффективности своей работы Совет пятисот был разбит на десять отделений (по количеству фил), которые поочередно дежурили в течение года. Члены дежурного отделения Совета назывались пританами. Пританы председательствовали на заседаниях буле и экклесии, а часть их несла круглосуточное дежурство в Толосе – круглом здании на Агоре. Из числа пританов по жребию избирался их глава – эпист ат. Он находился в этой должности лишь одни сутки (а затем сменялся следующим), но на этот краткий срок становился как бы временным главой государства.

Кроме Совета пятисот, в Афинах продолжал существовать и древний Совет ареопага. Но после того, как реформой Эфиальта его полномочия были значительно урезаны, он превратился в чисто судебный орган, рассматривающий сложные дела об убийствах, о преступлениях против религии. Тем не менее авторитет ареопага по традиции оставался высоким, а судебные процессы в нем проходили очень торжественно.

Однако основой афинской судебной системы классической эпохи являлась созданная еще Солоном гелиэя – суд присяжных. В V в. до н. э. она превратилась в один из важнейших элементов демократической политической системы и рассматривала подавляющее большинство судебных дел. В гелиэю входили 6000 дикастов – судей, которые при вступлении в должность приносили присягу. Столь большая численность суда присяжных при относительно небольшом населении афинского полиса была установлена для того, чтобы гарантировать демократический характер судопроизводства, а также во избежание подкупа судей со стороны тяжущихся сторон. Дикасты избирались по жребию сроком на один год из числа афинских граждан не моложе 30 лет, при этом количество избраний не ограничивалось. За исполнение должностных обязанностей дикасты получали жалованье. Судя по сообщениям античных авторов, среди дикастов большинство составляли пожилые небогатые граждане. Для них участие в разбирательстве судебных дел подчас становилось едва ли не основным видом общественной деятельности и заработка.

Для разбора судебных дел гелиэя разбивалась на дикастерии – коллегии. Чаще всего в состав одной коллегии входили 500 человек; впоследствии, во избежание «ничейного» результата при голосовании, судей стало 501. Впрочем, была возможна и меньшая (200—300 человек), и большая (1000—1500 человек) численность членов коллегии. В полном составе гелиэя заседала лишь в исключительных обстоятельствах. Следует отметить, что гелиэя являлась также высшим государственным судом: любой гражданин мог подать в нее жалобу-протест на какое-либо решение, принятое народным собранием, если считал эту псефисму противоречащей законодательству. В этом случае в одной из судебных коллегий возбуждался особый судебный процесс – «обвинение в противозаконии». Если присяжные признавали претензии обвинителя правомерными, псефисма аннулировалась, а тот политик, который инициировал ее принятие, подвергался суровому наказанию, вплоть до смертной казни. Таким образом, гелиэя была единственным органом, который мог ограничивать полновластие афинской экклесии.

Судопроизводство в демократических Афинах имело публичный и состязательный характер, но ни прокуроров, ни адвокатов античность не знала. Истец и ответчик самостоятельно отстаивали перед судьями свою правоту. Заслушав их речи, присяжные выносили приговор путем тайного голосования, опуская псефы в специальные урны. По результатам подсчета голосов оглашался приговор, который обычно тут же приводился в исполнение. Приговор гелиэи был окончательным и опротестованию не подлежал. Не существовало никакой высшей судебной инстанции, в которую гражданин, считающий себя осужденным несправедливо, мог бы подать апелляцию.

Как правило, члены суда присяжных не очень хорошо знали законы. Ведь дикастами избирались по жребию самые обычные граждане, не имевшие юридических знаний. При принятии решений присяжные руководствовались своей «гражданской совестью», в основном обращая внимание на то, доводы какой из тяжущихся сторон кажутся им более убедительными.

Одним из важных элементов политической системы афинской демократии были коллегии магистратов – должностных лиц, осуществлявших исполнительную административную власть. Количество должностных лиц в Афинах V в. до н. э. было весьма велико. По оценке Аристотеля, их насчитывалось до 700 человек, а круг обязанностей каждого был весьма узок. Такое рассредоточение полномочий предпринималось в целях предотвращения концентрации власти в руках одного человека, чтобы не допустить установления тирании. В Афинах, как и во всех полисах, магистрат занимал свою должность обычно в течение года; при этом на большинство должностей нельзя было быть избранным дважды в течение жизни (исключение делалось для военных магистратур). Выборная система занятия постов и исполнение должностных обязанностей в свое личное время, причем частично за свой счет, привели к тому, что античный полис – единственный тип государства, который не знал бюрократии.

При избрании на многие должности активно применялась жеребьевка. Считалось, что жребий являет собой выражение воли богов, он исключает проявление личных пристрастий, к тому же имеет наиболее демократический характер. Однако на те магистратуры, которые требовали специальных знаний (речь идет о должностях, связанных с ведением войн и расходованием финансов), во избежание занятия их случайными людьми, избирали все же не жребием, а открытым голосованием в экклесии.

В Афинах классической эпохи высшими должностными лицами были девять архонтов. Но в V в. до н. э., утратив значительную часть своих полномочий, архонты сохраняли лишь номинальный авторитет, выполняя в основном представительские, церемониальные функции. В частности, в обязанности архонтов входили надзор над религиозной жизнью полиса, организация государственных праздников, председательство в судебных процессах, проходивших в коллегиях гелиэи (впрочем, без права голоса при вынесении приговора).

Фактически наиболее влиятельными должностными лицами в демократических Афинах стали десять стратегов. На эту должность можно было переизбираться неограниченное количество раз (так, Перикл был стратегом 15 лет подряд, а в IV в. до н. э. полководец Фоки он находился на этом посту около 50 лет). Главной обязанностью стратегов было обеспечение обороны государства, командование войском и руководство всеми военными мероприятиями. Однако, поскольку войны постоянно вторгались в жизнь любого полиса и военная организация была неразрывно связана с гражданской, стратеги играли чрезвычайно большую роль в политике государства. Можно сказать, что именно они отвечали за решение большинства важнейших проблем, встававших перед полисом. Именно стратеги очень часто вносили в Совет пятисот и народное собрание проекты постановлений, затем обретавших силу закона.

Назовем некоторые из многочисленных коллегий магистратов, действовавших в демократических Афинах (все перечислить невозможно). Финансами государства управляло несколько коллегий казначеев, каждая из которых имела свои обязанности. Так, в ведении десяти «казначеев богини Афины» находилась казна полиса, хранившаяся в храме Афины на Акрополе; десять эллинотамиев имели под своим надзором казну Афинской архе; десять полетов занимались продажей и сдачей в аренду государственного имущества.

Ряд коллегий отвечал за поддержание общественного порядка. Десять астинОмов наблюдали за чистотой на городских улицах, десять агораномов – за то, чтобы торговля на Агоре велась без нарушений. В связи с тем что одним из важнейших предметов импорта в Афинах был хлеб, важную роль играла коллегия из десяти ситофилаков, следивших за тем, чтобы хлебные торговцы не завышали установленные государством цены. В компетенцию «коллегии одиннадцати» (по числу членов) входило приведение в исполнение приговоров суда, в том числе смертной казни. Афиняне направляли своих магистратов и во многие союзные полисы. Должности самого низшего ранга, считавшиеся недостойными свободного гражданина, занимали государственные рабы. Так, отряд рабов-скифов нес в Афинах полицейскую службу.

Все должностные лица были полностью подконтрольны афинскому народному собранию. Каждое сколько-нибудь серьезное их действие должно было получить утверждение на одном из заседаний экклесии. После окончания годичного срока пребывания в должности магистрат давал полнейший отчет о своей деятельности народному собранию или уполномоченным им органам: Совету пятисот, коллегиям гелиэи. Если отчет по какой-либо причине признавался неудовлетворительным, проштрафившегося магистрата отдавали под суд. Впрочем, любое должностное лицо могло быть смещено и привлечено к судебной ответственности и в период исполнения им своих обязанностей.

Государственное устройство демократических Афин в V—IV вв. до н. э. схематично можно представить так

Афинская демократия являлась политической системой, обеспечивавшей наиболее широкое вовлечение граждан в реальное управление государством. Практически каждый гражданин хотя бы раз в жизни (а обычно гораздо чаще) успевал либо поработать в одной из коллегий, либо быть избранным дикастом или членом Совета пятисот, а кроме того, более или менее регулярно участвовал в работе экклесии. В условиях полиса политическая активность граждан представлялась не только их правом, но и в какой-то мере обязанностью. Уклонение от участия в государственных мероприятиях, демонстративный уход в частную жизнь порицались.

В тесной связи с политической организацией демократических Афин находилась военная организация, представленная ополчением граждан призывного возраста (в возрасте 20—60 лет). Юноши, только что достигшие совершеннолетия (эфебы в возрасте 18—20 лет), проходили военное обучение под руководством специальных наставников и несли сторожевую службу на границах Аттики. После этого они становились полноценными воинами, вносились в призывные списки и в случае необходимости могли быть мобилизованы, чтобы принять участие в военном походе за пределы государства.

Все войско делилось на десять таксисов – крупных отрядов (по одному от каждой филы), а каждый таксис, в свою очередь, на лохи -отряды меньшей численности. Общее руководство всеми военными действиями как на суше, так и на море принадлежало стратегам, осуществлявшим командование коллегиально. Стратегам подчинялись другие военные должностные лица, избиравшиеся голосованием: десять таксиархов (командиров таксисов), два гиппарха (командира кавалерийских отрядов), триерархи (капитаны триер) и др.

СВЕТ И ТЕНИ НАРОДОВЛАСТИЯ

При всех несомненных достоинствах афинской (и вообще античной) демократии этот государственный строй не следует идеализировать: ему был присущ ряд неискоренимых пороков. Во-первых, античная демократия была, в сущности, «демократией для меньшинства». Так, в Афинах никакими политическими правами не пользовались не только рабы, но и метеки. Женщины, хотя и считались членами гражданского коллектива, участия в управлении государством тоже не принимали. Фактически из 250—350 тысяч человек населения афинского полиса классической эпохи всей полнотой гражданских и политических прав пользовались лишь 35—45 тысяч граждан-мужчин, т. е. примерно 13 процентов населения.

Кроме того, не следует забывать и о том, что блеск и процветание демократических Афин во многом зиждились на беспощадной эксплуатации городов, входивших в Афинскую морскую державу. Ведь демократия – это весьма дорогая политическая система, реальное осуществление которой в любую историческую эпоху доступно далеко не каждому государству. Афиняне смогли воплотить в жизнь основные принципы демократического устройства не в последнюю очередь потому, что форос, ежегодно присылаемый союзными полисами, представлял собой неиссякаемый источник средств, которые можно было направлять и на оплату деятельности должностных лиц, и на иные расходы афинского полиса.

Во-вторых, прямой характер античной демократии, при котором властными полномочиями располагал не выборный представительный орган, а весь коллектив граждан, приводил к тому, что управляющие органы не обладали чертами профессионализма, компетентности. Следует отметить, что провозглашаемые идеалы существенно расходились с действительным положением дел.

Считалось, что народное собрание представляет весь демос. Однако несомненно, что все без исключения граждане даже физически не могли собираться на частые заседания экклесии: кто-то жил в далекой деревне, кому-то мешали дела и т. п. В этих условиях при неблагоприятных обстоятельствах непропорционально большую роль в управлении государством могли играть ничем не занятые бедняки. Эти легковозбудимые и достаточно эгоистичные люди часто попадали под влияние демагогов (т. е вождей народа) – ловких политических ораторов, умевших направить эмоции народа в нужное для себя русло и получить от этого личные выгоды. Ведомая демагогами, демократическая власть подчас принимала решения, на вид перспективные и заманчивые, но в действительности авантюрные и вредные для государства. В отдельные моменты своей истории демократическое правление даже имело тенденцию перерасти в охлократию (т. е. власть толпы).

Непрофессионализм управления объяснялся и широким применением жеребьевки при избрании должностных лиц, когда на ответственные посты могли попасть совершенно случайные люди. Это приводило к избранию некомпетентных судей, обилию клеветнических доносов и вынесению несправедливых приговоров. Распространенными фигурами демократических Афин стали сикофа нты – люди, сделавшие доносы и шантаж своим ремеслом. Такой человек вымогал у богача взятку, а в случае его отказа платить возбуждал против него судебный процесс по ложному обвинению. Этот процесс чаще всего заканчивался для обвиняемого печально, поскольку к состоятельным гражданам демос склонен был относиться подозрительно.

Говоря о пороках и недостатках античной демократии, необходимо представлять, что они были исторически неизбежны, т. е. непосредственно связаны с социальной структурой древнегреческого общества, формами его хозяйственной жизни.

Источники

Для изучения классической Греции большое значение имеют эпиграфические источники. Различные надписи оставляли как частные лица (например, надгробные и посвятительные надписи), так и власти различных полисов. Официальные надписи наиболее важны для реконструкции политической жизни полиса. До наших дней из Афин V—IV вв. до н. э. и других демократических полисов дошли (полностью или фрагментарно) высеченные на камне сотни постановлений народного собрания. Ценность этих документов, открытых в ходе археологических раскопок, определяется тем, что они представляют собой свидетельства, современные отраженным в них событиям, причем факты излагаются в них без каких-либо искажений или дополнений.

Тексты постановлений афинской экклесии показывают, насколько колоссален был объем ее полномочий. В постановлениях отражены и договоры с другими государствами, и декреты, регулировавшие политические и финансовые отношения в полисе (в частности, указаны суммы фороса, ежегодно вносимые союзными полисами), и указы об отправке вооруженных контингентов в тот или иной регион, и решения о даровании гражданских прав чужеземцам или, напротив, о лишении кого-либо из афинян гражданских прав и о конфискации его имущества и др.

Особую группу надписей составляют тексты на остраконах – глиняных черепках, которые афинские граждане использовали при остракизме, указывая на них имена политических деятелей, подлежавших десятилетнему изгнанию. На сегодняшний день открыто более 10 тысяч остраконов; на них прочитаны имена практически всех видных политиков Афин V в. до н. э.: Фемистокла, Аристида, Кимона, Перикла, Никия, Алкивиада и др. Встречаются и совершенно неизвестные имена, но, видимо, они тоже принадлежали влиятельным политическим деятелям, коль скоро над ними нависала угроза остракизма. Интересно, что на некоторых остраконах наряду с именами присутствуют разного рода приписки (в основном бранные) и даже карикатуры.

На фоне обилия самых различных источников по истории классической Греции отходят на второй план вещественные доказательства, полученные в ходе археологических раскопок. Однако данные археологии порой способны внести ясность во многие проблемы, которые неполно освещены в текстах античных авторов. Так, в установлении принципов функционирования афинской демократии большая заслуга американских ученых, ведущих раскопки на афинской Агоре.

Археологами найдены остатки важнейших общественных зданий (руины Толоса, здания государственного архива и др.), а также предметы, использовавшиеся афинянами при исполнении их гражданских обязанностей: псефы для голосования, именные таблички присяжных, приспособления для жеребьевки, сосуды, выполнявшие роль водяных часов при произнесении речей на судебных процессах.

ПЕРИКЛ ВО ГЛАВЕ АФИН

В течение 50-х годов V в. до н. э. в политической жизни Афин непрерывно растет авторитет Перикла. С его именем связана эпоха высшего расцвета Афин – «Периклов век». Перйкл (494—429 до н.э.) по своему происхождению относился к самой верхушке старинной аристократии. Его отцом был Ксантипп, один из героев греко-персидских войн, а мать принадлежала к знаменитому роду Алкмеонидов. Тем не менее Перикл, в отличие от многих других представителей знати, решительно встал на сторону народа, стремясь выражать интересы не какой-либо одной сословной группы, а всего гражданского коллектива, и стал лидером афинской демократии.

После того как в 444 г. до н. э. был изгнан остракизмом последний серьезный противник Перикла – Фукидид[17], Перикл в течение полутора десятилетий являлся практически единовластным правителем не только Афин, но и всей огромной Афинской морской державы, однако все демократические учреждения при нем успешно функционировали. Сограждане ежегодно избирали его на должность стратега. Тонкий политик, прекрасный оратор, широко образованный человек, Перикл был лишен какого-либо стремления к тирании. Власть и влияние Перикла были основаны исключительно на его огромном личном авторитете и на доверии, которое испытывал к нему демос. Народное собрание, как правило, без возражений принимало его предложения, считая их наилучшими.

Внутренняя политика Перикла характеризовалась заботой об укреплении демократии в Афинах. Он стремился обеспечить средствами существования афинскую бедноту. Именно Перикл ввел мистофорию – плату за исполнение должности. Еще одной интересной мерой, принятой по предложению Перикла, была ежегодно производившаяся выдача беднейшим афинянам «театральных денег», чтобы они могли без ущерба для своего бюджета посещать театральные постановки, считавшиеся делом государственной важности. Чтобы обеспечить безземельных и малоземельных граждан достойными земельными наделами, при Перикле основывались клерухии – военно-земледельческие поселения афинян за пределами Аттики, на территориях союзных полисов (например, на полуострове Херсонес Фракийский, на островах Самос, Наксос, Андрос и др.).

Используя огромные суммы фороса, вносимого союзниками, Перикл начал в Афинах грандиозное строительство, в ходе которого беднота была обеспечена стабильной и высокооплачиваемой работой, а на афинском Акрополе был воздвигнут неповторимый архитектурный ансамбль, увенчанный Парфеноном – храмом богини Афины. Это служило возвеличению родного полиса Перикла. Афины превратились в самый красивый город Эллады. А в окружение Перикла вошли многие видные греческие философы, ученые, поэты. Благодаря этому Афины стали, по выражению Перикла, настоящей «школой Эллады».

Внешнеполитическая деятельность Перикла была посвящена одной, но великой цели – укреплению славы, величия и могущества Афин. Афинский полис должен был стать гегемоном (т. е. вождем) всего греческого мира. Опираясь на колоссальную военную мощь Афинской морской державы, на ее, как казалось, неисчерпаемые финансовые ресурсы, Перикл шаг за шагом воплощал в жизнь разработанную им программу.

В 448 г. до н. э., сразу после завершения греко-персидских войн, Перикл выступил инициатором созыва в Афинах общегреческого конгресса по вопросам послевоенного мироустройства. Как пишет Плутарх, на конгрессе должны были рассматриваться вопросы «об эллинских храмах, сожженных варварами, о жертвах, которые следует принести за спасение Эллады по обету, данному богам… о безопасном для всех плавании по морю и о мире». Однако конгресс не состоялся из-за противодействия Спарты, которая отказалась прислать своих представителей и запретила делать это полисам – членам Пелопоннесского союза, где она главенствовала.

После неудачной попытки созвать панэллинский конгресс Перикл решил обеспечить господство Афин в греческом мире другими способами. Он начал интенсивно расширять Афинскую морскую державу, включая в нее все новые и новые города (так, в 437 г. до н. э. в Афинскую архе вошли многие черноморские полисы). Уже находящиеся в составе Афинской морской державы полисы он крепко удерживал в ней, пресекая с помощью военной силы любые попытки их отделения. В 440 г. до н. э. на острове Самос Перикл лично возглавил жестокое подавление восстания против афинского засилья.