Платиновая леди

Она имела в виду ее отношения с новым любовником, хотя и со старым другом – Крымовым.

– Нормально. Правда, он какой-то возбужденный, у меня такое впечатление, словно он все порывается мне что-то сказать…

– Какие предположения?

– Думаю, что это связано с Земцовой. Может, она собирается приехать, и он не знает, как мне сказать об этом, чтобы не обидеть…

– Вряд ли. До Нового года остался один день. Она все равно не успеет. А если бы и собиралась приехать, то непременно сообщила бы об этом Игорю.

Крымов подошел к Тане и по-дружески поцеловал ее в щеку. Минкин, стоявший по другую сторону могилы, не сводил глаз с Тани и стоящего рядом с ней Крымова.

– Крымов, не целуй меня, а то Минкин застрелит тебя, как кто-то застрелил Дину… – шепнула Таня Крымову. – Слушай, давно хотела тебя спросить, как там Юля Земцова? Вы с ней не переписываетесь?

– Переписываемся, да только она редко отвечает. Пишет, что занята, что научилась наконец плавать и теперь все свободное время проводит на море. С дочкой, конечно.

– А мы с Женей думали, что она приедет на Новый год…

– Если бы… Нет, если она и приедет, то в марте. Сначала заедет к матери в Москву, а потом прилетит сюда на недельку…

Никто надгробных речей не произносил. И, что удивительно, возле могилы не было матери покойной, Марты. Шубин все то время, что Крымов стоял возле него, беседуя с женщинами, молчал, но, когда Женя Жукова обратила внимание на отсутствие матери Дины Ступиной, коротко ответил ей, что та снова напилась и Ступин вынужден был оставить свою бывшую тещу дома.

Гроб с телом покойной опустили в землю, Ступин первым бросил в яму горсть земли. Его примеру последовали остальные. Шел дождь со снегом, было холодно, и все мечтали только об одном – поскорее покинуть мрачное кладбище, оказаться в теплом месте и чего-нибудь выпить. Таня успела заметить в толпе Черкашина, он достал из кармана темного пальто бутылку и сделал несколько глотков. Зажмурился. Лицо его было бледным, а кончик носа красным. Незадолго до похорон он позвонил и сообщил Тане фамилии свидетелей, которые могли бы подтвердить, что в момент убийства он находился с ними в женской консультации. Таня даже проверять не стала, чувствовала, что он здесь ни при чем.

– Игорек, хватит на меня злиться, – вдруг произнес над самым ухом Шубина Крымов. – Надеюсь, теперь-то ты знаешь, кто убил эту бедняжку?

– Я на тебя и не злюсь, с чего ты взял, – стараясь не смотреть на Крымова, ответил Шубин. – Я даже благодарен тебе за то, что ты утешил мою жену, приласкал в мое отсутствие. Мне же было некогда…

Крымов схватил его за руку и чуть не вывернул ее:

– Мне бы не хотелось прямо здесь выяснять отношения, но пару слов я тебе все-таки скажу. Ты свинья, Игорек, у тебя такая прекрасная жена, такой сын, а ты ночуешь в агентстве и постоянно демонстрируешь Жене, что остыл к ней, что давно не любишь ее… Откуда это в тебе? Ты же никогда не был таким жестоким…

– Пусть и так, но все равно это моя семья, моя жена…

– Ошибаешься, уже очень скоро она не будет твоей женой…

– Уж не ты ли займешь мое место?

– Нет, Шубин, я всегда останусь на своем месте, и тебе это отлично известно.

– Тогда что ты хочешь от меня?

– Это не я хочу, а те, кто поручил тебе расследовать убийство. Так ты понял, кто это сделал?

– Нет, – сдался Шубин. – Нет, я на самом деле не знаю, кто убил Дину Ступину, и боюсь, что я этого никогда не узнаю… Но и ты, Крымов, тоже не знаешь…

– Собирай всех наших прямо сейчас, я должен вам кое-что показать… Если ты не сделаешь этого, то все лавры достанутся Корнилову… А так мы опередим его на целый час.

– Хорошо… Черт с тобой, поверю тебе хотя бы на этот раз…

Шубин почувствовал, как кровь прилила к лицу, а кладбищенский пейзаж колыхнулся перед ним, поплыл… Он только что признался любовнику своей жены в своей полной несостоятельности во всем… Он лишь сейчас поверил Крымову, что тот действительно знает, кто убил Ступину. Да и записка, что лежала у него в кармане джинсов, почему-то перестала жечь, он даже на какое-то время забыл о ней…

После похорон Шубин, Таня (Минкин отправился в «Титаник»), Женя Жукова и Крымов сели в машину и поехали к дому Ступина. Сам же Ступин со своей спутницей, по словам Крымова, отправился в кафе, где их ждал поминальный обед.

– Ты что же, собираешься взломать его квартиру и обнаружить там убийцу жены? – спросила Таня Крымова, не понимая, зачем они туда едут.

Шубин успел только сказать, что сегодня они наконец-то смогут поставить точку в этой непонятной истории с убийством и получить деньги и от Соболева, и от Ступина.

– Все увидите своими глазами…

Машина остановилась неподалеку от дома, где жил Ступин, Крымов попросил всех выйти из машины и повел их на засыпанную мокрым, серым снегом свалку, за которой начинались посадки диких слив и яблонь. Они шли, увязая в подмерзшей грязи вдоль огромных серебристых труб, по которым в этот район поступала с ТЭЦ горячая вода, пока Крымов не остановился возле бетонного сооружения, напоминающего бункер.

– Все, мы пришли. Это колодец… Но прежде чем мы туда спустимся, я должен вам кое-что рассказать… Начну с того, что Соболев пришел к вам не случайно. После убийства Дины прошло некоторое время, прежде чем туда приехали представители прокуратуры и Ступина задержали. Первым делом он позвонил мне, затем Соболеву. И только потом приехала милиция, и колесо завертелось… Ступин понимал, что его арестуют, но знал, что я сделаю все возможное, чтобы его выпустили под залог, но прежде он хотел, чтобы кто-то, помимо официальных органов, занялся поисками убийцы его жены. Он-то и попросил Соболева, чтобы тот пришел в агентство и рассказал о смерти Дины.

– Ты хочешь сказать, что работал на Ступина раньше, чем убили его жену? – спросил потрясенный Шубин. – Иначе с чего бы это он позвонил именно тебе?

– В том-то и дело. Однажды он позвонил мне и, когда я к нему приехал, рассказал, что со своей женой Диной не живет, что она лишь приходит к нему, чтобы помочь по хозяйству. Но у него есть подозрение, будто в отсутствие хозяев в его квартире побывал кто-то посторонний. За определенную плату я согласился выяснить личность этого неизвестного. Установил в тот же день камеры наблюдения в квартире, на лестничной площадке. Это было элементарно. Кроме того, мне удалось самому сфотографировать человека, входящего в квартиру Ступина в его отсутствие.

– И кто же это был? Соболев? – предположила Таня.

– Нет. Этим человеком оказалась женщина. Оставшись по вине своего мужа, неудавшегося предпринимателя, без жилья и средств к существованию, она жила с ним какое-то время вот в этом самом колодце. Зарабатывала тем, что мыла лестницы в подъезде, где жил Ступин. Однажды она случайно услышала, как Дина говорила Ступину по мобильному телефону, что ее ключи провалились в щель между стеной и полом, что их невозможно достать…

– И что же, эта женщина достала ключи? – спросила Женя. – И вошла в квартиру Ступиных?

– Она несколько раз появлялась там.

– Я поняла, она мылась там… – Эти слова принадлежали уже сообразительной Тане Бескровной. – Ведь здесь, в этом колодце, нет ни воды, ничего… Разве что тепло – и зимой, и летом, здесь же проходят трубы с ТЭЦ.

– Правильно, Таня.

– Наверное, еще и ела…

– Совершенно верно. И, что самое удивительное, она была абсолютно уверена, что ее присутствие так и останется незамеченным.

– И кто же это заметил первым? Конечно, не Дина… – подал голос Шубин, боявшийся пропустить хотя бы одно произнесенное Крымовым слово.

– Сам Ступин и заметил. Мокрые полотенца, предметы не на своих местах, чужой запах опять же, да мало ли что…

– Вы схватили эту женщину? Застигли ее на месте преступления?

– Да в том-то и дело, что никакого преступления особенно-то и не было. Она просто принимала ванну, немного ела, взяла пару вещей, принадлежащих Дине, так, мелочь, кое-что из одежды…

– А деньги? – спросила Таня.

– Потом взяла и деньги. Тысячу долларов.

– И вы ее схватили?

– Нет. Ступин, просмотревший пленку с записями, где была эта женщина, почему-то отнесся к ней с большим участием.

– Она просто понравилась ему, эта женщина, – сказала Женя Жукова. – Ведь мы говорим о Валентине Юдиной?

– Да. Все правильно. Она понравилась ему. И он меньше всего думал о том, как бы ее наказать.

– И что было, когда она взяла деньги? Вы продолжали следить за ней?

– Не «вы», а я, я один следил за ней… Это было еще летом.

– Ничего себе! – присвистнул Шубин. – И что же было потом?

– Юдина сняла комнату в центре города, приоделась и, как мы поняли, решила начать новую жизнь. Я подстроил им встречу, и Юдина, увидев как-то в летнем кафе Ступина, не выдержала, подошла к нему и во всем призналась… Это был поступок, потрясший Николая Борисовича, он был рад как ребенок, что не ошибся в этой женщине, и сделал ей очень странное предложение.

– Предложил ей стать его домработницей? – спросила Женя.

– Он предложил ей просто пожить с ним, чтобы и самому не быть одному, а заодно и Дину от дома отвадить, – ответил Крымов. – И даже пообещал не приставать к ней. Так-то вот. Сказал, что простит ей долг, а уж как там дальше сложатся их отношения – этого не мог предположить никто, даже сам Ступин. Дело в том, что Валентина после перенесенных страданий была не в лучшей форме. Ступин занялся ее здоровьем, и, конечно, очень скоро они сблизились.

– А Дина? Он разобрался с ней?

– Дина была в шоке, когда увидела, что со Ступиным в одной квартире живет другая женщина. Если вы знаете ее мать, Марту, то должны понять, что такой поворот дела не мог оставить ее равнодушной. Они обе поняли, что все богатство Ступина теперь достанется какой-то неизвестно откуда взявшейся больной женщине. Марта убеждала Дину в том, что ей следует вернуться к мужу, но Ступин уже успел привязаться к Валентине и объяснил это Дине. Словом, в последнее время они говорили только о разделе имущества. Дина стала приходить к Ступину все чаще и чаще.

– А что муж Валентины? О нем что-нибудь известно? – спросила Таня, крайне заинтересованная судьбой Юдиной.

– Он так и жил в этом колодце до недавнего времени… Я как-то спустился в колодец, нашел там фишки и понял, что он играет в казино. Бред, знаете ли! Чтобы такой оборванец, бомж играл в казино – согласитесь, в это трудно поверить! Вот и я тоже не поверил. Стал следить за ним, нанял профессиональных сыщиков из уголовного розыска, Шубин их знает (помнишь, Самсонова и Кутыбина?), так вот, они выяснили, что Юдин продолжает отираться на Северном рынке, пасется возле игровых автоматов. Спрашивается, откуда у него деньги? Оказывается, он зарабатывал их. Но как?! Он познакомился с настоящим игроком в карты, неким Логиновым, человеком, у которого частный дом в Поливановке, где собираются люди, игроки, любители острых ощущений, играющие на смерть…

– Как это? – не поняла Женя.

– Кто проиграет, должен кого-то убить. Позже я навел справки об этом Логинове – страшный человек. На его совести несколько преступлений, хотя совершал их не он сам, а проигравшие… Но, как вы понимаете, далеко не каждый проигравший может убить человека. Так вот, таким человеком, другими словами, исполнителем, был…

– …Юдин, – догадалась Таня.

– Дело в том, что при убийстве обязательно должен присутствовать свидетель, который подтвердил бы, что убийство действительно совершил проигравший. Но проигравший свидетеля подкупал, он же расплачивался с Юдиным. А тот полученные деньги просаживал на Северном рынке, на игровых автоматах.

– Значит, Дину проиграли? И все?! – Казалось, Шубин был разочарован. – И как определялись жертвы?

– Да никак. Просто: убить мужчину или женщину. Все.

– Так кто же все-таки убил Дину?

– Однажды, когда Сергей Юдин напился, он показал Логинову фотографию своей жены, рассказал, что она бросила его и теперь сожительствует с другим мужчиной, живущим в доме неподалеку от колодца, в котором обитает он сам. Логинову Валентина понравилась, и он предложил Юдину сыграть с ним в карты. В случае, если Юдин выиграет, Логинов берет его на работу на оптовый склад и позволяет ему жить в подсобке. Если же Юдин проигрывает, Логинов забирает у него жену.

– Как ты узнал об этом разговоре, об этой игре? – не выдержал Шубин. Все услышанное представилось ему настолько нереальным, что он чуть было не достал бумажку, чтобы прочесть имя убийцы и посмеяться вместе с Крымовым над его розыгрышем.

– Я могу ответить, – вдруг сказала невозмутимым тоном Таня. – Я думаю, что ты, Крымов, познакомился с Логиновым, и он сам тебе все рассказал.

– Разумеется. Меня ввели в его так называемый клуб, познакомили с ним, я же, в свою очередь, пригласил его в казино «Риголетто», напоил его, и он рассказал мне много чего интересного… В том числе и про Юдина, которого считал ничтожной личностью и собирался в самое ближайшее время от него избавиться.

– И зачем тебе это понадобилось – знакомиться с Логиновым и прочее? – спросил Шубин, начавший терять терпение.

– Дело в том, что я продолжал работать на Ступина – собирал информацию о Валентине. Мне поручено было узнать все о ее прошлом, в частности, о ее муже, чтобы впоследствии Юдин мог бы беспрепятственно дать Валентине развод – Николай Борисович собирался жениться на ней. Когда же я рассказал ему, в какие страшные игры играет Юдин, Ступин испугался за Валентину и приказал ей не выходить из дома. Мы оба понимали, что добром это не кончится, что Юдина либо схватят, как убийцу уже трех человек (он выполнил «работу» уже за трех проигравших), и он примется рассказывать все о себе и о своей жене, которую тотчас станут разыскивать и выйдут на Ступина, либо Юдин в один прекрасный день проиграет свою жену… Как в воду глядели.

– И чем же закончилась игра? – спросил Шубин.

– Юдин проиграл Логинову. Теперь он сам должен был привести Валентину к нему на оптовый склад.

– И он решил убить ее? – покачала головой Таня. – Ведь так? Он понимал, что от Логинова ему все равно никуда не деться, что он не сможет защитить от него свою жену и что для нее же будет лучше, если он ее убьет…

– Когда Ступин позвонил мне и сказал, что Дину убили, я сразу понял, что это дело рук Юдина. Это был уже не человек. Он, скорее всего, напился для храбрости, вошел в подъезд, поднялся и спрятался за лифтом. Он знал, где живет его жена, наверняка видел, что она приезжает со Ступиным на иномарке, вычислил квартиру, а может, и спросил у кого, где тот живет… Он не знал только, не видел, что рано утром к Ступину пришла Дина. Стоя за лифтом, он слышал раздающийся из квартиры женский голос… Нервы его были на пределе. Поэтому, когда открылась дверь и он увидел женщину, палец его нажал на курок прежде, чем он понял, что ошибся и убил не Валентину… Дина упала, он сел в лифт и уехал… Приехал к себе в колодец и застрелился.

Шубин, продрогший на ветру, достал судорожным движением из кармана бумажку и развернул ее. «Сергей Юдин, муж Валентины». Вот что написано было на листке бумаги.

– Ну и гад же ты после этого, Крымов… – Шубин бросился на Крымова и даже повалил его на землю, в грязь. – Подонок! Знал, кто убил Ступину, и все это время молчал! Знал, что у нас – ничего, и все равно молчал!

– Я написал тебе имя убийцы, ты знал, кто убил, и сам молчал…

– Я ничего не знал, я хотел сам, сам найти его! – Они катались по хлюпающей грязной кашице из снега и земли, вцепившись друг в друга и нанося время от времени удары куда придется.

– Прекратите, вы что, с ума сошли?! – Женя и Таня принялись их разнимать. – Крымов, остановись! Игорь! Возьмите себя в руки! Лучше скажи, Крымов, зачем ты привел нас к колодцу? Уж не собираешься ли ты сказать нам, что Сергей Юдин до сих пор там?

Крымов поднялся, оттолкнул от себя разъяренного и раскрасневшегося Шубина, выплюнул грязь.

– Ты дурак, Шубин, если ничего не понимаешь… Ты думаешь, что я не знал, что ты не заглянешь в эту чертову записку прежде, чем сам не выяснишь, кто убил Ступину? Я знал, поэтому и написал тебе имя убийцы. Мне надо было выиграть время.

– Какое еще время, – Шубин, тяжело дыша, продолжал смотреть на Крымова глазами, полными ненависти. – Зачем тебе понадобилось время? Чтобы унизить меня в глазах моей собственной жены? Чтобы доказать, что я ни на что не способен, в то время как ты и убийцу нашел, и с женой моей успел переспать?

– Дурак, не путай кислое с пресным! – повторил Крымов, отряхиваясь и приводя в порядок одежду. – Я хотел свалить убийство Ступиной на Логинова, на этого мерзавца, куда более опасного, чем Юдин. Я пришел сюда через час после того, как Дину убили, спустился и увидел Юдина, уже мертвого, а рядом с ним – пистолет… В сущности, работу свою я уже выполнил, убийцу Дины нашел – Ступин обещал заплатить мне за это приличные деньги… Но Ступину-то все равно, кто убийца, тем более что его жену пристрелили случайно, собирались убить Валентину, что исключает какой бы то ни было мотив… Но мне до смерти захотелось, чтобы в убийстве обвинили вечно выходящего сухим из воды Логинова.

– С каких это пор тебя волнуют вопросы нравственного порядка? – усмехнулся Шубин, облизывая разбитую губу. – Решил избавить общество от негодяя Логинова? Да кто же тебе поверит? И что, избавил? Подставил Логинова? Подкинул ему пистолет?

– Сначала я привел сюда Ступина, показал и рассказал все, что мне было известно об этом убийстве, другими словами, отчитался о проделанной работе и получил деньги. И уже только после этого сказал ему о своем желании подкинуть пистолет Логинову и сдать его к чертям собачьим… У меня было и еще кое-что на него, плюс имена проигравших за последние два месяца, все-таки три трупа… Да и клуб этот… Смерть Дины Ступиной, по ошибке застреленной Юдиным, могла бы помочь мне разоблачить настоящего преступника. Ступин сказал, что ему все равно. И тут случилось то, чего я ну никак не мог ожидать. Я прямо в его присутствии позвонил Логинову, чтобы договориться о встрече, но трубку взял другой человек, который и сообщил мне, что Логинов умер. От перитонита. Ничего себе поворотец? Судьба…

– Значит, труп Юдина до сих пор лежит здесь?..

– Да, и не только труп, но и пистолет. Мне достаточно лишь позвонить Корнилову, как тут же возле этого колодца появится целая толпа людей…

– Я должен спуститься и посмотреть на него, – сказал Шубин, словно до сих пор продолжая сомневаться в услышанном.

Они с Крымовым спустились, но очень быстро поднялись.

– Там слишком жарко, чтобы тело сохранилось…

– Мальчики, вам не кажется, что мы здесь и так задержались… Сначала на кладбище мерзли, теперь тут… – стуча зубами, сказала Таня. – Не знаю, как ты, Игорь, или ты, Женя, но я ужасно рада, что с помощью Крымова мы свою работу выполнили… Ведь ты поделишься с нами, Крымов, дашь нам возможность самим позвонить Корнилову, или ты уже не наш?

– Вы могли это сделать гораздо раньше, в тот день, когда я написал имя убийцы… Что касается денег, то здесь все просто. Свой гонорар я уже получил и практически весь отдам маленькому Сане… – Он с какой-то нежностью взглянул на притихшую и раскрасневшуюся Женю Жукову. – А вы предъявите имя убийцы и весь расклад Соболеву и получите свой гонорар. Таким образом, за проделанную мной работу все получат довольно неплохие деньги, а заказчик узнает, кому и зачем понадобилось убивать молодую красивую женщину… И нечего на меня злиться. Надо жить просто и весело, Игорек. Между прочим, вам всем привет от Земцовой. Я хотел бы, конечно, сказать, что она приезжает, но увы… Может, мы увидим ее в марте. Да, еще… ксерокопию всех материалов, которые мне удалось собрать по этому делу, я сделал. Сегодня вечером их можно будет представить Соболеву. А сейчас я всех приглашаю в ресторан! А ты, Игорь, звони Корнилову, теперь их очередь заглянуть в колодец…

* * *

Пятого марта Таня Бескровная скрылась в примерочной кабине салона для новобрачных. Минкин все-таки уговорил ее венчаться в белом платье.

– Ну не смешно ли я буду выглядеть в белом? Подумай сам, я – и в белом… Это хорошо, что еще живота не видно… не понимаю я этих распухших невест, которые так и норовят втиснуть себя в сорок четвертый, в то время когда им и пятидесятый мал…