Помоги проекту - поделись книгой:
- Конечно!
- Вот - самое свежее, надеюсь, вам понравится:
Моли стихотворение не понравилось.
- Совсем неплохо… - сказала она после минутного молчания, - Птенец - бездомный. Голодный, наверное… И убийство - неожиданное и жуткое. За душу берёт!
- А вот ещё:
- Превосходные стихи, - солгала Моль, - сразу видно профессионала. К тому же - мудрые!… Я, пожалуй, возьму у вас пару уроков стихосложения. Не хотите ли пригласить меня на чашку английского чаю?
- Я бы не прочь, - ответствовал Голос, - да вот загвоздка: терпеть не могу чай.
- В таком случае можно было бы ограничиться кофе со сливками…
- Я вообще не пью.
- Никогда?
- Никогда.
- Вот ведь незадача какая… а что же вы делаете?
- Вот, иногда с насекомыми беседую, но это - в хорошем расположении духа…
- Стало быть, у вас - хорошее расположение духа?
- Сносное.
- Тогда уже можно начинать меня спасать. Будь вы не в настроении, появилось бы какое-то оправдание, а так… никакой причины не спасать меня у вас нет. Так что - давайте… Приступайте.
Голос хмыкнул и пробурчал:
- Вас не нужно спасать. Вы и сама превосходно справитесь. Поверните направо. Теперь налево. Поднимитесь наверх. Налево. Ещё раз налево. Всё. Вы совершенно свободны.
Моль взлетела и покружила немного в темноте, пытаясь распознать источник Голоса. Не найдя никого, она протиснулась в замочную скважину и только собралась было покинуть навсегда пыльный старый шкаф, но тут Голос шепнул:
- Хотелось бы уточнить кое-что напоследок… если можно…
- Конечно, всё что угодно! Я вам так обязана!
- Про палачей я всё понимаю. Вы засмейтесь, палачи. Всё ясно. А вот со скрипачами куда сложнее. Откуда эти скрипачи? Что за скрипачи такие?
Моль вздохнула и призадумалась, пытаясь сформулировать ответ. Голос понял её молчание по-своему и продолжил:
- Ну хорошо, не надо скрипачей. Давайте с усачами разберёмся. Разве на их месте не могли оказаться лихачи? Или циркачи какие-нибудь?
Моль снова вздохнула:
- Нет, никак не могли.
- Но почему?
- Видите ли, если бы на их месте оказались циркачи, вы бы меня не спасли.
Голос помолчал немного и сказал:
- Ничего не понимаю.
- Я тоже, - призналась Моль. - но заклинание должно быть идеальным, каждый элемент на своём месте. Иначе не cработает.
- Какое заклинание?
- Все мои стихи написаны в Безвыходном Положении. Я живу пока пишу. Прощайте.
Сказав это, Моль выпорхнула наружу, покружила по комнате и пропала из виду. Старый шкаф вздохнул и пробормотал про себя:
- Трюкачи. Калачи. Врачи. Мячи. Очи… Ничего не понимаю…
ТОЛСТОЕ И ТОНКОЕ
- Я утончаюсь, - пожаловалось Тонкое, - Меня уже почти не видно. Ещё пара ковшей времени, и я совершенно исчезну.
- Мне бы ваши заботы, - вздохнуло Толстое, - а впрочем… подвиньтесь, я расскажу вам о том, что значит вовремя, с надлежащим вкусом и разумением, исчезнуть.
И оно аккуратно, насколько позволил вес, присело на краюшек - чтобы ненароком не спихнуть собеседника с насиженного местечка.
- Начнём с того, что исчезают по крайней мере шестидесятью различными способами, - сообщило Толстое, - из них мне достоверно известно восемь. Внемлете?
- Внемлю, - пискнуло Тонкое, голосом ещё более тонким, чем прежде. Оно и в самом деле убавлялось в размерах - прямо на глазах. Толстое подозрительно прищурилось и поспешило продолжить:
- Впервые это произошло со мной во время войны Алой и Белой Роз. Я очутилось на поле боя, войска стремительно сближались: справа - конные рыцари в длинных белых плащах поверх дребезжащей бойцовской утвари, достойные витязи, всяк при бороде и роскошном арабском скакуне, титулованные особы, огнеглазые, гневные мстители…
- Да уж, - вздохнуло Тонкое тихонько, почти неслышно, вздрогнув от налетевшего ветерка, мучительно завибрировало. Толстое мягким движением уладило амплитуду его колебаний и сожмурилось, припоминая:
- …слева - копейщики с алыми плюмажами на шлемах, все как один - юные красавцы, белокурые, статные, нецелованные отроки, одержимые безумием назревающей брани…
- Таю, - всхлипнуло Тонкое, тая.
Поделиться книгой: