Летняя рапсодия

– Я рад, что ты их все-таки не обрезала, – сказал он.

Чувствуя, как подпрыгнуло ее сердце, Уитни защелкнула сумку и отвернулась от зеркала.

– Трой спит?

– Так действительно очень красиво. – Люк уже спустился вниз. – Как правило, блондинки не в моем вкусе, но в данном случае…

– В твоем вкусе блондинки или нет, меня совершенно не интересует. – Ее прохладный тон явственно давал понять, что нет никакой необходимости продолжать этот разговор. Она направилась в гостиную. – Мы можем поговорить здесь. Только сначала я разожгу камин.

Подойдя к камину, она наклонилась, чтобы открыть ящик с поленьями, и вдруг сообразила, что Люк стоит прямо за ее спиной. Он мягко положил руку на ее плечо.

– Сядь, я сделаю это сам.

Девушка опустилась в удобное низкое кресло, скинула кроссовки и, поджав ноги, стала внимательно наблюдать, как Люк укладывает в камине дрова.

Вскоре ярко запылал огонь. Несколько мгновений Люк смотрел на пламя, потом отряхнул руки и повернулся к ней:

– Хочешь чего-нибудь выпить?

– Нет, спасибо, но себе налей.

Он отрицательно покачал головой.

– Ну… как тебе понравилась вечеринка?

– Очень.

Люк сощурил глаза.

– Ты ведь не слишком хорошо знакома с Хетти и остальными, не так ли?

– Когда твоя бабушка вернулась из больницы, Хетти раз в неделю приезжала к ней сделать прическу. До этого… да, до этого я почти ее не знала. Крессида обычно отвозила меня к своему парикмахеру в Пентиктон.

– А Дикси Мэй?

– Они все заканчивали школу, когда я была еще в седьмом классе. Мы ездили в школу на одном автобусе, но они никогда не обращали на меня внимания. А я всегда на них пялилась. Даже завидовала им. – Ее губы сардонически скривились. – Как ты сам сказал – у меня были ножки как палочки и соломенного цвета косички. А они все были такие хорошенькие, особенно Дикси Мэй с ее белокурыми кудрями, модной одеждой и ее… ну, ты знаешь!.. – Она передразнила жест Люка, описав в воздухе несколько округлых движений.

– Но ты их недолюбливала, да? Эту компанию?

– Они были частью твоего окружения, так что… да, недолюбливала. Кроме того, они были слишком громкими и самоуверенными.

– А сейчас?

– Громкие и самоуверенные они все до сих пор, но на самом деле они отличная компания, Люк. Они сделали все, чтобы я чувствовала себя свободно и уютно.

– Вначале они присматривались к тебе, но потом ты им понравилась. Это было заметно.

– А почему бы и нет? – смущенная внезапной натянутостью в его голосе, подчеркнуто небрежно сказала Уитни.

Он смотрел на нее, словно задавая себе тот же самый вопрос. Но вот он встряхнул головой, будто прогоняя эти мысли, и девушка поняла, что неважно, к какому выводу он пришел, делиться этим с ней он не собирается.

Вместо этого он опустился в кресло напротив нее. Расставил колени, оперся о них локтями и внимательно посмотрел на Уитни сияющим взглядом синих глаз.

– Я знаю, – сказал он, – что ты боишься продавать машину и вкладывать всю выручку в виноградники, но могу гарантировать, что, к какому бы выводу ни пришло судебное разбирательство, в финансовом отношении ты не пострадаешь. – Он наклонился вперед. – Ты мне веришь?

Уитни смешалась, но только на секунду.

– До сих пор ты мне не давал повода тебе не верить.

– О'кэй. Тогда – план. Я попрошу моего адвоката составить контракт, согласно которому ты получаешь каждый доллар, вложенный тобою в дело, обратно с процентами, если суд решит дело в мою пользу.

– Если судья объявит завещание не имеющим силы, то ты автоматически наследуешь поместье?

– Если судья решит, что завещание недействительно, то вступает в силу предыдущее. Согласно словам Максвелла, никакого предыдущего завещания не было. Похоже, моей бабуле не хотелось думать о том, что однажды она может умереть…

– Очевидно, ее настроение изменилось после того, как врачи обнаружили опухоль. Она составила завещание дня через два после возвращения из больницы. Она была очень подавленна и плохо себя чувствовала. – Печальные воспоминания нахлынули на Уитни, но она постаралась отогнать их. – Продолжай, – сказала она. – А если нет другого завещания?

– Тогда будет считаться, что бабушка умерла, не оставив завещания. И поскольку у нее нет в живых мужа или детей, то наследство отойдет к ее внуку.

– Тебе.

– Да.

Он так уверен в выигрыше, отметила про себя Уитни. Но откуда у него эта уверенность? Чем больше девушка думала об этом, тем больше тревожилась. Она только что сказала Люку, что верит ему… но как далеко он готов зайти, чтобы достичь желаемого?

– Уитни?

– Извини, я задумалась. Вернемся к твоему плану о виноградниках… какова будет твоя доля участия в работе?

– Мои связи. Мой опыт. И мой тяжелый труд.

– Связи?

– Я здесь родился и вырос, Уитни. Я знаю кучу народу в этой сфере деятельности. Я уже прощупал почву, поговорив с Викторией Мосс с Полынных виноградников. Она согласна снабдить нас черенками «пино бланк» и «пино гри». Она даже подумывает о предоставлении нам кредита.

– А твой опыт?

Люк сухо рассмеялся.

– Я начал работать на виноградниках с тех пор, как мне стукнуло два года, когда сумел выдернуть первый сорняк! А в двенадцать лет я уже мог и починить шпалеру, и обрызгать составом лозу, и управляться с трактором. Учась в старших классах, я каждое лето проводил на виноградниках.

– Но это было столько лет назад! С тех пор многое изменилось, методы и оборудование ушли далеко вперед…

– Последние годы я работал на виноградниках долины Напа. Особенно часто я имел дело с прививкой, учился у специалистов.

– Ты же утверждал, что все это время валялся на пляже?! – Уитни негодующе взглянула на него.

– Это ты так решила. Я только сказал, что Калифорния – это страна прибоя и загорелых красоток. Ты же предположила и остальное…

– Ну все равно! Если бы ты был аккуратнее с деньгами, то не вернулся бы домой без цента на банковском счету.

– Пойми, я готов работать как черт, чтобы поставить поместье на ноги, – не обращая внимания на ее насмешку, продолжал Люк. – Я найму опытных специалистов из Калифорнии, найду бригаду хороших местных рабочих и сам буду вкалывать всю неделю круглосуточно.

– По-моему, ты кое-что забыл! – прервала его Уитни. – Вернее, не кое-что, а кое-кого.

Люк настолько увлекся, излагая свой план, что несколько мгновений смотрел на нее совершенно непонимающим взглядом.

– Трой? – наконец сказал он и тряхнул головой. – Нет, конечно, я не забыл о Трое.

– Но ты же сам все время твердил, что не отдашь его в ясли; так кто же будет сидеть с ним, пока ты работаешь?

– Ты.

– Я?

– Он привык к тебе, ты же сама это видела на вечеринке у Хетти! Они все пытались его потискать, а он тянулся к тебе. Ты же говорила, что шансы получить работу учительницы равны практически нулю, и вообще через какие-то два месяца начинаются школьные каникулы… – Он пожал плечами, словно хотел сказать: «О чем тут можно спорить!»

Уитни медленно поднялась на ноги.

– Ты все продумал, не так ли, Люк Бранниген!

Он тоже встал и подошел к ней вплотную.

– Да. – Его глаза напряженно блестели. – Ты согласна мне помочь?

Уитни подмывало отступить на шаг назад, вырваться из-под влияния его властной ауры, но она заставила себя не двинуться с места.

– Я не могу ничего сейчас сказать. – Уитни почувствовала, как напряглись мышцы у нее на шее, когда она посмотрела на Люка. – Но я подумаю.

– Не затягивай. Если мы возьмемся за дело, то надо начинать срочно. Апрель – лучший месяц для прививок. Уитни, у меня долг перед бабушкой за все годы моего отсутствия. Я чувствую… я просто обязан добиться успеха, чтобы почтить ее память. Кроме того, пусть меня черти возьмут, если я позволю нашим виноградникам сгнить на корню, а именно это и произойдет, если мы не объединим усилия…

Объединим усилия. Слова повисли между ними в воздухе.

– Я отвечу тебе утром. – Уитни отчаянно пыталась стряхнуть с себя невидимую руку, давящую ей на затылок и толкающую к Люку. – Я… пошла спать.

Ей хотелось протянуть руку к его лицу, дотронуться пальцами до его щеки, хотелось почувствовать его губы на своих… Вряд ли соображая, что она делает, Уитни кончиком языка провела по вдруг пересохшей верхней губе.

– Ты нарываешься на неприятности, – тихим голосом произнес Люк. – Не делай так… и не смотри на меня таким взглядом… если не готова к последствиям.

Последствиям! О, она прекрасно понимала, что он имеет в виду… но нет, ни за что!

Ее щеки запылали, она резко развернулась и устремилась к двери.

Если она в конце концов и решит объединить силы с Люком, то должна будет сделать все возможное, чтобы их связь была чисто деловой. Более близкие отношения неминуемо приведут к разбитому сердцу и катастрофе.

Когда Уитни на следующее утро вошла в кухню, Люк убирал тарелки в шкаф.

– Можешь налить себе кофе, – сказал он рассеянно.

Ее взгляд метнулся к кофейнику, и девушка увидела, что тот наполовину полон. Господи помилуй, неужели он сварил и на ее долю?!

Она налила себе полную кружку, добавила сахар и торопливо отхлебнула глоток.

– Ммм, – смакуя крепкий ароматный напиток, невнятно промычала Уитни. – Спасибо.

– Пожалуйста.

Трой сидел на своем стульчике, весь вымазанный в каше, и широко распахнутыми голубыми глазами неотрывно смотрел на нее. Уитни поставила кружку на стол и подошла к малышу.

– Привет, дружочек… как ты сегодня?

– Ма-ма-ма! – Трой увидел у нее в волосах заколку, тут же уронил ложку и протянул ручонки к золотым кудрям Уитни.

Девушка ловко уклонилась от его липких ладошек и мягко рассмеялась.

– Эй, это нельзя! – Она взглянула на Люка. – Он…

Она резко осеклась, с удивлением увидев блеск чувственности в его глазах, и дрожь пробежала по ее телу. У Уитни появилось странное ощущение, что он взглядом раздевает ее – раздевает и наслаждается каждым сладким моментом.

Колени ее задрожали, и она, взяв тряпочку с раковины, принялась вытирать ручки Троя… втайне пытаясь унять бешеный стук сердца.

– Вот так. – Она стерла мазок каши с волос мальчика и слегка отступила от него и Люка, вроде чтобы полюбоваться произведенным эффектом.

– Ох, – сказала она, – ну какой же ты очаровательный молодой человек!

– Весь в папу! – шутливо откликнулся Люк.

Сделав глубокий вздох, Уитни метнула осторожный взгляд в его сторону и с облегчением заметила, что мужчина смотрел на нее весело и чуть насмешливо, без всякого намека на сексуальность.

– Конечно, – произнесла она с нарочитой небрежностью. – Вы очень привлекательная пара, отрицать нельзя. – И подчеркнуто взглянула на электронные часы на плите. – Уже начало девятого.

– Я ждал тебя. – Люк облокотился о стол. – Ты приняла решение?

Уитни насмешливо подняла брови.

– Ты специально сварил на мою долю кофе, чтобы подмаслить меня, поднять мне настроение и добиться таким образом объединения усилий?

– И не на такое пойдешь, чтобы добиться своего.

– Мог бы не утруждать себя, – сказала она сухо, взяла со стола свою кружку, обхватила ее обеими ладонями и посмотрела на Люка сквозь пар, поднимающийся от горячего кофе. – Я решила принять твой план.

– Вот и славненько. – Он ухмыльнулся. – Ты об этом не пожалеешь.

– Но я хочу, чтобы составленный адвокатом контракт лежал передо мной, прежде чем я приму окончательное решение.

– Справедливо.