Тень Луны

— Да, но только один из них, он назвался Льюисом Фэнчем…— Эльвир коротко изложил всё, что видел.

— Слушайте меня внимательно. Ни в коем случае не подпускайте их к…— собеседник на секунду прервался и закончил,— к этому аппарату.

— Но,— Эльвир посмотрел в сторону каплевидной конструкции,— они уже там, они, по-моему, что-то набирают на терминале.

«Предчувствия меня не подвели»,— мрачно констатировал Хани, чувствуя, что нервы натягиваются гитарными струнами.

— Дьявол! Задержите их, сделайте всё что можно, но отзовите их оттуда. К вам уже вылетел вертолёт, он прибудет минут через пять-десять, задержите их. Это очень важно! Вы меня поняли, доктор Хани?

— Да, конечно.

Разговор окончился. В коммуникаторе послышалось попискивание, что свидетельствовало об отключении абонентов.

— Что он сказал?— спросил водитель.

— Мы должны их отвлечь, пока не прибудет вертолёт.

— И как мы это сделаем?— озадаченно усмехнулся шофёр.— У нас даже оружия нет. Мы же не можем им сказать: «Подождите, сейчас за вами прилетят».

— М-да, проблема…— прошептал доктор и кинул взгляд на Асию. Она, конечно, не помощник в таких сложных вопросах. «Лучше её не вмешивать»,— подумал он и взвесил ситуацию спокойно, без эмоций, которые так и хотели вырваться. Что реально он мог противопоставить двум вооружённым людям? Ничего. Действительно, абсолютно ничего.— Может они нам согласятся помочь? Это их отвлечём, а мы потянем время?

— Ну-у…— в сомнениях протянул шофер,— рискнуть-то можно. Но боюсь, они почувствуют. Неужели бы нас не послали сюда без должной комплектации. Они почувствуют неладное, тогда нам действительно будет плохо.

— Но мы не можем уйти в сторону,— осторожно произнёс Эльвир. Он не хотел становиться героем посмертно, тем более что дома его ждали, хотя к трусам себя не причислял, но тут же задался вопросом: не идёт ли он на сделку с совестью?

— Это не наши проблемы,— согласился водитель. Видимо, ему тоже не хотелось глупо сложить голову за неизвестно кого.— В конце концов, мы же не полицейские и не солдаты.

— Доктор Хани,— взволнованно обратилась медсестра. Эльвир обернулся, встретив встревоженный взгляд.— Что происходит?

— Ничего страшного. Что у нас?— сразу перевёл он разговор.

— Один из них приходит в себя,— как ученица на вопрос строгого учителя ответила Асия.

— Приходит в себя?— почему-то вопросом повторил он и направился вглубь медицинского отсека машины, заметив движение. Это был тот самый человек, у которого из кармана Льюис Фэнч вынимал какой-то свиток.— Как вы себя чувствуете?— спросил Эльвир, хотя предсказывал результат заранее, когда взгляд пациента стал более осмысленным. Мужчина ответил на русском. Хани достаточно хорошо знал этот язык, чтобы повторить вопрос и понять ответ:

— Хреново, доктор. Где мы?

— Вы в медицинском вездеходе. Не волнуйтесь, скоро мы вас отвезём в больницу.

Видимо пациент что-то понял, потому что слегка приподнялся и посмотрел в сторону странной конструкции. Лицо стало совсем бледным, когда он увидел двух людей.

— Вы знаете их?— догадался доктор.— Нас попросили их задержать, но мы не можем.

— Их нужно задержать, их нельзя подпускать,— пациент постарался встать, но видимо голова закружилась, и он упал, простонав и бросив непереводимый набор слов.

— Лежите, не в этот раз.

— Вы не понимаете! Эти люди…

— Вертолёт, он прилетит сейчас, моя задача вытащить вас,— произнёс Эльвир. Наверное, слова звучали неверно или не совсем точно, но смысл был передан.

— Вы должны меня поднять на ноги сейчас,— пациент вцепился в халат доктора и смотрел в глаза.— Сделайте, что угодно, но я должен их остановить, хоть переступите свою клятву Гиппократа, хоть душу продайте! Что угодно, только поставьте меня на ноги!

— Они вас убьют,— попытался защититься Хани, понимая, что абсолютно прав, помогать в самоубийстве этому человеку он не намеревался.— Лежите или я вас привяжу силой.

Тот устало опустился и что-то произнёс. Смысл остался скрыт.

Эльвир достал из медсумки успокаивающее и молча сделал укол. Пациент сначала непонимающе, а затем со злостью посмотрел на него, закрыл глаза и уснул, что случилось практически мгновенно. Препарат начал своё действие.

В этот момент, подтверждая недавно сказанные доктором слова, послышался звук летящего вертолёта. Водитель поспешно зашёл в машину и закрыл дверь. Все прильнули к окнам, ожидая дальнейшего развития событий.

* * *

…Панель выдвинулась от одного нажатия кнопки, но чтобы её найти среди абсолютно гладкой поверхности гипердвигателя потребовалось потратить драгоценные минуты. Время сейчас работало против Макса. Этот врач явно что-то заподозрил, а значит, прибытия военных можно было ожидать с минуты на минуту, тогда все планы рухнут, не начав выполняться.

Макс улыбнулся, глядя на загорающийся экран монитора и на стандартную раскладку клавиатуры. Здесь всё было как у обычного компьютера, вот только управлял он совсем необычным устройством и функции у него были соответствующие. Он вспомнил своё незатейливое послание, оставленное в другом мире: «…гипердвигатель останется у меня». Это главное, что он хотел сказать. Страшная гримаса полуулыбки исказила лицо. Пора начинать вторую фазу операции и что бы ни стало на его пути, уже ничто не могло изменить ход событий. Главное уже свершилось.

— Начинай ввод данных,— коротко приказал Макс.— Координаты ты знаешь.

Энз поспешил выполнить приказ. Этот человек неплохо разбирался в устройстве компьютеров, поэтому и был представлен в группу, которая уничтожила Систему. Сейчас гипердвигатель находился в так называемом «горячем режиме», а это означало, что для подготовки нового прыжка не потребуется много времени.

«Всего несколько минут… всего пара минут, и мы будем бессмертны!»— чуть не выкрикнул Макс.

Время текло, как раскалённое желе металла. Настолько были натянуты нервы, так же неповоротливо и с сопротивлением переключались секунды на механических часах.

Внезапно слух уловил шум вертолёта. Эта модель не обладала звукоизоляцией двигателя, что выдало землян раньше, чем следовало бы.

— Быстрее,— поторопил Макс и взглянул на небо в ожидании увидеть источник звука. Солнце светило ярко и от его лучей резало глаза.— Быстрее, они рядом.

— Я стараюсь, осталось совсем немного.

— Враги Истины!!— выругался он, доставая из кобуры довольно большой по габаритам плазменный пистолет, потому что взгляд различил в жёлто-голубом небе чёрную точку летящей машины.— Сколько тебе ещё надо времени?

— Секунд двадцать… ввожу координаты….

— Запускай, как только будешь готов, радиус не меняй, оставь 10 метров ,— бросил Макс и навёл пистолет на вертолёт, контур которого уже был хорошо различим.

Лопасти поднимали песок и катили волну прямо на них: неплохая маскировка, но определить на кого она работала — задача с неоднозначным решением. Машина шла на посадку, он видел, как в чреве вертолёта, уже приготовились спецназовцы, они хотели взять их живыми.

«Вряд ли это вам удастся…»— подумал Макс и нажал на спуск. Пистолет послушно выплюнул раскалённый шарик плазмы, который чёрточкой улетел в сторону приземляющейся машины. Ударившись о борт, он слегка оплавил обшивку. Волна пыли накатила на гипердвигатель, взгляд метался в поиске цели. Машина полностью погрузилась в рукотворный вихрь, что затрудняло задачу. Песок бил в глаза, заставляя прикрыть их рукой.

— Скоро?— прокричал он и, чувствуя, что рот заполняется пылью, сплюнул.

— Да.

Среди жёлтого вихря уже можно было увидеть расплывчатые тени спецназовцев. Они были уже почти у цели. Наверняка, специальные приборы позволяли им видеть гораздо лучше. Макс присел на колено и снова нажал на гашетку. Голубой росчерк плазмы чуть не пронзил одного из бойцов, спецназовцы пригнулись, но по-прежнему не спешили открывать огонь. Они шли слово танки. Макс нажал ещё раз на курок, целясь в грудь, и хотя спецназовец попытался увернуться, он попал в плечо. Солдат упал. Короткая очередь из автомата очертила полосу перед Максом, подняв султанчики песка. Его предупреждали. В грохоте двигателя утонул крик Энза:

— Включаю!

Мир поплыл, но не впервые. Теперь действительно ничто не могло их остановить.

* * *

Время неизвестно…

Место неизвестно…

Сначала пришла боль, а затем и тошнота. Тело пытало и покрывалось каплями пота, словно Андрей лежал на раскалённой сковороде.

Он помнил всё, да и что это было? Сон, бред, галлюцинация, целый месяц странный необъяснимо связанных событий. Этого не было, не было и Империи, не было и Симирии, не было и Дины… не было этого кошмара и постоянного напряжения.

Он попытался открыть глаза. Тело слушалось, но с трудом. Булдаков ощущал себя разбитым, сломанным, как старые часы. Взгляд уткнулся на белый потолок. Андрей судорожно попытался вспомнить последние секунды, перед тем как погрузился в сон.

Удаляющиеся спины гвардейцев, летящая синегрудая пташка, но нет, было и ещё что-то, было… Разрозненные мысли-кадры стали сливаться в один фильм.

…Ракета не промахнулась, попав точно в цель. Она, казалось, взрывом озарила весь космос, разорвав хлипкую конструкцию на множество малых частей. Куски обшивки и обломки солнечных батарей мчались прочь от огня, недолго подпитываемого атмосферой станции, которая закончила свой жизненный цикл вместе с цивилизацией. Одним из осколков перерезало трос.

Его уносило взрывной волной прочь от умирающей планеты, прочь от разметающейся космической станции, в глухой, не восприимчивый к чувствам живого существа космос, туда, где ему предстояло ещё немного пожить, запертому в скорлупке скафандра, последнему представителю погибшей цивилизации. И это было страшно. Ему предстояло ещё наблюдать термоядерные взрывы и видеть разлетающуюся станцию уже несуществующей цивилизации. Он остался один против слепой стихии и летел прочь от родной Земли, содрогающейся от термоядерных взрывов…

«Не было этого, не было»,— твердило сознание.

Андрей попытался отогнать наваждение, и оно прошло.

«Что же было потом?»

Он вспомнил какого-то человека в белом халате, потолок машины, запах песка и медикаментов, и вспомнил, что видел Макса у гипердвигателя.

«Да, всё это было!!!»— внезапно для себя крикнул он и бессильно опустился на кровать, которая радушно приняла пациента в свои объятия.

«Они смогли увести гипердвигатель!»

Вот, что имел в виду Макс… он просто издевался, стопроцентно веря в успех, и нужно признать, не без оснований. Это была жестокая издёвка, снисходительный смешок вдогонку. Булдаков вспомнил о свитке и голопроекторе. Если Макс забрал их, то доказательства уйдут навсегда. Впрочем, существовало ещё одно доказательство, но, увы, лишь косвенное: ДНК йети, но по большому счёту оно ничего не скажет.

Куртка висела рядом. Андрей принялся осматривать карманы. «Как же он всё просчитал…»— подумал Андрей. Он искал свиток, но не находил, голопроектор должен находиться у Александра в кармане. Наконец, бросив тщетные поиски, прокричал:

— Медсестра!— и уже громче, насколько мог:— Сестра!!!

Дверь открылась почти мгновенно со вторым словом. На пороге стояла девушка лет двадцати пяти в обычной одежде. Почему не в халате? Странно. Складывалось такое впечатление, что она вовсе не та, за которую себя выдаёт.

— Вы уже пришли в себя,— произнесла «медсестра».— Это хорошо.

— У меня были вещи.

— Мы ничего не забирали. Если хотите, я позову доктора.

— Нет, не надо,— сдерживая себя, произнёс он.— Где остальные?

— В соседних палатах.

— Мне срочно нужен телефон,— потребовал Андрей, даже не спросив, где находится.

— Вряд ли вам потребуется телефон.

— Что это значит?! Но мне нужно срочно позвонить!

Девушка фыркнула, и скрылась за поворотом, не прикрыв за собой дверь.

«Бред, что здесь творится?»— раздражённо подумал Андрей.

— Где я?— наконец, спросил он.— В какой больнице-то?! Или где?

Не дождавшись ответа, Булдаков приподнялся и встал. Голова кружилась, к горлу подступила тошнота, но он сдержал порывы и неровным шагом направился к открытой двери. Каждое движение давалось с трудом, ослабленное тело слушалось неохотно, и приходилось постоянно преодолевать это вязкое сопротивление.

Пустой коридор уходил метров на пятьдесят в обе стороны. Белые миниатюрные лампочки создавали довольно мягкое и приятное для глаз освещение. По отделкам стен Андрей понял, что, скорее всего, находится в больнице, но кто эта девушка? Она шла, не оглядываясь, словно призывая последовать за ней. Булдаков согласился на молчаливое приглашение. На медсестру девушка походила не больше чем он. Опыт и чутьё редко подводили его.

Ноги работали с трудом и дрожали, словно он пролежал не сутки, а неделю, не двигаясь. Андрей тешил себя уверенностью, что все последствия скоро исчезнут сами собой, как было в прошлый раз.

Девушка юркнула в последнюю комнату коридора, не закрывая двери. Андрей осторожно подошёл и заглянул — в помещении горел яркий свет, и заглянул. Скорее всего, комната предназначалась для совещаний медперсонала. Напротив входа, около окна, располагался диванчик, в центре стоял круглый стол, рядом несколько стульев из того же набора. На диване сидели трое: она, тот самый врач и…

— Генерал Ромин?— от неожиданности глупый вопрос вылетел сам собой. Взгляд сразу перешёл на знакомого врача, который вколол ему снотворное в пустыне. Тот сидел на стуле, повернувшись лицом к Евгению Николаевичу. Видимо они о чём-то говорили до того момента, как девушка привела его.

— Да, это я. Рад тебя видеть в добром здравии,— ответил генерал.

Андрей усмехнулся.

— К чему это?— спросил он, глазами указывая на сидящую рядом девушку.

— Она тебя пригласила к нам на беседу,— объяснил Евгений Николаевич.— Это доктор, который вытащил вас из пустыни.

— Доктор Эльвир Хани, можно просто Хани или Эльвир,— произнёс тот и, поднявшись, протянул руку для пожатия. Андрей не шелохнулся, ощущая злость. Врач немного помялся и, чувствуя неловкость, сел на место.

— Садись,— указывая на свободное место, сказал генерал. Взгляд Ромина стал свинцовым, словно отлитая пуля.

Оставалось только подчиниться. Булдаков и сам не стал разбираться, отчего возник такой внутренний протест, скорее всего, из-за вколотого снотворного в самый важный момент. Подсознание объявило доктора предателем.

— Зря ты так,— произнёс Ромин.

— И это всё, что вы можете мне сказать? Какое сегодня число?

— Ну, вижу, ты идёшь на поправку,— усмехнулся Евгений Николаевич.— Такое же, как и утром. Сегодня 21 февраля. Год не надо?

— Ого,— оценил Андрей и присвистнул. Он был удивлён: они отсутствовали неделю. Выходило, что время в двух измерениях идёт с разной скоростью. В Тени время текло в 4 раза медленнее.

— Доктор Хани, можете нас оставить?— вежливо попросил Ромин и, когда тот встал и скрылся за дверью, обратился к Булдакову.— Что «ого»? Меня интересует то, что вы видели и где были?

«Ну, разумеется, не зря же вы сюда пришли»,— понял Булдаков, но отвечать он не спешил. Как ни прискорбно осознавать, его просто использовали. И он это знал… знал, но всё же пошёл. Андрей понятия не имел, как расскажет обо всём Саше, но должен это сделать обязательно и чем быстрее, тем лучше, желательно до того, как отчёт ляжет на стол генералу, хотя и того могли использовать. Пусть Ромин не первое лицо в государстве, но и не последнее, что налагает на действия определённую ответственность.

Спросить в лоб, конечно, Андрей не смел. В голове просто не укладывалась картина мира. Всё внезапно стало с ног на голову. Что будет, если он сейчас скажет правду? Что будет, если промолчит? Да, неумно поступил, выдав свои эмоции. Евгений Николаевич человек не глупый: он сразу понял мысли, и вот в этом была проблема. Ответить, равно, как и молчать, он не мог.