Дело о счастливом неудачнике

– А сколько времени вы смотрели на этот номер сегодня около девяти утра?

– Я… я не знаю. Не понимаю, какое это имеет значение.

– Вы смотрели на него в течение получаса?

– Конечно, нет.

– Пятнадцать минут?

– Нет.

– Десять минут?

– Может быть.

– Другими словами, вы сегодня утром запоминали этот номер?

– И что здесь такого?

– А откуда вы знаете, что это тот же номер?

– Потому что это мой почерк. Я именно так его записала.

– Вы видели перед собой номерной знак машины впереди, когда писали эти цифры?

– Естественно.

– Все время, пока писали?

– Да.

– А разве не является фактом, что вы посмотрели на номерной знак, затем остановили машину, вынули блокнот и…

– Конечно, нет! Все произошло так, как я уже говорила вам. Я достала блокнот, сидя за рулем, и записала номер.

– Вы не левша?

– Нет.

– Одна рука оставалась на руле?

– Левая.

– А писали вы правой?

– Да.

– У вас перьевая ручка или шариковая?

– Обычная перьевая.

– Колпачок снимается?

– Да.

– И вы сняли колпачок одной рукой?

– Конечно.

– Вы в состоянии сделать это одной рукой?

– Да. Вы держите ручку – я имею в виду саму ручку – двумя пальцами, а колпачок снимаете большим и указательным.

– Что вы сделали потом?

– Положила блокнот на колени, записала номер, затем снова надела колпачок и положила блокнот и ручку обратно в сумочку.

– Как далеко вы находились от машины, идущей впереди, когда писали?

– Не очень далеко.

– Вы все время видели номер.

– Да.

– Четко?

– Да.

– Вы записывали номер в темноте?

– Нет.

– Очевидно, нет. Он записан очень аккуратно. Вы должны были сделать это при свете.

– Я включила свет в машине, чтобы видеть, что я пишу.

– Если вам пришлось запоминать этот номер сегодня утром, после того, как обвинитель передал вам блокнот, то, значит, вы не знали, что это за номер, перед тем, как он передал вам блокнот, не так ли?

– Ну… нельзя ожидать от человека, что он будет помнить номер все время.

– То есть утром вы его не знали?

– Я знала его после того, как мне вернули блокнот.

– Но не перед этим.

– Ну… нет.

Хоуланд с минуту помедлил.

– После того как вы записали номер, вы поехали домой? – спросил он.

– Да.

– Вы позвонили в полицию?

– Конечно. Я уже говорила вам об этом.

– Когда?

– Позднее.

– После того как вы прочитали в газетах о случившемся?

– Да.

– То есть о трупе, найденном на дороге?

– Да.

– А перед этим вы в полицию не звонили?

– Нет.

– Почему вы записали номер машины?

Ее глаза победно сверкнули:

– Потому что я знала, что человек, сидевший за рулем, был слишком пьян для того, чтобы вести машину.

– Вы знали об этом, когда записывали номер?

– Да.

– Но почему вы все-таки его записали?

– Чтобы знать, что это за номер.

– Чтобы вы могли дать показания против водителя?

– Чтобы я могла выполнить свой гражданский долг.

– Вы имеете в виду позвонить в полицию?

– Я подумала, что это мой долг – записать этот номер на тот случай, если с водителем что-нибудь случится.

– О, чтобы вы могли давать показания?

– Чтобы я могла сообщить об этом полиции, да.

– Но вы не сообщили в полицию, пока не прочитали в газете о найденном трупе?

– Все правильно.

– Даже после того, как вы увидели таинственное отключение правой фары, вы не позвонили в полицию?

– Нет.

– Вы не считали, что есть повод позвонить в полицию?

– Пока не прочитала в газете о трупе.

– Значит, вы не думали, что имел место несчастный случай, когда вернулись домой, не так ли?

– Я знала, что что-то произошло. Я размышляла о том, что могло вызвать отключение той фары.

– Вы не думали, что имел место несчастный случай?

– Я знала, что что-то произошло.

– Так вы думали или не думали, что имел место несчастный случай?

– Да, я поняла, что, должно быть, произошел несчастный случай.

– Когда вы это поняли?

– Сразу же после того, как вернулась домой.

– И вы записали этот номер для того, чтобы сообщить в полицию, если произойдет несчастный случай?

– Я записала номер, потому что считала, что это мой долг… да.

– Тогда почему вы не позвонили в полицию?

– Мне кажется, что этот вопрос уже задавался несколько раз и на него несколько раз был получен ответ, ваша честь, – встал со своего места обвинитель. – Мне не хочется лишать адвоката защиты возможности проводить перекрестный допрос, но, несомненно, одно и то же повторяется снова и снова.

– Я согласен с вами, – кивнул судья Кадвелл.

– Ваша честь, ее действия противоречат ее словам, а причины, которыми она объясняет свои действия, противоречат действиям, – сказал Хоуланд.

– Вам будет предоставлена возможность выступить в прениях перед присяжными, – ответил судья Кадвелл. – Факт, который вы хотели установить своим перекрестным допросом, уже установлен.

– Это все, – объявил Хоуланд, пожимая плечами и махнув рукой, словно отметая в сторону показания свидетельницы.

– У меня тоже все, миссис Хейли, – сказал обвинитель.

Миссис Хейли покинула место дачи свидетельских показаний, прошла по проходу и опустилась на свое место в зале суда.