Укус скорпиона

Он кивнул и, отойдя в сторону, дал распоряжение одному из официантов.

«Петушиные гребешки, – подумал я. – А почему бы и нет? Виртуальную пищу отлично ощущаешь на вкус. Жаль только, что, когда возвращаешься в обычную реальность, в желудке все равно пусто».

Официант исчез, метрдотель вернулся на свой пост, а я принялся исподтишка разглядывать ресторан и его посетителей.

Большой зал был убран под старину: тяжелые бархатные занавеси с бахромой, на стенах – средневековые гобелены, по углам – доспехи рыцарей, отполированные до блеска, старинные светильники под потолком. Здесь было уютно, и к тому же немноголюдно. Но, судя по оконной заставке с видом на Эйфелеву башню, сейчас в этой игре был день, а значит, все посетители харчевни являлись людьми, в отличие от встроенных в программу спрайтов. Системный оператор запускает их сюда по вечерам для полноты, так сказать, ощущений.

Я внимательно осмотрел собравшихся в «Харчевне королевы Педдок». Женщин здесь было не так уж и много, и в большинстве своем сработаны они были довольно топорно. Чувствовалось, что их программировали не такие асы, как Маргарет Тревор.

«Конечно же, – подумал я, – сразу надеяться на удачу было бы глупо, однако метрдотеля все же стоит кое о чем расспросить. Но это потом…»

Как ни странно, но петушиные гребешки оказались весьма и весьма приятными на вкус. Я буквально проглотил их, запивая «мартини». Официант, довольно улыбаясь, стоял чуть поодаль, в надежде, что я закажу что-нибудь еще. Но я запросил счет, расплатился с ним виртуальными банкнотами и пошел к выходу, где на своем месте по-прежнему маячил метрдотель.

При виде меня он вновь натянул на лицо улыбку.

– Так скоро?

– Дела, – пояснил я.

Он понимающе кивнул.

– Кстати, я хотел вас кое о чем спросить.

Метрдотель наклонил голову. Само олицетворение почтительности и внимания.

– Я ищу одну девушку. Ее зовут Лора. Стройная, пышноволосая с длинными ногами. Очень красивая личностная программа.

Я знал, если Лора – завсегдатай этого заведения, то ее должны вспомнить. Метрдотель никогда не забывает посетителей, так устроены программы. Но он отрицательно покачал головой.

– Здесь бывает много людей…

Я понимающе похлопал его по плечу и вышел из этой игры.

Нет, проигравшим я себя не чувствовал, но после первого опыта, пробного, так сказать, шара ко мне пришло понимание, что так я ничего не добьюсь. Слишком мало у меня было данных о Маргарет Тревор. По существу, я абсолютно не знал, что она любит, какую пищу предпочитает, какие пьет напитки, какие мужчины ей нравятся и, вообще, что ее интересует в этой жизни? Конечно, ответы на все эти вопросы я вряд ли мог получить. Но хотя бы на какие-то…

Выйдя из «Харчевни» и снова оказавшись в зале выбора, я вывел на потолок основное меню и набрал команду «ВЫХОД». Вновь меня окутала дореальная тьма, но на этот раз я, открыв глаза, тупо уставился в купол «саркофага».

Переход в нормальный мир всегда вводит меня в какой-то странный ступор, и подозреваю, что не только меня. Пусть говорят что угодно, но виртал вызывает в человеческом организме синдром привыкания. Вот только фирмы, выпускающие терминалы, наотрез отрицают это… Что ж, пусть это остается на их совести.

Я открыл купол и выбрался наружу. В апартаментах Маргарет Тревор ничего не изменилось: по-прежнему горел свет, в кухне гудел холодильник, вещи стояли на своих местах. И все же у меня было твердое убеждение, что миссис Куински успела здесь побывать. Я представил, как она склоняется над куполом «саркофага», кровожадно улыбается, обнажив огромные клыки, и передернул плечами, отгоняя видение. Нет, надо побыстрее заканчивать с этим делом.

Я подошел к настольному компьютеру и набрал на клавиатуре номер видеокомпа Хэлтропа. Через мгновение вспыхнул экран дисплея, и на черном фоне возникли белки глаз.

– Нашел? – выдохнул лейтенант.

– Ну, ты требуешь от меня совсем уж чудес. Я ведь не Господь Бог.

– И у нас ничего, – пожаловался Хэлтроп. – Побеседовали по телефону с дядюшкой Маргарет. Он не интересовался ее личной жизнью. К тому же…

– Постой, – перебил я его. – Но хоть что-то он должен о ней знать?

– Что именно тебя интересует?

– Ее интересы, привязанности.

– Полный ноль. Когда-то мисс Тревер увлекалась историей, побеждала на каких-то олимпиадах, но потом ее полностью поглотили виртуальные технологии. Этакая компьютерная леди…

– Историей? – потерянно пробормотал я. – И это все? Не густо…

– Да. Ее дядюшка вообще не хотел говорить со мной о Маргарет.

– Почему? – удивился я.

– Ты думаешь, он мне объяснил? – пожал плечами лейтенант.

– Не нравится мне все это, – вздохнул я. – Кстати, больше подобных случаев не было?

– Тьфу, тьфу, тьфу, – суеверно сплюнул мой шоколадный приятель. – Ну и шуточки у вас, господин специалист! Ладно, до встречи.

Я отключил компьютер, и Хэлтроп исчез, только белки его глаз еще несколько мгновений сверкали на экране монитора.

«Историей? Там есть несколько исторических игр. Шанс совсем небольшой, но и его упускать нельзя».

Я вернулся к «саркофагу», еще раз выставил таймер на часовой режим и забрался внутрь.

«Домой бы, да выспаться хорошенько».

Колпак мягко захлопнулся. Единственное, что меня успокаивало, так это то, что миссис Куински не сможет открыть его при всем желании.

Первой в списке исторических игр была «Римская империя». Я вывел меню атрибутов, выбрал себе короткий меч, небольшое копье и закругленный по краям деревянный щит. Потом надел тогу, напялил на голову тяжелый шлем с гребешком из конского волоса и подошел к зеркалу.

Да, выглядел я, вернее Марк, неплохо. Настоящий тяжеловооруженный пехотинец времен расцвета Римской империи. Я удовлетворенно крякнул и выбрал в меню позицию НАЧАЛО ИГРЫ.

Вышел я на холме. Внизу извивалась пыльная дорога, ведущая к застывшему у горизонта древнему городу. Что это за город, я не знал, но это было не столь уж и важно – все равно идти больше некуда. Я спустился по пологому склону и утонул по щиколотку в дорожной пыли.

– Да, это не нынешние фривеи, – криво усмехнулся я и только тут увидел человека, сидящего на придорожном камне.

Он был вооружен так же, как и я, но поверх тоги напялил еще и доспехи. Человек помахал мне рукой, и я, не спеша, направился к нему, поднимая за собой клубы пыли, перемешанной с мельчайшим песком.

– Я вижу, вы тоже путешественник, – заговорил незнакомец, – а поначалу принял вас за графоба. Но потом думаю, откуда здесь графобу взяться, они сейчас всем скопом бредут где-то милях в пяти отсюда. Приложите ухо к этому камню, и вы услышите, как дрожит земля.

– Кто бредет? – тупо спросил я, глядя на этого странного человечка с худым и чрезмерно вытянутым лицом.

– Римские войска под предводительством Сципиона.

– Та-а-ак, – медленно протянул я, – и что нам теперь делать?

– Что? – фыркнул мой собеседник. – Сидеть и ждать.

– Да? – я снял с головы шлем и почесал мокрый от пота затылок. – Ждать мне некогда. Пожалуй, я пойду.

– Куда?

– Туда, – я махнул рукой в сторону города.

– И вас там быстренько разрубят на кусочки головорезы Ганнибала. Вы ведь не хотите стереть свою программу? Кстати, как у вас получается создавать подобные личности? – он с одобрением оглядел фигуру Марка. – Вы явно знаете в этом толк.

– Говорите, головорезы, – не слушая его, пробормотал я. – А как мне попасть в Рим?

– В Рим? – расхохотался незнакомец. – До него топать и топать. Мы в северной Африке, дружище, подле города Замы. Вы, похоже, выбрали не тот пункт в подменю.

– Я вообще о нем не знал, – честно признался я.

– Ну, это я уже и сам сообразил. Хотя ничего страшного тут нет. В любой момент вы можете воспользоваться системой экстренного выхода. Однако на вашем месте я бы этого не делал.

– Почему?

– Потому что через час здесь произойдет величайшая битва второй пунической войны. Ганнибал будет наголову разбит, что, в конечном итоге, приведет его к склянке с ядом. Разве вам не хочется стать свидетелем этого сражения или, еще лучше, его участником?

Я пожал плечами.

– А зря. Я вот ни одной битвы не пропускаю. Воевал с галлами и греками, сражался против царя Пирра и Спартака, громил Карфаген и Сирийское царство, завоевывал Македонию и Египет.

– Но зачем? – поразился я.

– Я – румын! А значит – прямой потомок великого народа, ведь некогда моя родина звалась Дакией, – гордо вскинул голову мой собеседник. – И если когда-то варварские племена готов и вандалов смогли покорить Великий Рим, то во второй раз этого не произойдет.

Я с подозрением посмотрел на него, но незнакомец перехватил мой взгляд и сказал:

– Вы думаете, Ион Цопа-Неберуцэ малость того? Не улыбайтесь. Я понимаю, где нахожусь. Но кто может знать, что более реально – наш мир или виртал?

Откровенно говоря, я частенько думал о том же. И потому промолчал.

– Вижу, вы тоже задумались, – оживился Цопа-Неберуцэ. – Это немудрено. Каждый здравомыслящий человек хоть однажды задавал себе вопрос: что же такое на самом деле виртуальная реальность и чем она отличается от обычной? Ведь здесь каждый человек может жить той жизнью, к которой стремится, влиять на события, и даже изменять окружающий мир по своему желанию. Мы видим, чувствуем, страдаем, и не важно, что здесь мы всего-навсего запрограммированные личности, а наше тело и мозг находятся в другом месте. Мы мыслим адекватно здешней ситуации, для нас реальность – здесь и сейчас, а не там – за пределами пространства «саркофага».

– Но, к сожалению, и в виртале мы ограничены, – вмешался я в его монолог.

– Чем же?

– Рамками игры. Вот вы хотите изменить ход истории, и, допустим, вам это удастся. Римская империя не падет под натиском орд варваров. Но щелкнет таймер, появится надпись «ВЫХОД»… Все этим и закончится. Наша реально существующая цивилизация останется неизменной.

– Вы правы. Однако есть один нюанс, – Цопа-Неберуцэ перешел на шепот. – Компьютерная техника не стоит на месте. Уже существуют модули вариации, способные продлевать любую игру практически до бесконечности.

– Но это, опять же, всего лишь игра.

– Нет. Это будет мир, существующий сам по себе, хотя развитие его окажется по-прежнему в зависимости от нас, – победно скрестив руки на груди, сообщил странный румын.

Я усмехнулся:

– Что-то вроде параллельных миров, которые так любят описывать в своих творениях писатели-фантасты?

Как и все опытные компьютерщики, я стараюсь избегать разговоров о новом не то «вечном двигателе» не то демиурге. Но зачем же разочаровывать человека? Пусть помечтает…

– А почему бы и нет? – пожал плечами Ион. – Лучшего определения и не найти. Хотя, я думаю… – но он вдруг замолчал и резко поднялся, повернувшись к городу.

Я тоже посмотрел в ту сторону и увидел облако пыли, поднимающееся над холмами.

– Сципион, – глаза Цопы-Неберуцэ загорелись. – Значит, скоро появятся карфагеняне, – он посмотрел на восток. – Пока их не видно. Но основные силы Ганнибала уже переправились из Италии и движутся сюда. Ну так как, вы еще не решились?

– На что?

– Участвовать в сражении.

– Увы, – я развел руками. – К сожалению, времени у меня не так уж и много. Я прибыл сюда с иной целью…

– Да, кстати, я так и не спросил, зачем вам в Рим?

– Я ищу одну женщину.

– Здесь? В виртале? – изумился Ион. – Странный случай. Хотя, понимаю. Вы не знаете, как найти ее в реальном мире?

Я кивнул. Не имело смысла объяснять ему, что произошло на самом деле.

– Титанический труд вы взвалили на свои плечи. Но, – Цопа-Неберуцэ улыбнулся, одновременно подмигнув мне, – любовь преодолевает и не такие препятствия.

Что мне оставалось делать, как не улыбнуться в ответ? Мы пожали друг другу руки, и я собрался уже вызвать меню экстренного выхода, как вдруг из-за соседнего холма показалась дюжина всадников. Увидев нас, они пустили в галоп лошадей, а у меня возникли нехорошие предчувствия. В землю возле нас воткнулась стрела. Это был сигнал, что игра началась. Значит, экстренно выйти из нее прямо сейчас не удастся, и придется сполна получить свою порцию адреналина…

Я вздохнул и с досадой сплюнул на землю. Угораздило же!

– Лучше не двигаться, пока они не подъедут, – сказал румын.

– Это карфагеняне?

– Нет, к счастью, римляне. Видимо, передовой отряд. Но не бойтесь, они нам ничего не сделают, если мы, в свою очередь, не будем дергаться.

Так и случилось. Ничего страшного не произошло, за исключением того, что после коротких переговоров нам приказали садиться на лошадей. Похоже, поиски мисс Тревор откладывались на неопределенный срок.

Я взгромоздился на круп лошади позади одного из легионеров, и мы тронулись навстречу туче пыли, застилающей горизонт.

По крайней мере, это ненадолго, успокаивал я себя. Минут через сорок «саркофаг» отключится. Жаль только, что в виртале это займет гораздо больше времени.

Мы стояли плечом к плечу – сосредоточенные, хмурые, молчаливые. Справа от меня застыл Цопа-Неберуцэ, слева – встроенный в программу римский воин. Но сейчас мы были единым целым, живым смертоносным организмом, имя которому – легион. Вернее, мы были только частью его, второй когортой, которой командовал центурион со звучным именем Гракх. Это был старый вояка, весь иссеченный шрамами, придававшими его лицу свирепое выражение.