– Документ, – сказал Сережа, разворачивая эту штуку к врачу и Артему. – Думаю, вам этого хватит.

– Ничего себе документ! – обрадовался Артем. И записал во внутренний клоунский блокнот, что здоровенный многоцветный диплом с картинками об участии в какой-то веселой выставке, застекленный и висящий на стене, может пригодиться в какой-нибудь репризе.

Главное, что им требовалось в этом дипломе, – так это фамилия, имя и отчество деда Алекса.

– Не паспорт, но сойдет, – решил врач. – Год рождения… М-м-м… ему лет семьдесят, пожалуй?

– Я думаю, поменьше, – осторожно сказал Артем.

– Шестьдесят пять?

– Может, и так.

– Ладно, – врач собрал и уложил в папку свои бумажки. – Меня ждут, поехал! Идем!

– Сережа! – позвал Артем.

Сережа, оказалось, пошел на розыски туалета, нашел его и даже использовал по назначению.

– А дверь захлопнем, – деловито заметил врач уже на лестнице. – Похоже, дед жил один. Мало ли что…

Все трое спустились к «скорой», врач еще раз уточнил координаты Артема и Сергея, после чего машина резво рванула вперед и с воплями понеслась по ночной, но все еще оживленной улице.

– А интересное самоубийство, – сказал Сережа. – Упаковок-то от снотворного даже в мусорнике нет.

– Ты всю кухню осмотрел? – поняв, что туалет был предлогом, спросил Артем.

– И в унитаз заглянул. Ничего там такого не плавало.

– Действительно, интересное самоубийство… Но если так – где же наш ненаглядный панк?

Сережа задумался.

– А ты заметил – на столе был разрезанный торт, одна чашка, варенье и три чайные ложки? – поинтересовался он.

– Вафельный торт, бутылка, рюмка, большая чашка… – стал вспоминать Артем. – Про ложки не помню. Но странный прощальный ужин для будущего самоубийцы.

– Почему?

– Бутылка не допита.

– А что, положено? – удивился Сережа.

– Я бы допил.

* * *

История попахивала уголовщинкой.

Конечно, дед Алекс мог с неведомого горя выпить пару рюмок, выматериться и кинуть в рот горсть таблеток, предварительно уничтожив упаковки. А потом раздеться догола и лечь в расхристанную постель?

Очевидно, Сережа был прав – Алексу помогли. Почему, ради чего – это уже, как говорится, второй вопрос. Неизвестный помощник мог растворить таблетки в чае с вареньем, напоить Алекса, потом унести чашку на кухню, вымыть и поставить в кухонный шкаф. Этот же помощник, не подумав, мог сунуть в карман упаковки. Вот тогда все сходилось.

Уйти от Алекса несложно – захлопнуть дверь, даже не прикасаясь к ней руками.

И остается понять – кому помешал старый чудак.

Сережа рассуждал про вход в чердачную мастерскую. В поисках документа он сунул нос в ювелирное хозяйство Алекса и был поражен сверлами на шнурах, как в зубоврачебном кабинете. Дальняя комната была невелика и имела какую-то дверь, но на ту дверь у Сережи уже не хватило времени.

А Артем ломал голову – рассказать Сереже историю с золотом или промолчать. Сережа – человек прямой. Если он поймет, что золото могло лежать у Алекса и что панк теоретически пришел за этим золотом, то вывод он сделает элементарно… И поди сбей его потом с позиции!

– Начнем сначала, – сказал Артем, когда Сережа в своих рассуждениях вплотную подошел к панку. – Мы ведь даже не знаем, как Андрей с Алексом договорились. Ушли они из парка вместе? Или Андрей должен был подойти к Алексу попозже? Или, может быть, они все переиграли, и Алекс пристроил Андрея ночевать к кому-то из друзей?

– Чтобы Андрей не помешал его бурной личной жизни! – сердито прокомментировал Сережа. – Ну и уложил бы его на чердаке! Погода теперь теплая, не замерз бы…

– Да, еще и личная жизнь… Знаешь, старик перед таблетками точно себе чего-то напозволял…

– Вот и мне так кажется. А почему?

– Потому что голый?

– Да не только…

Артем действительно не понимал, откуда у них обоих одновременно вдруг такое чувство. В той комнате была женщина. Прямых доказательств они найти не могли, но они это откуда-то знали. Вот, скажем, торт. Какой мужчина в здравом уме и твердой памяти ужинает дешевым вафельным тортиком? Если мужчине хочется сладкого, он скорее откроет литровую банку домашнего варенья, как на столе у Алекса, и навернет оттуда сколько надо столовой ложкой.

Или вымытая чашка. Вполне можно протереть ручку чашки краем скатерти. Но губную помаду так просто не сотрешь, она въедливая. Артем вспомнил, как в годы его молодости вошла в моду проявляющаяся помада, и сколько она создавала проблем.

Артем и Сережа искали еще аргументы, причем Сережа – из любви к искусству, а Артем – стараясь отвести собственные подозрения от панка.

Если милиция пойдет по следу, если станет известно, что панк собирался здесь ночевать, то могут добраться в конце концов до Аллы Константиновны.

И, Боже упаси, узнать про украденное золото. Дальше все просто – продал золото Алексу, часть денег прокурил, потом понял, что загнан в угол, пришел к старику переигрывать сделку, наткнулся на сопротивление и вот…

Вот любопытно – будет он рассказывать в милиции про нелепое сватовство тети Лиды? А еще любопытнее – где он сейчас?

– Надо найти Андрея и забрать его в гостиницу, – сказал практичный Сережа. – Давай-ка звякнем Машке с Икой. Может, чего и подскажут.

Нашли телефон-автомат. Звякнули. Вызвали девчонок на пять минут и встретили их в подъезде. А для переговоров вышли во дворик.

Тут и стало ясно, что, невзирая на одинаковой длины темно-русые волосы и солдатские башмаки, Машка с Икой – совершенно разные люди. Машка по дому ходила в красивом халатике, Ика надела ту самую рубашку, которую носила обвязанной вокруг талии, хотя в ее рюкзак влезло бы много-много пенюаров.

И Машка завязала волосы сзади бархатным бантиком, а Ика – видимо, шнурком от башмаков.

– Все очень просто, – сказала Машка. – Алекс куда-то еще собирался, или к нему кто-то собирался, и он велел Андрюхе прийти после десяти. Тогда они с Баксом и Гешкой пошли в «Шкаф». Может, они до сих пор там, в «Шкафу» балдеют.

Выяснилось – это небольшое кафе, отделанное темным деревом, откуда и ассоциация со шкафом, а на самом деле то ли «Минутка», то ли «Калитка». В общем, что-то женского рода. В этом заведении что хорошо – рядом «Жестянка». А «Жестянка» – маленький заводской клуб, где самые крутые и дорогие дискотеки. То есть, кафе и клуб – чуть ли не дверь в дверь.

– Может, они до сих пор там сидят? – обрадовался Артем.

– Может, и сидят, – согласилась Машка. – «Жестянка» всю ночь фурычит. А к Алексу тоже можно до двух заваливаться.

– Кстати, – бесцеремонно встрял Сережа, – что это у него за Светка, у Алекса? Мы сейчас к нему в дверь вместе с ее родителями колотились.

– Ну, Светка! Это совсем стебанутая, – объяснила Машка. – Она с ним живет. Алекс старше девятнадцати не признает.

Ни фига себе новости, подумал Артем, вот тоже гурман нашелся!

– Правда живет? – не поверил Сережа. – Мы думали, эти родители того, от паники спятили.

– Ничего не спятили, – почему-то обиделась за Светкиных родителей Машка.

– Они Светке знаете какую аппаратуру купили? Мы все у нее кассеты переписываем. И комната у нее отдельная. И учиться ее устроили куда надо.

Предки-то у нее правильные.

– А она – с Алексом. Ну-ну… – проворчал Сережа. – И ведь красивая, наверно, девка?

– Еще бы! Алекс плохих не держит, – весело объяснила Машка, но голос и тон были Артему неприятны, вот точно так же Ика сказала «не чужие, чай».

Отношение у этих девчонок к личной жизни было какое-то дурное…

– Марьяша! Долго вы там? – позвали Машку из окна. Она, естественно, ответила, что сию минуту.

Артем объяснил – Андрея они с Сережей ищут, потому что забыли ему сгоряча сказать про утреннюю репетицию. Дом Алекса вычислить было несложно, а про «Шкаф» и «Жестянку» – этого они бы сами не сообразили, годы не те. На такой благодарственной ноте Артем и Сережа расстались с девчонками.

– Что делать будем? – спросил Сережа. Артем уставился на него – впервые видел, чтобы этот бывший десантник чем-то занимался с таким же азартом, как своими трюками. Вот еще артистизма бы парню набраться, обаяния…

– Если Андрей все это время проторчал на своих посиделках – тем лучше для него, – рассудил Артем. – Давай-ка убедимся. Как там этих балбесов звали?

Бакс и…

– И Гешка.

* * *

К «Жестянке» они подошли как раз вовремя. Именно на этот вечер милиция запланировала очередной налет.

Навстречу Артему выволокли упиравшегося здоровенного парня. Изнутри доносились вопли. Очевидно, крутили и девочек.

– За наркотой охотятся, – объяснил Сережа. – Гляди, сколько «воронков» подогнали. У них тут сегодня генеральная уборка… Все равно без толку, продавцы давно слиняли. Знаешь, у них как? Тебя от человека к человеку три раза направят, пока товар получишь. Нет, они ему точно руку сломают!

Но в голосе бывшего десантника не было никакого осуждения, скорее уж брезгливость профессионала. И жалости тоже не было.

– А наш? – ужаснулся Артем. – Слушай, вызволять парня надо!

– Вызволишь его тут, как же… – проворчал Сережа. – Пошли лучше отсюда.

– Что так?

– Не надо мне туда лезть. Ты пойми, у меня руки с памятью…

Артем понял. Сперва натасканные руки нанесут удар, а потом уже Сережа подумает – нужен ли этот удар и по кому он пришелся.

– Жди меня здесь, – распорядился Артем.

– А если тебя повяжут?

– Отнимешь!

Пропустив милиционера, с виду аккуратно выводящего рыдающую девчонку, Артем проскочил в зал.

Там творился конец света. Причем в прямом смысле слова – стоило Артему оказаться внутри, люстра погасла.

– Андрей! Гешка! – закричал Артем в надежде, что хоть один из двоих отзовется. Подумал и завопил: – Ба-а-акс!

– Тут я! – звонкий, еще мальчишеский голос перекрыл шум. Но был ли это голос панка, Артем не понял.

– Андрей! Гешка! – крикнул он еще громче. Кто-то схватил его за руку, он вывернулся. – Это я, дядя Артем! Гешка! Андрей! Я за вами пришел!

Артема чуть не сбили с ног. Толпу качало от стены к стене, в зависимости от того, где менты брали очередную жертву. Но, очевидно, те знали, за кем пришли.

Артем понял, что мало смысла здесь толочься, рискуя ребрам и хорошей обувью. Он стал пробиваться к выходу и налетел-таки на пожилого милиционера.

– Гражданин, а ну пройдемте, – это еще было для такой обстановки крайне вежливо. Но вот в плечо мент вцепился совершенно злодейски.

– Да погодите вы! – недовольно, даже брюзгливо ответил Артем. – Племянника я тут ищу! Мать дома в истерике, а он тут прохлаждается!

Ге-е-ешка-а-а!!!

– Тут я-а-а! – опять отозвался тот же голос. Артем дорого бы дал, чтобы увидеть и физиономию.

Милиционер вывел-таки Артема на улицу.

– Есть проблемы? – Сережа, подойдя, строго посмотрел на милиционера, и Артем понял, у кого сейчас будут проблемы.

– Не нашел я его, – пытаясь отвободиться от милицейской руки, заныл Артем. – Племянничек, будь он неладен! Мать в могилу сведет! Говорил я ей – плоди, плоди безотцовщину!

Развернулся ко входу и опять завопил, с риском сорвать голос:

– Ге-е-ешка-а-а!!!

– Да не орите, гражданин, сейчас он оттуда выйдет, – сказал милиционер, принюхался к Артему, с ног до головы оглядел Сережу и, видимо, понял, что эти – не алкоголики и не наркоманы.

– Их там целая компания, Гешка, Андрей и еще какой-то Бакс, – объяснил Сережа милиционеру. – Про Бакса не знаю, а эти двое – нормальные парни.

Крепче пива в рот не берут.

– Все они крепче пива в рот не берут, – резонно возразил милиционер.