Осень Ричарда Блейда

— Где, где? — растерялся вождь; похоже, у него были иные концепции загробной жизни.

Тут в разговор вмешалась Наоми.

— Жизнь величайшей необходима нам, моя же не имеет такой ценности. Я согласна, марабут! — крикнула она, поворачиваясь к Блейду.

Странник кивнул головой. Трусихой эту девчонку, во всяком случае, назвать было трудно. И матери она тоже предана… Это хорошо!

— Я отпущу ее на следующее утро! — пообещал он. — Марабуты не лгут.

И тут мужчина в плаще не выдержал. Поток хлынувших из его уст ругательств, большую часть которых Блейд просто не понимал, восхитил бы любого боцмана королевского флота Ее Величества.

— Я пойду за тобой, марабут! — в исступлении выкрикнул вождь. Казалось, он сейчас начнет в корчах грызть землю. — Я пойду за тобой и, клянусь, сожгу вместе с твоим телом все здешние леса! И буду смеяться, зная, что огонь лижет тебе пятки!..

Блейд не ответил; шаг за шагом он продвигался к окраине поселка. Толпа следовала за ним, не решаясь преградить дорогу — очевидно, жизнь великой и впрямь почиталась тут за священную.

Уже на самой околице к страннику осторожно подобрался мужичок с зубилом и молотком в руках — местный кузнец.

— Смотри у меня, — предупредил его Блейд. — Промахнешься ненароком — сломаю кости. И тебе, и вашей ведьме!

Руки у кузнеца заметно дрожали, однако дело свое он знал. Заклепка на ножной цепи отскочила со второго удара; с ручной же пришлось повозиться, срубая крепление на весу.

Тем временем принесли туго набитый мешок. Свободной рукой Блейд закинул его на плечо и велел тащить еду.

Под пристальными взглядами толпы и бывшего пленника вождь в плаще медленно попробовал все припасы. Обмана не было, и провизия присоединилась к прочим запасам.

— Девчонку сюда!

Наоми бестрепетно вышла вперед, сверкая глазами.

— Все остальные — назад! Дальше! Дальше! Еще дальше!

В сопровождении почетного эскорта девушка и Ричард Блейд, по-прежнему удерживавший придушенную Элию в захвате, пересекли поле, отделявшее поселок от леса. На опушке странник с силой оттолкнул от себя женщину в плаще.

— Можешь идти! И запомни — не всякого марабута можно заставить делать то, чего он не хочет.

Слабо всхлипывая, Элия мешком повалилась на землю. Наоми с криком бросилась к ней.

— С твоей матерью все в порядке, — усмехнулся Блейд, поспешно натягивая одежду. — Я не причинил ей особого вреда. Все, прощай, малышка! Ты мне больше не нужна.

— Прощай? Это как? — вдруг вскинулась Наоми. — Ну уж нет! Я тоже умею держать слово — даже данное марабуту! Я буду с тобой до завтрашнего утра — если, конечно, ты тоже выполнишь свое обещание.

— Как знаешь, — бросил Блейд, поворачиваясь к ней спиной. — Хочешь идти рядом — иди!

Разумеется, ни о какой ходьбе сейчас не могло быть и речи. В погоню за ними бросится весь поселок, однако теперь странник уже не дал бы схватить себя так легко. У него было солидное преимущество перед загонщиками; и еще — следовало до конца использовать Наоми.

— Ну, говори, где меня не смогут выследить?

— На болотах, — с неожиданной охотой откликнулась девушка. И тут, же стало ясно, почему она решила не отмалчиваться:

— Что-то я не верю, что ты марабут!

— Очень здравая мысль! — усмехнулся Блейд. — А почему ты так подумала?

— Ты ведь вырвался со скотного двора? Так вот, ни один марабут не может устоять, если ему предлагают подергаться мужским инструментом, — Наоми хихикнула. — Неважно, с кем! Стоит марабуту увидеть зад самки — любого вида, — как он теряет рассудок. Странно, что это никому не пришло в голову, — она лукаво улыбнулась. На лице девушки не было и малейших следов страха.

— А почему ты думаешь, что Слитые не могут создать новых марабутов? Особо устойчивых?

— Столько времени не могли — и тут вдруг смогли? — Наоми скорчила гримаску, — Ты не марабут, это ясно! Наши олухи просто головы потеряли от страха. Если бы они хоть чуть-чуть подумали — вот как я, например, — они бы поняли, что ты такой же человек, как и все прочие. Только непонятный, вот и все! — Она внезапно оживилась: — Послушай, ты не расскажешь мне, откуда взялся в наших лесах?

Блейд довольно усмехнулся. Этой Наоми нельзя было отказать ни в храбрости, ни в здравом уме!

— Может, и расскажу, — неспешно произнес он, бросив оценивающий взгляд на девушку. — Там видно будет. А пока что надо подальше уйти от твоих сородичей да попутно расспросить тебя про лес и болото.

— Ты что, не знаешь? — изумленно вымолвила Наоми. — Да откуда ж ты такой заявился? И у тебя внутри действительно есть огонь?

— Есть, — серьезно подтвердил Блейд. — И его нужно кормить, иначе он вырвется наружу и натворят бед.

— И чем же ты его кормишь? — полюбопытствовала дочь Элии.

— В основном хорошенькими девушками — такими, как ты, — сообщил странник. Наоми ойкнула, однако в этом возгласе слышалось куда больше кокетства, нежели страха.

— Ты их поджариваешь на вертеле? — она лукаво прищурилась.

— За кого ты меня принимаешь? Разумеется, нет! Есть гораздо более приятные способы утолить голод… те, которые начинаются с поцелуев, а оканчиваются…

Наоми понимающе захихикала.

— Но тогда ты потеряешь время, — рассудительно заметила она. — А мои сородичи не дремлют…

— Ты не ответила на мой вопрос, — напомнил Блейд.

— Твой вопрос? — мысли Наоми были заняты уже совсем другим. — Ах, да!

Она начала рассказывать. Вскоре Блейд уже знал, что свой мир лесные жители называли Гартангом. Любовью к путешествиям они не отличались, и потому им был известен лишь крошечный клочок кое-как освоенных земель миль сто пятьдесят в поперечнике — к северу от Реки. Она была тут единственной и не имела названия. Мелкие ручейки, ключи и тому подобное — все носили собственные имена; Река же оставалась Рекой.

За ней стоял чудо-город Слитых. Кто это такие, Блейду понять так и не удалось — не то местные боги, не то какой-то социум, более развитый, чем лесные полудикари. Последнюю версию он и принял в качестве рабочей гипотезы — нечто подобное уже встречалось ему в Вордхолме и Джедде.

Так или иначе, Наоми никогда не видела ни одного из Слитых, хотя именно они и были главными врагами лесных жителей. Война не затихала ни на один день; Слитые наводняли леса к северу от Реки своими жуткими чудищами, но и лесные жители оказались не лыком шиты — часть монстров они сумели поймать и приручить. А потом, скрещивая их между собой и с теми тварями, что местные охотники в изобилии ловили в Полуночных Болотах, сумели получить свой собственный живой арсенал. Монстры плодились и развивались очень быстро — детеныш достигал полной зрелости меньше, чем за полтора месяца. Насколько Блейд сумел понять из не слишком внятного рассказа девушки, в последние годы воина пришла к некоторому равновесию. Слитые главным образом охотились за новорожденными детьми; и, несмотря на все усилия лесовиков, твари из города со шпилями нередко добивались успеха.

— Но мы тоже кое-где потеснили этих страшилищ! — с нескрываемой гордостью сообщила девушка. — За последние годы мы захватили несколько участков южного берега Реки! Настанет день, когда мы сровняем с землей этот проклятый город!

— Понятно, — сказал Блейд. — А теперь расскажи мне о Полуночных Болотах, малышка. Что это такое? Там кто-нибудь живет?

— Живут, как же! — презрительно фыркнула Наоми.

Выяснилось, что на Болотах народ действительно имелся. Изгои, преступники и прочий сброд; в поселке «величайшей» Элии наказанием за любой проступок, от невежливого взгляда до воровства или убийства, было только одно: пожизненная ссылка на Болота. Впрочем, за усердие в добывании каких-то непонятных корней — основного менового продукта в поддерживавшейся, несмотря на войну, торговле со Слитыми — каторжника могли и освободить.

— А эти болотники, — начал Блейд, — они что же, никогда не пытались восстать? Или сбежать?

Наоми презрительно расхохоталась.

Убежать оттуда было невозможно — главным образом из-за жутких тварей, которые кишмя кишели в тамошних зарослях. Каторжники могли выжить только все вместе. Кроме того, вокруг южной границы болот располагалась многочисленная стража с обученными ширпами. А кроме как на юг, бежать было некуда. Еще дальше к северу, по слухам, топи были куда страшнее…

Чертовски интересно! Что это может значить? Непонятный, застывший в средневековом невежестве мир… небольшой человеческий изолят среди лесов и трясин, в окружении каких-то непонятных Слитых… С каждым мгновением Блейду все сильнее хотелось посмотреть в глаза хозяевам Города.

— А если идти на восход или на закат? Что там?

— А там снова будет Река, — как о чем-то само собой разумеющемся сообщила Наоми.

Очевидно, поселок стоял в речной излучине.

— Что ж, спасибо, — кивнул девушке странник. — Ты можешь идти, Наоми. Я тебя не держу. Ты свободна, слышишь?

— Ты гонишь меня? — Наоми обиженно подняла брови.

— А что же мне еще с тобой делать? Твои сородичи наступают нам на пятки. Если я не найду места, где можно укрыться…

— Я же говорю, можно спрятаться на Болотах, — предложила девушка. — Никто из поселковых сам туда не полезет. Им-то верная гибель!

— А мне, значит, нет? — усмехнулся странник.

— Тебе — нет. Если ты сумел вырваться из рук моей матери, что тебе какие-то чудища!

— Хорошо сказано, детка! Но лучше я попытаю счастья на востоке, — ответил Блейд. — Так все-таки ты пойдешь домой или нет?

Откровенно говоря, ему не хотелось, чтобы Наоми уходила. Но, с другой стороны, куда он ее поведет?

— Я уйду завтра поутру, если ты уж так настаиваешь! — девушка обиженно надула губки. — Очень ты мне нужен!

Блейд усмехнулся и ускорил шаг. Погони пока не было, однако он не сомневался, что стаи ширпов уже прочесывают окрестные леса вдоль и поперек.

Странник шагал и шагал, петляя среди огромных деревьев. Теперь этот мир, Гартанг, казался ему любопытным, довольно опасным и весьма загадочным, а значит, сулившим новые приключения Ричард Блейд уже не жалел, что попал сюда.

Глава 4

До самого вечера Блейд и Наоми шли через лес, так никого и не встретив на своем пути; не обнаруживала себя и погоня, и ширпы не пересвистывались в высоких кронах. По дороге Наоми беспечно болтала, не умолкая ни на минуту, странник не прерывал ее, старательно слушая и запоминая. Если он хочет выжить и в этом мире, ему нужна информация Он пытался осторожно расспрашивать об Элии, о вожде лесных аборигенов, но тут девушка сердито умолкала, замыкаясь в себе.

— Это тайна, — неизменно твердила она. Если ты потом помиришься с моими сородичами, то все узнаешь сам.

Странник счел за лучшее на время отложить попытки.

Вокруг угрюмой бесконечной стеной стояли леса, ни троп, ни дорог, ни следов вырубок — ничего. На вопрос Блейда девушка ответила, что чащобы к югу, востоку и западу от поселка сохраняются в неприкосновенности, деревья же валят на севере, подле границы с Полуночными Болотами.

Весь день Блейд шагал быстро, как только мог, однако Наоми не отставала. Мало-помалу надвинулись сумерки, девушка забеспокоилась.

Нам придется остановиться и развести огонь. Твари Слитых выходят на охоту — кому-то из них может повезти, и он прорвется за Реку… Тогда нас просто сожрут. Нужно или разжечь огонь, или подняться на дерево. Но на деревьях… там тоже небезопасно. Мы слишком далеко от поселка… А гнаться за нами ночью никто не станет. Самый верный способ привлечь к себе внимание — это бродить по лесам в темноте…

Блейд внимательно посмотрел в ее глаза. Похоже, она не врет — за долгие годы службы в разведке странник сам неплохо обучился этому искусству, как и умению распознавать ложь. Конечно, если погоня задержится… Кстати, а почему бы местным воинам не воспользоваться верховыми животными?

— Мы еще не вывели хороших бегунов, — призналась Наоми. — Те, что есть, очень медлительны — шагают, как мы с тобой. Но послушай! Я говорю весь день — у меня аж язык ссохся. Расскажи теперь и что-нибудь!

Блейд кивнул головой и стал рассказывать. Про удивительный и огромный, город на берегу реки, про веселую Англию, про поезда и самолеты, про корабли и высотные дома; и про подвалы старого королевского замка, где сидит, склонившись над кнопками и переключателями, старый лорд Лейтон, древний сказочный гном, чья чудовищная машина и отправила странника в этот мир…

Девушка слушала его как зачарованная.

— Ты все это выдумал? Ну скажи, ты ведь все это выдумал! — почти с мольбой протянула она, когда Блейд сделал паузу.

— Выдумал — не выдумал, какая разница? — отозвался странник.

— А если ты все это не выдумал — ты возьмешь меня с собой? — в упор спросила Наоми.

— Это невозможно, — Блейд покачал головой. Фиалковые глаза девушки тотчас наполнились слезами.

— У тебя там жена? Подруга? — внезапно выпалила она.

Странник улыбнулся про себя — женщины всюду женщины. Вот и Наоми… Иные причины ей просто не приходят в голову… Сразу — «У тебя там жена?»

— У меня нет ни жены, ни подруги, — ответил он, и это было чистейшей правдой.

— Так что же тогда? — Наоми притопнула ножкой.

— Это просто невозможно, — начал было объяснять Блейд, но добился лишь потока слез.

— Ты просто не хочешь! Не хочешь! Но я же тебе не навязываюсь! Возьми меня в свой мир, а там я уж сама как-нибудь справлюсь… Все, что угодно, лишь бы не это прозябание! Не могу тут оставаться! Хоть головой в воду от тоски!

Всхлипывания и жалобы продолжались еще довольно долго — все время, пока Блейд устраивал место для ночлега и разводил костер в укромной ложбинке. Никакие уговоры помочь уже не могли, лишь когда сильная рука странника осторожно обхватила девушку за талию, Наоми смолкла. Вопреки его ожиданиям, она не отодвинулась и никак не проявила своего возмущения.

— Не плачь, детка, — шепнул он в изящное ушко, нежно повернув к себе ее заплаканное личико. Пухлые губы Наоми словно сами собой потянулись вперед, глаза закрылись…

Поцелуй был долог. И, надо сказать, целоваться девушка умела.

— Ох! — тихонько вырвалось у нее, когда они оторвались друг от друга. — Ты делаешь это лучше всех, Ричард…

— Правда? — улыбнулся Блейд — Тогда продолжим!

Одна рука Наоми обвилась вокруг его шеи, другая недвусмысленно принялась теребить завязки пояса. Пальцы странника осторожно, едва касаясь нежной кожи, прошлись по тонкой шее, скользнули под плащ, добрались до округлых и упругих грудей. Наоми чуть слышно вздохнула, ее ладонь взъерошила его волосы.

Пора было переходить к более решительным действиям. Блейд распустил завязку короткой куртки на ключицах девушки, теперь можно было прижаться друг к другу по-настоящему — тело к телу. Его затопил незнакомый волнующий аромат — Наоми использовала какие-то странные духи, чье присутствие ощущалось лишь на самых интимных дистанциях.

Их губы слились, потом Наоми откинулась назад, прогнувшись в талии и подставляя поцелуям шею. Ни Блейд, ни девушка не торопились, словно вступив в молчаливый сговор; каждый жаждал растянуть удовольствие.

Но кровь в их жилах начинала кипеть все сильней, и вскоре шаловливая ручка Наоми первой справилась с поясной застежкой странника, а потом скользнула внутрь. Блейд вздрогнул, сорвал с плеч девушки мягкую нижнюю рубашку; теперь он мог коснуться губами и языком розоватых, задорно торчащих вверх сосков. Дыхание Наоми заметно участилось.

— Ричард… о, Ричард…

Еще мгновение — и, не выпуская друг друга из объятий, они упали на плащ, брошенный поверх мягкой травы, и начали торопливо освобождаться от последних остатков своих одежд. Затем Блейд приник губами к гладкому животу девушки, опускаясь все ниже и ниже, пока его лицо не уткнулось в треугольник шелковистых волос.

— О! О-о! — вырвалось у Наоми, когда язык странника добрался до вожделенной цели. Такие ласки, по всей видимости, были ей в диковинку. Она замерла на мгновение, потом широко раздвинула ноги. Руки Блейда скользили по ее нежной теплой коже, он чувствовал, как по всем его членам разливается жаркая истома, но по-прежнему не спешил, в этой юной лесной дриаде таился какой-то секрет, и ему хотелось овладеть ею не грубо, не просто заставить ее биться и стонать от наслаждения, но раскрыть тайну до конца.