Источник тайной информации

– Солнышко, не нужно! – В глазах Игната появилась паника. Только я не вняла его просьбе. Резким жестом рванула рукав сорочки, оторвав на плече... Под рукавом обнаружилась едва затянувшаяся довольно глубокая колотая рана. Игнат впал в легкий ступор. Мой мозг еще сопротивлялся. Я все еще пыталась ответить на мучительный вопрос: «Совпадение?!» Но рука уже нашла верный ответ – мощный хук в челюсть.

От удара, в который я вложила всю свою обиду, Игнат отлетел на диван и на несколько мгновений вырубился. За это время я успела крепко связать ему руки его же ремнем. И выхватить «ПМ», заткнутый сзади за пояс суперсексапильной юбки-мини. Когда Игнат очнулся, ствол «макарова» упирался ему в лоб.

Надо отдать должное моему прекрасному возлюбленному. Он все еще старался сохранять образ, видимо, надеясь на свои чары или какие-то специальные приемы, благодаря которым ему удалось во время свиданий все узнать обо мне, ничего при этом не рассказав о себе самом.

– Танюша, не надо так, я все объясню! Ты должна мне верить... Я сильно запутался. Эти люди... Я все равно никогда не причинил бы тебе вреда! Верь мне! Я ведь не знал, какая ты...

Изумительная тирада. Какой знаток женской души! Бедный наемник, внезапно воспылавший страстью к своей жертве! Ну уж нет, хватит с меня красивого кино. Что-то так больно защемило у меня в груди. Какая была красивая сказка!

Я отшвырнула пистолет и со всего размаха залепила Игнату пощечину. А потом процедила сквозь зубы:

– Убирайся, слышишь! Пошел вон! Я даже не стану тебя ни о чем спрашивать. Я тебя отпускаю. Наши силы сейчас не равны, и не в моих правилах бить лежачего. Но только с этого дня ходи и оглядывайся! Я узнаю, кто ты, и непременно достану тебя. Обещаю, что мы еще встретимся!

Игнат, или как его звали на самом деле, растерянно улыбался, еще не веря, что я действительно дам ему возможность уйти. Я схватила его за шиворот сорочки, протащила до двери и вышвырнула на лестницу. Следом полетел его пиджак.

– Ах да, вот еще!

Игнат обернулся.

– Фото на память!

И я быстро сделала снимок на камеру мобильника. Потом с грохотом захлопнула дверь и... разревелась. Ведь я до последней секунды надеялась, что ошибаюсь. Хотя двенадцатигранники мне точно сказали: 26+4+14 – «Противники стремятся подавить вашу волю. Велика вероятность, что тот, кого вы считаете близким другом, на самом деле окажется предателем». А я даже и тогда не хотела верить. Но – рана на плече от ножниц развеяла последние сомнения. Это он, мой чудесный Игнат, так красиво говоривший о совпадениях и предчувствиях! Это он знал все мои планы и маршруты передвижения. Это он втерся ко мне в доверие, подстроив нападение пьяного амбала в моем дворе и «спас» меня так вовремя. Это он с напарником приходил в мой дом, чтобы увезти меня в неизвестном направлении. И видимо, он же пытался сбить меня на «Ниве».

Да, конечно, я дура. Нельзя было его отпускать. Надо было выжать из него все. Но я не могла его сегодня допрашивать! Ведь еще свежо было упоительное ощущение его губ на моей коже. Нет, не женское это дело – быть детективом. Слишком много эмоций...

Я вернулась в комнату и с тоской смотрела на роскошный букет. Ладно, цветы не виноваты. Я просто убрала их на кухню. А бутылку «Мартини» с силой грохнула в мойку. И долго смотрела, как розовая жидкость вытекает в слив. Вместе с моими грезами.

День был слишком тяжелым. Я умылась, убрала осколки из мойки, приняла таблетку снотворного и вскоре отрубилась на диване, даже не раздеваясь.

Крепкий сон творит чудеса. Я проснулась свежая и бодрая. Тоска улеглась, настроение прошлого вечера ушло куда-то далеко. Я была в рабочей форме. Первым делом позвонила Мельникову.

– Андрюша, у меня есть для тебя подарочек. Сейчас пришлю фото на твой e-mail.

– Что за фото? Твое? Надеюсь, интимное?

– Фу, ну опять твои дурацкие шуточки! Фото мужчины... погоди, не перебивай... мужчины, подозреваемого в угоне «Нивы», о которой мы на днях говорили. И еще – это уже не подозрение, а факт – он напал на меня два дня назад в моей собственной квартире и пытался меня похитить.

– Что?!!

Я так и представила, как глаза у Андрюши округлились и полезли на лоб.

– Ну, Танюха, ты даешь! Когда ты только все успеваешь? Ты что, щелкнула его во время нападения?

– Да нет, после этого я имела удовольствие его лицезреть еще раз. Только ты пока меня ни о чем не спрашивай, ладно? Потом как-нибудь. Просто пробей его по своей базе – кто такой, что за ним числится.

– А сам-то он где?

– Упустила...

– Ладно, не переживай, найдем твоего знакомца. Я перезвоню.

Так, ну теперь самое время продумать план дальнейших действий. Я сварила крепкий кофе и попыталась хоть что-нибудь придумать. Ничего определенного в голову не шло. Пожалуй, пора было выходить на контакт с Алевтиной и вести с ней разговор начистоту – мне нужен хоть один союзник в этой игре. И если она таким союзником не окажется, откажусь к чертовой матери от этого дела! Да, но как же малыш? Его судьба тревожила меня. Нет, от дела не откажусь. Просто не стану работать на клиентку. Буду искать мальчика на общественных началах.

Пока я раздумывала, как лучше повести разговор с Алевтиной Николаевной, зазвонил мой мобильник и на экране высветился ее номер. «Ну вот, на ловца и зверь бежит!» – подумала я и нажала соединение. По голосу Алевтины Николаевны я сразу поняла, что та на грани истерики.

– Татьяна, милая, срочно приезжайте ко мне!

– Что-то случилось?

– Да, несчастье. Дина... – И она, не в силах больше сдерживаться, зарыдала в трубку.

– Что с Диной? Да успокойтесь же вы, объясните, что произошло?

– Да, простите. Дина попала в психиатрическую клинику в тяжелом состоянии. Она пыталась вчера вечером покончить с собой. Хотела броситься с крыши. Ее каким-то чудом заметили на этой крыше и удержали.

– Да вы что? Еду немедленно к вам. Вы дома сейчас?

– Да, только что вернулась из клиники. Приезжайте, я вам все расскажу на месте.

Ну и дела! Но, может, хоть теперь удастся разговорить Дину. Врачи, наверное, смогли привести ее в чувство. А такой колоссальный стресс может вызвать желание излить душу. Или...

Когда я через двадцать минут примчалась к Алевтине Николаевне, увы, выяснилось, что именно «или». Эх, и везет же мне в этом скелетном дельце! Дина после вчерашней попытки броситься с крыши находилась в состоянии ступора. Не двигалась, не разговаривала, не реагировала на попытки врачей установить с ней хоть какой-то контакт. Не принимала пищу и воду – с сегодняшнего дня ей пришлось вводить под капельницей раствор глюкозы и раствор, препятствующий обезвоживанию организма. Лежала на спине, уставив неподвижный взгляд в потолок. Под действием успокоительных лекарств засыпала все в том же положении. Спала недолго. Открывала глаза и снова лежала, уставившись в потолок, не произнося ни слова. Не отреагировала даже на приход матери. Ни положительно. Ни отрицательно. Никак.

Все это со слезами на глазах рассказала мне Алевтина Николаевна.

– Врачи говорят, надежда есть. Но сколько ждать – неизвестно. Как мне объяснили, чтобы она вышла из ступора, ей необходим новый мощный стресс, который задел бы ее оцепеневший мозг, заставил бы начать вновь переживать что-то. Тогда докторам удалось бы помочь ей. Но стресс должен быть очень сильным и глубоко личным – затронуть ее до глубины души.

– Да, я слышала об этом. Это тот случай, когда подобное лечится подобным. Но для того чтобы узнать, чем ее вылечить, надо сначала понять – что привело ее к такому состоянию... Простите, но мне нужны некоторые подробности. Кто и как обнаружил Дину на крыше? Как удалось предотвратить самоубийство? Дина действительно намеревалась покончить с собой или только угрожала?

Алевтина Николаевна вновь расплакалась. Я попыталась говорить с ней как можно мягче:

– Я понимаю, это жестокие вопросы. Но я хочу помочь. Я уверена, что нынешнее состояние Дины связано каким-то образом с исчезновением вашего внука. Так помогите и вы мне. Расскажите все, что знаете.

Глядя на Алевтину Николаевну, я вновь прониклась симпатией к ней. Ну не верилось мне, что она может быть такой бездушной и распущенной, какой представил ее Анатолий в своем рассказе Светлане. Что-то не сходилось. Передо мной была растерянная, страдающая женщина, любящая мать и бабушка. Да и первое впечатление, которое она произвела на меня при знакомстве... Так, стоп. Вот о впечатлениях не надо. Игнат. И меня больно-больно кольнуло в сердце. Как же я могла так ошибиться. Хорошо хоть спохватилась вовремя. Впрочем, речь-то сейчас не обо мне. Иванова, хватит уже сопли распускать!

– Так расскажите мне все, пожалуйста.

Алевтина Николаевна немного собралась.

– На крыше дома, где живет Дина, местные подростки иногда устраивают посиделки. Ребята там хорошие. Никаких наркотиков, ни свинства. На гитарах бренчат, диски какие-то слушают. Летом загорают. Общаются – молодежи всегда хочется иметь свое место, где можно собираться. Дома всегда не то – родители мешают. А там у них все равно что клуб. Еще когда я там жила, так было – одни взрослеют, другие появляются. В нашем доме никто их не гонял. Все знали друг друга. Однако они больше летом. Сейчас вечера уже холодные. И парнишек двоих по чистой случайности на крышу вчера занесло. Они туда летом пару кресел старых вытаскивали. Вот и пришли забрать – чтобы осенью от дождей не прогнили. Это они мне и позвонили потом – я хорошо их знаю...

– Так что же произошло?

– Да, простите, я все отвлекаюсь. Трудно говорить. Так вот, ребята говорят – вышли на крышу, смеркалось уже, и вдруг смотрят – кто-то к бортику метнулся и начал перебираться через него. Они туда. А там Дина моя. Уже почти перелезла. Они еле успели ее схватить. А она, говорят, кричала, вырывалась. Ну, они – ребята крепкие, оттащили ее от греха подальше на середину крыши. Потом один ее держал, а второй побежал взрослых позвать. Ну а те уж и «Скорую» вызвали, и милицию – на всякий случай. А когда «Скорая» приехала, Дина уже кричать и вырываться перестала. И говорить перестала. И идти не могла. На носилках ее в машину перенесли. Сначала в травматологию отвезли. Но там сказали, что никаких повреждений нет. И она не по их части. Вот – перевезли утром в клинику для душевнобольных.

Да, судя по рассказу, Дина не устраивала фарс, а действительно хотела броситься с крыши. И когда там кто-то появился, она не повела себя демонстративно, а просто поспешила исполнить задуманное. Без сцен. Действительно, чудом ее спасли. Конечно, я проверю этот рассказ, опрошу всех свидетелей. Но, видимо, тут дело ясное. Что еще можно предпринять? Осмотрю-ка я Динину квартиру!

– Алевтина Николаевна, я подумала, что можно было бы что-то прояснить, если вы позволите мне побывать в Дининой квартире. У вас есть ключи?

– Да. У меня есть дубликат ключей, хоть я ими и не пользовалась, конечно. Сейчас я вам дам.

Я взяла ключи и обещала больше не пропадать надолго, а быть на связи.

Глава 6

Пока я ехала, позвонил Андрей.

– Ну что, Танюш, получи отчет о проделанной работе.

– Нашел что-нибудь?

– Да, весьма небезынтересно. Приятель твой в нашей картотеке числится как Ефимов Сергей Викторович. Дважды судим. Первый раз – за серию угонов иномарок. Второй – за брачные аферы. В течение трех лет облапошил и обобрал пятерых дамочек в возрасте и с капитальцем. Да наверняка еще не все заявления на него подавали. Потому что те пятеро, ну, по отдельности конечно, передачки ему носили и письма писали. Каждую он сумел убедить, что глубоко раскаивается и готов перед ней искупить вину, как только выйдет на свободу. Одна из них сама лично ему адвоката наняла. Вот такой типус.

Да, чувствуется рука профессионала... Даже мне голову заморочил, мерзавец!

– Андрюш, а ничего не известно, где он после отсидки мог находиться?

– Освободили условно-досрочно, направили на строительные работы, в СМУ-35 города Ижевска. Ну а где он сейчас – тебе виднее. Говоришь, значит, теперь у нас гастролирует? Иванова, а ты не хочешь ко мне заехать – заявление написать?

– Андрюша, я, конечно, заявление напишу, но только прости – если я найду его раньше, чем твои орлы, то сама и разберусь. Лады?

– Да попробуй тебе запрети! Ты только до смерти-то не убивай!

– У меня другие планы. Я его кастрирую.

– Ого! Ну и резкая ты барышня! Впрочем, начинаю о чем-то догадываться. Здорово же он тебя зацепил! А что ж ты тогда не дала ему себя похитить? Так романтично!

– Он, Андрюш, в маске тогда был и не представился. Ладно, хватит хохмить. Сейчас я к тебе заскочу, а потом уж дальше, по своим делам.

От Андрея я поехала по адресу Дины. Зашла в ее квартиру и стала осматриваться. Что именно мне искать – я не знала. Но чувствовала, что здесь я непременно найду какую-нибудь ниточку, которая приведет меня к разгадке этой почти мистической истории с исчезновением мальчика и помешательством Дины.

В квартире было три комнаты: просторный зал, спальня и что-то вроде библиотеки. Начала я со спальни. Ну наконец-то нашлось место, где присутствие ребенка, по крайней мере хоть какое-то, ощущалось. Я обнаружила несколько мягких игрушек, пару машинок, под кроватью валялся детский носочек. Фотографию я видела еще в прошлый свой визит. Только вот детской кроватки не было. А игрушки и машинки аккуратно лежали на тумбочке – видно, в них давно никто не играл. Я заглянула в шкаф. На некоторых полках были кое-какие детские вещи, однако слишком мало. Было похоже, что ребенка собрали куда-то – то ли на новое постоянное место жительства, то ли – в длительное путешествие. Все самое необходимое забрали. Остались лишь случайные вещички. Так, ну это уже что-то. По крайней мере, самую дурную версию – о том, что Дина погубила ребенка – можно было с большой долей вероятности отмести. Иначе она либо вообще не трогала бы Женину одежду, либо уничтожила бы ее всю. От сердца немного отлегло. Но радоваться было рано. Надо было искать хоть какую-то зацепку, указывающую на то, где малыш мог находиться теперь.

Спальня больше ничего в плане информации не дала. Зал тоже – он был довольно безликим, стандартным. Добротная мебель, однако уже не новая – видимо, Дина оставила все, как было при родителях, не меняла обстановку. Но вот библиотека! Это место давало большую информацию к размышлению. Интересная подборка книг. Своеобразная. Я сразу вспомнила, что мне рассказывали о Дине – интересуется мистикой, эзотерикой и прочими подобными вещами. На книжных полках я нашла какие-то книги об астральных и ментальных телах, «Тайную доктрину» Блаватской, несколько томов Рериха и все остальное в том же духе. По стенам были развешаны вперемешку православные иконы – скорее новодел, чем старинные – и картины эзотерического толка, о которых обычно говорят, что они обладают какой-то необыкновенно высокой энергетикой. Ну, с этим ясно, круг интересов Дины здесь был вполне четко обозначен. Но что бы могло мне подсказать, в каком направлении вести поиски ребенка или хотя бы понять, что довело Дину до попытки суицида? Я решила полистать книги – некоторые люди любят оставлять заметки на полях, подчеркивать полюбившиеся места, держать в книгах закладки с комментариями. Я стала методично просматривать все тома подряд. Кое-где действительно были карандашные пометки – какие-то значки, ровным счетом ни о чем не говорившие. Я уж совсем было отчаялась почерпнуть здесь хоть мало-мальски полезную информацию, как мне на голову – в буквальном смысле слова – свалилась черная общая тетрадь. Она упала с одной из верхних полок, когда я доставала очередную книгу. Так-так, что там у нас? О, вот это уже горячее! Мне повезло наткнуться на Динин дневник. Правда, тетрадка была исписана всего на четверть, и первая дата в ней была полуторамесячной давности. Но это был как раз самый интересный, с точки зрения моего расследования, период времени.

Я присела в кресло и принялась читать.

«7 августа.

Н. обещает, что теперь все будет хорошо. Цепь событий, замкнутых на моем решении, вызовет положительные колебания эфира. Мощный артефакт, созданный призванными мною силами, принесет неслыханный доселе эффект эфирной защиты. Это окажет влияние на всю дальнейшую судьбу проекций астрала».

Мама дорогая! Это еще что за бред? Да, у подружки те еще тараканы в голове. Я лично ни слова не поняла.

«10 августа.

Н. опять выражает недовольство мною. Говорит, что я должна подавить все эмоции и подчиниться воле Четырех Астральных Стражей. Они укажут мне путь к созданию Щита Силы. И еще мне необходимо срочно приобрести икону, которая была найдена Н. специально для моей нынешней ситуации. Эта икона будет стоить несколько дороже последней. Зато скоро я смогу собрать все необходимое для снятия проклятия Эфирных Владык. Тогда я смогу выстроить Алтарь Повиновения».

Да-а, совсем бедняжка с катушек слетела. И мне снова ничего не понятно. Только вот странное ощущение возникло, что я где-то уже слышала похожие слова. Алтарь Повиновения. Щит Силы. Что-то знакомое. Но откуда? Я никогда в жизни не увлекалась оккультными науками. Странно. Крыша, что ли, у меня поехала от этой ахинеи? Это нехорошо. Поищу-ка я более ранние дневники. Может, там она человеческим языком объясняется.

Я обшарила все полки. Перетряхнула все книги. Залезла в письменный стол. Потом сходила в зал и пошарила там везде, где можно было. Ничего. Больше никаких тетрадей с записями. А компьютера у Дины не было. Куда могли деваться ее ранние дневники – непонятно. Ладно, наберусь терпения, почитаю бред. Может, хоть минутные просветления у нее наступали? Я снова вернулась в библиотеку и со вздохом принялась читать записи в черной тетради.

«14 августа.

Сегодня в полночь сбылось предсказание Н. Я услышала голос Повелителя Южных Ворот. Он приказал мне принести жертву огню. Это первый шаг к созданию Алтаря. Завтра в полночь я должна предать огню мое прошлое. Я не поняла, что это означает. Обратилась за разъяснениями к Н. Оказалось, что символом прошлого являются все мои дневниковые записи. Я должна сжечь их. Это очистит мое сознание. Я стану открыта к восприятию голосов остальных трех Повелителей».

Ах, вот оно что. Ну, теперь понятно, куда исчезли другие дневники. А история с голосами очень похожа на шизофрению. Вот интересно – говорят, что это не заразно. А мне почему-то слова о повелителях и воротах опять кажутся знакомыми. Вроде бы есть такое понятие – массовый психоз. Надо бы с кем-нибудь проконсультироваться. Я вспомнила, что при первой встрече Алевтина Николаевна упоминала, что водила Дину к знакомому психологу. Пожалуй, стоит с ним пообщаться. Может, он что-то новое сообщит об особенностях Дининой психики?

«16 августа.

Я сделала все, что нужно. Теперь буду ждать указаний Повелителей Ворот. Н. одобряет мои действия...»

Все время только этот Н. О ребенке – ни слова. Такое ощущение, что этот самый Н. здорово промыл Дине мозги. Он явно имел на нее большое влияние. Заставлял приобретать какие-то иконы. Может, и пропажа мальчика каким-то образом связана со всей этой чертовщиной? Если, конечно, этот Н. не рожден больным воображением Дины. Но все-таки похоже, что я что-то нащупала. Правда, пока совершенно непонятно, в каком направлении вести поиски. Ну-ка, что там дальше?

«21 августа.

Мне очень сложно. Я жду дальнейших указаний Повелителей. Но голоса не приходят. Что я сделала не так? Меня мучит этот вопрос. Н. говорит, что я могла разгневать Оракула Ментального Мира. Это очень плохо. Я опять поддаюсь своим эмоциям. Эфирные Владыки затмевают мое сознание.

24 августа.

Мне страшно. Я разгневала Силы. Прошлой ночью мне было пугающее видение. В окне моей спальни появился светящийся череп. Что это означает? Я спросила у Н. Н. в раздражении. Своей неразумностью я подвожу Н. Силы не прощают покровительства мне. Я навлекла на голову Н. гнев, не менее опасный, чем на свою».

Очень остроумно! Как я погляжу, этот таинственный Н. – большой затейник. Ну, вернее, одно из двух – либо у Дины были глюки, либо череп просто висел на веревочке перед ее окном.

«28 августа.

Н. нигде нет. Не отвечает на мои звонки. Не появляется. Мне не с кем посоветоваться. Я в отчаянии. Голоса не приходят. Зато меня продолжают мучить кошмарные видения. Меня преследуют какие-то призраки. Я слышу по ночам пугающие звуки – скрежет, стоны, детский плач. Где мой мальчик? Мне кажется, что это он плачет и зовет меня. Но я не должна поддаваться. Я знаю – это Они искушают и смущают меня. Я не должна думать о сыне – это принесет беду и ему и мне. Где взять сил? Я не могу больше!»

Так, а вот это уже совсем другой разворот. Значит, о мальчике она не забыла. Но кто-то внушил ей бредовую мысль, что она не должна о нем думать. Или она сама себе внушила – с нее станется, при таких-то заморочках!

Дальнейшие записи все были в том же духе – ничего особенного. О сыне – молчание. Страхи, видения, бред об артефактах и повелителях, о стражах и Оракуле. Ожидание голосов. Потом появляется Н. На какое-то время все становится хорошо. Дина полна энтузиазма. Снова приходят голоса. Они требуют принести жертву воде – очиститься от «лишнего груза». В трактовке Н. это означает: собрать все деньги и ценности – кроме икон и картин – и в указанном голосом месте и времени «пустить их в плавание по реке». Что ж, умно – легкая нажива. В десяти метрах вниз по течению можно спокойно выловить их сачком. Просто, как все гениальное!

Ну а последняя запись объяснила, с чем связано желание броситься с крыши. Позапрошлой ночью Дине явились сразу два голоса – Повелителей Западных и Восточных ворот, олицетворяющих стихию земли и стихию воздуха. Они приказали пройти обряд посвящения – соединения воздуха и земли. Путем – ни больше ни меньше – спрыгивания с крыши! Голоса обещали, что Дина останется невредима, что дух ее переродится, и она достигнет посвящения в Ментальном мире. Наверное, это у них, у астралов этих, или кто они там – медиумы, понятия не имею – считается очень круто. Во всяком случае, Дина не раздумывая согласилась сигануть с крыши.

Да, дневничок очень интересный. В случае, если Дина не шизофреничка и Н. – не какое-нибудь там ее второе «я», этого дневничка вполне достаточно, чтобы завести на Н. уголовное дело о доведении человека до самоубийства. В общем, нужны срочные консультации специалистов.

Я позвонила Алевтине Николаевне и узнала у нее, кто сейчас лечащий врач Дины и к какому психологу она водила Дину несколько лет назад. Алевтина Николаевна сообщила все, что меня интересовало. О дневнике я пока в подробностях распространяться не стала – чтобы не травить ей душу. Сказала только, что нашла кое-какие записи, которые могут вывести меня на след малыша.

Наскоро опросив свидетелей Дининой попытки самоубийства и не найдя в их рассказе ничего нового, я поехала консультироваться. Сначала отправилась в клинику. Показала лечащему врачу Дины ее дневник. Он внимательно прочел записи. Но не смог сказать ничего определенного:

– Видите ли, это вполне может быть и шизофреническим бредом. Но, к сожалению, я не могу ничего утверждать. Дина в настоящий момент недоступна для обследования. А ее нынешнее состояние может свидетельствовать о чем угодно. Только когда она выйдет из ступора и сможет пройти тестирование и собеседования – тогда можно будет делать какие-то выводы.

Я попрощалась с врачом и отправилась к психологу. Там, против ожидания, мне удалось получить более конкретные сведения. Психолог в свое время провел довольно тщательное обследование Дины.

– Я не обнаружил у девушки никаких выраженных патологий. Для нее характерны были замкнутость, некоторая агрессивность, повышенная внушаемость. Но в тесте на пограничные состояния – он обнаруживает предрасположенность к тому или иному психическому заболеванию – не было выявлено никаких ярких акцентуаций. А болезнь не развивается на ровном месте. Где тонко, там и рвется. Скорее всего Дина попала под сильное влияние какого-то мошенника. Вы говорите, она увлекалась оккультизмом?

– Да, многие ее знакомые это подтверждают, да и ее библиотека об этом свидетельствует.