Ведь я еще жива

– Хм. Неплохой ход, Настенька… Только нам тогда никакого смысла не будет хорошо обращаться с вашей дочкой. Мы ведь слово свое держим – перед вами. Не будет вас, и не перед кем станет держать слово… Туго придется вашей Кристине, Настенька! Вы бы подумали сначала хорошенько!

– А вы подумайте хорошенько, что моему трупу это будет все равно!

– Тоже верно, – задумчиво согласился мужчина. – Я перезвоню.

На этот раз Настя не сомневалась: они позвонят. И очень скоро!

Конечно, она блефовала – если она и умрет, то только в боях за Криску! Ничего у нее не было дороже дочери… Но этот тип в телефоне, он не мог знать точно, блефует она или нет. Поэтому он согласится, Настя чувствовала!

Наконец долгожданный звонок раздался.

– Хоть и обидна нам такая ваша недоверчивость, – зажурчал приятный баритон в ее ухо, – но мы, понимая ваши материнские чувства, решили вам уступить. Так и быть, вы увидите вашу дочь и убедитесь, что она в порядке… Передайте трубку Гене, я дам ему инструкции.

– И еще скажите ему, чтобы больше меня не трогал!!! Иначе я…

– Ну, полно, полно, Настенька. Не надо так нервничать. Он вас больше не тронет. Только если вы будете себя хорошо вести, конечно. Но вы же умная женщина, правда? И понимаете, что сила на нашей стороне, как ни крути…

Настя пихнула телефон в руки Гене. Тот выслушал инструкции, произнеся под конец лишь одну фразу: «Понял, сделаем».

– Собирайтесь, Анастасия Марковна. Вечера холодные, оденьтесь потеплее.

– Куда?

– Вы же хотели увидеть дочь?

Настя не удостоила его ответом.

– Ну вот, поедем, посмотрим на нее, – добавил Гена.

– Куда поедем?

– Да туда же, куда и вчера… Собирайтесь, нам с час езды, а им поближе, так что не будем заставлять уважаемых людей ждать!

– «Уважаемых»?! – с нажимом произнесла Настя. – Это кто же их уважает? Такое дерьмо, как ты?!

Гена сложил пальцы и уже направил их в ребра Насти… Как вдруг его рука остановилась.

Видимо, ему и впрямь велели ее не трогать. Значит, не пустое обещание? Значит, эти люди действительно держат свое слово?

И в сердце Насти затеплилась надежда.

III

Кто вычислил Игоря? Вот что интересовало сейчас Алексея больше всего. По той простой причине, что из ответа на этот вопрос он мог сделать весьма практические для самого себя выводы.

Имелось два возможных расклада. Первый заключался в том, что бандиты, похитившие Кристину, могли заслать к ее матери некоего наблюдателя, который и засек Игоря. Стало быть, нужно очень внимательно и постоянно оглядываться вокруг себя. Поскольку вышеозначенный наблюдатель может засечь и его, Алексея.

Во втором раскладе наблюдателем мог являться «приятель» Анастасии Марковны. Ведет он себя как чужой, а его цепкий взгляд, обежавший темное пространство за воротами, выдавал в нем профессионала. Если именно он засек Игоря (а затем вызвал нужных людей для нейтрализации парня), то опасаться надо его, и только его!

Однако же информации на данный момент у детектива имелось слишком мало, чтобы сделать окончательный вывод. Поэтому он, с одной стороны, постоянно поглядывал в зеркало заднего обзора: нет ли кого на хвосте? – а с другой, держал максимальную дистанцию за «бээмвэшкой» Анастасии Тышкевич: если этот «приятель» опытен, то заметит слежку…

Соответствовать этим двум задачам стало совсем сложно, когда загородное локальное шоссе, практически пустынное в этот час (было около десяти вечера), вывело к пересечению с какой-то проселочной дорогой.

Впрочем, именно в этот момент детектив проголосовал за «второй расклад»: никто за ним не маячил с тех пор, как они вывернули на эту локальную шоссейку.

Выходит, на стреме стоял и всяко бдел именно «приятель» Анастасии Тышкевич… Ну что ж, баба с возу, кобыле… В общем, детективу проще: не придется думать о внешней угрозе, коль скоро теперь известно, что она внутренняя!

Он проскочил перекресток с проселочной дорогой, не поехав вслед за машиной Анастасии Марковны, затем погасил фары и дал задний ход. Развернулся и очутился в кромешной ночи. Габаритные огни «БМВ» еще маячили впереди, и Алексей им осторожно следовал…

Как вдруг они свернули вправо, в лес!

Вглядываясь в ночь, детектив подтянулся к повороту и встал на углу. Вправо уходила даже не дорога – просека. Ехать тут опасно…

Неожиданно огни впереди погасли. Машина достигла места назначения? Сейчас состоится передача денег?

Алексей поспешно выключил мотор. За урчанием «БМВ» ни Настя Тышкевич, ни ее «друг» услышать «Ниву» детектива не могли, но если они встали, то в абсолютной ночной тишине леса сразу услышат работающий мотор! Их разделяли метров двести, прикинул Кис, хотя ночью глазомер не такой точный. Для звука это совсем немного. А вот для глаза, да еще в темноте, – перебор.

Меж тем глазу требовалось увидеть, что там происходит!

Алексей решил подобраться пешком. Но оставить свою машину так, на углу просеки, он не мог: возвращаясь обратно, «приятель» Насти Тышкевич непременно ее заметит и насторожится. А завести мотор означало вызвать его подозрения…

Он подумал… Эврика! Дорога шла немного в горку, и Кис нашел решение: завелся, включил фары – вроде как некая машина мимо едет. Затем он проскочил поворот на просеку и еще метров триста вперед, после чего вырубил и свет, и мотор и откатился бесшумно назад, по наклонной, съехав на обочину чуть выше просеки. Выбрался из машины, аккуратно прикрыв дверцу, полюбовался на плоды своего сыщицкого гения и остался ими доволен.

После чего детектив быстрым шагом двинулся в ту сторону, где должен был находиться «БМВ».

Луна, обгрызенная сбоку неведомым космическим грызуном, принявшим ее за головку сыра, давала немного света. Хотя бы для того, чтобы не сковырнуться с дороги. Но впереди царила тьма. Одно утешение: тем, кто встал на дороге, им тоже не будет видно детектива, у них зона видимости примерно одинакова.

Когда впереди замаячил темный контур Настиной машины, Алексей сбавил шаг. Теперь хруст попавшей под подошву веточки мог его легко выдать! Он ступил на обочину, на траву, и стал продвигаться особым хитрым шагом: крупно ступая, выбрасывая вперед ноги поочередно и опуская всю стопу на землю. Большая ширина шага служила уменьшению их общего количества – следовательно, уменьшению риска произвести шум. А манера опускать всю ступню на землю целиком, как утюг на гладильную доску, служила той же самой цели: меньше веточек треснет под ногой…

Его французский друг и коллега Реми, женатый на сестре его жены Александры, Ксюше, называл такой шаг «волчьим», pas de loup.

Шагая таким образом, Алексей потихоньку приближался к темному контуру машины…

Вдруг темноту прорезала вспышка фар! Причем встречных! Какая-то машина ехала к «БМВ» с противоположного конца просеки!

«Бээмвэшка» ответила ей своими фарами. И вскоре две машины установились друг против друга, держа дистанцию метров в шестьдесят.

«Ага, – сказал себе детектив, – это неспроста. Деньги будут передавать и (или) девушку станут возвращать!» Крадучись и растворяясь в темноте лесной опушки, он подобрался поближе, можно сказать, в первый ряд партера.

Кис напряг зрение, чтобы разглядеть номера второй тачки, но напрасно. Встречно направленные фары создавали яркий столб света в центре, оставляя во мраке все за его пределами. Одно было понятно по очертаниям машины: это большой внедорожник.

И все.

Но при мысли, что сейчас вернут Насте Тышкевич дочку в целости и сохранности, у детектива немножко отлегло от сердца.

Преждевременно!..

Он видел, как вышла девушка из машины – Кристина, без сомнения. Она сделала несколько шагов вперед и замерла.

Навстречу ей рванула из своей машины Анастасия Марковна, бросилась к дочери, обхватила, прижала к себе, гладя по волосам…

Тут же высыпались люди из второй машины и один человек из «БМВ». Подбежали. Подхватили обеих женщин, мать и дочь, за руки и оттащили друг от друга. Кристину отвели в ту машину, на которой ее привезли, а Настя Тышкевич в сопровождении «приятеля» побрела в свою.

И машины потихоньку разъехались в разных направлениях.

Стало быть, Насте тут свиданку с дочкой устроили – в доказательство, что ее девочка жива…

Алексей недолго колебался и сделал выбор в пользу слежки за внедорожником, привезшим Кристину на встречу с матерью. Он бегом вернулся к своей «Ниве» и вырулил на просеку, надеясь, что неопознанный джип не успел уехать слишком далеко.

И в самом деле, он засек габаритные огни. Но свои фары он не включал, отчего был опять же вынужден ехать медленно, вглядываясь в дорогу, слабо освещенную обгрызенной луной… А когда машина впереди достигла шоссе, то прибавила ходу столь резко, что Кис оставил свою затею: в такой ситуации он выдал бы себя мгновенно!

Помедлив – дождавшись, пока внедорожник исчезнет из виду, – он выехал на то же самое шоссе и встал. Включил верхний свет и разложил карту пригородных дорог на коленях. Ногтем провел по маршруту, проделанному Анастасией Марковной и им самим, затем по той дороге, которой воспользовались люди, державшие Кристину в заложницах….

И поехал домой. Ситуация требовала осмысления.

Дома, поцеловав спящих детей и наскоро выпив чаю с женой Александрой, он ушел в кабинет.

– Алеш, что-то срочное?

– Да, Саша.

Ему не хотелось рассказывать об этом деле. Во-первых, к Игорю Александра относилась очень хорошо и расстроится, если узнает, что парня избили. Во-вторых, ему снова выпала история с похищением ребенка, хоть и взрослой девушки на этот раз, но у Александры еще не зарубцевалось похищение их с Алексеем детей… И нет смысла бередить незажившие раны.

Она только молча посмотрела ему вслед. Раз муж не хочет ей рассказывать… Значит, так нужно. Ему виднее.

Александра отправилась в душ, после душа в спальню, отметив полоску света под дверью его кабинета. Поборов искушение туда войти, она легла в постель и почти сразу заснула: дети, двойняшки, Лиза и Кирюша, просыпались рано, будили ее, и у нее накопился страшный недосып…

Оставшись один, Алексей, несмотря на позднее время, набрал номер Игоря: знал, что парень не спит, ждет от него сообщений.

Так оно и было. Игорь откликнулся сразу же и жадно выслушал отчет шефа.

– …Сомнений нет, Игорь, – подытожил Алексей. – Кристину похитили. Сожалею.

– Судя по тому, что вы мне рассказали… – Игорь сглотнул, – судя по этой сцене…

– Видимо, ее мать сумела настоять на доказательствах, что дочь жива и здорова.

– Но деньги не передавали, выходит, что…

– Да, Игорь. Тебя потому и избили, что должна была состояться передача. И случилась она до того, как я перехватил эстафету.

– Алексей Андреевич… – его голос снова споткнулся.

Игорь всегда называл шефа по имени-отчеству. Сколько раз Алексей хотел предложить ему перейти на «ты», как это было с Ванькой! Но Игорь сам, своей церемонностью, мешал ему. И одновременно мешал сказать пареньку: «Игореша, Игорек…»

Так они оставались: «Игорь» для Киса и «Алексей Андреевич» для Игоря. А сейчас бы самое время сказать: «Игореша, держись!»

– Алексей Андреевич, – откашлявшись, продолжил Игорь, – но почему же они не отпустили Кристину? Если ее мама заплатила деньги? Нет, я знаю, вы мне рассказывали, что в случаях похищения людей не так уж часто их возвращают… Живыми, по крайней мере. Но здесь какая-то неувязка получается: Кристину показали матери, но не вернули, хотя она деньги, как вы утверждаете, уже заплатила! Какая же в этом логика?

Алексей помолчал, покрутил еще раз мысль, которая пришла ему в голову по дороге… Она не была единственной возможной гипотезой, но она казалась логичной. Весьма логичной.

– А вот какая, Игорь, – произнес он. – Думаю, им еще что-то нужно от Анастасии Марковны. И это «что-то» для них очень важное, коль скоро они уступили ее требованию увидеть дочь…

Закончив разговор с Игорем, Алексей задумался, заново перебирая в уме то, что сказал своему ассистенту.

Кристина жива и здорова, ее матери показали, но не вернули. Можно ли сделать из этого обстоятельства какой-нибудь иной вывод, кроме уже сделанного?

В общем-то, да. Например, что Игоря избили не перед передачей денег, а «для профилактики», а Настя Тышкевич оказалась такой крутой, что сумела настоять на том, чтобы ей показали дочь перед тем, как отдать бандитам деньги. Причем именно показали, а не просто дали возможность услышать ее голос по телефону в подтверждение того, что Кристина жива. И не в момент передачи денег, а заранее, накануне.

Но эта версия не выдерживала критики. В делах с похищением людей ради выкупа уже сложились, если можно так выразиться, своеобразные традиции. Бандиты в них вели себя жестко, а шантажируемые – послушно.

Предположить, что в данном деле оказались особенные, мягкотелые бандиты? Все может быть на этом свете, конечно, но Алексей не верил в такой расклад.

Оставалось сделать только тот вывод, который он озвучил в разговоре с Игорем: Анастасии Марковне дали возможность убедиться в том, что дочь жива, потому что от нее требуют еще чего-то, помимо денег, которые она уже отдала.

Игоря избили вчера, около восьми вечера, – так что вчера она и передала выкуп, после восьми. Весьма вероятно, что там же, где встречалась сегодня с бандитами: на той просеке в лесу. Придется туда с утра заглянуть – посмотреть на следы шин! На глинистой земле они могли весьма неплохо отпечататься.

Стало быть, от Анастасии Марковны хотят чего-то еще… И это настолько ценно для бандитов, что они не только продолжают удерживать Кристину в заложницах, но и согласились показать ее матери!

Черт дернул этих детишек прикидываться бедными! Если бы они поменьше скрытничали по поводу своего материального положения, то, глядишь, сейчас бы Игорь смог подкинуть детективу какие-то факты! А так гадай на кофейной гуще: что же еще можно взять с Крискиной мамы?

Впрочем, детектив с большим пониманием относился к решениям «детишек». Кому же не хочется, чтобы его любили такого, каков он есть, а не за деньги или положение! Всем хочется. Да только не всем везет…

Некоторое время Кис думал о жене своей Александре и о том, каким невероятным и блистательным финтом фокусника судьба вытащила из складок своего серого балахона такой счастливый ему подарок…

А затем отправился в спальню, чтобы получить свой подарок непосредственно в руки…

IV

Вернувшись домой, Настя сразу же ушла к себе в комнату. Сил больше не было никаких – ни физических, ни душевных. Криска пока в порядке… ПОКА. Но им что-то нужно снова от Насти… И Криска будет в порядке, ПОКА Настя не выполнила новые требования. Какие же?! В самом ли деле дом ее теперь им понадобился? Или что-то другое? Насте казалось, что про дом они бы сказали сразу, не стали бы тянуть да загадки загадывать. С другой стороны, чем она еще могла оказаться интересна бандитам? Она важных решений не принимает, бумаг не подписывает, ничего от нее не зависит…

Ее мозг отказывался анализировать ситуацию. Суровый недосып прошлой ночи давал о себе знать. Она рухнула в постель, стащив с себя только платье, не приняв обычный душ и даже не почистив зубы. И мгновенно провалилась в тяжелый сон.

Ей снилась дочь. Она кричала: «Мама, мама, мама! Настя, Настя, Настя! Анастасия Марковна, Анастасия Марковна!!!»

Настя открыла глаза. Над ней нависал Гена, протягивая ей телефон.