Золотые ключики

Они обошли кусты, поднялись на бугорок. И тут перед ними раскрылся широкий разлив. На быстром течении играли и сверкали солнечные огни, а ближе к берегу до самого дна залегла глубокая, чистая синева…

Тонкие осинки и берёзы и косматые ольховые кусты стояли в воде. Вода затопила их, а они покачивали ветками, словно не зная, что же им теперь делать…

Алёнка всплеснула руками:

– Ух ты! Воды-то сколько!

– О-ёй! – сказала Таня. – К самой горе подошла!

Алёнка, примолкнув, глядела на воду. А потом дёрнула Таню за платье:

– Тань, это море?

– Не знаю… – ответила Таня. – Наверно, море.

– А тот берег тоже весь залило, – сказал Дёмушка, – вон, до самого леса!

– Нет, это не море, – решила Таня, – ту сторону видно. А у моря ту сторону не видно. Целую неделю будешь плыть – и всё ту сторону не видно. Нет, не море! Это просто река Нудоль разлилась!

И Таня стала взбираться на горку, потому что понизу пройти было нельзя: на лугу стояла вода. Алёнка вздохнула и полезла за ней следом.

– Что же, теперь за Нудолью пойдём?

– Ну да, – сказала Таня, – а что?

– А Нудоль к морю придёт?

– Наверно, придёт. Ну, а что?

– Очень далеко море… Жарко…

Таня прошла несколько шагов молча. Потом тихо спросила:

– Алёнка… тебе домой хочется?

– Хочется… – ответила Алёнка.

– Мне тоже домой хочется, – созналась Таня, – а только как же море-то? Так и не посмотрим? А оно большое-пребольшое! И разные там корабли плавают, разные пароходы!.. Значит, так и не посмотрим?

– Ладно, пойдём, – сказала Алёнка. – Взглянем разок на пароходы – и обратно.

– Правда, – согласилась Таня, – взглянем на пароходы – и обратно. Да теперь уж идти недалеко. Вот пройдём бережок, а там, уж наверно, и море покажется!

Подойдя поближе к берёзовой роще, ребятишки услышали какой-то неясный гул. Что-то монотонно шумело там, что-то часто стукало: бух-бух-бух! Слышались голоса.

Снежок навострил уши, приподнял чёрный нос и, полный любопытства, припустил вперёд.

– Что это там творится, а? – удивилась Таня.

– Не знаю, – понизив голос, ответила Алёнка.

– А я знаю! – закричал Дёмушка. – Это мы, наверно, на ГЭС пришли!

И, перегнав девочек, побежал вслед за Снежком к берёзовой роще.

Что творится на реке Нудоли

А на реке Нудоли шла большая стройка. Плотники чистили и строгали брёвна, весь берег был завален светлыми щепками и стружками. Тут же, на берегу, стояли какие-то узкие, высокие срубы с плотно пригнанными брёвнами.

Около самой воды колхозники рыли широкий котлован. Колхозников было много – из всех окрестных деревень собрались они строить свою электрическую станцию. Горы песку и глины желтели на краю котлована, на зелёной траве. В котловане уже торчали забитые в землю сваи. И там же не переставая стучал механический молот: бух-бух-бух!

– Гляди, гляди, какая штука по столбу стукает! – закричала Таня, дёргая Алёнку за рукав. – И даже дым от неё идёт!

– А чего она стукает? – удивилась Алёнка.

– Не знаю. Забивает, может?

– «Забивает»! А разве такой высокий столб забьёшь?

– А вон ваш дядя Василий стоит! – сказала Таня. – Пойдём спросим?

Дядя Василий стоял на краю котлована и смотрел, как забивают сваю. Он был десятником на стройке: распределял работу и следил, чтобы работали правильно.

Но хоть он и был Алёнкин дядя, Алёнка всё-таки его немножко побаивалась.

– Дядя Василий, – несмело позвала она, – а дядя Василий! – Дядя Василий обернулся и поглядел на них суровыми глазами.

– Дядя Василий, а что это там бьёт?

– А вы что – наниматься на работу пришли?

Алёнка смутилась и спряталась за Таню.

– Нет, – ответила за неё Таня, – мы просто посмотреть.

– А зачем так далеко от дому забежали?

– Да это мы просто так… Мы мимо шли.

– А куда же вы шли?

– Да мы просто хотели море посмотреть.

– Море? А какое же море: Балтийское или Каспийское?

– Не знаю. Какое-нибудь.

– Эх вы, лягушки-путешественницы! – сказал дядя Василий. – На море собрались!

Он усмехнулся, покачал головой и весь скрылся в дыму от своей цигарки.

Дядя Василий сначала показался сердитым. Но, когда он засмеялся, тут даже и Алёнка осмелела:

– Дядя Василий, а ты всё-таки скажи, что это по столбу стукает?

– Это механический молот стукает, – ответил дядя Василий, – дизель-копёр называется.

– А зачем он по столбу стучит?

– Сваю плотины в землю загоняет.

– Да сваи-то вон какие торчат коротенькие, – сказала Таня, – а это вон какое бревно – с берёзу!

– «Коротенькие»! Так они тоже с берёзу были. А вот заколотили их в землю, так и стали коротенькие. Это бревно тоже забьют – и оно коротенькое будет.

– Ух ты! – сказала Таня. – Вот какой этот дизель сильный!

– Ух сильный! – повторила и Алёнка. – Целое бревно в землю забивает!

– Алёнка, Алёнушка! – закричала Таня. – А гляди-ка – там, в ямке, ещё какая-то штука шипит!

– Таня, гляди-ка! – закричала в это время Алёнка, показывая рукой в котлован. – Дёмка уж там!

– Давай и мы полезем? – сказала Таня.

– А полезем! – сказала Алёнка.

Они сбежали с бугорка и осторожно спустились по песчаному склону в неглубокий котлован, к сваям, которые, словно деревянная щетина, рядами стояли на дне.

– А тут вязко, – сказала Алёнка.

– Гляди-ка, – сказала Таня, – где наступишь, туда сейчас и вода наливается!

Путешествие в речку

Подружки пробрались к небольшой квадратной ямке, похожей на колодец, в которой что-то шипело и рокотало. Дёмущка сидел на корточках возле ямки.

– Какая-то машинка и с кишкой, – в недоумении сказала Таня, – и зачем-то в колодчике сидит.

– Это помпа! – сказал Дёмушка.

Дёмушка это слово только сейчас в первый раз услышал, и оно ему очень понравилось.

– Пом-па это, вот что, – повторил он. – Пом-па!

– А что это помпа делает? – спросила Таня и тоже присела на корточки.

– Она воду сосёт, – объяснил Дёмушка, – и по кишке – прямо в речку.

– Что – в речку?

– Ну воду-то! Из песка эта помпа воду сосёт и по кишке в речку выливает. А если бы не эта помпа, то все сваи залило бы и пройти нельзя.

– А уж ты всё знаешь! – сказала Алёнка. – Небось половину выдумал.

– Как раз выдумал! – обиделся Дёмушка. – Вот поди да спроси у мужиков, как я выдумал!

И, прислушиваясь, как журчит вода в колодчике, ещё несколько раз повторил про себя: «Пом-па! Пом-па! Пом-па!..»

Круглый шланг помпы из котлована поднимался наверх, на зелёную травку. Конец его висел над крутым бережком Нудоли, и вода с журчанием и звоном лилась из шланга в реку.

– О-ёй! – сказала Таня. – Как вода-то бежит. Прямо хлещет! А я думала, она по капельке капает! Ну-ка, холодная?

Таня подбежала к шлангу, наклонилась, протянула руку под светлую струйку и вдруг закричала:

– Ай! Еду!..

Ноги её быстро поползли по сырому глинистому бережку. Таня замахала руками, хотела за что-нибудь схватиться, но не схватилась да и съехала с бережка прямо в реку.

Алёнка сначала рассмеялась. А потом нагнулась к Тане и сказала:

– Давай руку! Вылезай скорей!..

Таня уцепилась за Алёнкину руку и стала вылезать. Но бережок был скользкий, и ноги ехали обратно в речку.

– Ты тяни меня пошибче! – крикнула Таня.

Алёнка хотела её потянуть пошибче, но и сама не удержалась, заскользила по бережку.

– Дёмка! Дёмка! – закричала она.

Но Дёмушка и подбежать не успел, а Таня и Алёнка уже барахтались внизу, в мутной мелкой воде, и сверху на них лился ручеёк из помпы.

– Караси в тине! – сказал Дёмушка и засмеялся.

Девочки кое-как, цепляясь за ракитник, вылезли наверх.

– Всё платье мокрое, – сказала Алёнка отряхиваясь. – Вот как теперь идти?

– Авось, – сказала Таня и беззаботно махнула рукой, – на солнышке высохнем!

И, не взглянув на Дёмушку, который смотрел на них и смеялся, они полезли наверх из котлована.

И только вылезли – их тут же увидел инженер Николай Петрович, главный хозяин на стройке.

Алёнка заробела и хотела скатиться обратно в котлован. Тане тоже стало не по себе. Она опустила глаза, перебирая рукой намокший подол платья.

– Вы что тут делаете? – спросил Николай Петрович.