Каменный век был иным…

«Промежуточные формы, якобы возникающие в ходе эволюции, не способны выполнить никакой созидательной функции, ибо они абсолютно бесполезны. В качестве примера можно привести достаточно сложные и высокоразвитые организмы, такие, как самки кита, кормящие своих детенышей под водой, не подвергая их риску захлебнуться.

Разумеется, в процессе эволюции от обычного соска млекопитающих к соску самки кита никакой промежуточной формы соска, приспособленной для подводного кормления, существовать просто-напросто не могло.

Такой сложный сосок мог возникнуть либо сразу, либо не возникнуть совсем.

Если предположить, что столь сложная система развилась постепенно, на основе случайных мутаций, это означает, что на протяжении долгих тысячелетий, пока шел процесс эволюции сложного соска, новорожденные детеныши китов все до единого были обречены на голодную смерть. Если при изучении столь сложной системы отвергнуть первоначальный замысел, наше легковерие подвергнется серьезному испытанию, ибо нам предлагается поверить в существование некоего разумного конструктора-разработчика сосков, который должен был, помимо всего прочего, обладать изрядными познаниями в области насосов и гидравлики».

Наскальные рисунки в Твифельфонтейне, Намибия. В правой части рисунка — изображение некоего паукообразного существа, в левой — коленопреклоненный человек.

Такие аргументы, казалось бы, позволяют раз и навсегда «сорвать прежние знамена». Ан нет, вновь звучат истошные крики тех, кто — дьявол их знает ради чего — насмерть прилипли к прежним взглядам. Кит, заявляют они, это как-никак млекопитающее, которое некогда жило на суше и лишь гораздо позже приспособилось к жизни в воде. Но это возражение делает их аргументацию еще более нелепой. Какая безумная игра природы могла побудить млекопитающее, рожающее своих детенышей, как и положено, на суше, постепенно — по мере эволюции соска! — перетаскивать их к кромке воды и там, под водой, учить их сосать молоко по-новому? Случай поистине феноменальный! Остается лишь предположить, что для того, чтобы совершить это гипотетическое переселение с суши в воду, у кита, который как-никак является млекопитающим, должно было произойти не медленное, а резкое и скачкообразное изменение строения соска.

Итак, «промежуточные формы» ничего не дают для решения вопроса о числе генов в хромосомном наборе. Более того, такие промежуточные формы вообще вряд ли когда-нибудь существовали. Сэр Фред Хойл называет находку окаменелых останков «промежуточных» форм не более чем легендой. Предоставим ему слово:

«Эти рассуждения (о промежуточных формах, эволюции и дарвинизме. — Прим. авт.) представляются все более нелепыми по мере роста уровня и качества научных исследований… Жестоковыйные ученые мужи, изучая литературу по геологии, не могут отрицать неоспоримую истину: окаменелости не могут служить документальными доказательствами правоты дарвинизма не потому, что геологам пока что не удается найти необходимые формы, а потому, что тех самых промежуточных переходных форм, на существовании которых настаивает теория, просто никогда не существовало».

Естественно, при таком положении вещей возникают сомнения и колебания. Но лучше пережить период сомнений, чем всю жизнь с пафосом изрекать заведомую ложь. Но если действительно не существовало никаких медленных изменений и промежуточных переходных форм жизни, то какова же причина, способствовавшая возникновению самих этих изменений?

Духи, обитающие вокруг

Не надо забывать, что первобытный человек на протяжении многих десятков тысяч лет оставался все таким же примитивным охотником и собирателем. А затем его внезапно посетило настоящее озарение, и он принялся рисовать и высекать на стенах своих пещер, скал и горных расщелин таинственные символы и изображения. Означает ли это, что в этот момент он вышел на магистральный путь эволюции? Вышел — или?..

Поистине поразительно, что через этот этап прошли наши древнейшие предки, жившие во всех концах света. Наскальные рисунки (так называемые петроглифы) — архаичная форма искусства, хорошо знакомая народам, даже не подозревавшим о существовании друг друга. Петроглифы можно встретить и на отвесных скалах в горах Тассили (алжирский сектор Сахары), и в далеком Йемене, и в джунглях Мато-Гроссо (Бразилия), и в пустынях на крайнем юге Чили… Повсюду — от Гавайских островов до Центрального Китая, от Сибири до Южной Африки — люди каменного века оставили нам на скалах и под сводами пещер свой привет, «визитную карточку» из далекого прошлого. Лишь в очень и очень редких случаях нам известны имена племен, вырезавших на скалах таинственные рисунки, и в науке сложилась традиция называть создателей наскальных фресок по той местности, где найдены их рисунки.

Сколько же наскальных рисунков дошло до нас? Их общее количество на всей планете исчисляется многими и многими миллионами. Петроглифы можно встретить и на крошечных островках, и в высочайших горах; есть они и на Аляске, покрытой вечными льдами, и на пышащих зноем скальных уступах в горах Кимберли на западе Австралии. Кто же отдал этот приказ, отозвавшийся во всех концах света: «Друзья! Пришло время создавать наскальные рисунки!»?

Вполне возможно, что это искусство разнесли по свету кочевые племена каменного века, скитавшиеся по просторам нашей планеты. Во время скитаний карандашом им служил каменный наконечник, а блокнотом — скалы и стены пещер. Возможно, у них возникла потребность передавать информацию. Сама по себе такая возможность не вызывает возражений, если бы не два поразительных феномена, почти не поддающихся объяснению:

а) планетарное распространение рисунков,

б) сходство и близость мотивов.

Изучение символов можно отнести к тем областям, к которым большинство историков, занимающихся изучением седой древности, что называется, относятся не вполне серьезно. А уж если речь заходит о таком долгом и трудоемком деле, как копирование и истолкование наскальных рисунков, исследователи обычно ограничиваются каким-либо одним весьма и весьма небольшим районом. В результате остро ощущается нехватка сведений, неполнота картины в целом. Освальд О. Тобиш, человек щедрых и многообразных дарований, на протяжении 30 лет провел исследования более 6000 наскальных рисунков, пытаясь восстановить некую логическую систему, объединяющую их. Когда знакомишься с выводами его исследований и многочисленными сравнительными таблицами, буквально дух захватывает. Тобиш прослеживает черты сходства самых разных наскальных рисунков, так что создается впечатление, будто в древности существовала единая пракультура и связанные с ней универсальные знания.

За 30 лет, прошедших со дня выхода в свет книги Тобиша, было опубликовано множество томов и брошюр со снимками и прописями бесчисленного множества петроглифов, так что материала для сравнений теперь, что называется, хоть отбавляй. Кроме того, в последние годы был основан целый ряд международных обществ, членов которых объединяет общий интерес к памятникам наскального искусства. В качестве примера можно г назвать австрийско-швейцарское общество GE-FE-BI, то есть Общество по сравнительному изучению наскальных рисунков, сумевшее собрать и опубликовать богатый и разнообразный материал. Разумеется, миллионы и миллионы наскальных рисунков появились не в одно и то же время; очень часто (но далеко не всегда) их разделяют многие тысячелетия. В других случаях на одних и тех же скалах рисунки создавались на протяжении нескольких тысячелетий. И тем не менее поразительный факт, что множество наскальных рисунков в самых разных частях света возникли практически одновременно.

Всюду, будь то Торо Муэрто (Перу), где найдены десятки тысяч наскальных рисунков, Валь Кармоника (Италия), окрестности Каракорумского шоссе (Пакистан), плато Колорадо (США), регион Параибо (Бразилия) или южная Япония, — всюду обнаружены практически идентичные символы и фигуры. Разумеется, я не могу не отметить, что в каждом отдельном месте существуют свои собственные, строго локализованные типы изображений, которые невозможно встретить больше нигде, но это никак не проясняет тайну поразительного сходства остальных рисунков.

Повсюду, где бы ни жили люди каменного века, они неизменно изображали сцены охоты па диких животных, а также солнце, луну, круги, схематичные фигурки людей, отпечатки ладоней или сценки примитивного земледелия, то есть, другими словами, сюжеты из повседневной жизни. Если рассматривать все эти изображения со всеми их атрибутами и символами, возникает удивительное впечатление, что по всем континентам вдруг раздался звук одной и той же призывной трубы: «Запомните: боги — это те, кто окружен лучами!»

Эти «боги» в большинстве случаев изображаются куда более крупными, чем прочие человечки. Их головы практически всегда окружены или увенчаны ореолом или нимбом, словно от них исходят сияющие лучи. Кроме того, обычные люди всегда изображаются на почтительном расстоянии от «богов»; они преклоняют перед ними колени, простираются на земле или воздевают к ним руки. Кто же научил наших отдаленных предков воздавать почитание своим восседающим на тронах божествам и владыкам столь сходным образом? Быть может, доисторические художники учились в одной и той же академии художеств? Или принимали участие в выездных семинарах в рамках Дня наскальных рисунков?

Карл Густав Юнг или Зигмунд Фрейд во многом помогли нам постичь тайну коллективного бессознательного и совместного видения бытия, или проникнуть в глубины собственной души. Но мне кажется, что Освальд Тобиш, специалист по наскальным рисункам, исколесивший весь свет, своими неутомимыми усилиями еще больше приблизился к разгадке этой древней тайны:

«Быть может, это разительное сходство в изображениях божеств объясняется невероятным по нашим сегодняшним меркам „интернационализмом“, и человечество той эпохи, вполне возможно, еще пребывало в мощном силовом поле „первозданного откровения“ единого и всемогущего Творца?»

Наскальные рисунки одной из стоянок первобытного человека в Австралии. На них изображена Вандина, богиня неба, в ореоле сияющих лучей. Горы Кимберли, северо-западная Австралия.

О, люди каменного века были мудрыми асами седых тысячелетий! Быть может, тот же «Ангел Земля» принес им одинаковую весть всюду, где бы они ни обитали, или некая универсальная идея, привнесенная извне, завладела воображением их просыпающихся умов, или, наконец, люди каменного века видели, чувствовали и воспринимали мир точно так же, как и представители куда более поздних поколений. Что же тогда получается? Как бы там ни было, нам остались удивительные свидетельства их бытия — таинственные произведения древнего искусства, созданные в эпоху, когда еще не было ни Интернета, ни факсов, способных передавать изображения в любую точку света. Однако те немногие рисунки, которые представлены в этой книге, говорят сами за себя.

Глава третья

РОЖДЕНИЕ ТЕХНИКИ?

Среди людей куда больше копий, чем оригиналов.

Пабло Пикассо (1881–1973)

Все те спорные вопросы, которые я изложил на предыдущих страницах, вполне естественно могли вызвать у читателя гнев и раздражение или повергнуть его в изумление, а ведь это — всего лишь введение к поистине захватывающей истории. Следующий раунд начинается с удара гонга, знаменующего собой начало погребального песнопения.

После того как наши древнейшие предки заложили основы культуры, высекли на скалах первые рисунки и создали первые крошечные артефакты, они научились питать уважение друг к другу. Осознание и признание самого факта неравенства людей было равнозначно вводному уроку уважения и почтения. Тот, кто мог высекать или рисовать на сводах пещер величественные наскальные рисунки, обладал некими способностями, отличающимися от тех, которыми был наделен резчик, работавший над бивнем мамонта. Один мог быть более мускулистым, отличаться более крупным телосложением, быть дерзким и безрассудно отважным, тогда как другой был узкоплечим, тщедушным, чувствительным, отличался плохой выносливостью и был вообще слаб во всем, что касалось практической стороны жизни. В этой связи будет вполне уместно напомнить о том, что мать-родительница — как о том свидетельствуют разнообразные фигурки и изображения так называемой «богини-матери» — занимала одно из самых высоких мест в «рейтинг-листе основных профессий» древнейших людей.

Уважение к сородичам, наделенным некими способностями, породило особое уважение к ним, а прямым следствием этого уважения явилось возведение гробниц. Для людей стала невыносимой мысль о том, что труп их любимого или особо почитаемого сородича могут пожрать стервятники и гиены, а кости унесут коршуны. Так возник обычай хоронить покойных. Оставшиеся в живых скорбными, поблескивающими от слез глазами взирали на место, куда только что опустили останки дорогого человека. Неужели это все? Неужели от него ничего больше не осталось? Сородичи с почтительным страхом передавали из рук в руки одежды из шкур, оставшиеся от покойного, его орудия труда, оружие и немногочисленные любимые вещи. Постепенно возникло особое почитание умерших, своего рода культ предков. У древних людей впервые возникли мысли о смерти, о возможности ее преодоления. Быть может, усопший не исчез, а неким необъяснимым образом продолжает жить в каком-то ином месте? Не уподобился ли он гусенице, из которой следующей весной выпорхнет бабочка? Не может ли человеку, который вернулся из загробного мира, понадобиться его прежнее оружие, орудия труда, одежды и любимые вещицы?

Задумавшись об этом, древние люди начали предавать усопших земле с особой пышностью, опуская в могилы высокопоставленных сородичей их оружие и предметы повседневного обихода. Земля по большей части была достаточно твердой и плохо поддавалась каменным мотыгам, так что вырыть глубокую могилу было очень трудно, а неглубокие захоронения по-прежнему раскапывали дикие звери — пожиратели трупов. Так возникла идея возводить над могилами каменные гробницы, которые спустя много веков, превратились в первые небольшие дольмены.

Строительство дольменов получило поистине глобальное распространение, однако простые дольмены не заключали в себе ничего таинственного или загадочного. Пока не заключали. Мне известно о существовании дольменов на всех континентах, а Европа прямо-таки кишит ими. Дольмен как защитная камера для тел усопших был вызван естественной потребностью… И так продолжалось до тех пор, пока в каком-то незапамятном тысячелетии до Рождества Христова на нашей Земле не возникла новая мода или веяние. Люди начали возводить особые супердольмены, воплощающие в своей конструкции астрономические знания, — дольмены, относительно которых мы вправе сомневаться, — а служили ли они вообще для погребения усопших?

Новый вирус: мегалит

О боже, если бы Ньюгрэндж был единственным и уникальным в своем роде «погребальным комплексом» на нашей пленете! Как прост и логичен был бы тогда ответ на многие вопросы. Если бы чудеса игры солнечных лучей ограничивались всего лишь Ирландией или Хочикалько в Мексике, у меня не было бы основания всерьез говорить о подобных забавах и пустяках. Но факты — вещь упрямая и загадочная: гигантские, тщательно продуманные и спланированные «погребения витязей» встречаются буквально во всех концах света. В одних Только окрестностях Морбиганского залива (Бретань, Франция) сохранилось — по разным оценкам — от 135 до 156 древних дольменов, ориентированных на точку зимнего или летнего солнцестояния. Я не вправе обойти молчанием тот факт, что «в самых невероятных местах», так сказать, «вдали от всего живого» возникали сооружения эпохи мегалита, воплощающие в себе астрономические знания, — громадные дольмены, отдельно стоящие менгиры на наблюдательных пунктах и колоннообразные менгиры, выстроенные с поистине геометрической точностью, которые очень трудно принять за остатки неких крепостей каменного века.

Разумеется, неандерталец имел настолько огромный мозг, что в принципе мог обладать серьезными научными познаниями. Однако странная вещь: неандертальцы, кроманьонцы и их потомки из тысячелетия в тысячелетие заворожено глядели в ночное небо, сверкающее мириадами звезд, и любовались луной — совсем так же, как и их потомок эпохи мегалита, точнее — человек, живший в некий год X. Однако неандертальцы и кроманьонцы на протяжении тысячелетий просто любовались звездными россыпями, а человек эпохи мегалита, что называется, за одну ночь овладел поразительными научными познаниями в астрономии, геометрии и математике и, вдобавок ко всему этому, как бы между делом создал удивительные технические средства, позволяющие перемещать и воздвигать громадные каменные монолиты. В те отдаленные времена, не поддающиеся датировке, в машинном парке человеческого мозга заработали новые моторы. Клетки серого вещества начали мыслить, считать, оперировать отвлеченными понятиями.

Мнение, что подобные знания накапливались медленно, передавались из поколения в поколение и просто не могли возникнуть мгновенно, «за одну ночь», явно противоречит свидетельству монументов каменного века. Тогда еще не существовало ни письменности, ни библиотек, в которых древние могли бы накапливать и приумножать знания. Не было и путешественников, которые, поднявшись на верхушку мачты, заметили бы берег неведомой земли и осуществили обмен знаниями с ее обитателями. Жители каменного века, образно говоря, родили свои знания подобно тому, как женщина рождает дитя.

Что же касается очевидного «интернационализма» культур эпохи мегалита, то я хотел бы задать в известной степени провокационные вопросы. Не были ли введены в «систему человека» свежие гены? Не пребывали ли до поры до времени древние гены, принесшие новую Весть и новые знания, в недрах материковых льдов? Не распространил ли «Ангел Земля» эту древнюю-новую информацию и познания по всему свету в результате таяния снегов? Или: не имели ли люди эпохи мегалита контактов с инопланетными учителями и не позаимствовали ли знания у них?

Этот небольшой дольмен первоначально служил могилой. Франция, Пиренеи.

Европа — регион, где сохранились многие сотни древних дольменов. Эта каменная «черепаха» находится в Дании.

Итак, с чего же начать перечень факторов невозможного?

Западному человеку, немало поездившему по свету, хорошо знаком Стоунхендж; он помнит и так называемые менгиры — каменные колоннообразные монолиты в Бретани (Франция). Не исключено, что он слышал о дольменах и погребальных комплексах в Дании или проводил свой летний отпуск в Испании, на Менорке или Канарских островах. Однако средний бюргер наверняка не знает — да и откуда ему знать о таких древностях? — о мегалитических культурах Перу и Шри Ланки, Северной Америки или Индии. Между тем в одной только южной Индии находится свыше 1500 мегалитических «кладбищ». К ним необходимо прибавить еще по меньшей мере добрую сотню погребальных комплексов в остальных районах Индии, вплоть до нагорных районов Кашмира.

Итак, что же, собственно, принято понимать под понятием «мегалиты»? В «Археологической энциклопедии Люббеса» об этом говорится следующее:

«Мегалиты: сооружения, погребальные комплексы и постройки из каменных глыб (от греческого megas — „огромный“ и lithos — „камень“). Мегалит — понятие, не относящееся к какому-то одному народу; обычай возведения мегалитических построек характерен для многих народов и племен».

Неточности датировки

Итак, термин понятен. Следовательно, речь не может идти о некой ограниченной эпохе мегалита. Всякий, кто на нашей планете обрабатывал и перемещал каменные глыбы и блоки, а затем возводил из них всевозможные сооружения, переживал свою собственную эпоху мегалита, которая была всюду и всегда одинакова. Существует очень древний мегалитический храм, не поддающийся точной датировке, и другой храм, сооруженный около 2000 г. до н. э., и еще один, возведенный в I веке до н. э. На мой взгляд, все эти храмы являются древнейшими каменными постройками. Все, что моложе 5000 лет, интереса у ученых не вызывает, ибо в более поздние эпохи культурное и цивилизационное влияние других народов было слишком велико. Народы попросту перенимали обычаи друг у друга.

Датировка мегалитических построек — вопрос особый. Любопытно, каким образом археологи вообще определяют возраст памятников? В различных научных докладах мне не раз приходилось слышать, что возраст той или иной пробы может быть «легко» установлен путем датировки по радиоуглеродному методу с использованием знаменитого изотопа С₁₄. Однако необходимо помнить: возраст камней с помощью такого метода определить невозможно. Датировка по С₁₄ основана на распаде радиоактивного изотопа углерода 14 и может применяться только для оценки возраста объектов органического происхождения (костей, древесного угля, тканей и пр.).

Кроме того, камни обладают собственным невысоким уровнем радиоактивности, обусловленным воздействием атмосферы… Уровень этой радиоактивности подвержен постоянному распаду, интенсивность излучения все время снижается, что, естественно, влияет на атомарные структуры. «Дыры» в кристаллических решетках мгновенно заполняются ионами и электронами, причем электроны меняют свое положение, насыщая камень энергетикой.

Эти важные открытия в области физики привели к созданию нового способа определения возраста — так называемого термолюминесцентного анализа. Проба, подвергаемая анализу, нагревается (то есть приобретает энергию), уровень собственной энергетики электронов снижается до минимума, и разница в энергетике влияет на характер и интенсивность излучения, замеряемого специальными приборами.

Этот метод может применяться как для камня, так и для керамики. Фактический уровень излучения прямо пропорционален первоначальной радиоактивности, поскольку реальное время распада изотопов уже известно.

Для замеров первоначального уровня излучения электронов применяется особый способ, так называемый метод электромагнитного резонанса. Если на камень направить магнитное поле определенной интенсивности, он начинает испускать слабое электромагнитное излучение, становящееся со временем все более и более слабым.

Однако все эти сложные и остроумные методы, изобретенные лучшими умами науки, страдают одним главным недостатком. Необходимо найти некую первично стабильную величину, опираясь на которую, специалисты могли бы начать расчеты точного возраста тех или иных памятников прошлого.

Что касается пресловутого радиоуглеродного метода, то я еще 25 лет назад высказал серьезные сомнения в его точности. «Принцип его действия» основан на допущении о том, что во все эпохи истории Земли на ее поверхности должно было находиться примерно одинаковое число изотопов С₁₄. А если это не так? Если в атмосфере в разные эпохи и в разных точках Земного шара содержалось разное количество изотопов С₁₄, весьма и весьма отличающееся от принятой «контрольной величины»? В таком случае, казалось бы, высокоточные «часы» радиоуглеродного метода С₁₄, основанные на «самых современных» научных достижениях, неизбежно дадут неверные результаты.

Сегодня это многие понимают. Поэтому специалисты стремятся проверить точность замеров по радиоуглеродному методу с помощью дополнительных способов определения возраста. Слава богу, сейчас нет недостатка в совершенных приборах и высокоточных методиках.

Так, сегодня, благодаря применению генераторов сильных магнитных полей и высокочастотных излучений, можно с достаточно высокой точностью установить возраст каменных блоков, содержащих вкрапления кварца. Этот метод, использующий принцип электромагнитного резонанса, основан на том, что ни один из кристаллов кварца не тождественен другому и все они имеют разную кристаллическую структуру. На протяжении тысячелетий под воздействием ионизирующего альфа-излучения, поступающего из атмосферы, в кристаллической решетке минералов возникли упорядоченные дефекты. Она начинает терять атомы кислорода и кремния. И чем старше кварц, тем сильнее выражены дефекты в его структуре. В ходе лабораторных исследований были подвергнуты воздействию искусственного источника альфа-излучения, причем интенсивность его возрастала до тех пор, пока не был достигнут некий предел насыщения, сравнимый с естественным радиоактивным фоном местности, где были взяты эти пробы. На основании этих исследований ученые сделали вывод о том, что возраст этих кристаллов может составлять 1,5 млрд. лет. Тем из читателей, кто хотел бы поподробнее узнать о современных методиках датировки древнейших памятников, предлагаем ознакомиться с книгой Йозефа Ридерера «Археология и химия: взгляд в прошлое».

Итак, начало положено. Теперь мы можем точно определить, каков возраст камней, содержащих вкрапления Кварца. Однако, если каменные глыбы подверглись искусственной обработке, показания приборов, указывающие на их возраст, будут малодостоверными. В том-то вся беда!

Специалистам удалось, казалось бы, невероятное: они смогли с полной уверенностью определить, что монолиты, из которых возведен Стоунхендж, были по большей части доставлены сюда из гор Прескелли, находящихся в Уэльсе, за 220 км от самого памятника!

Это удалось сделать благодаря изучению под микроскопом тонких — тоньше кинопленки — срезов камня, из которого состоят эти монолиты, а также специальных исследований, позволяющих установить размеры, тип и даже расположение минеральных вкраплений в основной породе. Результаты показали, что эти камни идентичны породам, из которых состоят скалы в местах их предполагаемой добычи. Как говорят криминалисты, идентичность установлена, а возраст определить не удается.

Озоновая дыра, возраст которой — 10 700 лет?

Собственно говоря, для нас интерес представляет не сам возраст, а дата обработки каменных монолитов. Что же может служить истинным критерием для ее оценки? Приведем любопытный факт. Исследователи, занимавшиеся изучением ледяного панциря на юге Гренландии, получили поистине удивительные результаты: примерно 10 700 лет назад — за точность этой даты они ручаются — на Земле произошло резкое изменение климата. Не медленно и постепенно, а внезапно и резко, за какие-нибудь несколько десятков лет температура воздуха над Гренландией повысилась на целых семь градусов по шкале Цельсия. Сам факт столь резких изменений климата подтверждается не только пробами льда, взятыми из глубинных скважин, но и данными сравнительных исследований кальцитных (известняковых) отложений в Швейцарии. Что же произошло с древними каменными породами?

Во время последнего ледникового периода на нашей планете в ледниках были, так сказать, законсервированы громадные массы материковой пыли, а также вулканического пепла и метеоритных осколков. Наступившее затем резкое потепление высвободило эти громадные массы и, образно говоря, возвратило их в атмосферу. В результате этого изменился состав воздуха и, как следствие этого, — уровень активности ионизирующего излучения. Вполне возможно, что влияние радиоактивного излучения на биологическую среду стало более сильным, намного превышающим прежний уровень. И наши прежние критерии, на которых основаны самые, казалось бы, безупречные методы датировки, вновь оказываются несостоятельными. Итак: причина внезапного таяния льдов остается неизвестной.

Даже самые бесспорные даты тесно связаны с современным уровнем научных знаний, а знания эти в любой момент — хоть завтра — могут быть пересмотрены. Что касается мегалитических сооружений, то тут я для себя установил одно «железное» правило, с успехом применимое для большинства случаев: чем грандиознее объект, тем он старше. И хотя это утверждение явно противоречит законам эволюции техники, оно тем не менее совершенно справедливо. Если следовать расхожей логике, люди каменного века, естественно, могли возвести разве что самые простенькие постройки из небольших камней. Однако мегалитические памятники говорят как раз об обратном: сначала появились громадные постройки, и лишь затем — крошечные. Это напоминает спор месяцев в известной сказке. На самом же деле действительность гораздо сложнее и многообразнее!

Надсмотрщики из Индии

К востоку от города Дхарвар, находящегося в индийском штате Карнатака, имеется возвышенность — холмы Дургадади. Там на обширном плато, созданном самой природой, до сего дня сохранилось кладбище — Хиребенкал. На нем находятся многие сотни небольших каменных могильников, миниатюрные дольмены, большинство из которых ориентировано на восток, а за ними, в какой-нибудь сотне метров к западу, взору предстает удивительное зрелище — ландшафт битвы гигантов, панорама неведомого мира. Прямо из-под земли возвышаются каменные грибы; на четырехметровых вертикально стоящих монолитах покоятся пятиметровые гранитные плиты, очень похожие на гигантские столы для великанов. Среди поверженных менгиров, громадных гранитных блоков-монолитов, обломков скал и разбитых плит с трудом угадываются очертания древних каменных окружностей… Странный и величественный мир!

Техникам и астрономам каменного века наверняка пришлось потрудиться, чтобы расчистить и подготовить площадку для этого комплекса. Никто не знает, когда это было сделано. Предлагались самые разные даты, относящиеся к весьма поздней эпохе — от 800 до 300 гг. до н. э., но это мало что дает.

Эти датировки основаны по большей части на артефактах из разряда «секонд-хэнд», костях, остатках тканей, которые вполне могли быть брошены здесь в эпоху, когда строители этих величественных памятников давно покинули эти места. К тому же не следует забывать о разногласии в мнениях между западными и индийскими учеными. Археологи из индустриально развитых стран склонны относить всю раннюю историю Индии, в том числе и эпоху возведения мегалитических памятников, к весьма позднему времени — каким-нибудь нескольким векам до н. э. Индийские же ученые, наоборот, предпочитают датировать мегалитические сооружения своей родины гораздо более ранней эпохой, уходящей вглубь тысячелетий. Очень часто я никак не могу отделаться от ощущения, что на западное мышление сильно повлияла эпоха колониализма. Э, да что там эти индусы! На что они способны? Они просто-напросто не могли возвести ничего более древнего, чем мы!

А вдруг могли? В окрестностях Саванадурги, древнего святилища, находящегося неподалеку от Бангалора, крупного города на юге Индии, расположены каменные круги явно астрономического назначения, очень часто — сдвоенные и даже тройные. Кроме того, там высится гигантский менгир, вполне сопоставимый по величине с колоссальными каменными изваяниями в Карнаке, Франция. Как этого и следовало ожидать — а как же иначе? — эти громадные мегалитические могильники, накрытые сверху мощными, тяжелыми плитами, ориентированы строго на точку восхождения солнца над горизонтом в день зимнего или летнего солнцестояния. Итак, будь то Саванадурга, Ньюгрэндж или любой другой подобный объект, удивительное таинство солнечных лучей совершается в один и тот же день на всех континентах! Этакое планетарное Рождество! Доктор Э. О. Тилльнер, опытный специалист, осуществивший фундаментальные исследования памятников каменного века в Индии, предполагает, что «световые камеры» символизировали «возвращение или новое рождение умерших, продолжение бытия тех, кто покоится здесь, в „каменной матке“ могильника». Тилльнер полагает, что идея о новом рождении или перерождении могла возникнуть по ассоциации с возвращением солнца, его поворотом после солнцестояния.

Почему бы и нет, не раз спрашивал я самого себя. Ведь об этом никто не может судить с полной уверенностью, и солнце, припекая макушки строителей мегалитов, вполне могло натолкнуть их на подобные мысли.

Остатки каменного круга на острове Сулавеси. Дораджа, к северу от Макале.

Перечислять мегалитические культовые центры Индии не имеет смысла, ибо во всех них игра солнечных лучей повторяется с такой точностью, словно они возводились одним и тем же архитектором и по одним и тем же чертежам. Доктор Тилльнер упоминает о мегалитических каменных кругах в окрестностях деревни Карангули (к югу от Мадраса), «которые по своим Масштабам далеко превосходят аналогичные мегалитические комплексы в Бретани». В Индии сохранились и дольмены, и менгиры, астрономически ориентированные камеры и погребальные комплексы, и даже «скопления мегалитических сооружений, по форме напоминающих звезды»… Загадочные следы седой древности…

Какие же надсмотрщики управляли действиями людей, передвигавших монолиты? Ради чего громадные каменные глыбы перетаскивали за много — часто за многие сотни — километров, перемещая их волоком, на катках, салазках и пр., чтобы затем, в неком пункте X, соорудить из них дольмены или погребальные камеры, менгиры или каменные круги странного дворца, которым предстоит стоять на земле многие тысячелетия? К чему весь этот титанический труд? Камни ведь есть практически в любой местности… В конце концов, увековечить память выдающегося сородича вполне можно, сложив сколь угодно огромный монумент из небольших камней. Несомненно, доисторическими строителями мегалитических объектов двигала некая универсальная сила. Сила, носившая глобальный и феноменальный характер!

Лицензии на полеты по всему миру

В Хочикалько, Мексика, или Ньюгрэндже, Ирландия, мегалитические солярные комплексы в мифологическом отношении связаны с образами летящего змея или солнечного божества. В Индии же, где современные индусы просто не представляют себе, как вообще возможны полеты столь тяжелых «транспортных средств», предания повествуют о сверхчеловеческих деяниях, демонах, сынах богов или всевозможных чудесах и волшебстве.

Доктор Тилльнер, неутомимый исследователь древнейшей истории, установил, что местные жители называли огромный дольмен Венгупатту, что возле Арконама (в окрестностях Мадраса), «храмом Падараваджа», то есть «храм Пандавов». Известно, что легенда связывает возведение многих грандиозных сооружений в южной Индии с именем царя обезьян Ханумана и/или братья-ми-пандавами. Царю обезьян Хануману принадлежит центральная роль в знаменитом индийском героическом эпосе «Рамаяна». Царь обладал уникальными техническими — или попросту волшебными — возможностями и в частности имел самые разные летательные аппараты. Тексты «Рамаяны» не оставляют никаких сомнений на сей счет, ибо небесные колесницы царя обезьян описаны в поэме весьма подробно и красочно.

Носовая часть этих древних чудес техники имела заостренную форму, корпус их был удлиненным и сверкал как золото; они могли развивать очень высокие скорости. Судя по описаниям «Рамаяны», в этих небесных колесницах имелись отдельные отсеки и маленькие, выложенные жемчугом окна. Внутренние помещения этих странных летательных аппаратов состояли из удобных, богато украшенных «кают». Нижние поверхности колесниц так и сверкали кристаллами, а внутренние отсеки были устланы роскошными покрывалами и коврами. Эти небесные колесницы могли перевозить двенадцать человек вместе с небольшим грузом; взлетали они утром на Шри Ланке (Цейлон) в направлении Айодхайя. Расстояние в 2280 км колесницы (с учетом двух промежуточных посадок) преодолевали за девять часов. Это соответствует средней скорости около 320 км/час. Совсем неплохо для мифологических колесниц эпохи мегалита!

В древнейшем индийском национальном эпосе «Махабхарата» рассказывается о сражениях между двумя соперничающими династиями — Пандавами и Кауравами.

В частности, четверо братьев-Пандавов и принцесса часто пользовались очень быстрым и удобным летательным аппаратом. О, это было дивное время летающих дворцов и космических кораблей! В третьей главе «Сабхапарвана», являющейся составной частью великого эпоса «Махабхарата», рассказывается о том, что для старших братьев-Пандавов был построен целый космический город. Когда Юдхистхира, один из членов клана Пандавов, присутствовавший при строительстве одного из таких космических городов, что дает основание предположить, что существовали и другие орбитальные города-станции, начинает рассказывать, мы узнаем нечто совершенно поразительное. Оказывается, во Вселенной постоянно движутся подобные же космические города, имеющие самое разное конструктивное решение и обладающие всем необходимым, чтобы сделать жизнь своих обитателей комфортной и безопасной. О строении Вселенной говорится примерно следующее: она окружена со всех сторон непроницаемой белой стеной, испускающей вечное сияние. Более того, в эпосе указаны даже размеры этих странных городов, свершающих свой путь по небосводу.

Итак, сегодня мы знаем, что, согласно выводам авторитетных специалистов, в истории человечества не существовало ни какого-то особого племени строителей мегалитов, ни некой всеобщей эпохи мегалита. Что же получается, что многие и многие народы, жившие на огромном расстоянии и совершенно независимо друг от друга, пережили свою собственную эпоху мегалита, обусловленную сходными причинами? Общепланетарное сходство, если не сказать — родство мифов и легенд, дает основание считать, что древние мегалитические постройки были возведены при участии неких сверхъестественных сил. Нормальные люди ни за что не поверят, что их собратья могли заниматься такими сумасбродствами, как мегалитические транспортные средства. Слишко уж глубока тяга к комфорту и покою. Извилины человеческого мозга устроены так, что легендарным существам, воздвигшим грандиозные мегалитические постройки, вполне резонно приписать способность перемещаться — то бишь летать — по небосводу. Разумеется, заполучив предварительно лицензию на полеты! Для меня ясно как день, что для всякого нормального археолога нет и не может быть никакой связи между мифами и мегалитическими постройками, ибо одно дело — реальные объекты, поддающиеся фиксации и измерениям, и совсем другое — невероятные сказки и вымыслы. Однако не будем забывать, что любимая уловка дьявола как раз и заключается в том, чтобы убедить людей, что его якобы не существует.

Но в таком случае получается, что миф — это не уход от реальности, не попытка зажмурить глаза, а путь к истории, кажущейся просто невероятной, не так ли? Предания и легенды передавались из поколения в поколение, а мы, этакие современные мудрецы, не желаем понять и увидеть то, что некогда было повседневной реальностью. Между тем для некоторых, к числу коих я отношу и себя, свидетельства о полетах в атмосфере и в космическом пространстве, имевших место в доисторические времена, явлются вполне нормальной составной частью научной картины мира. Поскольку мне абсолютно чуждо навязчивое желание человека считать себя этаким «венцом творения» во Вселенной, у меня вовсе не вызывают возражений ни сама возможность полетов в доисторические времена, ни контакты с пришельцами, имевшие место в глубокой древности. В этом мне, по крайней мере, куда легче найти взаимопонимание с образованными индусами.

В древнеиндийских эпических поэмах и «Ведах» упоминаются боги-близнецы — Ашвины, которые могли легко облететь Землю на странной белой небесной колеснице. Это — смеющийся бог солнца Сурья, который перед своим путешествием по небу обрел удивительные способности, присущие богам; так, он мог с огромного расстояния видеть все до мельчайших деталей — совсем как «всевидящее око» древнеегипетского бога-сокола Гора, этот символ «божественного надзора», вошедший в мировую литературу. Это — родившийся из лотоса бог Агни, обладатель сверкающей небесной колесницы, «покрытой золотом и сиявшей, как солнце». Это — Гаруда, князь птиц, служивший великому богу Вишну в качестве вестника-гонца, который метал во врагов бомбы, извергал пламя и даже летал на луну. Это, наконец, Вишвакарма — один из легендарных создателей небесного «транспортного парка» богов… И так далее, и тому подобное…

В наши дни уже невозможно утверждать, что все эти рассказы — не более чем необоснованные легенды, не имеющие никакого отношения к мегалитическим постройкам в Индии и других концах света. О том, что это — нечто большее, чем легенды и фантазии, свидетельствуют технические подробности, а также описания этих летательных аппаратов, приводимые в античной литературе. Доктор Дилеп Кумар Канджалал в своей работе собрал фактические свидетельства подобного рода.

Любопытные вещи рассказываются в мифологии и о так называемых «больших камнях». Под словом «менгир» мы обычно понимаем отдельные вертикально стоящие монолиты. Слово это — кельтского происхождения, и в переводе означает «длинный камень». Древние индусы именовали «длинные камни» лингамами. Это слово допускает несколько истолкований. Оно могло означать и «памятник», и «мужской член», но первоначальное его значение — «огненная колонна». А огненные колонны имеют самое прямое отношение к летательным аппаратам богов. Опять совпадение?

Апология возможного