КОНСПЕКТ ЛЕКЦИИ О НАРОДНОМ И ГОСУДАРСТВЕННОМ ХОЗЯЙСТВЕ

Лекция III

Определение науки о народном хозяйстве или политической экономии. — Характер этой науки. — Зависимость ее от общественного строя и народного развития. — Известная закономерность развития народного хозяйства. — Ступени народного хозяйства. — Причины перехода от одной ступени к другой. — Натуральное и меновое хозяйство. — Охотническая ступень. — Пастушеская ступень. — Земледельческо-ре-месленная ступень. — Промышленно-торговая ступень. — Особенности России в смысле последовательности развития ступеней народного хозяйства.

Когда какой-нибудь отрасли знаний присваивают название науки, то этим обозначают, что изучаемые данной отраслью знаний факты приведены в систему, между ними найдена внутренняя причинная связь, в обнаружении изучаемых фактов открыт известный порядок. Понимание экономических явлений стало приближаться к таким научным требованиям лишь в конце прошлого века. Причина позднего появления экономической науки заключается в большой сложности изучаемых ею явлений. Разумеется, не мало из тех предметов, которые входят в настоящее время в политическую экономию, обращали на себя внимание уже писателей Греции и Рима. Деньги, торговля, средства обогащения государства — все эти предметы обсуждались уже в литературе древнего мира. Аристотель прекрасно анализировал значение монеты и разделения промышленного труда. Но никто тогда не замечал связи между этими предметами, не думал объединить их в одну общую науку. Средние века, вплоть до эпохи Возрождения, представляют длинный тысячелетний перерыв в развитии наук и литературы. На месте античной цивилизации водворились варвары — и прошло целое тысячелетие, пока литература и искусство, выработанные Грецией и Римом, стали предметом живого изучения в Западной Европе и послужили толчком к дальнейшему развитию науки и искусства. Эта эпоха возрождения античной литературы, совпавшая с открытием Америки, расширением международных торговых оборотов, громадным наплывом золота и серебра в Европу из Америки, вызвала внимание к экономической жизни обществ.

Возникает экономическая литература, названная меркантильной; названа она так потому, что преимущественное свое внимание обращала на вопросы о деньгах, о торговле, о ввозе и вывозе товаров.

Три столетия эти вопросы составляли главное содержание экономической литературы. Один из писателей этого времени, Монкретьен, назвал свой трактат по этим предметам политической экономией, производя слово «политический» от греческого слова polis, что значит город в смысле самостоятельного государства. С тех пор название политическая экономия стало нередко применяться к экономическим сочинениям, но общеупотребительным оно стало лишь в начале текущего века.

В XVIII столетии область экономических исследований уже значительно расширяется и начинает зарождаться идея, что явления общественной жизни подчинены такой же зависимости причин и следствий, какая существует в явлениях физической природы, и что экономические исследования только тогда приобретут научное значение, когда направятся на открытие причинной связи между явлениями. Самыми талантливыми популяризаторами этой идеи были французские писатели, составившие тесно сплоченный кружок, центром которого был Кенэ, доктор Людовика XV. Эта группа писателей получила название физиократов (физиократия — господство природы), так как она учила, что явления общественной жизни подчинены таким же неизбежным законам, как и явления физического мира, явления природы, и дело науки заключается в раскрытии этих законов.

Идеи физиократов нашли себе большое распространение в тогдашнем образованном европейском обществе. Под влиянием их явился и тот обширный первый труд по политической экономии, время появления которого (1776 год) принято считать началом возникновения экономической науки. Это труд глазговского профессора Адама Смита, названный им "Исследование о природе и причинах богатства народов". Большое сочинение Адама Смита принадлежит к числу замечательных произведений человеческого ума. Бокль в своей известной "Истории цивилизации в Англии" называет "Богатство народов" важнейшею из книг, когда-либо написанных. Известный английский экономист Вальтер Бэджгот выражается о сочинении Смита, что никакой продукт философского мышления не оказал тысячной доли того влияния, какое было произведено "Богатством народов". По отзыву историка политической экономии Кауца, "Богатство народов" представляет одно из тех немногих могучих созданий человеческого ума, которые, являясь лишь один раз в течение столетий, воплощают в себе духовное богатство целых поколений и служат путеводными столбами в ходе развития человечества. Временем подавления труда Адама Смита отмечают начало возникновения экономической науки, потому что в этом труде автор привел экономические явления в систему, показал причинную связь между немногими рядами явлений и, что особенно важно, выяснил правильный метод исследования экономических явлений. Благодаря указанию надлежащего метода исследования, наблюдения в экономической области уже перестали представлять собою те отрывочные, бессвязные работы, какими были они до появления сочинения Адама Смита. Вместе с тем были выяснены предметы, границы и задачи политической экономии. Политическая экономия, как ее теперь понимают, есть наука о хозяйственных явлениях и законах, управляющих этими явлениями. Она рассматривает действия людей, направляемые к удовлетворению потребностей и накоплению богатства.

Если мы сравним современное состояние политической экономии с содержанием ее, какое находим в труде Адама Смита, то увидим значительный прогресс в ее развитии. Но если мы сравним движение вперед естественных наук в течение XIX столетия с прогрессом политической экономии, то мы должны признать, что сравнительно с первыми экономическая наука двигается черепашьим шагом. И причина такого положения дела та же, какая обусловила позднее возникновение экономической науки. Причина эта заключается в большой сложности экономических явлений и вытекающей отсюда трудности их исследования; предмет исследования тем сложнее и тем труднее его всестороннее выяснение, чем большего количества причин он является результатом. Требуется не только выследить все действующие на результат причины, но и измерить силу действия каждой причины, так как одни причины могут действовать на явление с большой энергией, другие действуют слабо. А такое исследование представляет большие трудности. Между тем все экономические факты суть в большей или в меньшей степени — результат многих причин. В этом отношении явления, изучаемые естественными науками, более просты. Наиболее же просты явления движения небесных тел, почему астрономия и была самой ранней наукой.

Трудностью исследования общественных явлений вообще и экономических в частности объясняется, почему экономическая наука далеко уступает физико-естественным наукам в точности своих выводов и предсказаний. Что служит самым лучшим критерием степени развития науки? Предвидение! Когда наука достигла высокого развития, тогда она в состоянии предвидеть, в состоянии предсказывать все или почти все в области изучаемых ею явлений. В некоторых физических науках, благодаря их высокому развитию, предвидение отличается большой точностью. Таковы, например, предсказания астрономов. Политическая экономия далека еще до этого идеала. В самых даже наиболее разработанных своих частях она в большинстве случаев дает только основание для некоторых предсказаний и весьма редко — для предсказаний вполне точных. Вот почему искусное проведение начал политической экономии в жизнь или так называемая экономическая политика требует, как и практическая медицина, от выполнителя широкого ума, проницательности и опытности. Даровитый, просвещенный и опытный государственный деятель имеет все шансы предвидеть результаты принимаемых им мер гораздо лучше, гораздо точнее, чем посредственного ума ученый из ученейших.

Существует еще одно важное отличие общественных наук вообще и политической экономии в частности от физико-естественных наук. Оно заключается в том, что доктрины общественных наук, равно как и доктрины политической экономии, имеют временный характер, тогда как законы физико-естественных наук до известной степени могут быть названы вечными.

Такой характер экономических учений обусловливается тем, что основы общественного строя не остаются постоянно одни и те же; они изменяются. Экономическая жизнь пастушеского народа совсем иная, чем экономическая жизнь земледельческого народа; земледельческого — иная, чем про-мышленно-торгового народа; экономические отношения между людьми при рабской и крепостной организации народного хозяйства совсем иные сравнительно с экономическими отношениями при свободе граждан, при свободе труда, занятий, промыслов. В России существует в настоящее время в широких размерах общинное землевладение. Масса исследований посвящается выяснению его экономического значения. Но когда оно разрушится или изменит свою господствующую ныне форму, все эти исследования потеряют всякое практическое значение; за ними сохранится один лишь исторический интерес.

Политическая экономия преимущественно ограничивалась изучением только современного строя культурных народов. Изучение истории экономического быта народов, как часть общей исторической науки, составляло труд историков. Но экономисты пользуются исследованиями историков по этому предмету, так как, во-первых, опыт прошлого может нередко оказаться полезным в применении к современным делам, а, во-вторых, в историческом ходе развития народных хозяйств замечается известная правильность, закономерность, которая дает основания для предвидения в общих чертах характера того направления, по которому пойдет дальнейшее развитие народного хозяйства. Что касается до прошлых ступеней в развитии хозяйства современных культурных народов, то в них замечается та закономерность, что все эти народы, начав со ступени звероловов, постепенно пережили следующие стадии развития: быт пастушеский, так прекрасно изображенный в Библии; быт земледельческий, всегда соединенный с развитием ремесел; и быт промышленно-торговый, характеризующийся развитием мануфактур, фабрик, заводов и сильным расширением внутренней и внешней торговли. В Западной Европе переход от земледельческо-ремесленно-го быта к промышленно-торговому начался лишь с XVI столетия. Переход этот совершался медленно, шаг за шагом, и лишь в текущем веке промышленно-торговый характер экономической жизни достиг в Западной Европе значительного развития. В нашем отечестве торгово-промышленная ступень народного хозяйства возникает лишь с уничтожением крепостного права. Число мануфактур, фабрик и заводов в дореформенной России было самое ничтожное, обороты внутренней и внешней торговли незначительные. Да и в настоящее время торгово-промышленный строй экономической жизни захватил собою пока лишь Европейскую Россию; в Сибири, в Туркестане, на Кавказе существуют целые племена, быт которыхсамый патриархальный— племена, ведущие охотничий и пастушеский образ жизни.

Важнейшей причиной, обусловливающей переход от одной ступени хозяйства к другой, служит возрастающая плотность населения. На низших хозяйственных ступенях — в хозяйстве охотничьем и пастушеском — эта причина является почти единственной. Считают, что при охотничьем быте на квадратной версте может просуществовать не более 40 человек; излишнее население не находит себе пищи и вымирает. Большими усилиями и шаг за шагом человек научается приручать в себе животных, и, таким образом, постепенно возникает пастушеское хозяйство, прокармливающее на той же площади земли большее количество населения и дающее более верное обеспечение в пище. Одновременно с пастушеским бытом зарождаются и первые зачатки земледелия. Большая часть первобытных народов, когда с ними столкнулись европейцы, вели пастушеский образ жизни; но им было известно уже в самых грубых формах и земледелие. Орудием для обработки земли им служила кирка. По причине несовершенства и малой производительности этого земледельческого орудия, им могут возделываться лишь незначительные участки земли, а потому до изобретения более производительных земледельческих орудий скотоводство продолжает оставаться главным занятием. Но возрастающая плотность населения заставляет человека напрягать свои умственные силы к изобретению способов получения от земли большего и большего количества продуктов, чего и достигают наиболее одаренные от природы племена. Таким путем совершается прогресс в земледелии, сокращаются размеры скотоводства, последнее становится более и более лишь подсобной отраслью в сельском хозяйстве, и, наконец, устанавливается земледельческий быт народа.

Та же возрастающая плотность населения создает необходимость продолжать дело земледельческих усовершенствований, переходить от простых сельскохозяйственных систем к более сложным, от экстенсивных к более интенсивным, от системы огневой к системе залежной, от залежной к трехпольной, от трехпольной к многопольной. Но на такой ступени развития народного хозяйства, рядом с увеличивающейся плотностью населения, начинают действовать и другие причины на изменения в национальном хозяйстве.

В наше время рост национального богатства во всех государствах Западной Европы, а также и в России обгоняет рост населения; богатство наций растет быстрее народонаселения. И происходит это благодаря сильному движению вперед естественных наук и все более усиливающемуся применению их к технике производства товаров. Не говоря о многом другом, уже одно введение машин в производство более чем удесятерило производительность человеческого труда. Два, три примера будут уместными для того, чтобы показать, насколько машины увеличивают быстроту работы и тем поднимают производительность труда. В Соединенных Штатах употребление машин при сенокошении позволяет 5 работникам сделать столько, сколько исполняют 24 при ручном труде. Употребление машин в главных промыслах по обработке дерева и железа позволяет заменить трудом 1,03 человека работу 295. При помощи машин 1 работник изготавливает столько пряжи, сколько могут произвести 95 прях ручной работой.

Возвращаясь к вопросу о важнейших ступенях в развитии народных хозяйств, следует отметить, что охотничий, пастушеский и земледельческий быт народов сопровождается господством натурального хозяйства, а промышленно-торговый быт — господством денежного хозяйства. Натуральным хозяйством называется такое хозяйство, когда потребности человека и семьи удовлетворяются всецело или по преимуществу продуктами их собственного труда. Денежным хозяйством называется такое, когда труд и все или почти все производимые отдельными хозяйствами предметы продаются, а на вырученные от продажи деньги население покупает те предметы, которые нужны для удовлетворения его потребностей.

Что на охотничьей и пастушеской ступенях хозяйства господствует натуральное хозяйство — это вполне понятно. Здесь каждая семья удовлетворяет почти все свои потребности собственным трудом; предметов для обмена немного, а потому и размеры обмена ничтожны.

В земледельческо-ремесленном быту торговые сношения постепенно развиваются и достигают заметных размеров; но все-таки натуральное хозяйство продолжает оставаться господствующим. Объясняется это организацией народного хозяйства. Организация земледельческо-ремесленно-го народного хозяйства в древней Греции и Риме, организация земледель-ческо-ремесленного хозяйства Западной Европы в средние века, организация земледельческого хозяйства в дореформенной России — все эти организации покоились на несвободном труде. В основании организации народного хозяйства Греции и Рима лежал рабский труд; средневековое хозяйство Западной Европы основывалось первоначально на крепостном труде, а затем на смягченном крепостном, когда крестьянское население получило гражданские права, но в то же время оставалось прикрепленным к земле; хозяйство дореформенной России покоилось на крепостном труде.

Несколько указаний на хозяйственную жизнь античного мира и средневековой Западной Европы выяснять нам, почему организация народного хозяйства, основанная на подневольном труде, ведет за собою господство натурального хозяйства.

В античном мире только свободные люди могли вести самостоятельное хозяйство. Большая часть свободных людей были землевладельцами и обрабатывали принадлежащую им землю при помощи рабов. Таким образом, главная масса населения, рабы, получала средства существования не из продажи рабочей силы, и притом получала их натурой. Следовательно, самая значительная по числу часть населения страны стояла вне обмена. Да и другой господствующий слой населения, рабовладельцы, большую часть своих потребностей удовлетворяли непосредственно трудом своих рабов и только незначительную часть произведенных рабами продуктов пускали в продажу. Рабы возделывали по указанию своего господина землю; далее по его же указаниям они занимались как в деревне, так и в городе в мастерской господина, обработкой сырья, различными ремеслами, промыслами и удовлетворяли своим трудом разнообразнейшие потребности господствующего класса. При таком хозяйственном порядке размеры обмена, размеры торговли не могли быть обширны, и не нужно было денег во время самого процесса производства, так как в течение этого процесса продукт при последовательной его обработке не переходил путем купли-продажи от владельца к владельцу, а оставался во владении одного и того же лица — достаточно было воли господина, который приказывал своим рабам-ремесленникам продолжать работу над произведениями, добытыми его рабами-земледельцами.

Организация хозяйства средневековой Западной Европы имеет много сходных черт с организацией хозяйства в античном мире. Как в древнем мире, так и в средние века главное богатство составляет поземельная собственность. Люди разделяются на свободных и несвободных, и последние составляют главную массу населения. Правда, состояние несвободы в средние века смягчается сравнительно с положением ее в древнем мире. Рабство постепенно заменяется более мягкими и разнообразными формами крепостничества. Но это различие между правом собственности на человека при рабстве и правом на известные только действия его при крепостничестве, имея весьма важное юридическое значение, в экономическом отношении совершенно не существенно. Как рабовладелец, так и владелец крепостных фактически имеет одинаковые права на труд подвластных им людей. В силу этого права феодальный собственник организовал хозяйство по своему усмотрению, и подчиненные ему трудовые силы крепостных и свободных людей, на его землях живущих, производили все требуемые им предметы необходимости, комфорта и даже роскоши.

Представим себе мысленно тот день, говорит один писатель, когда феодальный владетель собирает следуемые ему оброки. В нашем воображении встают целые груды ржи, ячменя, кур, окороков, свиней, яиц, масла, плодов, воска, свечей, меду, даже букетов и chapeauxderoses, принесенных феодалу его оброчными.

В начале средних веков всякого рода ремесленники и художники жили на землях феодалов; тут были портные, сапожники, кожевники, мясники, бочары, каретники, столяры, плотники, каменщики, живописцы, золотых дел мастера и резчики на дереве, другими словами, мастера по всем ремеслам находились при самом дворе феодала, в пользу которого они отправляли барщину. Хотя в позднейшие времена средних веков такой порядок вещей изменяется и свободные ремесленники постепенно переселяются в города, тем не менее они продолжают поставлять феодалу продукты своего ремесленного туда в качестве оброка за городскую землю, право собственности на которую принадлежит феодалу. Из такой организации хозяйства вытекало, что феодальное дворянство удовлетворяло почти все свои разнообразные, многочисленные и утонченные потребности собственным производством и пользованием натуральными повинностями, а не через покупку-продажу предметов. Из собственного производства, а не путем обмена получало средства существования и остальное деревенское население. Не было рабочего класса, извлекающего средства существования из обмена своей рабочей силы на деньги. Крестьяне сами производили себе пишу, полотно, значительную часть одежды и только небольшую часть продуктов выменивали на предметы городского ремесленного труда. При малом развитии обмена количество денег, требовавшееся народным хозяйством, было ничтожно сравнительно с величиною национального богатства.

Кроме высшего класса поземельных собственников и подчиненных им крепостных, был в средние века еще третий, средний, класс свободных людей, сначала незначительный по своей численности, но с течением времени, особенно со времени крестовых походов, постоянно увеличивавшийся. Одна часть этого класса людей занималась земледелием, исполняя в пользу феодала, на землю которого она жила, известные повинности; другая же часть составляла городское сословие. Сословие это разделялось на два класса: высший — хозяева ремесленных заведений, называвшиеся цеховыми мастерами, и низший — ремесленники. Но это разделение городского класса не имело кастового значения. Ремесленник при известных условиях, определенных в городских статутах, переходил в класс цеховых мастеров. Размеры ремесленных заведений были мелкие. В большинстве случаев мастер не имел права держать более 2 ~3 подмастерье и нескольких учеников; предметы производились, главным образом по заказу или на близлежащие рынки и ярмарки.

Городское население имело вблизи города земли и занималось, одновременно с ремеслами, также земледелием. Как и население сел, оно удовлетворяло большую часть своих потребностей продуктами собственного труда. При таких порядках обмен и торговля в средние века были еще менее развиты, нежели в античном мире, и только после крестовых походов начинает зарождаться торговля между верхнеитальянскими, южнофранцузскими, южногерманскими и Ганзейского союза городами. В начале XVI столетия торговое движение усиливается благодаря открытию Америки и морского пути в Ост-Индию. Но это уже эпоха, когда средневековое натуральное хозяйство начинает разлагаться и возникают явления, подготовляющие переход к новому хозяйственному и общественному строю.

Открытие Америки сопровождалось громадным наплывом золота и серебра в Европу и скоплением в руках предприимчивых торговцев денежных капиталов. Вместе с тем вновь приобретенные обширные колонии открывали путь для развития торговых сношений. Но этому развитию мешала цеховая организация, производившая продукты лишь для потребностей местного населения, не дозволявшая открывать в городе мастерские с большим числом рабочих и тем препятствовавшая появлению крупного производства. Как выход из такого положения дела начинают возникать обширные мастерские вне городов. Мастерские эти получили впоследствии название мануфактур.

В начале мастерские эти отличались от цеховых ремесленных заведений лишь своими размерами. Но мало-помалу они начинают отличаться и самой техникой производства; различие между теми и другими становится не только количественным, но также и качественным. Имея большое число ремесленников, мануфактура вводит разделение труда между ними, увеличивает тем его производительность и получает возможность продавать товары дешевле цеховых мастерских. Цеховые мастерские видели в мануфактурах опасных для себя соперников. Начинается борьба между старым цеховым устройством и новыми промышленными предприятиями. Но все усилия цеховых мастеров остановить и изменить естественное течение дел и обращения их к правительствам были тщетны. Правительства сочувствовали развитию и процветанию мануфактур, видя в них прогресс национальной промышленности.

Развитию мануфактур много способствовал также происходивший в это время переворот в сельской промышленности и поземельных отношениях, переворот, совершавшийся наиболее радикально в Англии и приведший к тому, что вся земля здесь сосредоточилась в руках небольшого класса землевладельцев. Сила и честолюбие старого феодального дворянства основывались на числе их подданных, на числе крестьянских дворов, находившихся на земле феодального владельца. Дворянство XVI и последующих столетий, как дитя своего времени, предпочитало деньги сохранению старых феодальных отношений. Ради увеличения доходности земли, землевладельцы лишали, смотря по надобности, ту или другую часть крестьянских дворов их наделов, на которых предки крестьян сидели испокон веку, и заводили на изъятых из крестьянского владения землях собственное хозяйство. Таким путем Англия из страны мелкого крестьянского хозяйства превратилась в страну крупных земельных собственников и крупных ферм. В других государствах эти аграрные изменения совершались не так решительно, почему в них, в большей или в меньшей степени, удержалось крестьянское землевладение.

Лишенные земель крестьяне должны были искать средств существования продажей своей рабочей силы. Развивающимся мануфактурам был как нельзя более выгоден этот наплыв свободных рабочих рук; он позволял им расширять производство до размеров наличного капитала и тем способствовал более быстрому развитию мануфактур, дальнейшему обогащению промышленного класса, нарастанию числа и общественного значения "третьего сословия".

Три столетия продолжалось в Западной Европе развитие мануфактур. Но с конца XVIII столетия человечество делает новый и чрезвычайно важный шаг в деле увеличения производительности своего труда. Именно к этому времени относятся те великие изобретения, которые постепенно превратили мануфактуры в фабрики и заводы, т. е. заменили промышленные заведения, основанные на ручном труде, промышленными заведениями, где работает машина и где двигателем явилась сила пара. Превращение это продолжает совершаться и ныне.

Машинное производство создает товары еще дешевле, и много дешевле, чем мануфактура. А потому как только машина внедряется в какую-либо отрасль промышленности, она начинает вытеснять в ней мануфактуры, а тем более другие более мелкие формы производства. Машинное производство явилось всего ранее в Англии и достигло здесь наибольшего развития. Ручной способ изготовления предметов сохраняется в этой стране лишь в тех производствах, где требуется искусство, фантазия и оригинальность. Таковы производства платья, обуви, головных уборов, часов и других уже менее важных предметов промышленности. В большей части этих производств ручной способ изготовления предметов может конкурировать с машинным, потому что существует класс покупателей, готовых ради удовлетворения своего вкуса оплатить большую стоимость предметов ручного труда над предметами машинного производства.

В современном экономическом строе культурных народов только крестьяне-земледельцы удовлетворяют некоторые свои потребности произведениями собственного труда, все прочие хозяйства производят предметы для продажи. Поэтому размеры внутренней и внешней торговли в наше время громадны. Рабочий продает свою трудовую силу; землевладелец продает право на пользование его землею; денежный рантье продает право на пользование его капиталом; сельский хозяин, фабрикант, заводчик, ремесленник, купец — все они продают принадлежащие им товары. Вот почему современное хозяйство культурных народов есть почти всецело хозяйство меновое. Вместе с тем сумма капиталов, вложенных в обрабатывающую, горнозаводскую, перевозочную и торговую промышленность, в некоторых государствах уже превышает стоимость земли и сумму вложенных в нее капиталов. Таким образом, промышленно-торговый класс является представителем большего богатства сравнительно с классом землевладельцев, чем и объясняется его едва ли не первенствующая политическая роль в государствах Западной Европы, особенно в Англии и Франции. Такое преобладающее развитие промышленности и торговли и важная политическая роль, какой достиг и какой пользуется промышленно-торговый класс, послужили основанием для присвоения современному хозяйству Западной Европы названия про-мышленно-торговой ступени развития народного хозяйства.

Наше отечество вступило на эту ступень хозяйственного развития лишь со времени уничтожения крепостного права. До отмены крепостного строя хозяйство нашей страны близко походило на хозяйство средневековой Европы. Только цехи у нас не получили той законченной формы, какую имели они в Западной Европе. С отменой крепостного права мы, минуя средние ступени хозяйственного развития, минуя мануфактурный период, прямо переходим к машинному производству, пользуясь знаниями и опытом Западной Европы. Несмотря на поразительно быстрый рост за последнее время нашей обрабатывающей, горнозаводской, перевозочной и торговой промыш-ленностей, мы, вчера только вышедшие из примитивного экономическогостроя, находимся еще в начале развития промышленно-торговой ступени народного хозяйства. А потому все указанные сейчас виды промышленности за небольшими исключениями не могут по своим размерам идти в сравнение с размерами их в Англии, Бельгии и Германии. Отсюда и хозяйственный состав нашего населения еще во многом отличается от такового же состава в Западной Европе. Ни одно из больших европейских государств не имеет такого многочисленного класса крестьян, какой существует у нас, и ни одно из них не имеет такого незначительного по отношению к населению процента фабрично-заводских рабочих и рабочих, занятых в промышленностях перевозочной и торговой, какой процент имеется у нас.

Лекция IV

Определение потребности. — Потребность — стимул и конечная цель хозяйственной деятельности. — Потребности первой необходимости, второстепенные (комфорт) и избыточные (роскошь). — Экономическое и общественное значение роскоши. — Сумма общих потребностей в данное время определяет современное производство. — Потребности материальные и духовные. — Потребности настоящие и будущие. — Влияние общественности на развитие потребностей: подражание, наследственность, обычаи. — Уровень потребностей как показатель ступени культуры. — Сравнительно незначительное развитие потребностей в России. — Объяснение этого явления. — Рост потребностей в России.

Потребностью называется такое требование нашего физического и духовного организма, неудовлетворение которого или равносильно прекращению нашего существования, или причиняет на страдание, или понижает чувство нашего благополучия. Потребности людей представляют двоякий характер: они ограничены в объеме и не ограничены в числе. Они ограничены в объеме в том смысле, что для удовлетворения какой-нибудь потребности достаточно известного количества предметов. Потребность ослабевает по мере того, как она удовлетворяется, и это до предела, когда она удовлетворится вполне. Требуется только известное количество хлеба для того, чтобы насытить человека, известное только количество воды, чтобы утолить его жажду. Чем естественнее потребность, чем ближе она к чисто физиологической потребности, тем яснее выступают границы ее удовлетворения; чем искусственнее потребность, тем более растяжимы ее пределы. Так, если легко сказать в точности, какое количество хлеба или воды может быть достаточно для утоления голода и жажды человека, то очень гадательным будет исчисление количества кружев, необходимого для удовлетворения потребности в них светской женщины. Потребности людей не ограничены в числе в том смысле, что с развитием цивилизации возникают все новые и новые потребности и не предвидится конца этому нарастанию. С потребностями человечества происходит то же, что и с потребностями ребенка. Немного молока, те-плое одеяльце — вот и все, что нужно новорожденному; но мало-помалу ребенок начинает нуждаться в более разнообразной пище, в более сложной одежде; с каждым годом у него возникают новые потребности. Мы испытываем теперь тысячи потребностей гигиены, комфорта, просвещения, письменных сношений — потребностей, неизвестных нашим предкам; несомненно также, что их будет еще более у наших внуков. Каждое изобретение порождает целый ряд новых потребностей.

Так как удовлетворение потребностей необходимо для жизни и для благополучия человека, то он различными путями, а главным образом путем труда, стремится добыть предметы, требуемые потребностью. Потребности составляют и первоначальный стимул, и конечную цель хозяйственной деятельности людей. При этом удовлетворение одних потребностей более настоятельно, других — менее необходимо. Отсюда является разделение потребностей на 1) потребности первой необходимости, 2) потребности второстепенные или, как их иначе называют, потребности комфорта и 3) избыточные потребности или, иначе говоря, потребности роскоши.

Среди потребностей безусловной необходимости потребность в пище занимает первое место. Физиологи определяют нормальную потребность в пище количеством основных элементов, необходимых для поддержания жизни и здоровья человека. Ежедневная порция взрослого мужчины определяется такой нормой: 118 граммов белковины, 56 граммов жировых веществ, 500 граммов углеводов и 30 граммов минеральных солей. Порции, даваемые солдатам, должны быть признаны близкими к норме необходимого для человека количества пищи. В среде нашего крестьянства далеко не все население имеет пищу, достаточную для поддержания человека в здоровом состоянии. Отсюда большая заболеваемость и смертность в России сравнительно с государствами Западной Европы.

Потребность в жилище имеет также первостепенное значение не только в физическом отношении для защиты от холода и ненастья, но и в отношении нравственном: семейная жизнь сосредоточивается у домашнего очага, и ничто в такой мере не разрушает ее как неудовлетворительное жилище. Гигиена ставит низшим пределом удовлетворения потребности в жилище 2 кубические сажени на одного человека, так как этот запас воздуха необходим для дыхания. В интересах же культурных жилище должно быть достаточно для того, чтобы мужчины могли помещаться отдельно от женщин: общие помещения для лиц обоего пола и всех возрастов способствуют распущенности. Большие города со своими ночлежными домами и подвальными помещениями представляют особенно неблагоприятные условия для здорового удовлетворения жилищной потребности. В Петербурге в подвальных помещениях живет около 8 % населения. С потребностью в жилище связана и потребность в топливе.

Потребность в одежде не представляется безусловно необходимой лишь в очень жарком климате. Впрочем, и здесь большинство народов носит легкую одежду.

Сопоставление расходов, которые вызываются этими главными потребностями, показывают, что пища занимает первое место. В семьях рабочих классов на пишу идет 60–65 % всех расходов, в среднем классе — 55 %, в богатом — 50 %. На жилище с отоплением идет в бедных семьях 15–20 %, в средних— 12–15 %, в богатых — 5-10 %.

Если полное удовлетворение потребностей первой необходимости и развитие второстепенных потребностей крайне желательны, то иное следует сказать о потребностях роскоши. Роскошью признается такое потребление, которое поглощает большое количество человеческого труда, доступно немногим и отказ от которого может быть сделан без ущерба для физического и духовного развития человека. Таково потребление чрезмерно дорогих одежд, бриллиантов, дорогих кружев, дорогой утвари и пр. Человек, нанимающий дом в десятки комнат, держащий для катания десятки лошадей, заставляющий стены и полы своей квартиры множеством драгоценных вещей и пр., и пр., ведет жизнь роскошную.

Трудно сказать, какому чувству более удовлетворяет роскошь — чувству ли наслаждения ее предметами или чувству тщеславия. Стремление к роскоши, как к наслаждению, довольно скоро находит удовлетворение; стремление к роскоши, питающей чувство тщеславия, ненасытимо. Чем значительнее развита публичная жизнь — как в наше время развита она в больших городах, — тем более роскошь принимает последнее направление. В настоящее время большие траты слишком часто делаются для того, чтобы дать роскоши наиболее яркое освещение, сделать свидетелями ее десятки и сотни тысяч людей. В театрах, на скачках, на катаниях многочисленные массы людей служат зрителями женских туалетов, бриллиантов, дорогих лошадей. В богатый дом, где дается роскошный обед, приглашают газетных репортеров с тем, чтобы газеты познакомили сотни тысяч читателей с меню обеда, с убранством столовой и дорогим сервизом, на котором подавались яства. Вот это последнее направление роскоши особенно вызывает против себя осуждение моралистов и многих экономистов. Они указывают, что количество производимых ежегодным трудом народа предметов недостаточно еще для удовлетворения самых первых потребностей значительного числа наших ближних, а потому надо стараться направлять промышленность на производство таких предметов, которые удовлетворяют важнейшие потребности населения. Такому направлению производства может способствовать финансовая политика государства путем обложения доходов богатых классов и смягчения податной тяжести беднейшей части населения.

Государственная власть исстари считала борьбу с роскошью одной из своих задач. Уже древнему Египту были знакомы законы против роскоши. Ликургово законодательство в Древней Спарте, восставая против излишеств всякого рода, было наиболее полным и многосторонним протестом против роскоши. От Древнего Рима через средние века и вплоть до половины XVIII столетия законы против роскоши тянутся почти непрерывной нитью. Ограничение расходов на женские наряды, на количество блюд за столом, ограничение количества серебряной утвари, числа лошадей, впрягаемых в экипажи в зависимости от звания лица — вот главные предметы этих законов. Однако опыт за исключением Спарты, показал, что законы против роскоши мало достигали цели. В настоящее время ни в одном европейском государстве нет законов против роскоши.

Рядом с осуждением роскоши в литературе высказывались соображения и в защиту роскоши, причем говорилось то самое, что теперь нередко можно слышать в публике, а именно, что человек, который много тратит, "дает людям жить", что деньги, расточаемые богачом, попадают в руки купцов, работников и различных производителей. Это мнение высказывалось даже такими выдающимися по уму людьми, как Монтескье и Вольтер. "Если богатые мало тратят, бедные умирают с голоду", — говорил Монтескье. Такое представление исчезло из экономической литературы лишь с развитием более правильного понимания явлений хозяйственной жизни. Мы сейчас увидим, в чем заключается ошибка этого представления.

Как обыденная речь, так и научный язык под словом «трата» понимают расходование денег на покупку предметов или услуг, предназначенных исключительно для личного потребления. Никто не назовет тратой покупку ценных бумаг, земли или дома — такие покупки означают помещение капитала. Также никто не назовет тратой закупку сырого материала фабрикантом, закупку семян и удобрения земледельцем, закупку товара купцом, выдачу заработной платы предпринимателем. Напротив, расходование денег на пищу, одежду, помещение, меблировку, прислугу — словом на все, что предназначено для непосредственного удовлетворения наших потребностей, все это — трата. Всякая такая трата необходимо предполагает потребление купленных предметов или, иначе говоря, предполагает уничтожение известного количества из суммы национального богатства. Чем более я уничтожу предметов на мое личное потребление, тем менее остается предметов другим. Эта простая мысль, которая теперь кажется очевидностью, долгое время затемнялась поверхностным взглядом на экономические явления. Видели, что каждый раз, когда спрос на какие-нибудь предметы увеличивается, увеличивается и производство таких предметов, увеличивается число рабочих, изготавливающих эти предметы. Отсюда и представление, что человек, много тратящий, увеличивает заработки, "дает людям жить". Но при этом упускалось из виду, что сумма производимых страной предметов зависит от количества труда и капитала в стране, а это такие факторы, умножить которые не в силах наши траты, наше потребление. Когда при неизменности количества труда, капитала и технических приемов увеличивается спрос на предметы какой-либо отрасли промышленности и производство этих предметов возрастает, то это означает, что известное число рабочих и известное количество капитала отвлечено от какой-либо другой отрасли промышленности, вследствие чего эта последняя отрасль промышленности станет производить меньшее сравнительно с прежним количество предметов. Предположим, что богатый человек, вместо того чтобы тратить деньги на предметы роскоши, покупает государственные облигации, выпущенные для приобретения капитала на постройку новой железной дороги. Тогда уменьшится изготовление предметов роскоши, освободится часть труда и капитала, занятых прежде в промышленности, приготовляющей предметы роскоши, и перейдет на постройку новой линии. Вместо потребления богатым человеком предметов роскоши явится участие его в полезном деле — в постройке новой железной дороги. Правда, это перемещение труда и капитала совершается в действительной жизни не так просто. На первое время рабочие останутся без занятий, понесут потери, может и очень тяжкие, пока не найдут себе новой работы. Пропадет также более или менее значительная часть капитала — все постройки, инструменты и машины, которые были необходимы для производства предметов роскоши. В этом смысле всякие резкие изменения в спросе на продукты промышленности оказываются неблагоприятными для рабочих и хозяев тех отраслей промышленности, на продукты коих спрос уменьшился. Ввиду этого желательно, чтобы уменьшение потребления предметов роскоши не совершалось разом в слишком больших размерах. Предположим еще другой случай. Богатый фабрикант сокращает свое потребление предметов роскоши и на сохранившиеся от этого деньги увеличивает плату своим рабочим. Тогда вместо производства предметов роскоши увеличивается производство тех необходимых предметов, которые обыкновенно потребляются рабочим классом.

Достаточно бросить взгляд на хозяйственную жизнь народа, чтобы увидеть, какая тесная связь существует между производством предметов и видами потребностей в данное время у данного населения, как ход производства, размеры каждой отрасли промышленности обусловливаются размерами спроса на те или другие промышленные предметы. Но хотя потребность есть и первая причина и конечная цель всякого производства, последнее, находясь в частных руках, лишь тогда направится на удовлетворение потребностей человека или группы людей, когда есть основания полагать, что изготовленные на удовлетворение потребностей предметы будут куплены. А потому, как бы ни была настоятельна потребность, но если лицо не может оплатить ее, не имеет денег, требуемых для покупки предметов, удовлетворяющих эту потребность, частные хозяйства не станут производить такие предметы.

Как ни колеблются расходы отдельных лиц и семейств, но для всей совокупности лиц, составляющих целый народ, сумма потребляемых предметов — если не происходит чрезвычайных события, как, например, войны, сильного неурожая — является величиною довольно устойчивой и изменяющейся лишь постепенно. На этой устойчивости основаны все расчеты промышленных предприятий. Предприятия эти по прошлому опыту с достаточной вероятностью определяют, сколько предметов потребления понадобится в ближайший период времени и, сообразуясь с таким расчетом, изготавливают предметы потребления. Когда фабрики производят столько-то сукна, когда купец делает запас хлеба для снабжения города, когда железная дорога определяет необходимое количество подвижного состава — руководством для всех их служит то предположение, что потребности людей, которые они могут оплатить, или, иначе говоря, их потребительный бюджет заключен в известные пределы, и хотя эти пределы изменяются, но изменяются они постепенно. Таким именно путем сумма общих потребностей данного народа в данное время определяет собой размещение труда и капитала по всем разнообразным видам производства.

Нужно различать роскошь частную от роскоши общественной. Сюда принадлежат: дорогие общественные сооружения, памятники, драгоценные музеи, обширные библиотеки, театры и пр. Но едва ли правильно применять к таким предметам слово «роскошь». Под роскошью принято понимать потребление таких предметов, которые доступны не многим; общественные же сооружения, памятники, величественные храмы, музеи, библиотеки, театры находятся в доступном для населения пользовании и не имеют, следовательно, одного из существенных признаков роскоши. Далее к роскоши относят обыкновенно такие предметы, которые не имеют значения для физического и духовного развития человека, между тем перечисленные выше общественные сооружения содействуют умственному и нравственному воспитанию населения. Разумеется, во всем есть мера, и общественные сооружения могут быть не целесообразны, если огромные затраты на них не оправдываются приносимой ими пользой и принудительные сборы на эти сооружения слишком тягостны для населения.

Мы рассмотрели экономическое значение роскоши. Но роскошь имеет не одно экономическое значение: она имеет также значение политическое. Это двоякое значение роскоши соответствует двоякому значению понятия о богатстве. Богатство означает не только отношение между человеком и вещами, но еще и между человеком и другими людьми; оно предполагает состояние превосходства, состояние власти. Понятно поэтому, что люди власти всегда окружались богатством. И пока народы и общество не достигнут такого развития, что будут ясно понимать высокие задачи власти и будут уважать эту власть уже за одни оказываемые ей общежитию неоценимые услуги, до тех пор необходимо, чтобы высшие представители власти имели богатую обстановку в силу того, что богатая обстановка действует на воображение людей и усиливает престиж власти.

Потребности людей разделяются на материальные и духовные. Первые суть потребности нашего физического организма; вторые — потребности нашего духовного организма. Потребности первой необходимости, комфорта и роскоши входят всецело в разряд материальных потребностей. К духовным потребностям принадлежат: 1) потребности религиозные; они удовлетворяются учреждением храмов, совершением в них богослужения и выполнением религиозных обрядов; 2) потребности общежития; из них самая главная есть потребность в установлении общественного порядка и общественной безопасности; 3) потребность в просвещении; 4) потребность в развлечениях и зрелищах. Одна из задач правительственной власти заключается в контроле над средствами удовлетворения последней потребности; она запрещает вредные для нравственности способы ее удовлетворения и содействует полезным способам.

Потребности материальные удовлетворяются по преимуществу частными хозяйствами. Эти хозяйства изготавливают те предметы, которые требуются для удовлетворения потребностей первой необходимости, комфорта и роскоши. В удовлетворении потребностей духовных, совместно с частными хозяйствами, участвуют и общественные хозяйства: государство, земство, города и сельские общества. Но одна из духовных потребностей, а именно установление общественного порядка и общественной безопасности, удовлетворяется почти исключительно государственной властью и ее органами.

Самая настоятельная из потребностей первой необходимости — потребность в пище — оказывается наименее обеспеченной в своем удовлетворении. Обширный и сильный неурожай ведет к такому большому поднятию цен на хлеб, что у значительной части населения не хватает средств на покупку необходимого количества хлеба. С целью предотвращения или, по крайней мере, смягчения такого бедствия возникают различные способы обеспечения будущих потребностей. Население обязывается составлять правильными периодическими взносами хлебные запасы, или денежные капиталы, или те и другие в известной пропорции. Как скоро наступает неурожай, который затрудняет приобретение хлеба для потребления или зерна для обсеменения полей, то нуждающиеся получают из этих запасов ссуду хлебом или деньгами. Правильная система обеспечения народного продовольствия является одной из важных и нелегких задач государственной деятельности.

Если потребности первой необходимости — потребность в пище, в защите от холода и ненастья — должны были удовлетворяться какими бы то ни бьшо путями уже на первых ступенях жизни людей, то способы удовлетворения этих потребностей и нарастание новых потребностей весьма разнообразятся с поступательным движением человечества. И в этом увеличивающемся постоянно разнообразии способов удовлетворения потребностей и нарастании новых потребностей большую роль играют подражание и наследственность. Человек есть существо подражательное. Каким-либо новым изобретением пользуется в начале всегда небольшая группа людей, но затем пользование им распространяется среди больших и больших кругов населения. Каждый испытывает или воображает, что испытывает нужду во вновь изобретенном предмете, и ухищряется найти средства для удовлетворения этой нужды. По мере того как успехи промышленности позволяют получать удовлетворение более легко, с меньшими затратами, число подражателей идет беспрерывно увеличиваясь и проникает при дешевизне предмета до последних слоев общества. Вместе с тем, потребность, распространяясь вширь, идет в то же время и вглубь. Человек не только существо подражательное, но еще существо, склонное к привычкам. Удовлетворяемое желание мало-помалу упрочивается, пускает корни и уже не может быть оторвано без болезненного ощущения. Оно становится, как это очень справедливо выражает обыденный язык, второй природой. Если к тому же прибавить, что привычка, передаваемая в течение длинного ряда поколений, сливается благодаря наследственности еще более с природой человека, что чувства становятся более утонченными и более требовательными, тогда будет понятно, какую деспотическую силу может приобрести с течением времени потребность, казавшаяся в начале баловством, капризом. В средневековье население не носило белья, а теперь неимение средств на покупку рубашки означает последнюю степень нищенства.

Подражание ведет за собой также установление сословных или классовых обычаев потребления и мод. Раз доход семьи поднимается над уровнем потребностей первой необходимости, то в разных общественных слоях слагаются различные типы потребления; эти типы обусловливаются не только доходами, но и сословными или классовыми обычаями того общественного круга, к которому принадлежит данная семья. При доходе одних и тех же размеров, семьи зажиточных крестьян, мещан, купцов, чиновников, офицеров, литераторов представляют своеобразные типы в области потребления. Принадлежащие к тому или другому классу, не желая отстать от обычного в известном круге образа жизни, часто придают особенное значение не тем потребностям, которые наиболее важны для сохранения здоровья и жизни, но тем, которые кладут на человека печать известного сословия или класса. Столичный чиновник скорее откажется от здоровой пищи, чем от хорошего платья. Подражание вызывает также моду. Последняя отличается от других потребностей тем, что существует весьма непродолжительное время, часто несколько месяцев, а то и менее.

Из изложенного следует, что по уровню потребностей можно определить как принадлежность человека к тому или другому общественному классу, так и ступень достигнутой народом культуры. Цивилизовать какой-нибудь народ — значит порождать в нем новые потребности. Все те племена, которые в своих стремлениях не пошли дальше узкого круга окружающего их горизонта, которые ограничились удовлетворением только потребностей первой необходимости, — все эти племена исчезли и продолжают исчезать. Развивать в народе потребности — значит вытеснять в нем лень. Мексиканский земледелец, которому достаточно двухдневной работы, чтобы прокормить в продолжение недели себя и семью, лежит остальные пять суток. У него не развита даже потребность в предусмотрительности, и случайный неурожай на благословенной почве его родины вызывает немедленно страшнейший голод. Гумбольдта заверяли, что только истребление банановых растений может вызвать в народе большую наклонность к труду.

Россия позже западно-европейских государств выступила на путь развития своих производительных сил, и уровень потребностей ее общественных классов, а особенно простого народа, несравненно ниже, чем в культурных странах Запада. Потребление в русском крестьянском хозяйстве поражает своими незначительными размерами. Статистическое исследование в Воронежской губернии 67 хозяйств среднего достатка дало вывод, что при семье из 8 душ, в числе которых находятся 2 полных работника, расход на каждую наличную душу достигает 53 рубля 5 копеек в год. Из этой суммы 26 рублей 78 копеек (50,5 %) представляют стоимость предметов, производимых самим крестьянским хозяйством, а 26 рублей 27 копеек являются денежным расходом. В последнем более 14 рублей идут на потребности хозяйства (арендная плата за землю, покупной корм для скота) и только 12 рублей затрачиваются на личные потребности. Из этих 12 рублей — 2 рубля 21 копейка употребляются на одежду, 1 рубль 65 копеек на водку, 49 копеек на чай и сахар, 45 копеек на рыбу, 40 копеек на продукты скотоводства, 9 копеек на мыло; в таких же микроскопических дозах выражаются и разные другие расходы.

Малое развитие потребностей нашего народа объясняется тем, что он лишь недавно освободился от крепостного состояния. В течение двух столетий крепостное право не допускало поднятия уровня потребностей народа; оно держало этот уровень все на одной и той же весьма низкой норме. Соответственно низкому уровню потребностей народа черепашьим ходом шло и развитие производительных сил страны. Разителен в этом отношении контраст между дореформенной и пореформенной России. За последние тридцать лет наше отечество в деле развития потребностей и производительных сил сделало больше, нежели за все время с Петра Великого. Особенно бросается в глаза развитие потребностей в средних классах и в наиболее достаточной части крестьянства, которая уже теперь достигает цифры нескольких миллионов людей. Самым очевидным свидетельством быстроты роста потребностей и производительных сил в нашем отечестве служит небывалое еще возрастание государственного дохода, получаемого путем косвенных налогов.

Лекция V

Понятие о хозяйственном благе. — Условия, при коих вещь становится благом. — Переход даровых благ в хозяйственные. — Приобретение и утрата вещью блага. — Потребление (однократное) и пользование (длящееся потребление) хозяйственных благ. — Категории хозяйственных благ: услуги, предметы вещественные (движимость и недвижимость), не-реалъные блага (фирма, привилегия, монополия). — Разделение хозяйственной деятельности на а) производство, б) обмен, в) распределение и г) потребление. — Производство. — Общее понятие. — Разделение промышленности на а) добывающую, б) сельскохозяйственную и в) обрабатывающую. — Взаимная связь между этими отраслями промышленности. — Современное положение их в России.

Все, что способно удовлетворять потребности человека, называется благом. Дабы вещь стала благом, должны быть налицо некоторые условия: 1) должна быть потребность, которой соответствует данная вещь; 2) вещь должна иметь свойства, которые отвечают на данную потребность; эти свойства называются полезностью; 3) человек должен познать эти свойства. Если нет одного из этих условий, то предмет не может быть признан благом. Возьмем для примера силу электричества, которая получила широкое применение в современном обществе и которой еще предстоит оказать людям огромные услуги. Эта сила является благом лишь потому, что цивилизованные народы нуждаются в средствах для быстрого сообщения известий, освещения зданий, улиц, площадей, а сила электричества в высокой степени обладает свойствами удовлетворять такие потребности, причем свойства этой силы познаны человеком. Вне цивилизованного мира, среди людей, занимающих низшие ступени общежития, сила электричества не служит благом, ибо налицо нет указанных условий.

Из громадной массы предметов и явлений окружающего нас мира далеко не все обладают полезностью. В ботанике насчитывают, например, более 100 000 видов и разновидностей растений, между тем лишь около 300 растений служат человеку для различных употреблений. Полезность предмета тем выше, чем насущнее удовлетворяемая им потребность и чем полнее он удовлетворяет потребность. Степень полезности благ исследуют естественные и технические науки. Агрономия обсуждает качества различных удобрений; физика говорит о количестве единиц теплоты, которое может быть получено от каждого вида топлива; физиология исследует степень питательности для организма различных пищевых веществ.

Из совокупности благ, удовлетворяющих человеческие потребности, одни даются природой в готовом виде без всяких усилий со стороны человека, каковы, например, воздух, солнечный свет и теплота, свойства климата, другие же, напротив, должны быть подвергнуты более или менее значительной переработке трудом человека. Отсюда деление благ на даровые и хозяйственные. Такое разделение благ делается с точки зрения всего человечества или единичного народа. Но эта классификация изменяется, когда блага рассматриваются с точки зрения отдельных лиц. Говоря о даровых или естественных богатствах страны, мы разумеем не только те дары природы, которые (свет, воздух) не могут быть предметом завладения, но и те, которые стали предметом собственности, как, например, земля, дикорастущий лес, вода, минералы. Словом, мы называем даровыми богатствами все то, чем располагает страна независимо от труда населения. Совсем иная классификация благ делается с точки зрения отдельных людей. С этой точки зрения даровыми благами являются только те, которые находятся в безвозмездном пользовании населения. Свет, солнечная теплота, воздух, в значительной степени вода находятся в таком изобилии, что пользование ими не регулируется и потому не становятся хозяйственными благами. Не таковы свойства других даров природы — девственной земли, дикорастущих лесов, воды, минералов; их количество ограничено; с ростом народонаселения в них ощущается недостаток, и пользование ими упорядочивается уже на очень ранних ступенях общественного быта. Таким образом, хотя эти блага даровые, т. е. не созданы человеческим трудом, но законодательства исключают их из этого разряда и делают хозяйственными благами.

Так как благом мы называем предметы, могущие удовлетворять человеческие потребности, то отсюда следует, что предмет может существовать долгое время и не имеет, однако, значения блага, пока не откроют в нем полезные для людей свойства. И с другой стороны, предметы теряют значение блага, когда перестают удовлетворять потребности людей. Можно привести много примеров как приобретения, так и утраты предметами значения блага. Каучуковое дерево стало благом лишь с половины прошлого столетия, когда открыли способы приготовления из него различных полезных предметов. Картофель стал пищевым предметом в Европе лишь в начале прошлого века, хотя он сделался известным немедленно после открытия Америки. Сила электричества сделалась благом только для культурных народов. Пока земля не требует удобрения, навоз бросается как предмет ни на что не нужный. Предметы перестают быть благом, когда исчезает потребность в них или они утрачивают свою полезность. Так, талисманы, амулеты, удовлетворявшие потребности суеверного человека, делаются ни на что не годными в обществе просвещенном, когда исчезают последние остатки суеверия. Посевы марены потеряли значение блага после того, как растительные краски были вытеснены минералами. Подобные же явления постоянно происходят в промышленности с прежними орудиями и машинами, которые вытесняются вновь изобретаемыми, более совершенными.

Дальнейшее различение благ вытекает из того, что одни блага способны служить человеку только один раз (потребление однократное); так, дрова, раз они сожжены, уже не могут во второй раз удовлетворить нашу потребность в тепле; другие блага служат человеческим потребностям несколько раз (длящееся потребление), так что человек пользуется ими продолжительное время; сюда можно отнести платье, дом, инструменты, машины и пр. Каждая из этих категорий благ оценивается по иному масштабу: для первой категории принимается во внимание только польза и выгода, которые доставляются этим благом человеку (с этой точки зрения мы оцениваем питательность пищевых продуктов, тепловую способность топлива и т. д.); по отношению же к предметам многократного пользования берется во внимание не один этот масштаб, но присоединяется еще другой — срок службы. Когда мы оцениваем машину, то, кроме степени выгоды от нее, мы имеем в виду и то время, в течение которого машина способна приносить эту выгоду.

Блага состоят из предметов вещественных и услуг. Услуги, как блага, отличаются от вещественных благ тем, что не могут быть сберегаемы, хотя нередко оставляют после себя большие и важные для людского благополучия следы. Вещественные блага, в свою очередь, состоят из предметов движимых и предметов недвижимых. Разделение предметов на движимые и недвижимые имеет большое значение в отношении объема прав собственности на них и форм передачи их из собственности одного лица в собственность другого. Право собственности на недвижимые вещи не бывает так полно и неограниченно, как на вещи движимые. В то же время приобретение в собственность вещей движимых может совершаться посредством простой передачи из рук в руки; по отношению же к вещам недвижимым существует целый ряд формальностей. В пределах самой недвижимой собственности закон устанавливает неодинаковые ограничения власти собственника. Ограничения, которые налагаются на владельца лесных участков, значительнее тех, которые налагаются на владельца полевой земли.

Рядом с вещественными благами и услугами существуют еще не-ре-алъные блага — таковы фирма, привилегия, монополия. В экономическом смысле фирмой называется хорошая репутация, приобретенная промышленным или торговым предприятием за добросовестное в течение продолжительного периода времени ведение дела. Привилегией называют исключительное право лица пользоваться определенное время вновь открытым изобретением. Привилегии выдаются правительством с целью поощрять изобретателей к новым техническим открытиям. Монополией называется исключительная власть лица, учреждения, предприятия над производством и продажей какого-либо предмета. Монополии бывают частные и государственные. Частные монополии составляют блага только для лиц, которые пользуются монополией. Лицо А может разбогатеть от монополии, но она ничего не прибавляет к запасу благ, которым располагает все общество: избытку на стороне одного соответствует уменьшение благ в руках других людей. Совершенно иное следует сказать о государственных монополиях. Здесь прежде всего следует отметить тот факт, что некоторые монополии государство присваивает себе не столько ради получения дохода от них, сколько ради установления строгого порядка в организации доставления населению страны важных услуг. Таковы монополии монетная, почтовая, телеграфная. Далее и те государственные монополии, где на первом плане стоит извлечение дохода, более выгодны для страны, нежели частные монополии; они более выгодны, потому что доход от них, поступая в руки государства, составляет достояние общее, а не достояние отдельных лиц, как при частных монополиях. Примером может служить вводимая у нас теперь государственная винная монополия. Против таких государственных монополий обыкновенно приводят возражение, что они производят продукты с большими издержками, нежели частные предприятия. Факты действительной жизни показывают, что это возражение требует больших ограничений.

Германские государственные железные дороги обходятся дешевле частных железных дорог. Страховая премия, взимаемая страховыми обществами, процент, платимый заемщиками в частные земельные банки, могли бы быть меньше, если бы страховое дело и земельный кредит составляли монополию государства. И в то же время все те миллионы дохода, которые ежегодно поступают в руки акционеров страховых обществ и частных земельных банков, составляли бы государственное достояние. Вообще государственная монополия желательна во всех тех случаях, когда государство может вести промышленное дело приблизительно с такими же издержками, как и частные предприятия. Большая или меньшая способность государства вести хозяйственно-промышленные дела зависит от степени просвещенности и добросовестности его исполнительных органов. Чем просвещеннее и добросовестнее чиновничество в стране, тем более широкая область промышленного дела открывается государству.

Мы уже имели повод говорить, что в современном меновом хозяйстве только крестьяне-земледельцы удовлетворяют часть своих потребностей продуктами собственного труда; все же остальное население удовлетворяет всю совокупность своих потребностей через продажу всех произведенных им предметов или через продажу своих услуг. Таким образом, в современном народном хозяйстве культурных народов между производством и потреблением продуктов находится посредствующее звено — обмен. Чтобы удовлетворить потребность, приходится продать произведенный предмет или услугу, затем вырученные от продажи произведенных продуктов деньги распределить между участниками производства; далее из полученного каждым отдельным лицом денежного дохода снова купить нужные для удовлетворения потребностей предметы или услуги, и лишь после совершения этих промежуточных экономических звеньев наступает конечная цель всякой хозяйственной деятельности — потребление. Соответственно с этими особенностями современного хозяйственного строя политическая экономия, призванная разъяснять его, делится на четыре основных отдела: 1) учение о производстве хозяйственных благ; 2) учение об обмене или обращении хозяйственных благ; 3) учение о распределении этих благ между участниками в их производстве и 4) учение о потреблении благ. Все эти стадии хозяйственного процесса находятся между собой в самой тесной связи; с изменениями в одной какой-либо стадии происходят изменения и во всех остальных.

Приспособление предметов внешнего мира к нуждам человека называется производством. Приведение материалов, доставляемых внешней природой, в такой вид, чтобы они способны были служить нуждам человека, совершается через затрату нервных и мускульных усилий. Эта затрата делается с расчетом наименьшими усилиями достигнуть наибольших результатов. Такая основанная на расчете затрата человеческих сил называется хозяйственным трудом. Мы знаем, что рядом с благами, производимыми трудом, существуют даровые блага природы, пользование которыми доступно всем людям или безвозмездно или за вознаграждение, если даровые блага стали предметом частной собственности. Если кто задается вопросом, каких благ больше — даровых или произведенных трудом (хозяйственных), то сейчас же заметит невозможность решения такого вопроса, так как не существует и не может существовать масштаба для сравнения этих двух видов благ. Одно только можно сказать по поводу этого вопроса, а именно, что щедроты природы всем очевидны, о громадной же роли труда в производстве благ далеко не все отдают себе ясный отчет. Прежде всего не отдают себе точного отчета о значительной роли, какую играет труд даже в производстве тех предметов, которые часто совершенно неправильно называются естественными. Многие склонны, например, считать различные хлебные злаки, овощи, плоды щедрым даром земли. А в сущности большая часть растений, служащих для питания человека, была если не создана, то во всяком случае настолько изменена трудами сотен поколений, что до сих пор еще ботаники не могли отыскать первобытные типы этих растений. Пшеница, кукуруза, чечевица, боб нигде не могли быть найдены в диком состоянии. Даже те виды, которые встречаются в естественном состоянии, резко отличаются от однородных видов, разводимых человеком. Между кислыми плодами дикого виноградного куста и культурными кистями винограда, между овощами или сочными плодами наших садов и огородов и жесткими или терпкими, часто ядовитыми ягодами и плодами диких разновидностей, разница так велика, что наши плоды и овощи можно рассматривать как искусственные продукты, т. е. настоящие творения рук человеческих. Это доказывается и тем, что стоит только беспрерывному труду обработки ослабеть на несколько лет, как эти продукты начинают вырождаться, т. е. возвращаться в дикое состояние, теряя все качества, которыми одарила их человеческая деятельность.

Далее сама земля и доставляемые ею материалы — девственные леса и поля, залежи камня, каменного угля или металлической руды, нефтяные ключи, падение воды, достаточное для вращения мельничного колеса, воды, изобилующие рыбами, раковинами, кораллами — словом, весь тот первичный фонд, откуда мы почерпаем материалы для труда, все эти естественные богатства могут быть утилизированы, т. е. служить к удовлетворению потребностей человека лишь постольку, поскольку они подвергаются приложению к ним труда; если дело идет о девственной земле — поскольку она будет вспахана; если дело идет о каменном угле или металлической руде — поскольку они будут извлечены из недр земли. Правильно, следовательно, сказать, что даже эти естественные богатства требуют для удовлетворения человеческих потребностей известного, большего или меньшего, количества труда, потому что именно он открывает и утилизирует их.

Народный труд, создающий хозяйственные блага, направляется на добывание материалов из недр земли, на обработку земли и получение от нее различных сырых продуктов; затем добытые из недр земли материалы и материалы, полученные с поверхности земли, подвергаются дальнейшей переработке, пока не получится продукт, требуемый человеческими потребностями. Отсюда в области производства хозяйственных благ получается множество различного рода занятий. Чтобы ориентироваться во множестве отдельных занятий, политическая экономия сводит их к трем крупным разрядам на основании признаков сходства и различия. Разряды эти следующие: а) добывающая промышленность, характерная черта которой состоит в том, что здесь труд человека употребляется единственно на завладение готовыми дарами природы; сюда относятся охота, рыболовство, добывание из земли руд и минералов; б) сельскохозяйственная промышленность — здесь человек искусственно производит через пользование силами земли полезные растения и животных, которые или прямо удовлетворяют потребностям человека, или служат материалами для дальнейшей переработки; сюда относятся земледелие, скотоводство, лесоводство, огородничество, садоводство и многое другое и в) обрабатывающая промышленность, имеющая своею целью приведение материалов, доставляемых добывающей и сельскохозяйственной промышленностью, в такой вид, который пригоден для непосредственного служения целям человека.

Понятно, чем более в стране добывается из недр земли руды и минералов, чем совершеннее и разнообразнее земледельческая культура, тем большее количество сырых материалов получает обрабатывающая промышленность, тем больше изготавливает она хозяйственных благ, увеличивающих богатство нации. При малом развитии добывающей и обрабатывающей промышленностей труд народа не находит себе достаточного приложения. Массы людей ищут работы и не находят ее. К сожалению, в таком именно положении находится народное хозяйство нашего отечества. Несмотря на огромные успехи, сделанные за последние двадцать лет в нашей металлургической и обрабатывающей промышленности, все еще естественные богатства страны мало разработаны, и массы народа остаются в вынужденном безделье. Значительная часть нашего крестьянского населения в зимнее время не знает, к чему приложить руки. В дореформенной России огромные естественные богатства страны или оставались совершенно без всякого пользования ими, или утилизировались крайне примитивными способами. Нынешнему времени выпала нелегкая задача нагонять запущенное в течение двухсотлетнего хозяйственного сна России.

Лекция VI

Три силы или фактора производства: природа, труд и капитал. — Предприятие. — Экстенсивное и интенсивное производство. — Взаимодействие и неодинаковое участие природы, труда и капитала в производстве в разных странах, в разных отраслях промышленности и на разных ступенях экономического развития. — Природа. — Роль природы в производстве. — Вещества и силы. — Разнообразие веществ и сил природы. — Силы самодействующие (животные, ветер, движение воды) и вызываемые деятельностью человека (расширение газов, пар, электричество). — Неравномерность распределения даров природы. — Влияние природных условий на характер деятельности и на потребности человека. — Прогресс как освобождение человека от подчинения природе.

Три элемента, три силы принимают участие в производстве хозяйственных благ — природа, труд и капитал. Природа служит первоначальным фондом, из которого человек берет материалы для приложения к ним своего труда. Следовательно, природа и труд суть первые факторы производства. Но уже на самых низших ступенях человеческого существования является и третий фактор производства — капитал как орудие труда, посредством которого человек приспособляет к своим нуждам природу. В пещерах глубочайшей древности мы находим каменные орудия и каменное оружие. Все повествования о Робинзоне снабжают его орудиями труда, уцелевшими от кораблекрушения. Авторы повествования понимали, что без снабжения Робинзона орудиями труда они не сумели бы рассказать нам, каким путем их герой вышел победителем в борьбе за существование, и им пришлось бы прекратить рассказ на второй странице.

Итак, с незапамятных уже времен в каждом производительном процессе принимают участие три фактора — природа, труд и капитал. Но медленным путем шло изобретение и усовершенствование орудий труда, и потребовались тысячелетия, пока человечество дошло до пользования такими усовершенствованными орудиями труда, какие имеются в настоящее время. Организованное для достижения производственных целей соединение производительных факторов — природы, труда и капитала — называется предприятием, а предпринимателем называется то лицо или союз лиц, которые созидают предприятие и направляют его деятельность. Все три фактора производства находятся между собой в теснейшем взаимодействии, но имеют далеко не одинаковое значение в производственных процессах. Смотря по тому, принадлежит ли преобладание силам природы или труду и капиталу, производство называется экстенсивным или интенсивным. В древнейшем периоде народного хозяйства преобладание принадлежит природе. Леса, воды, пастбища питают редкое население при небольшой затрате труда и при самых примитивных орудиях добывания хозяйственных благ. С переходом к земледелию и ремеслам возрастает роль труда и капитала. В наше время особенно усилилась роль капитала, и различия в богатстве народов обусловливаются теперь по преимуществу размерами применения усовершенствованных орудий производства, размерами машинного производства. Как не одинаково значение факторов производства на разных ступенях народного хозяйства, точно также оно не одинаково в разных отраслях промышленности и внутри одной и той же отрасли, смотря по характеру применяемых технических приемов, по размерам употребляемого капитала. В земледелии, в добывающей промышленности природа играет большую роль, нежели в промышленности обрабатывающей. Далее в земледельческой промышленности при залежной или трехпольной системе обработки полей природа оказывает большое влияние на результаты труда, чем при многополье и огородничестве. В скудных рудных залежах природа играет меньшую роль, чем в залежах богатых. В крупной обрабатывающей промышленности машинная работа перевешивает ручной труд, в мелкой — наоборот.

Несмотря на то что в наше время в особенности усилилась роль капитала, тем не менее в производстве хозяйственных благ громадное значение остается и за природой. Чем больше содействует природа человеку, тем большее количество полезных результатов достигается при той же самой затрате труда и капитала. Пахарь, который работает на плодородной почве, получит большее количество земледельческих продуктов, нежели другой пахарь, употребляющий такой же точно труд и те же орудия труда, но на земле худшего качества. Неорганические вещества, составляющие земную кору до той небольшой глубины, на которую мы можем проникнуть, и органические тела, населяющие землю, доставляют промышленности необходимые ей сырые материалы и составляют, таким образом, основной, первоначальный элемент всякого богатства. Вместе с тем постепенно возрастающее пользование движущими силами, которые дает природа, позволяет человеку все совершеннее перерабатывать получаемые от природы сырые материалы. Мышечная сила человека весьма ограничена. Поэтому-то во все времена — ив особенности с тех пор, как уничтожение рабства отняло возможность пользоваться даром силой своих ближних — человек старался пополнить недостаток своей мышечной силы помощью некоторых двигательных сил, которые дает ему природа. До сих пор человек сумел утилизировать для производства пять сил: силу ветра, силу течения и падения воды, мышечную силу животных, силу расширения газов и в особенности паров воды и наконец, пока только в слабой степени, электричество.

Приручение некоторых животных — лошади, вола, верблюда, слона, оленя, эскимосской собаки и др. — доставило людям первую естественную силу, которой они стали пользоваться для перевозки, таскания и па-хания. Это было уже ценное приобретение, ибо животное относительно гораздо сильнее человека. Но число этих животных ограничено и становится тем ограниченнее, чем плотнее заселяется страна. Двигательная сила ветра и течения воды была употребляема с незапамятных времен для перевозки и только значительно позже (но все же еще в древности) для вращения мельниц. Это очень могущественная сила. Высчитано, что двигательная сила течения воды одной только Франции, остающаяся без всякого употребления, представляет собой около 30 миллионов паровых лошадиных сил, т. е. силу, равную силе всех годных к труду людей, населяющих теперь земной шар. Одного такого водопада, как Ниагарский, достаточно было бы для всех фабрик Англии. Неистощимые резервуары сил образуют носящиеся на поверхности моря волны и морской прилив. Но человек не сумел еще воспользоваться этими могучими силами. Сила расширения газов и в особенности паров воды наиболее эксплуатируется современной промышленностью. Паровой двигатель есть изобретение (в 1769 году), Джеймса Уатта. Сила пара представляет то неоценимое преимущество, что человек может ее развить где, когда и как ему вздумается. Она подвижна, ее можно переносить с места на место, можно по произволу уменьшить и увеличить степень ее, и теоретически нельзя указать границы увеличению степени этой силы. Достаточно было бы нагреть воду до 516 °C, чтобы развить давление в 1 700 000 атмосфер, более чем достаточное для того, чтобы поднять Гималаи. Но трудно найти оболочку, которая могла бы устоять против такого давления. Применение силы электричества есть еще дело совсем новое. Существует много оснований для возлагаемых на нее больших надежд.

Дары природы рассеяны по земному шару весьма неравномерно. Достаточно сравнить щедроты ее в экваториальном поясе со скудостью в местностях, близких к полюсу. Вглядываясь в плодородие Нильской долины, кажется, будто история приготовила для колыбели человеческого рода такое пространство, на котором люди легко и обильно могли удовлетворять свои потребности. И рядом с этой долиной великая пустыня Сахара, отсутствие влаги и сыпучие пески которой не допускают никакого хозяйства. Промышленному могуществу Англии в значительной степени способствовали богатейшие залежи каменного угля и железа, находящиеся на ее территории. Особенно благоприятно для английской промышленности то обстоятельство, что в некоторых районах уголь находится на близком расстоянии от железных руд. Наше отечество обладает превосходною рудою на Урале; но, к сожалению, эта местность не особенно богата топливом. Неравномерность рассеяния даров природы и разнообразие их видов по разным странам, по разным местностям оказывает решающее влияние на характер занятий населения. Обилие воды побуждает население к занятию рыболовством, обилие пастбищ — скотоводством, обилие леса — охотой, а позднее лесными промыслами и обработкой дерева. Жители морского побережья естественным образом направляют свою деятельность на судоходство и торговлю. Качественные различия в направлении хозяйственной деятельности в зависимости от природных условий не ограничиваются ранними ступенями общежития; с развитием культуры они только смягчаются. Смягчению этих различий способствует развитие внутренних и международных меновых сношений. Сырые материалы, находящиеся в одной местности в избытке, перевозятся в другую местность, где их или совсем нет, или чувствуется в них недостаток. Но так как издержки транспорта на дальние расстояния для громоздких предметов могут быть очень велики, то перевозка далеко не может уничтожить влияние природных условий на характер занятий населения. Притом перевозка сырых материалов выравнивает занятия лишь в обрабатывающей промышленности; она не может изменить ни климата, ни распределения рудных залежей, а потому в сельскохозяйственной и добывающей отраслях промышленности природные условия всегда будут играть большую роль в характере занятий населения. В местностях с обильными рудными залежами значительная часть населения будет занята работой добывания руды; где хорошо созревает виноград, там господствующим занятием будет виноградарство и виноделие; у нас в Туркестане значительная часть населения занята разведением хлопка; почва Финляндии плохо родит хлеба, но весьма пригодна для разведения трав — и вот главное занятие земледельческого населения этой страны состоит в приготовлении молочных скопов.

Значение природы в хозяйстве народов не ограничивается только тем, что она доставляет производству материалы и силы; самые потребности населения и энергия его труда находятся в зависимости от природных условий, среди которых оно обитает. Чем теплее климат страны, тем более сберегается труда на производстве одежды, пищи, топлива, так как этих предметов требуется менее по мере приближения к экватору. Казалось бы, чем богаче дары природы, тем более цветущего развития должно достигнуть хозяйство народа. В будущем, вероятно, так и будет, когда тропические страны заселятся эмиграцией культурных наций. До сих пор наибольшего процветания достигали народы, жившие в тех географических широтах, где природа не особенно щедра, но и не скупа. Напротив, в тропических странах человек, получая от природы при небольшом труде все нужные для жизни предметы, не побуждался к продолжительному труду необходимостью. Потому здесь, среди туземного населения, не развивалась привычка к упорному труду. В Соединенных Штатах пшеница дает в 4 и 5 раз более посеянного, в Чили — в 12, в северной Мексике — в 17, в Перу — в 18 и 20, в южной Мексике — в 25 и 35 раз более. Несмотря на такую громадную урожайность пшеницы, поле бананов доставляет пищи в 25 раз более сравнительно с пшеничным полем. Для произрастания же новых стеблей банана достаточно обрезать стебель с созревшими плодами и самым поверхностным образом разрыхлить кругом землю. С бананами конкурирует хлебное дерево, доставляющее тоже обильную пищу человеку. И вот в этих-то частях земного шара, щедро наделенных дарами природы, ничто так не поражает путешественника, как ничтожность обработанных полей, расположенных около хижины. Земные рай эти, "где самый хлеб срывается как плод", усыпляют человеческие силы точно так же, как замораживают их холодные пустыни полярных стран. Культура прогрессирует в тропических странах только с эмиграцией в них населения с развитыми потребностями и привычкой к упорному труду.

Как освобождается культурный человек от влияния природы в тропическом поясе, так точно шаг за шагом освобождается он от этого влияния всюду, где установилось или устанавливается культурное общежитие. Прогресс есть не что иное, как освобождение человека от подчинения природе. Человек уменьшает свою зависимость от природы посредством целого ряда приспособлений, которыми заставляет природу лучше служить своим целям. Если человек не может создать рудники там, где их нет, то он может посредством удобрений сделать какую угодно почву годной для обрабатывания, может заменить болота, пруды и даже заливы пахотными полями. Он не может переменить главные географические контуры, набросанные природой, но стоило ей проявить где-нибудь хоть кое-какую податливость, и для человека становится возможным видоизменять эти контуры, пополнить, например, внутреннюю судоходную систему прорытием каналов, уничтожить преграды, создаваемые горами и проливами, путем проведения дорог над ними. Человек отрезал Африку от Азии, может отрезать Южную Америку от Северной и сделать из этих полуостровов два острова. Человек не может, конечно, переменить климатические условия; но путем разведения в широких размерах лесов, а также, по всей вероятности, и путем других средств, которые стремится найти наука, человеческая деятельность может влиять заметным образом на условия выпадения дождей. Следующая справка иллюстрирует в известной степени то могущественное влияние, какое производят в течение веков на общий вид страны разные культурные перемены, совершаемые над внешней природой человеком. Тацит в своей «Германии» поддерживает мнение о том, что германцы были первоначальные обитатели своей страны, тем аргументом, что "никому не могло бы прийти в голову оставить Азию, Африку или Италию, чтобы переселиться в Германию с ее суровым климатом, мрачными видами и жалкою растительностью". Современный итальянец высказал бы совершенно иное суждение о тех частях Германии, которые раньше других сделались известны римлянам. Южно-германские местности, примыкающие к Рейну, представляют собой на пространстве многих сотен верст как бы сплошной цветущий сад с плодовыми деревьями и разнообразными посевами. Из изложенного следует, что по мере увеличения власти у человека над природой уменьшается зависимость народного хозяйства от естественных условий страны, и хозяйственные порядки в разных культурных государствах делаются более похожими друг на друга.

Лекция VII

Главнейшие природные условия, влияющие на деятельность человека. — Приморское и континентальное положение страны. — Значение моря для сношений и обмена. — Неблагоприятное положение России относительно морей. — Некоторое уменьшение значения морей, благодаря изобретению и развитию железных дорог. — Значение распределения и свойств внутренних вод. — Рельеф страны и его значение. — Влияние рав-нинности России на ее экономическое развитие. — Ископаемые богатства вообще и в частности в России. — Неблагоприятное территориальное расположение добычи каменного угля и железа в России. — Главнейшие физические и химические свойства почвы. — Зависимость от свойств почвы пищевой площади, рабочей площади и неудобных земель. — Климат, главнейшие его факторы и их значение.

Мы уже говорили, что первым фактором производства служит природа, т. е. естественные условия занимаемой народом территории. Главнейшими природными условиями, влияющими на хозяйственную деятельность человека, являются приморское или континентальное положение страны, распределение и свойство внутренних вод, рельеф земной коры, геологическое строение и почвенный состав, климат.

Приморским или континентальным положением страны обусловливаются многие особенности ее хозяйственного быта. Растительность в приморских странах, более богатых количеством выпадающих атмосферных осадков, отличается большим разнообразием форм и более роскошным развитием, нежели в странах континентальных, лежащих на тех же широтах. Особенно могущественное влияние на растительность имеют теплые морские течения. Близость моря и особенно теплого морского течения, умеряя климат и обогащая растительный мир, ставит хозяйственную деятельность человека в более благоприятные условия. Само море служит непосредственным источником разнообразных промыслов. Рыболовство, добыча соли, ловля устриц, янтаря, жемчуга, кораллов, губок, промыслы китобойный, тюлений и моржовой давали и дают средства к жизни миллионам людей. Еще важнее значение моря для развития людских сношений и обмена продуктов. Сухопутные сообщения в древности, по отсутствию дорог, были крайне затруднительны и небезопасны. До развития мореходства хозяйство и общественный быт каждой страны имеют замкнутый характер. В иные условия поставлена хозяйственная деятельность страны, вступившей в мирские сношения с другими странами. Знакомясь с чужеземцами, люди узнают их потребности, продукты, производимые в других странах, способы их добывания и обработки; заимствуют изобретения и усовершенствования; выменивают произведения своей страны на чужеземные. Естественно, таким образом, что народы, ранее других вступившие в мореходство и морскую торговлю, достигли высокой степени экономической культуры. Таковыми были в древности финикияне, карфагеняне, греки и римляне, в средние века — венецианцы и генуэзцы, с открытием Америки и морского пути в Индию — португальцы и испанцы, позднее — голландцы и англичане. С прорытием Суэцкого канала Средиземное море вновь получило значение главного транзитного пути в мировой торговле. Великая будущность со вступлением народов дальнего азиатского Востока в сферу европейской культуры и с окончанием Великого сибирского железнодорожного пути принадлежит и тихоокеанскому торговому движению.

Для развития морских сношений страны особенное значение имеют изрезанность и доступность ее берегов. По расчлененности своей береговой линии, по обилию полуостровов, бухт и заливов Европа занимает первое место среди других частей света; благодаря этим условиям европейские народы могли достигнуть высокой степени торгово-промышленного развития. Что касается доступности морских берегов, то она выражается в обилии готовых, природою устроенных, хорошо защищенных от ветра гаваней; недостаток таких гаваней в известной мере может быть восполнен искусственными сооружениями, но устройство последних сопряжено с огромными затратами, доступными лишь для богатых народов.

По условиям своей исторической жизни Россия долгое время была исключительно континентальным государством. Издревле русское Белое море, составляющее часть Северного океана, не могло служить путем торгового и культурного единения русского народа с Западной Европой как ввиду неблагоприятных климатических условий, так и вследствие того, что между побережьем этого моря и центром страны, бывшим средоточием ее государственной и экономической жизни, лежали неизмеримо огромные пространства почти не населенных земель. Сознание настоятельной необходимости найти выход к морю был руководящим началом московских царей и императоров России. Основывая столицу русского государства на берегах Финского залива, великий преобразователь открыл этим путем своему народу "окно в Европу". С каждой новой войной Россия приближалась к морям и в настоящее время владеет берегами на двух океанах и шести морях. Однако наше положение относительно морей не вполне благоприятно. Моря эти находятся в совершенно различных климатических, географических, экономических, торговых и политических условиях; наши морские побережья к тому же или слабо населены, или находятся в обладании инородческого населения, или мало доступны и не имеют местного торгового значения. На Северном океане плавание круглый год возможно только на части Мурманского берега; на Балтийском море Россия владеет одним только незамерзающим портом (Либава); на Черном море — Дунай, Днепр, Днестр, Дон и все Азовское море до Керчи, а на Каспийском море — часть к северу от Брянской косы неизменно замерзают каждый год. Кроме того, гавани на Черном и Азовском морях засоряются впадающими в них реками, и многие из них, не обладая достаточной глубиной, не допускают прямой нагрузки и разгрузки судов большой осадки; это заставляет прибегать к перегрузке на более мелкие суда, что требует значительной затраты времени, труда и денег. К сказанному следует прибавить, что морские берега даже Европейской России удалены друг от друга на такое расстояние, которое равно расстоянию некоторых колоний от Англии. Так например, проход из Черного моря в Балтийское составляет около 5 000 морских миль. При таких условиях Россия не может в должной степени пользоваться благами морских сообщений и развивать свою морскую торговлю.

Значение морей, как удобных и дешевых путей сообщения, несколько уменьшилось с изобретением и развитием железных дорог. Отныне местности, значительно удаленные от морей, лишенные даже внутренних водных сообщений, благодаря железным дорогам получают возможность принять участие в торговом обмене и поставлять свои произведения на международный рынок. В России, ввиду вышеуказанных недостатков ее приморского положения и при громадных и малонаселенных пространствах, железные дороги имели особое важное значение для экономического развития страны; благодаря им сократились наши бесконечные расстояния, служившие непреодолимым препятствием для развития торгового движения; внутренние густо населенные области государства приблизились к портам; морские побережья стали заселяться, и наша морская торговля получила надежную почву для своего дальнейшего развития в будущем.

Пресная вода, представляющая собой предмет первой необходимости для всех живых существ, распределена в природе весьма неравномерно. Она встречается или на поверхности земли в виде рек, озер и других водоемов, или в виде грунтовых вод, питающих ключи и колодцы. При переходе населения из кочевого состояния в оседлое и затем при основании всякой усадебной оседлости или городских поселений, выбор мест поселений обусловливается распределением внутренних вод в стране. Древние цивилизации возникли и достигли расцвета именно в бассейнах больших рек. Колонизация страны идет по рекам, как наиболее удобным и естественным путям сообщения.

Значение реки для хозяйственной деятельности населения изменяется в зависимости от тех или иных особенностей этого водного пути — от длины реки, направления ее, многоводности, глубины, быстроты течения, отсутствия на всем пути препятствий к судоходству, времени вскрытия и замерзания. Чем больше бассейн, орошаемый рекою и ее судоходными притоками, тем на большую область распространяется возможность обмена продуктов и тем разнообразнее этот обмен. Направление течения реки является важным фактором в развитии производительных сил области. Если верховье реки лежит в местах, богатых сырьем (лес, каменный уголь и т. п.), а устье — в густонаселенных областях или у портов со значительным сбытом, то наибольшее количество товаров будет перемещаться с помощью даровой силы этой реки. Затем для торгово-промышленной деятельности страны имеет огромное значение продолжительность навигационного периода реки. Препятствиями для судоходства являются быстрота течения, затрудняющая плавание вверх по реке (горные реки), пороги, служащие помехою непрерывному движению грузов, и периодическое падение уровня воды в реке (мелководье), достигающее иногда таких размеров, что становится совершенно невозможным движение судов со значительной осадкой. Последнее явление особенно вредно отражается на судоходстве по Волге. Большая часть рек Европейской России вследствие мелководья и других препятствий к судоходству допускает лишь сплавное движение вниз по течению.