Минька, или Операция «Возмездие»

Если раньше мы пользовались только тем, что нам могла дать её кровь, обладающая совершенно фантастическими свойствами, то теперь мы убедились в том, что Джульетта может создавать куда более мощные препараты, которые будут на порядок сильнее, чем вакцина «Лайфбрингинг». Она способна создать такие препараты, которые смогут запустить механизм регенерации и, как следствие, полного омоложения клеток любого человека, что сулит всем вам практически вечную молодость. Нам нужно только начать с ней сотрудничать и тогда польза от такого сотрудничества будет очень велика. Это будет началом бессмертия и таким образом избранные люди станут подобны богам.

Сказав это, доктор Шеридан и сам удивился, как это такая мысль не пришла в его голову раньше. Ну, может быть она и могла прийти в его голову, удивительного в этом ничего не было бы, да, только на этот раз доктор Шеридан говорил с чужого голоса и главным было то, что слова капитана Денисова очень быстро дошли до сознание каждого лорда. Тем более, что в их головах серебряными колокольчиками зазвенело: — «Полное омоложение! Вечная молодость! Бессмертие! Мы будем богами!» Вслед за доктором Шериданом снова заговорила Джульетта:

— Лорд Астор, я действительно могу создать любые препараты, о которых вы меня попросите. Я знаю как превратить вакцину «Лайфбрингинг» в эликсир вечной молодости и бессмертия. Для этого нам нужно стать друзьями и я прошу у вас за это не так уж много. Разрешите мне посещать лаборатории, позвольте мне самой вылечить маму Лору и пообещайте, что после того, как я докажу вам, что мне это по силам, мы будем жить на острове посреди тёплого моря, где я смогу видеть солнце.

Первым на это отреагировал лорд Дюпон, который, облизав губы, видимо в предвкушении бессмертия, сказал:

— Господа, мне кажется, что эта девушка просит не так уж и много. Лорд Астор, ответьте вашей подопечной.

В голове у лорда Астора между тем билась мысль: — «Как это раньше я не подумал о том, что эта девица с помощью психокинеза действительно может создавать такие препараты, о которых мы раньше не могли и помыслить? Боже, ведь она действительно может сделать это играючи. Мне же не составит большого труда проверить, говорит она правду или врёт. В конце концов именно на решение этой задачи, — омоложение организма, сегодня брошены все научные силы.» Он благодарно кивнул головой и ещё более ласковым голосом ответил:

— Джульетта, девочка моя, ты получишь всё, что ты просишь. Мы обязательно подружимся, Джульетта, когда приедем к тебе через пару месяцев в гости, а ты постарайся к этому времени сделать для нас какой-нибудь подарок. Я попрошу доктора Шеридана, чтобы они сделал то, что ты просишь. Ты, наверное устала, Джульетта. Если устала, то возвращайся к себе.

Джульетта ещё более тихим голосом сказала:

— Да, лорд Астор, я устала и хочу вернуться к себе. До свидания, лорд Астор. К вашему приезду я приготовлю для вас такой подарок, что вы ему очень удивитесь.

Вы разрешите мне уйти?

— Да-да, Джульетта! — Воскликнул лорд Астор — Твоя сиделка сейчас же отвезёт тебя домой.

Доктор Шеридан тут же приказал:

— Марта, отвези Джульетту в её дом.

Как только Джульетта покинула кабинет, лицо лорда Астора снова сделалось высокомерным и он приказал доктору Шеридану тоном не терпящим возражения:

— Билл, вы должны сделать всё, что только будет в ваших силах, чтобы втереться в доверие к Джульетте. Если то, о чём вы нам сказали окажется правдой, то у вас есть шанс взлететь очень высоко в нашем обществе. Сделайте для неё послабления, перестаньте пичкать Лору психотропными препаратами, но при этом внимательно следите за ней. Всё, вы свободны.

Как только экран погас, лорд Уиллис Хармон спросил:

— Тревис, вы верите в то, что сказал нам этот ваш учёный? Как там его, Шеридан?

— При этом в его черепе червячком ворочалась одна единственная, корыстная мыслишка: — «Неужели это существо действительно обладает такой силой мысли? Если так, то нужно быть последним идиотом, чтобы взять и уничтожить её ничего не проверив и не получив хоть какого-то результата».

Лора Скайсприннг чуть-чуть подтолкнула лорда и тот, скорчив высокомерную физиономию, спросил:

— А вы что, Уиллис, до сих пор полагали, что когда эта девица была маленькой, она просто так создавала в своём теле вирусы, которые мы потом использовали?

Представьте себе, нет, это являлось её природной психокинетической способностью.

Хотя я терпеть не могу этого ублюдка Билла Шеридана, полагаю, что ему можно полностью верить, он очень хороший специалист, сам индиго и главное прекрасно разбирается в биологии.

— Но если всё так, Тревис, то почему вы так поздно занялись этим феноменом? — Возмущённо воскликнул лорд Гарднер, из которого обычно было слова не вытащить клещами.

Тревис Астор высокомерно ухмыльнулся и ответил:

— Потому, Дик, что мы ждали, когда существо созреет. Без её желания сотрудничать с нами, мы бы вообще никогда не узнали, что Джульетта способна та такое.

Лорд Уиллис Хармон кивнул головой и подвёл итоги:

— Тревис, мы ждали очень долго, так что подождём ещё несколько месяцев. Вы можете спокойно работать и если сочтёте, что наше присутствие на острове Элсмир будет полезным, то мы полетим туда вместе с вами.

Совещание закончилось и лорды быстро разошлись. В это же самое время в голове у доктора Шеридана вдруг нарисовалась такая вредоносная мысль: — «Странно, почему это я сказал этому ублюдку, что девчонка способна создать эликсир молодости, ведь я об этом никогда не думал?» Все шестеро телепатов-кукловодов было встрепенулись и Лора уже хотела деть доктору подзатыльник, чтобы направить его мысли в нужную им сторону, как того самого осенило: — «О, дьявол, ведь это же так просто! Всё правильно, Билли, ты просто гений! Как же иначе, ведь она единственный пси-кинетик. Пусть и увечный, но если она имеет способности к психокинетической трансмутации живой материи на микроуровне, то ей ничего не стоит создать такие антитела, которые будут лечить человека на клеточном уровне, воспринимая старение клеток, как их болезнь. Наде будет подсказать ей, что она может заняться собой, полностью исцелить себя и выстроить своё тело таким, какое оно должно быть от природы».

Доктор Шеридан так увлёкся этой идеей, что немедленно отправился в бункер к Джульетте и почти полтора часа рассказывал ей, что она должна сделать, чтобы полностью исцелить свой врождённый недуг одной только силой своей мысли. При этом он так чётко и внятно изложил ей свою собственную гипотезу Эликсира молодости, состоящего из антител, воспринимающих старение клеток, как болезнь, что после его ухода девушка сказала:

— Ребята, дядя Сэм, мама Лора, а ведь доктор Шеридан прав. Я действительно могу создать эликсир молодости.

Капитан Денисов улыбнулся, устало вздохнул и ответил на это следующим образом:

— Честно говоря, Джульетта, лично я этому нисколько не удивлюсь. Ты в этом деле гений, девочка, и я нисколько не сомневаюсь в твоих силах и способностях. Лично меня куда больше удивляет другое, как такой беспринципный человек может быть ещё и таким талантливым учёным? Ладно, не будем гадать, мы все сегодня поработали просто замечательно и теперь имеем чёткие перспективы, что нам делать и чем заниматься. Знаешь, Джульетта, я думаю, что через несколько дней тебе нужно будет предстать перед доктором Шериданом такой, какой ты стала, но попросить его, чтобы он пока что помалкивал и не сообщал ни о чём своему начальнику-лорду. При этом будет правильным сказать, что ты ему не доверяешь и боишься, что эти лорды тебя уничтожат.

Поскольку всё это время все шестеро пребывали в большом напряжении, то не удивительно, что все прочие дела были тут же отложены. Телепаты устали так, словно они таскали на себе тяжеленный брёвна и попадали, кто где стоял или сидел.

Джульетта тоже в изнеможении рухнула в свою кровать и немедленно уснула, скрутившись в калачик. Капитан Денисов откинулся в кресле и было задремал, но поспать ему не дали. К нему в кабинет, он же гостиная, ввалился Минька ворчливо спросил:

— Батя, а когда мы будем мамку будить? Свиней мы обоих с первого же раза разморозили и оживили ещё вон когда, так почему бы нам мамку не разморозить?

Семён вздохнул и прислушался к своим ощущениям. В принципе не так уж и сильно он устал, просто перенервничал. Он решительно поднялся из кресла и сказал:

— Ладно, Минька, чему быть, тому не миновать. В конце концов если Лариса не проснётся, то мы сможем её снова заморозить и тогда она будет ждать того дня, когда наша медицина дойдёт до такого развития, что сможет вернуть её к жизни. Пошли.

Глава четвёртая

Возвращение к людям

Некоторые с трудом воспринимают идею глобального заговора, потому что на этом делают деньги множество писателей. Другие сомневаются в возможности успешного осуществления такой деятельности в глобальных масштабах. Они видят чудовищную бюрократию нашего правительства и говорят: «Хорошо, почему мы должны верить в то, что отдельный человек может сделать больше, чем правительство?» При этом не учитывается тот факт, что правительство является частью заговора. Они хотят явных улик, а явные улики трудно заполучить.

(Выдержка из книги Джона Колемана «Комитет 300»)

Западные Саяны, начало июня 2044 года

Секретная база подготовки операции «Возмездие»

Капитан Денисов всё-таки не смог сдержать слёз, когда он склонился над криоконтейнером, в котором под тридцатисантиметровым слоем перфлурброна лежала и медленно, ритмично дышала Лариса. У него ушло почти двое суток на то, чтобы погрузив свою любимую в глубокий сон, полностью излечить её от лучевой болезни, сделать её почти совсем молодой женщиной, но вид ей теперь было не более двадцати пяти лет, и теперь Семён ждал, когда она проснётся. Веки Ларисы, одетой в длинную тельняшку с закатанными рукавами, затрепетали, она открыла глаза и её красивое, как любил говорить Игорь, лицо дворянской национальности исказила гримаса гнева. Рассерженная женщина подняла руки, ухватилась за края контейнера и рывком поднялась. С громким стонущим звуком она закашляла, выталкивая из своих лёгких перфлурброн и когда вновь стала дышать воздухом, минуты полторы тяжело и глубоко дышала, не говоря ни слова. Семён знал по себе, какими неприятными были эти первые минуты, когда лёгкие у тебя болели так, словно их резали ножом.

Наконец Лариса кашлянула ещё несколько раз и возмущённо крикнула:

— Семён, я же просила те… — Только сейчас, откинув с лица волосы, мокрые от перфлурброна, Лариса увидела, что у капитана Денисова, стоящего перед ней с мокрым от слёз лицом, нет на спине её сына, которого никак нельзя было спрятать, рядом с ним стоит высокий парень, очень похожий на неё, а рядом с ними, чуть поодаль, стоят парень и девушка с живой лисой на руках, тихонько ойкнула и спросила — Сынок, это ты или я сплю? Неужели вы смогли вытащить меня с того света?

Минька радостно завопил:

— Мамочка!

Он бросился к матери и одновременно телекинезом вытащил её и криоконтейнера, после чего сразу же опустил в ванну с тёплой водой и принялся иступлёно целовать её лицо. Парня всего сотрясали рыданий и он ничего не мог с собой поделать.

Семён подошел к нему, обнял и негромко сказал:

— Минька, хватит лить слёзы. Твоя мамка живёт заново вот уже почти двое суток, а тебя на рёв пробило.

Тот неохотно сдвинулся вбок и Семён наконец смог обнять Ларису. Та немедленно обвила шею капитана руками и тоже принялась целовать его лицо громко всхлипывая.

Гладя Ларису по спине, Семён, целуя её, шутливо проворчал:

— Ну, что же ты плачешь, Лариска? Ведь всё уже позади, любимая. Хоть бы людей постеснялась. Я им столько рассказывал о тебе, говорил, какая ты мужественная, а ты разревелась, как маленькая. Познакомься, это наши с Минькой друзья, Вика и Джимми, они пришли к нам пешком аж из Австралии. А это Филимон, наш главный борец с мышами.

Как только Вика приблизилась, Филимон тут же облизал лицо Ларисы и слёзы немедленно сменились смехом. Через несколько минут мать Миньки, закутанная в белоснежный махровый халат, уже была на руках у Семёна, а тот демонстративно поблагодарил роту почётного караула и сказал, что до обеда все свободны и могут заниматься чем угодно, но только как можно дальше от жилого отсека. Он унёс Ларису в свою квартиру и только там дал волю чувствам. Двое суток Семён находился в нечеловеческом напряжении и даже боялся подумать о том, что в тело Ларисы не вернётся её душа или как можно ещё назвать то, что делает человека человеком. Теперь настала её очередь успокаивать Семёна, целуя его и нежно гладя по голове, шее, плечам и он сквозь слёзы признался:

— Лариска, я боялся, что мне удалось вернуть к жизни только твоё тело и что ты вернувшись к нам не будешь той, прежней Ларисой, которую я любил. Что к тебе не вернётся память.

Ларисе не очень-то понравилось слезливое настроение капитана Денисова и она строгим голосом сказала:

— Семён, я осталась прежней, а вот ты что-то не похож сам на себя. Немедленно прекрати распускать нюни и быстро введи меня в курс дела. Неужели ты за это время стал криобиологом? Или это всё-таки Минька стал таким магнусом, что ему теперь под силу даже такое, вернуть человека к жизни? Если это действительно так, то всю медицину пора выбрасывать на свалку.

Капитан Денисов тут же лёгким телекинетическим касанием смахнул слезинки с уголков глаз, спустил Ларису с рук на пол, и, насмешливо глядя на неё, сел на диван и ответил:

— Твоему Миньке на мышах ещё тренироваться и тренироваться, Лариска. Кроме как в пирокинезе он ещё ни в чём по большому счёту не преуспел. Ну, может быть ещё в дальновидении, а по всем остальным дисциплинам ему до меня ещё далеко. Кроме одной. Кровь этого парня является самым мощным и действенным психокинетическим стартером, но с этим теперь тебе, а не мне придётся разбираться. Зато я здесь самый лучший целитель и то, что ты сейчас стоишь передо мной, как каменная баба в оренбургской степи, это только моя заслуга.

Выслушав эту тираду, Лариса усмехнулась, сбросила с себя сначала махровый халат, затем мокрую тельняшку, после чего сняла с себя трусики, но в объятья к Семёну не бросилась, а подошла к платяному шкафу-купе, открыла его и увидела, что большая его часть заполнена его вещами. Она посмотрела на своего любовника, тот был, как и всегда, одет в полевую форму, достала с полки джинсы и джинсовую рубашка с кнопками вместо пуговиц, молча бросила ему и стала одеваться сама в точно такой же наряд. Капитан Денисов вздохнул и пробормотал:

— Да, Лариска, ты совсем не изменилась. Нет чтобы приласкать мужика, я ведь тебя чай пятнадцать лет не обнимал, ты сразу же помчишься к своим мензуркам.

— Денисов, не ной. — Ласковым голосом откликнулась Лариса и тут же поинтересовалась у него — Я действительно помолодела или мне это только кажется, Сенечка?

Семён вздохнул и быстро одеваясь проворчал:

— Эх, Лариска, надо было мне оставить тебя в том самом виде, в котором я ты когда-то легла спать в свой водяной гроб, да, я Миньку пожалел. Не дал ему даже посмотреть на то, что ты из себя представляла, когда он помог мне тебя разморозить. Нет в тебе никакого сострадания с мужику.

Лариса быстро оделась и принялась сушить феном влажные ещё волосы. Приведя свои волосы в порядок, она подошла к Семёну, чмокнула его в щёку и тихо сказала:

— Сенечка, там за стенкой ребёночек изнывает, а ты тут говоришь о всяких глупостях. Ночь придёт и я тебя приласкаю, родной ты мой. Когда Минька уснёт. Ну, не сердись, расскажи мне, как вы тут без меня жили?

Капитан Денисов, который не очень-то и надеялся на то, что Лариса проявит к нему сострадание, усмехнулся и ответил:

— Успеется, Лариска. Раз ты готова слушать, то значит можно приступать к работе.

Пошли думать, как нам теперь Игорёху вернуть их этого криогроба. С тобой-то у меня никаких проблем не было, хотя мне и пришлось повозиться почти двое суток, ты же была полной развалиной. Нет чтобы на полгода раньше залечь в морозилку, всё мне хлопот было меньше. Тем более, что вопрос с пси-стартерами решился сам собой.

Они вышли из квартиры и направились в медицинский отсек, где как раз прибирались Вика и Джимми. На этот раз Лариса поздоровалась с ними совсем по другому, то есть радостно расцеловала обоих и даже немного с ними поговорила о том, кто они такие и как здесь очутились. Узнав о том, что у её сына есть теперь даже не просто подружка, а самая настоящая невеста, с которой он сейчас скорее всего общался телепатически, Лариса этому очень удивилась и Семён понял, что ему бесполезно расспрашивать её о том, кто разговаривал с Минькой. Наконец они занялись делом и Лариса, посмотрев на криоконтейнер с лежащим в нём Игорем, недовольно покрутив головой сказала:

— Да, в томограф этот гроб не сунешь, равно как и не посмотришь на его мозг под микроскопом.

Капитан Денисов усмехнулся и успокоил её:

— Не волнуйся, мы теперь прекрасно обходимся как без томографов, так и без электронных микроскопов Лариса Витальевна. У нас для этого есть рентгеноскопическое зрение и я вот что думаю, ч его бы нам начать, с того, что Минька превратит тебя в магнуса, для этого понадобится всего пять кубиков его крови, или ты сначала сравнишь свою кровь с его кровью. Хотя у нас троих кровь одной группы и резус-факторы одинаковые, я никак не могу понять, почему при этом его кровь не такая, как у меня? В общем вопросов у меня множество и я даже не знаю, какой задать тебе первым, Лариса Премудрая. Хотя вру, знаю, — могу ли я прямо сейчас взять и разморозить Игоря?

На этот вопрос ему ответил капитан Батчер, который сказал:

— Не можешь, Сэм. Ты сейчас не в том состоянии и вот что я предлагаю тебе сделать. Иди-ка ты спать, а мы тут и без тебя как-нибудь управимся. И не волнуйся, никто твоего друга без тебя не станет возвращать к жизни. Самый великий целитель у нас ты и никто не собирается отбирать у тебя пальму первенства.

Семён, которому действительно очень хотелось спать, миролюбиво кивнул головой и спросил:

— Викуся, там на кухне что-нибудь есть пошамать?

— А как же! — Воскликнула Вика и добавила — Лариса, давай отложим всю эту медицину на часок в сторону, пойдём и для начала хорошенько позавтракаем. Мы ведь все со вчерашнего вечера не ели, а Сэм к тому же ещё и не ужинал вчера. Ну, а что касается тебя, то ты больше пятнадцати лет не ела.

На следующий день капитан Денисов проснулся рано, что было вполне понятно. После завтрака он завалился спать и проснулся только к ужину. Лариса за это время успела не только хорошо познакомиться с Викой, которую она взяла себе в ассистентки, и Джимми, по и подружиться с ними, погулять с Минькой по лесу и познакомиться с Джульеттой и Лорой. С девушкой у неё даже случился небольшой научный диспут, который продолжился затем уже в медицинском отсеке. Ну, а всю вторую половину дня она занималась научными исследованиями, первые итоги которых подвела ночью, лёжа в постели с Семёном, сказав ему такие слова: — «Знаешь, Денисов, я даже в своих самых смелых мечтах не могла представить себе, что в результате этого эксперимента мы сможем сделать магнусом почти каждого индиго. А может быть и каждого». Капитан Денисов в этот момент вовсе не был расположен к тому, чтобы затевать какие-либо дискуссии в постели, но всё же сказал ей: — «Знаешь, Лариска, далеко не каждого индиго следует делать магнусом. Каждого человека нужно будет сначала проверить на вшивость».

После этого они уже ни о чём не разговаривали, а если говорили друг другу что-либо, то это относилось уже к совсем другой области человеческого бытия. Семён под утро убаюкал Ларису, подремал сам пару часов и в половине восьмого утра решил, что ему пора вставать. Вика уже проснулась и готовила завтрак, Джимми брился, а Минька то ли дремал, то ли бодрствовал, но явно был готов к тому, чтобы при появлении на столе первого же блюда примчаться на кухню. Капитан Денисов, тихо покинув спальную, быстро принял душ, побрился, оделся и сразу же направился на пост наблюдения, он же пункт связи. После того, что сказала ему засыпая Лариса, а она всего лишь известила его о том, что Игоря можно хоть сейчас будить и что не так уж и сильно он исполосовал себе мозг, ему следовало заняться именно этим, — возвращением отца Миньки, к чему он собирался приступить сразу после завтрака, но сначала капитан Денисов хотел переговорить с генералом Синельниковым.

В тот день, когда они попрощались, генерал вручил ему сотовый телефон. С виду он был похож на обычный, но у него имелась одна особенность, — с этого телефона можно было дозвониться одному единственному человеку — президенту Российской Заволжско-Сибирской Республики. Семён вошел в помещение командного поста, открыл сейф, достал из него телефон, воткнул в розетку вилку подзарядки, реанимировал средство связи и нажал кнопку. Генерал Синельников взял телефон уже после третьего гудка и слегка хриплым голосом спросил:

— Семён, это ты?

— Я, Пётр Иванович. — Ответил капитан Денисов и поинтересовался — Что-то у вас голос хрипловатый, не простудились часом? Если простудились, советую в баньку сходить, попариться.

Президент кашлянул и сказал весёлым голосом:

— Семён, я как только услышал заветную трель, чуть было головой крышу электромобиля не пробил. Ну, докладывай, не томи, как всё прошло, Семён? У нас есть что-нибудь против них?

Капитан Денисов улыбнулся и успокоил его:

— Есть товарищ генерал. У нас против них теперь есть такое, что мы их в бараний рог без единого выстрела скрутим и что самое главное, товарищ генерал, не только всех зачинщиков до одного переловить сможем, но и всех зомбиков в чувство приведём.

Президент ему не поверил и воскликнул:

— Да, иди ты! Как это без единого выстрела? Они что же и сопротивляться не станут? Нет, Семён, ты что-то заливаешь.

Невесело улыбнувшись, капитан Денисов стал объяснять:

— Петр Иванович, о стрельбе вы можете действительно не только забыть, но даже перестать выпускать боеприпасы. И тех которых понаделали нам уже никогда не сжечь. Стрелять по врагу нам действительно не придётся, но схватка с ним будет и схватка не одна. Правда, это будут уже совсем другие сражения и сражаться между собой будут не обычные солдаты, а супериндиго, — в одиночку и небольшими группами. Думаю, что эта война продлится довольно долго и будет она совсем не такой войной, к которой вы привыкли, как верховный главнокомандующий, а я как простой комбат. В этой войне не будет передовой и солдаты этой войны не будут носить форму одной или другой армии. Да, и оружия в их руках не будет. Впрочем не вам мне это говорить, Петр Иванович, да, и говорили мы уже с вами на эту тему.

Генерал Синельников глухо проворчал:

— Ох, уж эти индиго, просто спасу от них нет. Ни во время войны, ни в мирное время. Ладно, Семён, тебе из твоего погреба виднее, какой будет эта война. Вот только знаешь, парень, у нас ведь мало супериндиго. Ты же знаешь, что мы не атлантийцы, а потому не спаривали между собой индиго с нужными параметрами. У нас тут всё по старинке, — кто кого сгрёб, тот того вьёб. Зато они, насколько мне это известно, времени даром не теряли и разведка говорит, что у нас могут возникнуть очень большие неприятности. У нас есть данные, что у атлантийцев уже сейчас имеется более трёхсот подразделений пси-коммандос. Именно поэтому, Семён, я так обрадовался твоему звонку.

Президент явно не стал договаривать и капитан Денисов, чтобы лишний раз не трепать нервы своему верховному главнокомандующему, спокойным, ровным голосом стал докладывать:

— Триста отрядов пси-коммандос это очень серьёзная сила, товарищ генерал. Ну, а раз так, то тогда, Пётр Иванович, мой рапорт будет вам, как бальзам на сердце.

Первое и самое главное, товарищ генерал, мы теперь имеем такой пси-стартер, который на несколько порядков лучше всех предыдущих уже потому, что он превращает супериндиго, и как мне кажется обычных индиго, в полных пси-кинетиков.

В этой связи я попрошу вас срочно мобилизовать всех тех индиго, в морально волевых качествах которых никто не сомневается. Как мужчин, так и женщин. И вот ещё что, Пётр Иванович, это должны быть люди всех национальностей. Извините, но я ещё с тех пор прекрасно помню настроения в умах некоторых деятелей, которые стремились собрать под своё крыло одних только русских. Мол своими мне легче командовать.

— Что так, Семён? — Ехидно поинтересовался президент — Всё никак не можешь забыть свой интернациональный батальон? — Не дожидаясь ответа генерал Синельников тут же успокоил его следующими словами — Всё правильно, капитан.

Если тебе удалось вырастить такого парня, который смог постичь эту тайну, то тут нужно поступить точно так же, как поступили те учёные, которые когда-то работали над «Манхэттенским проектом» и передали все атомные секреты Америки СССР. Теперь настал и наш черёд сделать так, чтобы мощные пси-кинетики были во всех странах.

У нас же в республике самый настоящий Ноев ковчег, кого мы только у себя не приняли и индиго есть среди всех народов. Я так понимаю, ты хочешь, чтобы мы отозвали из боевых частей и собрали в каком-нибудь укромном месте всех наших спецназовцев и армейскую разведку, чтобы ты с ними поработал?