Звезда Смерти

Вейдер задавил грозившие нахлынуть воспоминания. Он больше не позволит себе таких мыслей. Два последних десятилетия боль была его союзницей; он позволил физическим и духовным страданиям сделать себя сильнее. Но даже его стойкость имела пределы.

Он изучил секцию – огромный изогнутый клин, который постепенно заполнялся балками, колоннами и большими плитами из дюралюминия. Обзорный мостик и небольшое пространство вокруг него были защищены полем и обеспечены гравитацией, как и множество других палуб и платформ. Вейдер видел одну из таких платформ на противоположной стороне секции – там что-то обсуждали несколько человек, одетых в традиционные белые халаты и серые комбинезоны учёных и инженеров. Из-за локального гравитационного поля казалось, что они стоят вверх ногами.

Но большая часть сектора всё ещё не имела ни атмосферы, ни гравитации. Вейдер видел, как строительные рабочие – судя по росту, в основном это были вуки – переплывали с уровня на уровень и сваривали стойки и распорки каркаса. Также всюду сновали дроиды различных типов и моделей. Короче говоря, имитация бурной деятельности… Попытка убедить его, что работа идёт по плану и без сбоев. Без сомнения, тут постарался сам Таркин, но это не имело никакого значения. Вейдер знал, что у Таркина имеются достаточно грамотные сотрудники, чтобы создать хотя бы видимость примерной работы.

Он вернётся к императору с благоприятным отчётом. Таркин и его бригады рабочих должны справиться со строительством станции. Нельзя потакать вредителям. Он познакомится с теми, кого подозревают в саботаже. Если их ментальная защита слаба, он узнает все их мысли и будет действовать в соответствии с тем, что обнаружит. Все, кто причастен к взрыву, должны заплатить за это сполна. Один, десять, тысяча – неважно, сколько. Все они об этом пожалеют.

Все они за это заплатят.

Глава 19

"Звезда Смерти", палуба № 5, тюремный блок АА, камера для допросов

– На кого ты работаешь?

Вейдер допрашивал лейтенанта, дежурившего в ночную смену на заводе по производству воздуха на Безнадёге, выясняя подробности вечера, когда загружался взорвавшийся корабль. Таркин наблюдал.

– Н-на им-имперский флот, – с трудом выговорил тот.

– Ошибаешься. – В глубоком, искажённом вокодером голосе Вейдера была такая угроза, что Таркину захотелось сделать шаг назад. Некоторые из стоявших у него за спиной офицеров так и поступили. Лейтенант, старый для своего ранга, обернулся и взглянул на Таркина. В его глазах ясно читались страх и отчаяние. Должно быть, он действительно отчаялся, если думал, что губернатор станет ему помогать. Взгляд Таркина остался твёрд и невозмутим. Теперь этот человек принадлежал Вейдеру.

– Смотри на меня, – приказал Вейдер. Лейтенант вновь уставился на него. – Это твой последний шанс.

Он поднял руку, широко разведя пальцы.

– Повелитель, пожалуйста! Я ничего не знаю!

Вейдер сжал пальцы в кулак.

Голос лейтенанта перешёл в приглушённый шёпот. Было заметно, как напряглись мускулы на горле, пытаясь сопротивляться незримому захвату, который так внезапно сдавил его.

– Аггххх...

Лицо военного стало лиловым, глаза выкатились, язык вывалился, и через секунду он пошатнулся и рухнул на дюрастальной пол. Не нужно иметь медицинское образование, чтобы понять: он больше никогда ничего не расскажет.

Таркин промолчал. Он и раньше видел, как тёмный повелитель проделывает нечто подобное, и, как и раньше, даже не представлял, как Вейдеру это удаётся. Была ли эта Сила какой-то формой телекинеза, или гипноза, или ещё чем-то, но действовала она впечатляюще.

Вейдер повернулся к Таркину.

– Он не имел никакого отношения к саботажу.

Таркин нахмурился.

– Вы точно знаете?

– У него слабая воля. Легко читать.

– Тогда зачем вы его убили?

– Это будет хорошим уроком для тех, кто придёт на его место.

Таркин поднял бровь.

– Слишком сурово.

– Инцидент произошёл во время его дежурства. Он за него отвечает. Ему следовало это знать.

Такой вывод не выдержал бы серьёзного анализа, подумал Таркин. Согласно этой логике, всех, кто был в тот момент на дежурстве в любом месте строящегося объекта, можно посчитать виновными. А если доходить до крайности, можно посчитать виновным и самого Таркина. И каким-то образом Таркин знал, что тёмный повелитель именно так и считает.

– Остальных заключённых я допрошу через некоторое время, – продолжил Вейдер, – пусть они узнают о судьбе этого человека. Проследите, чтобы они услышали об этом "случайно".

Таркин кивнул. Такая жестокость, без сомнения, имела смысл. В конце концов, разве не сама эта боевая станция являлась ярким примером того, что страх – самое могучее оружие?

– Я вернусь на свой корабль, – сообщил Вейдер.

– Мы могли бы разместить вас здесь, повелитель Вейдер...

– Я предпочитаю жить у себя.

Вейдер развернулся так, что плащ взвился у него за спиной, и вышел.

Таркин подавил раздражение. Его выводила из себя привычка Вейдера избавляться от тех, кто совершил проступки, но ничего другого гранд-мофф и не ожидал. Он взглянул на мёртвое тело, затем на элитных гвардейцев и офицеров, столпившихся в тесном помещении. Некоторые из них всё ещё были ошеломлены увиденным.

– Доставьте тело в утилизационный отсек и избавьтесь от него. И позаботьтесь, чтобы заключённым удалось подслушать разговор о том, что здесь случилось – во всех подробностях.

Мгновение никто не двигался. Таркин обвёл взглядом помещение:

– Разве я говорил только для того, чтобы послушать свой голос?

Это возымело действие. Пара гвардейцев вышла из строя и подобрала тело.

Таркин в сопровождении двух адъютантов вышел из камеры и прошёл по узкому коридору. Вейдер неуправляем, почти как норовистый риик, но в этом есть польза. Таркин не удивится, если любой, причастный к саботажу, услышав о том, что здесь произошло, бросит сопротивление и выложит всё, что знает.

Если они вообще что-то знают...

Но всё же, если придётся пожертвовать несколькими узниками, чтобы подобное не повторилось, цена будет невелика. Их есть кем заменить.

"Звезда Смерти", коридор, ведущий в ангар для челноков № 14

Шагая по коридору от челнока, который привёз его на боевую станцию, главстаршина Тинн Гренит увидел, что навстречу ему движется одинокая фигура, вся в чёрном, в развевающемся плаще. Он немедленно узнал этого человека, поскольку бесчисленное множество раз видел его в новостных голо.

Это был Дарт Вейдер, императорское орудие устрашения.

Вот бантов сын, подумал Тинн. Он знал, что Вейдер находится здесь с инспекцией, но, конечно, не ожидал, что столкнётся с ним в коридоре, и тот будет идти навстречу без свиты и охраны. Однако Тинну прожужжали все уши о его мастерстве в бою, да к тому же у него на поясе висела эта джедайская палка, которой погоняют акк-псов, так почему бы и нет?

Тинн не стал останавливаться. Вейдер – тоже. Коридор, один из второстепенных проходов, ведущих к ангарам для челноков, был не очень узким, но и не слишком широким. Тинн понял, что Вейдер надвигается прямо на него, и один из них должен отступить в сторону.

На мгновение Тинн решил продолжать путь, как ни в чём не бывало – просто чтобы посмотреть, как поступит Вейдер. Среди флотского персонала это была распространённая игра – кто свернёт первым – проверка силы воли и уверенности в себе, а старшина Тинн Гренит редко уступал дорогу кому-либо – за исключением, конечно, старших офицеров. Вейдер, однако, не служил во флоте, так что официально он по статусу уступал Тинну.

Такая перспектива казалась заманчивой, но лишь на мгновение. Вейдер шагал быстро, и Тинн сомневался, что у человека в чёрном есть намерение сдвинуться с пути даже на волосок. Тинн Гренит считал себя упорным, как вакуумный замок, но он не был ни дураком, ни самоубийцей. Он отклонился вправо ровно настолько, чтобы в момент, когда они разминулись, между плечами остался зазор шириной в ладонь. Вернее, плечо Вейдера проплыло на уровне макушки Тинна. Достаточно близко, чтобы край развевающегося чёрного плаща скользнул по руке старшины и чуть не зацепился за его хронометр. Материал оказался гладким и шелковистым, и на ощупь был холоднее, чем он предполагал.

Казалось, сам воздух там, где прошёл Вейдер, становится холодным.

Тинн чуть замедлил шаг, чувствуя себя так, будто только что столкнулся с первозданной стихией: возможно, оказался на краю урагана или ледяной кометы, которую просто невозможно остановить. Реши он бросить Вейдеру вызов, встав у тёмного повелителя на пути, он сожалел бы об этом всю оставшуюся жизнь. Которая была бы не слишком долгой.

Тинн подавил сильное желание оглянуться. Если Вейдер и заметил его, то виду не подал.

– Ффууух, – сказал он про себя, когда затих звук шагов Вейдера. Уж это он запомнит надолго. Старшина Тинн Гренит чуть не дёрнул за плащ самого Дарта Вейдера!

Глава 20

Имперский город, квадрант 17, Южное Подземелье, закусочная "Птица-бабочка"

Нит Аламант обладал изысканными манерами, и речь его лилась плавно, будто смазанная машинным маслом: ни неловких пауз, ни пропущенных или лишних слов. Мима, сидевшая напротив в кабинке закусочной, отделанной в стиле "ретро", не чувствовала ни доверия, ни теплоты к этому человеку. Родо примостился у барной стойки на сгибавшемся под ним табурете, попивал каф и не слишком старался быть незаметным. Мима не боялась этого маленького человечка, представлявшего государственную организацию, но чувствовала себя спокойнее, когда Родо находился рядом, причём так, что его было видно – просто на всякий случай.

– Я должна подумать, – сказала она. – Вы хотите, чтобы я управляла кантиной на военной базе, за что мне будут платить очень высокое жалованье и приличные премиальные, плюс процент от доходов. Наём будет закреплён двухлетним контрактом, и в течение всего срока мне надо находиться на базе. Я всё правильно поняла?

– Да. Вам будут доступны все виды отдыха. Мне дали понять, что эта база в размерах превышает всё Южное Подземелье и имеет все соответствующие вспомогательные службы, транспорт и условия для работы.

Мима задумалась. Это последнее заявление имело для неё не так уж много значения – ведь она жила в местах и похуже Южного Подземелья. В роскоши она не нуждалась, а на поверхность выбиралась за последние пару лет лишь несколько раз, поэтому могла вообще от этого отказаться, не делая над собой особых усилий. Основой её жизни была работа.

В общем и целом, предложение казалось прямым и честным. Аламант не сказал, где находится военная база и что она собой представляет, но это она могла понять. В конце концов, идёт война, а Империя должна защищать свои секреты. Единственная зацепка, которую она смогла уловить в его словах, состояла в том, что база, возможно, принадлежала военному флоту и находилась на далёкой затерянной планете. Если она достаточно большая, чтобы позволить себе иметь кантину, которой будет управлять гражданское лицо, значит, она, скорее всего, далеко от зоны непосредственных боевых действий. И если там есть те же условия, что и в Южном Подземелье, и нет непосредственной угрозы для жизни, там должно быть неплохо.

Конечно, этот человек был вербовщиком, и мог скрывать правду, если это помогало в работе. Возможно, ему платили за каждого квалифицированного работника, которого удавалось нанять. Опять же, условия имперских рабочих контрактов должны были зачитываться вслух, чтобы иметь юридическую силу, даже теперь. У тех, кто служил в армии и на флоте, было не так уж много прав, но с гражданскими обращались получше.

К тому же, её вовсе не осаждали с предложениями о работе. Конечно, чтобы работать в кантине, надо иметь некоторые навыки, но, хотя этому нигде не учат, работника её уровня всё равно легко найти.

– Я могу взять своего охранника?

– Да, если он не привлекался к суду за тяжкие преступления и не находится в имперском розыске. За эту работу также положена соответствующая плата. Вам и вашему телохранителю будет предоставлено жильё, это входит в контракт. У вас будет стандартная одноместная каюта для служащего, – ответил Аламант. Он демонстративно взглянул на Родо, а потом опять посмотрел на неё. – У вашего охранника тоже будет отдельная каюта.

Она кивнула, продолжая размышлять.

– Не хотел бы вас торопить, но следующий транспорт с гражданским персоналом отправляется через три дня. Если вас не интересует эта работа, я буду искать другого кандидата. – Он поднялся из-за стола. – Завтра я должен знать ваше решение.

Мима жестом остановила его.

– Подождите минутку.

Она выскользнула из кабинки и подошла к Родо.

– Отвратительный каф, – сказал тот, глядя в чашку. – Похож на помои. – Он покачал головой.

– Откуда ты знаешь? Часто пил помои?

Он пожал плечами и метнул взгляд в Аламанта.

– Что ему нужно?

– Он предлагает работу – управлять кантиной для военных... и не говорит, где. Контракт на два года, без права покидать это место. Зарплата хорошая, плюс доля от доходов и всякие социальные льготы – жильё, медобслуживание...

Родо кивнул.

– Планируешь согласиться?

Мима демонстративно оглядела закусочную.

– Ага, мне в последнее время сделали столько предложений работы, что прям голова идёт кругом. – Она присела рядом. – Я знаю, что ты всегда сможешь найти себе дело, но если я соглашусь, мне бы хотелось, чтобы ты поехал со мной и продолжил служить моим охранником.

Родо коротко кивнул.

– Ладно, я согласен.

– Даже на такое место?

Он ухмыльнулся.

– Раздавать оплеухи расшумевшимся воякам? Почему бы и нет? Дерутся они обычно лучше, чем офисный планктон. Так даже интереснее. Кроме того, я бы скучал по тебе.

Мима не удержалась от улыбки.

– Да ты эстет, Родо. У тебя ведь нет подружек.

Он снова кивнул.

– Мой девиз – место женщины на пьедестале. Но поскольку всем надо где-то жить, красоту можно встретить где угодно.

Миму захлестнула волна облегчения: