Не герой. Том 3

- Ну, просто я такой человек, что для меня было бы слишком банальным заводить собачку там, или котика, потому я решил сделать этого монстра своим питомцем. Он прикольный, хех! Я его даже выдрессировал! – выдавив злобную ухмылку, я поглядел на Гену. – Геннадий, сидеть!

Открыв от удивления рот, видимо захотев что-то сказать мне, но заметив мой взгляд, Гена уселся на землю, обречённо вздохнув, тем самым вызвав у тёмных эльфов такой шок, что среди них пошли шепотки, а Верховная Мать аж рот раскрыла от удивления. Приказав Гене сделать ещё пару трюков, вроде «лежать», «умри» и «дай лапу», я заставил поверить, что мимик у меня дрессированный, и потому стражники, наконец, стали расходиться, удивлённо переговариваясь между собой. А Верховная Мать сказала, что если моего питомца ещё раз увидят без поводка, то она отдаст приказ убить его, ибо не место таким опасным тварям разгуливать на свободе.

- Ну и какого чёрта ты приперся в поселение? – злобно спросил я, когда мы с Геной вошли в хижину. Лифхель всё ещё дрыхла, пуская слюни уже в гамаки, а вот Ульянка, проснувшаяся ещё ни свет, ни заря, отправилась, судя по всему, к ручью, что протекал неподалеку от поселения. Так как водопровода здесь не было, то местным приходилось мыться или во время дождя, или у ручья, и для этого у них было выделено одно особое место, которое находилось чуть ниже по течению от того места, где они брали воду для питья. Хотя, странно, что Ульянка до сих пор не вернулась - ручей-то находился не так уж и далеко, да и ушла она ещё когда местное светило только-только всходило над миром.

- Беда, Фёдор! – жалобно проскулил Гена. – Ульянка, она… Какой-то тип поймал её и привёл к лодке, и приказал мне, чтобы я и тебя привёл туда! Одного! Без эльфийки, или он убьет Ульяну!

- Что за тип? – мрачно спросил я, поднимая с пола ремень и надевая его на пояс. Чёрт, стоит ли вообще брать оружие? Ладно, возьму, а если понадобится, то брошу его! Ульянка для меня важнее!

- Парень, чернокожий. Он не назвал имени, да и Ульянка его, судя по всему, не знает!

- Чёрт… Так, Гена, если эльфийка проснется, задержи её, понял? Спросит где я, выдумай что-нибудь, что я мыться ушёл, или посрать… Неважно, в общем!

Когда Гена кивнул, я быстро вышел из хижины, и двинулся в сторону океана, туда, где у нас находилась лодка. Хорошо, что я запомнил, как нас вели тёмные эльфы, и всё же хорошо, что мне вернули ремень с оружием, потому что с ним я чувствовал себя гораздо спокойнее. Пускай и знал, что придётся расстаться с ним, если того потребует ублюдок, взявший Ульянку в плен. Я точно решил, что стрелять, и корчить из себя героя, не буду, так как боялся, что на нервах попаду в свою жену. Это с тем идиотом, Игорем, мне просто повезло, да и риска навредить моим девчонкам не было…

Шёл я примерно минут пятнадцать, пока, наконец, не вышел к берегу, и не увидел, что у лодки, на песке, сидит Ульянка, а за её спиной, прижимая к горлу моей жены лезвие одного из моих кинжалов, который я, для защиты, дал Ульянке, стоит Сэм. На его плече сидит рыжий кот-фамильяр, с красными глазами, который увидев меня, громко мяукнул.

- Привет, Фёдор! – невесело поздоровался Сэм. – Я так понимаю, что вот эта – и есть твоя пятая жена, верно?

- Да, моя пятая, но не по значимости, жена, - мрачно кивнул я. Руки я держал над головой, понимая, что если я прикоснусь к револьверу, он тут же перережет Ульянке горло. В его глазах читалась такая ненависть, что я точно знал, что он сделает это не задумываясь.

- Ну, это было не сложно понять, ведь все девчонки, которые крутятся вокруг тебя, рано или поздно ложатся к тебе в постель. Дуры! – фыркнул Сэм. – Ты это… Сними ремень, только медленно и без резких движений, и брось его вперед!

- Скажи Сэм, для чего тебе нужно убивать мою жену? – спросил я, после того, как снял ремень, и бросил его вперед, на песок. Через секунду, откуда-то из леса выбежала мартышка, с горящими красным, глазами, и выхватив из кобуры револьвер, подбежала к Сэму, залезла ему на плечо, и отдала ему мой огнестрел. Сейчас дуло револьвера, который парень держал в правой руке, было направлено на меня, пока лезвия кинжала в левой, было приставлено к горлу шатенки.

- Я не хочу её убивать. Мне нужна только твоя жизнь. Ну, и ещё я хочу Силари, так что думаю, тут дело немного личное. А ещё, думаю, что стоит сказать тебе, что мужики в белой комнате разочаровались в тебе, и решили, что лучше я стану Избранным, чем ты.

- Вот как… Про Силари я тебе ничего не могу сказать, но вот насчет избранности… Если есть возможность отдать тебе эту, нахрен мне не нужную, особенность, то я с радостью отдам тебе! Об этом можно было поговорить и в более спокойной обстановке, и не пугая мою жену.

- Нет, Фёдор, к сожалению избранность может получить лишь тот, кто убьёт Избранного, так что… - Сэм вздохнул, и вытянув правую руку… Выстрелил все шесть патронов, что были в барабане револьвера! Какой же дурак, думал я, свалившись на землю с шестью пулевыми ранениями, что не догадался разрядить револьвер… Ну, не в первый раз уже моя глупость доводит меня до беды, так что тут удивляться нечему.

Лежа на земле, ощущая боль в теле, и почему-то ещё не умирая, я увидел лицо Ульянки, которая со слезами на глазах смотрела на меня. Блин, как же больно… Судя по всему, два патрона попали мне в живот; один в левую ногу, чуть пониже бедра; один в грудь, с правой стороны, кажется, задев легкой, потому что дышать было очень тяжело; ещё один патрон в правую руку, чуть выше локтя, и шестой в правое плечо. Да уж, стрелял Сэм херово, что и говорить… Вот я бы попал в голову!

- Больно… - прошептал я, приподняв левую руку, попытавшись дотронуться до Ульянки. Шатенка, сидевшая слева, заметила мой жест, и взяла мою руку в свои, теплые и дрожащие, и несколько раз всхлипнула. Кажется, несколько её слезинок упали мне на щеку, так как я ощутил в том месте влажность. – Слушай, Ульянка, это и правда очень больно…

- Иванов, не вздумай даже умирать снова! Ты меня понял?! – сквозь слёзы произнесла Ульянка, по щекам которой текли слёзы. – Лифхель… Лиф будет очень плохо, если она потеряет тебя снова! Да и остальным, думаю, тоже…

- А… а что насчет тебя? – с трудом произнёс я, чувствуя, как к горлу подступает какой-то комок. Дышать было очень тяжело, если честно… Каждый вдох отзывался такой болью в правой части груди, что я не мог сдерживать слёзы от боли. Чёрт… как бы мне хотелось закрыть глаза и оказаться сейчас в белой комнате, чтобы исчезла боль, которая уже расползлась по всему телу, но… Если Ивлена узнает, что я умер, она же опять попытается покончить с собой, а Лифхель точно сойдет с ума… Нужно держаться, как бы больно мне не было, ведь у меня есть ради кого жить... Да и к тому же, уверен, что если я помру, они все опять разбегутся кто куда, и хрен знает, в какие неприятности ввяжутся! И даже если я вернусь, в чём я не был уверен, мне же опять их собирать по всему Торунвилю, хех!

Не знаю, что происходило дальше, потому что я, кажется, начал метаться в лихорадке. Всё моё тело горело, и я ощущал лишь сильную боль и жар. А ещё я слышал, как кричала Ульянка, зовя на помощь, и судя по всему, её кто-то услышал, так как через какое-то время меня на что-то положили. Среди множества мужских голосов, я разобрал ещё несколько женских, и один голос был очень знаком… Лифхель… Ну да, это была она, ведь её голос, как и голоса остальных своих девчонок, я узнаю из множества других…

***

Выпустив из револьвера все патроны, Сэм убрал кинжал от горла Ульянки, и подбежав к лодке, стал толкать её в сторону воды. Когда ему это удалось, он запрыгнул в неё, присоединившись к своему фамильяру и призванной мартышке, и схватив весло, начал грести изо всех сил, удерживаясь от того, чтобы не обернуться на крик о помощи, что издавала очередная девка этого озабоченного идиота.

…Сэм грёб до самого вечера, держа путь на север, ориентируясь по солнцу, и только когда стемнело, он бросил весло на дно лодки, и повалился на подстилку, устало вздохнув. Всё-таки, такие физические нагрузки, вроде непривычной гребли, были уже не для него, даже несмотря на то, что он был одним из лучших игроков в регби, в своей школе, но это было несколько лет назад… Сейчас Сэм растерял свою форму, и возможно это от того, что он во всём стал полагаться на призванных зверей, которые были его основной силой, как в уничтожениях монстрах, так и в повседневности.

- Чёрт, надеюсь этот придурок всё-таки сдох, - проворчал Сэм, глядя на ночное небо, покрытое звёздами. Арни, его рыжий кот, прижимался к нему, пристроившись под боком, и громко намурлыкивал, и от этого у парня закрывались глаза. – Интересно, а как понять, получил ли я эту чёртову Избранность или нет? Ладно, фиг с ней, сейчас надо вернуться на континент, и…

Прикрыв глаза, решив не сопротивляться сну, Сэм в скором времени заснул, и как ни странно, но ему приснилась та, которую он вожделел. Силари… О, в эту девушку, с кошачьими ушками и хвостиком, с очень милым личиком, которое невозможно было даже представить, и очень очаровательным голосом, Сэм влюбился ещё с того дня, когда увидел её! Он проводил с ней почти всё время, что они жили в деревне Нижняя, помогал ей, чем только мог, чтобы добиться от неё хотя бы улыбки, но она…

Сладкий сон парня прервал странный стук, донёсшийся из-под лодки, словно кто-то ударился о её дно. Распахнув глаза, Сэм подскочил, и потирая сонные глаза, поглядел по сторонам. Арни, жавшийся к нему, испуганно шипел, надыбив шерсть.

- Эй, ты чего? – удивлённо спросил Сэм, погладив фамильяра по спине. – Вокруг же вроде…

Он не договорил, как в лодку опять что-то ударилось снизу, и её всё пошатнуло, да так, что и парень, и кот, едва не вылетели из неё. Сэм успел схватиться за борт правой рукой, а левой прижать к себе кота, который выпустив когти, прижался к нему.

Когда лодка немного выровнялась, Сэм быстренько уселся на скамейку, и схватившись за вёсла, погрёб дальше, не обращая внимания на ноющие мышцы рук. Как он мог забыть о том, что это вам не Земля, а Торунвиль, где опасных тварей намного больше?!

Но далеко от опасного места он не успел отплыть, ведь нечто, напоминающее огромного ската, размером с кита, вдруг выпрыгнуло из воды, в метрах трёх от лодки, и пролетев над головой Сэма, который в ужасе открыл рот в беззвучном крике, плюхнулось обратно в океан, вызвав немалые волны. Из-за этих волн, лодку стало так сильно раскачивать, что бедный фамильяр Сэма, которого тот снял с себя, когда усаживался за вёсла, вылетел за борт, и стал барахтаться в воде.

- Твою ж… - выругался Сэм, и стал зачитывать заклинание призыва дельфина, но не успел произнести и пары слов, как Арни исчез под водой, а на его месте появилось тёмное пятно. Ну а после… Из воды вновь выпрыгнул тот самый монстр-скат, прямо с того места, где пропал Арни, и всей своей огромной тушей навалился на лодку, погрузив её целиком в воду, вместе с Сэмом.

Барахтаясь в тёмных водах, пытаясь выплыть наверх, последнее, что Сэм увидел, это был огромный зубастый рот…

***

- И вот, ты снова здесь, Сэмюель, - нахмурившись, произнёс мужчина в белой мантии, сидевший за столом. В этот раз он не был чернокожим, что немного удивило Сэма. Да, парень опять оказался в белой комнате, погибнув уже в третий раз. – Что, надеешься опять вернуться в Торунвиль?

- А разве не должен? – пробубнил Сэм. – Вроде как, Избранность же должна быть у меня, ведь к какому-то монстра она же не…

- К сожалению, или к счастью, но ты не смог убить Избранного, и потому ничего особенного в тебе нет, - с неприятной улыбкой на лице, покачал головой жнец. От его слов Сэма перекорёжило, и парень даже не удержавшись, ударил кулаками по столу. Этот чёртов ублюдок… - И твой договор с Алкаэлем был... скажем так, неофициальным, ведь несмотря на то, что Фёдор и правда большинству из нас не нравится, заключать со смертными договор на счёт убийства Избранного – преступление, если говорить вашими словами. Это нарушение тех правил, которых мы должны придерживаться!

- Что… - Сэм встревоженно проглотил ком, застрявший в горле. – Что теперь со мной будет? Если есть выбор, то могу я…

- Ни в коем случае, - покачал головой жнец, и поднявшись из-за стола, подошёл к парню. – Как ни печально, но ты будешь перерождён с нуля, Сэм. Есть несколько правил, которые нельзя нарушать, одно из которых гласит: «Все договора, заключённые со смертными, должны быть одобрены Советом!». Ну а договор с тобой, увы, не был одобрен… Алкаэль уже понёс наказание – его очистили, и переродили смертным! Надеюсь, хотя бы от этой информации тебе немного полегчает.

- Нисколько не полегчало, - пробурчал Сэм, сжимая от злости кулаки. В его мыслях пробегали только воспоминания о том, как он проводил время вместе с Силари, до тех пор, пока его не объял яркий свет, после чего, Сэму стало очень легко, словно все плохие мысли и воспоминания выкинули из его разума, ну а затем исчезли и они, и сама личность Сэма…

Глава 4. Героиня тёмных эльфов

- Ты готова, Ульянка? – спросил я, шлёпнув свою жену по заднице. Она неуверенно переминалась с ноги на ногу, крепко сжимая двумя руками лиану. Поглядев вперёд, на соседнее дерево, на одной из веток которого стояла Лифхель, махая нам, я подтолкнул Ульянку к краю толстой ветки на которой стояли мы с ней. – Давай, шатенка, не бойся!

- Может не надо, а? – испуганно пробормотала Ульянка. – Я… я боюсь высоты! А что если я сорвусь? Сорвусь и упаду?

- Не упадёшь! Лифхель уже прочитала на тебя заклинание левитации, так что можешь не волноваться!

- Тогда… тогда давай ты первым пойдёшь! – Ульянка хотела всучить мне лиану.

- Нет уж, если я прыгну первым, тогда ты точно не прыгнешь! К тому же, мы с Лиф делали это уже неоднократно! И всё было хорошо! А как ты понимаешь, если я не свалился и ничего себе не сломал, с моей-то удачей, то и тебе ничего не грозит!

- Н-но… под нами метров десять! – Ульянка издала стон, и отошла от края. – Фёдор…

- Ульянка, блин, давай уже! – закричала Лифхель, держась правой рукой за ствол дерева, а левой подзывая Ульяну. – Не бойся! Это весело!

- Для вас, двух идиотов, вообще всё, что опасно, весело! – вздохнула шатенка, и вдруг выпустив из рук лиану, прижалась ко мне. – Не буду я прыгать! Не буду! И вообще, я больше с тобой не разговариваю! Рыжая, спускай меня отсюда!

Фыркнув, Лифхель медленно опустила Ульянку магией с ветки дерева, и когда шатенка, улеглась на траву, закрыв лицо руками, так сильно дрожа, что я даже отсюда видел это, и что-то недовольно ворча, эльфийка магией подтолкнула мне лиану. Схватившись за неё, я подошёл к краю ветки, и выдохнув, прыгнул.

Пусть это и был уже не первый раз, когда я на лиане прыгал с одной ветки на другую, но всё же, это было незабываемое чувство! В такие моменты я ощущал себя Человеком-Пауком, который летит на паутине между небоскрёбами… Только небоскрёбы заменяли толстые деревья, а вместо тонкой паутины, была одна толстая ветвь лианы!

Приземлившись на ту ветку, на которой стояла Лиф, тут зааплодировавшая мне, я отвесил лёгкий поклон своим фанаткам, которых рядом было всего две, пускай одна из них лежала на траве, стона и что-то ворча. Когда мы с Лиф спустились на землю, мы улеглись на траву, по обе стороны от Ульянки и поглядели на шатенку.

- Вы какие-то конченные… - пробормотала она, открыв левый глаз, глядя на нас с Хвостиком по очереди. – Почему вам не сидится на одном месте? И ещё меня пытаетесь втянуть в свои дурацкие игры?

- Ты же вроде сказала, что не разговариваешь со мной, - усмехнулся я, попытавшись обнять Ульянку, но та недовольно оттолкнула мою руку, фыркнув.

- Не разговариваю! Я Лиф спрашиваю!

- Ну, Ульяна, сидеть на одном месте слишком скучно, ибо наш злейший враг не дремлет, и когда мы лишь на минутку расслабимся, он посылает на нас своих прислужников! – широко улыбаясь ответила эльфийка. От её слов Ульянка нахмурилась ещё сильнее, чем была, и недовольно поглядела на меня.

- Так, я смотрю твоё влияние на эльфийку становится всё сильнее! То «блины» начинает вставлять, теперь уже говорит твоими фразами, которые не имеют никакого смысла…

- Ну почему же не имеют? Имеют, Ульянка! Лиф имела ввиду, что скука - наш злейший враг, и если мы не начнём избавляться от него, то начнём сходить с ума! А если мы с ней начнём сходить с ума… то наши развлечения станут куда более неадекватны! А пока, прыгая по лианам, тем самым развлекаясь, мы с Хвостиком не угрожаем жизни и психике ни одному живому существу! Как-то так, хех!

- Вы мне угрожаете! – в очередной раз фыркнула Ульянка. – Затащили меня на какое-то дерево, да ещё и на такую высоту, хотели, чтобы я прыгнула, словно я Тарзан какой-то…

- Не, Ульянка, ты не Тарзан! Тут скорее я – Тарзан, а Лиф… блин, Лифхель, ты никак не можешь быть Джейн, ведь Джейн на континенте, так что ты… ты одна из мартышек!

- Что?! – возмутилась Лиф, поднимаясь на ноги. Я тоже подскочил, и успел немного отбежать в сторону, нагловато усмехаясь. – Что вы сейчас сказали?! Кто мартышка?!

- Лиф! Лиф! Я не хотел тебя оскорбить, честно! Просто… неудачная шутка! А ты сама знаешь, что мои шутки – тупые! – я медленно попятился назад, и вдруг уткнулся спиной в дерево. Мамочки! Кажется, я влип, судя по красным глазам Лиф… Она что, в демона превращается?! – Лифхель! Лиф! Успокойся!

Но Лифхель уже было не остановить! Крича и визжа, она набросилась на меня, чуть ли не с кулаками, но я сумел увернуться, и бросился бежать прочь, слыша позади громкий злобный смех Ульянки. Не знаю, куда я бежал, но мне было без разницы, главное – спастись от эльфийки, которая почти наступала мне на пятки, несколько раз несильно ударив меня по спине. Господи, если я выживу, то я никогда больше не буду глупо шутить! Но ведь правда, Лиф не может быть Джейн, а других девок у Тарзана я что-то не помню…

Вообще, пока я тут бегу от пышущей яростью эльфийки-рабыни, понимая, что если она меня догонит, то мне мало не покажется, думаю стоит рассказать, что уже прошёл месяц, с тех пор как Сэм всадил в меня шесть патронов. Весь этот месяц я пил какие-то настойки, лежал на меховой подстилке, тискал своих девчонок (Ну а как иначе, верно?), они тискали меня, особенно Лиф, которая в первые дни знатно отыгралась на мне, кормя и поя меня тем, что говорила шаманка, так как меня посадили на какую-то диету. Ну, что хорошо, все мои раны прошли довольно быстро и даже лёгкое затянулось, ведь местные настойки были, по сути, зельями лечений, что популярны на континенте и Ийтмуле. А они работают почти так же, как и исцеляющая магия жрецов, регенерируя твоё тело… пусть и не так эффективно! Так что сейчас, в данный момент, я был в полном порядке, и не было никаких проблем с дыханием и со всем остальным.

А ещё наверно, стоит рассказать о большой потере и Сэме. В общем, когда Сэм выпустил в меня весь барабан, он отпустил Ульянку, которая со слезами бросилась ко мне, а сам быстренько прыгнул в нашу лодку и уплыл в неизвестном направлении. И… этот ублюдок прихватил с собой один из моих дешёвых кинжалов и револьвер! Да, револьвера у меня больше нет, из-за чего я чувствовал себя не в своей тарелке. Блин, он же столько раз спасал мне жизнь, а теперь… Я ему так и не дал имя, о чём теперь сожалею! Ладно хоть, я не остался совсем уж безоружным, ведь у меня осталось ещё два кинжала – Зуб Феофела и ещё один дешевый, но… Это же револьвер! Потеряв его, я словно потерял некую индивидуальность! Ну, если не считать пятерых жен, конечно… Но, блин, револьвер-то он был единственным, на весь Торунвиль, и кто знает, где он сейчас… Эх, наверняка этот говнюк, если он доплывёт до континента, найдёт себе кузнеца, который сможет сделать ему патроны, и будет пользоваться им! Ну и хрен с ним, пусть подавится, зато у него никогда не будет таких девчонок, как у меня!

А может и будут, ведь на Ийтмуле и в Гиблых землях, полигамию никто не отменял…

***

- Ну, всё, хватит! – взвизгнула Лифхель, и произнеся магические слова, щёлкнула пальцами, из-за чего я свалился на траву, связанный своими, уже, можно сказать, любимыми, магическими путами. Мы отбежали уже довольно далеко от поселения тёмных эльфов, и если честно, эта местность была мне незнакома, хотя мы с девчонками за время пребывания на этом острове, успели обойти ближайшие окрестности.

- Лиф! Лиф! Успокойся! – я медленно стал отползать назад, пока эльфийка медленно приближалась ко мне, с очень нехорошей улыбочкой на личике. Чё-то мне жутко даже немного стало, и по спине пробежал холодок, хотя жара стояла невыносимая… – Прости, Хвостик, милая!

- Нет, вы обидели меня, и должны быть наказаны! Всё, хозяин, я с вами тоже больше не разговариваю! – Лифхель встала рядом со мной, и освободив меня от магических пут, надула щёки. Поднявшись на ноги, я облегчённо вздохнул, и уже подумал, что всё обошлось, как эльфийка вдруг ляпнула такое, отчего я застыл на месте: - А ещё вы на месяц наказаны! Никакого секса!

- Слышь, рыжая, думаешь для меня это страшное наказание? У меня есть Ульянка! Да и печать, вроде как, у тебя никуда не делась… - последние слова я произнёс как бы невзначай, но это дало свой эффект: Лифхель, и впрямь поверив, что я смогу воспользоваться своей властью хозяина, отвернулась от меня, надув щёки, и обиженно отвернувшись.

- Не-а! – вдруг громко произнесла Ульянка, выбегая из-за деревьев к нам и переводя дыхание. – Не знаю, о чём у вас разговор, но я согласна с Лиф. И попробуй только приказать ей! А то как только воссоединимся с остальными, я им всем расскажу об этом, и думаю, Джейн тебя точно не похвалит!

- А, вообще плевать! – махнул я рукой. – Я два месяца жил на Ийтмуле, где бегало много голых рабынь, часть из которых были довольно… сочные, и ничего, выдержал! Даже ни одну не купил, хотя мог, ведь деньги были! Ну, ты, конечно, не считаешься… Да и с Лиф, мы поначалу делили одну комнату, даже не смотря на то, что не очень хорошо знали друг друга, так что… вы бы знали, как тяжко жить парню в одной комнате с почти незнакомой девушкой! Да ещё и с такой… Да ещё и зная при этом, что стоит лишь приказать, и она…

Пока рыжая и шатенка что-то обсуждали друг с другом, видимо придумывая для меня что-то плохое, я медленно двинулся к скале, которую заметил немного дальше. В этих местах я ещё не был, хотя мы с Лиф успели осмотреть все окрестности вокруг поселения дроу. А раз мы с ней тут не были, то что? Правильно, нужно сунуть свой нос в пещерку, вход в которую располагался в скале. Причём вокруг этой пещерки, как на деревьях, так и на скале, висела большая паутина, словно предупреждающая о том, кто может проживать в этой пещере. В этой паутине были запутаны множества насекомых, вроде комаров, стрекоз, лягушка и даже змея. А ещё я заметил маленькую птичку, напоминающую колибри, что запуталась в паутине висевшей на дереве слева, в нескольких метрах над землей.

- Чё за…? – пробормотал я, подойдя ко входу, и увидев, что рядом с ним, на земле, валяется лук. Судя по всему принадлежащий какому-то тёмному эльфу, ведь на этом острове больше никто не живет. Да и на всём архипелаге тоже, вроде как. Причём, не факт, что дроу был из того поселения, где жили мы, ведь таких поселений на острове три, вместе с нашим.

- Ты куда это собрался?! – вдруг схватила меня за руку Ульянка, вместе с Лиф подошедшие ко мне. Лифхель тут же вытянула руки, и направив их на птичку, сожгла паутину вокруг неё, освободив бедолагу, тут же улетевшую в джунгли. – Хочешь опять влипнуть в неприятности?

- Я-то нет, а вот кто-то из дроу, судя по всему, уже влип, - я рукой показал на лук. Выхватив оба кинжала (ремень я с собой носил постоянно), я вопросительно взглянул на девчонок. – Не хотите узнать, что там внутри?

- Нет!

- Хочу!

Ясное дело, что согласившейся была Лифхель, тут же вцепившаяся в мою левую руку, и прижавшись к ней своей грудью, а Ульянка недовольно вздохнула. Мы с эльфийкой таращились на шатенку некоторое время, пока она, не выдержав наши взгляды, махнула рукой, и вцепилась в руку Лифхель. Эльфийка, тут же заулыбавшись, наколдовала магические огоньки, и мы втроём медленно двинулись в пещеру, которая наверняка кишит арахнидами, ну или же проще говоря, большими пауками. Однажды мы сталкивались с этими монстрами, ещё когда жили в Вордисе, когда с нами был Орлук, а Ивлена и Джейн были лишь нашими товарищами. Помню тот случай очень даже хорошо, ведь тогда я умудрился влипнуть в паутину, а Лиф, под весёлый смех блондинки, пришлось аккуратно выжигать её, чтобы не навредить мне. Помню, как мне потом пришлось долго отстирывать одежду, чтобы отодрать от неё кусочки паутины, почти намертво приклеившейся к ней.

- Объясните мне, глупой, зачем мы вообще потащились сюда? – тихо простонала Ульянка, пока мы шли по пещере, стены и потолок которой были обвиты паутиной. Нет, во многих пещерах, конечно, встречалась паутина, но не такими огромными кусками, и не так часто, как здесь.

- Ну как зачем? Поубивать пауков, конечно! – усмехнулся я. – А ещё попробовать помочь тёмным эльфам, которые могут быть живы. Да и если честно… должны же мы отплатить чем-нибудь дроу за то, что приютили нас на время, дали одежду и еду. Ну и меня подлечили!

- А я ведь тоже помогала лечить вас! – произнесла Лиф, гордо задрав нос. Ну, тут даже не было смысла что-то говорить, ведь Лиф, как обычно, была очень полезна даже при моём лечении. Ведь именно она, с помощью магии слабого телекинеза, которой открывала засовы и замки на дверях, вытащила из моего тела пули, так что, благодаря Лиф, в моей тушке не было чужеродных организмов.

- Знаешь, вообще-то я тоже не сидела без дела, - пробормотала Ульянка, но Лифхель видимо специально проигнорировала её слова, вышагивая так, словно она вылечила не одного какого-то хамоватого идиота-зануду, а половину всех важных людей, эльфов и нэко в Торунвиле.

Ну а вообще, да, Ульянка тоже помогала не меньше, меняя мне повязки, помогая пить и есть, ну и водить меня в туалет, потому что строить из себя лежачего, мне не сильно хотелось, пускай целители в поселении и говорили, что мне не следует вставать.

***

…Наш путь по пещере продолжался уже, наверно, минут десять, когда на нас, наконец, с потолка, который в том месте был высотой метров пять, напали большие пауки. Спрыгнув едва ли не на наши головы, они громко заклацали своими жвалами, глядя на нас своими многочисленными глазами. Их было четыре, и каждый размером с сенбернара. Когда они опустились перед нами, Ульянка завизжала, и развернувшись, бросилась бежать назад, потащив за собой Лиф, которая начав зачитывать заклинание, охнула, и едва не упала, прервав магию. Пока Ульянка улепётывала со всех ног, а Лифхель визжала, крича, чтобы шатенка, тащившая рыжую за собой, отпустила её, мне пришлось в одиночку расправляться с пауками. Ловко извернувшись, я воткнул в маленькую голову кинжал первому пауку, увернулся от жвал второго, одновременно с тем сделав резкий выпад по брюшку третьего. Отпрыгнув в сторону, я отрубил тонкую лапку четвертому пауку, а потом воткнув кинжал ему между жвалами, повернулся ко второму.

- Ну давай, - хмыкнул я, но паук ничего сделать не успел, так как произошла вспышка, и паук улетел куда-то в темноту, сгорая заживо изнутри. Вздохнув, я повернулся к Лифхель, которая, обиженно потирая левую руку, подошла ко мне.

- Ульяна, кажется, убежала в поселение… - сказала эльфийка, вновь хватая меня за руку.

- Ясно. Значит, дальше мы идем вдвоём. Ну, ничего не поделаешь! Хотя, если честно, я удивлен, что она такая трусишка. В школе, да и не только, она была такая крутая, что всем подряд дерзила, а сейчас…

- Видимо притворялась.

- Видимо… ну ладно, ты-то хоть не боишься?

- Что мне какие-то пауки-переростки, - фыркнула Лиф, зачем-то рукой расправив волосы. – Единственное, что я боюсь – это слизни и… потерять вас, хозяин.

- Хм, ну раз такое дело, то может, ты и наказание отменишь?

- Нет! Хоть я и ваша рабыня, но и ваша жена, причем законная! И я обиженна на вас, за то, что обозвали меня! – немного подумав, Лиф добавила: - Ну и за то, что вообще подумали о том, чтобы воспользоваться своей властью хозяина!

Мы продвигались дальше, и уже успели убедиться, что пещера была больше, чем казалась на первый взгляд. Несколько раз мы с Лиф натыкались на развилку, и выбирали самый актуальный вариант, чтобы не заблудиться на обратном пути – шли всегда налево. Пару раз мы ещё натыкались на пауков-мутантов, и мне даже не пришлось ничего делать, ведь ими занималась Лифхель, выпуская из кончиков пальцев свои любимые самонаводящиеся снаряды. Ещё несколько раз мы с ней натыкались на коконы, и… иссушенные тела тёмных эльфов, м-да. Зрелище было жуткое, что уж говорить – представьте себе скелет, на который натянута кожа угольного цвета, с несколькими дырками, через которые пауки высасывали внутренние органы… Ну нахер!

А вот в одном из коконов, которые я разрезал кинжалом, мы нашли ещё живого тёмного эльфа, увидев лицо которого, я тут же узнал его. Он был охотником, из того поселения, в котором мы жили, и ушёл вчера с утра на охоту, если я правильно помню. Не было ничего удивительного в том, что охотники не возвращаются по несколько дней, и потому никто не стал бить тревогу. А думается мне, что нужно было…

- Я тебя не понимаю, дружище, - покачал я головой, когда эльф, опираясь на моё плечо, стал что-то говорить, указывая в глубину пещеры. Лифхель, нахмурившись, прошла немного поглубже, и наколдовав множество магических огоньков, отправила их вперед, осветив всё вокруг. Ничего подозрительного не было, лишь земляной туннель, в котором почти повсюду свисала паутина… Когда я шагнул к рыжей, решив, что нужно двигаться дальше, эльф вдруг задёргался, и отцепившись от меня, упал на землю и пополз в сторону выхода. Мы с Хвостиком удивлённо уставились на него. Так, что-то странное… вряд ли опытный охотник станет бояться обычных пауков, пускай и гигантских, которые всё же не были редкостью в Торунвиле и на островах, и уж тем более попадётся в их лапы.

- Мы пойдём дальше? – спросила Лиф, когда охотник-дроу скрылся в темноте.

- Угу. Надеюсь, мужик не заблудится в пещере… Как думаешь, что могло его так напугать?