Скрипуны

– Почему я должна надевать эту вонючую штуковину? – заныла Элла, когда они поставили ее в центре комнаты Люси, прямо на нарисованную мелом букву Э.

– Ну, тогда страшные истории покажутся еще более страшными. Понимаешь, скверный запах и всё такое… – солгал Норман.

– Гм… да… это усиливает эффект, – добавила Люси.

– Ладно, – неуверенно пробормотала Элла, когда тяжелая вонючая куртка упала ей на плечи, накрыв розовую шелковую пижаму. На Люси и Нормане были халаты поверх обычной одежды. Норман надел скаутскую форму, а Люси – свой любимый джинсовый комбинезон. Так что, хотя они выглядели так, будто собираются лечь в постель, они были полностью готовы к приключениям.

– Почему у тебя в комнате так грязно? – спросила Элла.

– Потому что мамы нет, и убирать некому! – солгала Люси, почувствовав, как неприятно скрутило живот. Она ненавидела врать, даже Элле Нойинг.

– Ну и где?.. – спросила Элла, протягивая ручки.

– Вот, держи. Целый пакет маршмеллоу, как ты просила, – сказала Люси.

– О-о-о, мои любимые! – воскликнула Элла, одним движением разорвала пакет и принялась жевать, выбирая свои любимые конфеты – розовые.

Они выключили свет, уселись вокруг фонарика, который принес Норман, и начали рассказывать друг другу жуткие истории: «Дом с привидениями», «Ночь живых мертвецов. Золотая рыбка» и любимый ужастик Нормана – «Монстры в палаточном лагере Колд Крик».

– И совсем не страшно! – заныла Элла. – Вы противные… Я-то думала, мы будем рассказывать действительно страшные истории, а вы – трусишки!

Внезапно где-то в Уиффингтоне зазвонил церковный колокол. Его звон был хорошо слышен в темноте, царившей за окнами.

– О, слышите? Полночь наступила, – взволнованно заметила Элла.

– А знаешь ли ты, Элла, что случается в полночь? – спросила Люси.

– Голова Нормана снова превращается в тыкву? – захихикала Элла.

– Нет… В это время выходят Скрипуны… – сказала Люси.

Элла перестала жевать и замерла с полным ртом розовых маршмеллоу.

– Кто выходит?..

– Скрипуны. Ты ведь слышала о Скрипунах, правда? – спросил Норман.

– Да… О, Скрипуны, конечно! Я знаю о Скрипунах всё. Наверняка я знаю о них больше, чем вы, – ответила Элла. Люси знала, что она врет. – Но, может быть, вы мне напомните…

– Скрипуны – это существа, которые прячутся у тебя под кроватью, – сказала Люси.

– Скрипуны – это существа, которые наполняют твои сны ночными кошмарами, – добавил Норман.

– Ну, это глупости, и мне не страшно. Это всего лишь сказки, – солгала Элла.

– Все так думают, но есть только один способ сделать так, чтобы Скрипуны не похитили тебя ночью, – сказал Норман самым жутким голосом, на который только был способен. (Получалось у него не очень хорошо).

– И что нужно сделать? – спросила Элла.

– Не спать всю ночь, – ответил Норман.

– И не ложиться в постель, – добавила Люси.

Элла растерялась. Теперь она выглядела так, как будто ей вдруг захотелось вернуться к совсем-не-страшным-историям.

– Ну ладно, хватит историй! – беззаботно сказал Норман, выключил фонарик и залез на кровать. – Я буду спать. Доброй вам ночи!

– Подожди! Ты что, ложишься? А если придет Скрипун? – жалобно пропищала Элла.

– Это всего лишь сказки, ты же сама сказала, – сказал Норман, перевернулся на другой бок и накрылся с головой одеялом.

– Знаешь, мне что-то тоже захотелось спать! – сказала Люси и забралась в платяной шкаф, где уже были приготовлены подушка и одеяло. Она прикрыла дверцу, оставив только щелочку, сквозь которую видела Эллу.

– Вы что, спятили? – вскричала Элла. – Если Скрипуны выползут, а вы заснете, вам конец! Вы должны не спать всю ночь! – Она распласталась на полу, вглядываясь в тени под кроватью.

Прямо на месте, отмеченном буквой Э.

– Хорошо, будем дежурить по очереди. Ты первая, Элла, – сказала Люси и улыбнулась, уютно устраиваясь в своем гнездышке внутри гардероба. И хотя она не видела Нормана, она знала, что он тоже улыбается. Всё шло по плану.

Пока…

Глава 11

Поймать Скрипунов

Люси и Норман лежали очень тихо и прикидывались спящими, а сами прислушивались. Элла по-прежнему сидела на полу, слишком испуганная, чтобы пошевелиться или заснуть. Она просто сидела и ждала, чтобы поскорее взошло солнце, и эта жуткая ночь закончилась.

Идеальная приманка для Скрипуна.

У Люси не было никаких шансов уснуть в ту ночь. Во-первых, она боялась, что папину куртку утащат странные существа, выползшие из-под кровати. Когда глаза привыкли к темноте, она стала различать вещи, окружавшие ее в шкафу. Ее любимые второй и третий комбинезоны висели прямо у нее над головой. В углу возвышалась гора обуви. И вдруг что-то еще привлекло ее внимание. На внутренней стороне двери было что-то написано. Здесь на протяжении многих лет отмечали ее рост… Конечно, Люси видела эти отметки каждый раз, когда открывала шкаф. Но, как всегда бывает с тем, что видишь слишком часто, в конце концов, она перестала их замечать.

Теперь у нее появилось время как следует их рассмотреть, и она поняла, как интересно смотреть на свидетельства того, какой она была маленькой и как выросла с тех пор. Она рассматривала отметки, на которые в приоткрытую дверцу падала полоска света, и вдруг заметила нечто особенное. На дверце маркером было написано и она узнала папин почерк: только он так писал букву с дополнительной петелькой на хвостике. Сердце Люси бешено заколотилось, ведь она увидела сейчас напоминание об отце, то, о чем она уже забыла.

Она не помнила, кто и когда начал делать эти отметки. Она прищурилась и посмотрела на самые нижние, возле своих ног. Там аккуратным маминым почерком с идеальным наклоном было выведено:

Ее имя поднималось по двери всё выше, а сама она становилась старше. На самом верху Люси заметила кое-что еще.

Там была еще одна надпись. Слишком высоко, чтобы это могла быть очередная отметка о росте Люси. Она осторожно привстала и смогла разобрать: а еще выше

Люси вдруг почувствовала что-то новое… Она была в безопасности и тепле, как будто ее обняли. Слова написанные почерком родителей, вернули ей то ощущение, которое могут подарить друг другу только самые близкие люди. Ей стало очень уютно в ее гнездышке, как будто оставшийся снаружи мир-без-взрослых вдруг исчез. Как будто вся ее семья, они втроем, снова собрались вместе, в этом шкафу.

Приятные размышления прервал удар колокола на уиффингтонской башне с часами.

Наверное, уже поздно, – подумала Люси, считая удары.

Уже три часа утра?! – подумала она. – Как быстро пролетело время!

И вдруг она услышала…

Не скрип, а зевок. Это зевала Элла.

Люси выглянула в щелку и увидела, что Элла сонно потягивается и потирает глаза. Очевидно, наш жуткий рассказ о Скрипунах, который должен был не позволить Элле уснуть, оказался недостаточно жутким, – подумала она.

А потом Люси услышала другой звук.

Еще один зевок.

На этот раз это был Норман.

Бесполезный мальчишка! – подумала Люси, глядя на Нормана, который сладко устроился на ее подушке и уже начинал дремать.

Но Люси не покидало ощущение, что что-то не в порядке. Она снова выглянула из своего шкафа и увидела нечто поразительное.

Облачко золотистой пыли разлеталось по комнате и, пролетая мимо Нормана и Эллы, попадало им в глаза.

Сердце Люси остановилось. Элла и Норман не засыпали: их усыпляли! Она видела, как пыль оседает в уголках их глаз, и они погружаются в глубокий-глубокий сон.

Люси вдруг поняла, что сонные глаза Нормана и Эллы – не единственные глаза, которые она видит.

Они были здесь.

Четыре пары черных глаз-бусинок выглядывали из-под кровати, прячась в тени.

Люси задрожала от страха. Но глаза смотрели не на нее. Ее они пока не заметили. Они смотрели на Эллу, завернутую в куртку, и соблазнительно-гадкий мусор, рассыпанный по комнате.

– Они спать, – прохрипел голос в темноте. – Сонна Пыль работать на славу!

– Ребятенки надолго хрр-хрр, – проворчал другой. – Глупа девчонка позвать мелкого мальчишку. Эй, смотри-ка! Да енто тот ребятенок, что через дорогу живайт! Он нам не помешать! – И они засмеялись.

Отлично, – подумала Люси. Скрипуны решили, что Элла, сидевшая в яркой куртке, это она. Всё, как они с Норманом и планировали.

– Пора цап! Ее и куртку, – прошипел третий голос.

Люси заметила в тени какое-то движение. Живот у нее свело от страха, руки покрылись мурашками, а волосы на голове встали дыбом, когда четыре Скрипуна выползли из темноты, и Люси впервые их увидела.

Кожа у них была черной, как патока, и липко блестела, как у слизняка. Уши с прожилками напоминали увядшие капустные листья, длинные острые когти клацали по полу. За каждым тянулся мерзкий хвост, похожий на коричневую банановую кожуру.

Один за другим они встали на ноги. Они были такие маленькие, что помещались под кроватью Люси в полный рост.

Люси прищурилась. Из своего укрытия в шкафу она видела их как на ладони…

Длинные руки у одного из них были, словно веснушками, покрыты болячками.

У другого руки шелушились, и Люси вспомнила, как во время каникул она обгорела на солнце.

У самого пухлого из огромных ушей торчали пучки шерсти, а живот был похож на мяч.

У последнего Скрипуна, явившегося из темноты, на спине были торчащие во все стороны шипы.

Он был главным – Люси сразу догадалась, увидев, как остальные Скрипуны расступались перед ним, когда он скрипел по деревянным половицам на самую середину комнаты.

Люси затошнило. Скрипуны оказались самыми мерзкими существами, которых ей когда-либо приходилось видеть. Но самое отвратительное ожидало ее впереди.

– Глянь-ка сюды! – сказал жирный и круглый, подбирая с пола кусок испорченной пиццы с пушистой зеленой плесенью на корочке. Норман вытащил ее из мусоровоза, решив, что она станет отличной приманкой для Скрипунов. И не ошибся! – подумала Люси и отвернулась, чтобы не видеть, как существо жадно обнюхивает пиццу.

– Шварк енто на место, Вонючка! Мы тута не за этим! – прошипел лидер.

Вонючка? Какое ужасное имя! – подумала Люси. Но тут Вонючка пукнул, и Люси сразу поняла, почему его так прозвали.

– Ворчун, да ты поглядь, како богачество! – воскликнул Вонючка, рассматривая тропу из мусора.

Ворчун? Еще хуже, чем Вонючка! – подумала Люси, но это имя очень подходило существу с шипами на спине и хмурым лицом.

– Ён прав! Цап енто, Ворчун. Оченна прекрасное, не будем…

– Шварк! – выпалил Скрипун с болячками, перебив Скрипуна с шелушащейся кожей.

– Нюхач, цыц, когда я говорить!

– Звиняй, Царапун, звиняй! Опять забывать! – извинился Нюхач.

Ворчун, Вонючка, Нюхач и Царапун. Люси повторила про себя их имена. Омерзительные имена омерзительных существ.

– Лады. Тока быстр-быстр скрипаем! – сказал Ворчун, и четыре Скрипуна стали делать нечто странное. Вытянув липкие руки и ноги, они стали кататься по комнате. Они катались по сочным кускам пиццы, по пустым коробкам из-под хлопьев, по старым бутербродным коркам, по потерявшему пару грязному ботинку, по остаткам ужина и всему остальному мусору, и Люси вдруг заметила, что всё это пристает к их липкой коже.

Когда они накатались вдоволь и встали на ноги, пол был чистый, а Скрипуны покрылись мусором, от липкой головы до пальцев ног.

Это было самое странное зрелище, которое Люси когда-либо доводилось видеть. Четыре необыкновенных маленьких существа, покрытых мусором и грязью!