Английский язык с Дж. Р. Р. Толкиеном. Хоббит

The dark came into the room from the little window that opened in the side of The Hill; the firelight flickered — it was April — and still they played on, while the shadow of Gandalf’s beard wagged against the wall. The dark filled all the room, and the fire died down, and the shadows were lost, and still they played on. And suddenly first one and then another began to sing as they played, deep-throated singing of the dwarves in the deep places of their ancient homes; and this is like a fragment of their song, if it can be like their song without their music.

Far over the misty mountains cold (далеко, через мглистые, холодные горы)

To dungeons deep and caverns old (к глубоким темницам и старым пещерам)

We must away ere break of day (мы должны, отправиться до рассвета; break — пролом, прорыв, первое появление)

To seek the pale enchanted gold (чтобы искать тусклое заколдованное золото).

The dwarves of yore (гномы, что были давным-давно; yore — былое) made mighty spells (навели могущественные чары),

While hammers fell (пока молоты падали) like ringing bells (как звенящие колокола)

In places deep (в глубоких местах), where dark things sleep (где спят загадочные: «темные» вещи),

In hollow halls (в пещерах: «полых залах») beneath the fells (под холмами/горами).

For ancient king and elvish lord (для древнего короля и повелителя эльфов)

There many a gleaming golden hoard (там много сверкающих золотых запасов = сокровищ)

They shaped and wrought (они обрабатывали и создавали; to shape — придавать форму; to work (wrought — уст. прош. вр.) — делать, выполнять, совершать), and light they caught (и свет они улавливали)

To hide in gems on hilt of sword (чтобы прятать /его/ в драгоценные камни на рукоятке меча).

On silver necklaces they strung (на серебряные ожерелья они нанизывали; to string)

The flowering stars (цветущие/расцветающие звезды), on crowns they hung (на короны они подвешивали; to hang)

The dragon-fire (огонь дракона), in twisted wire (в крученую проволоку)

They meshed the light of moon and sun (они улавливали /как в сети/ свет луны и солнца).

Far over the misty mountains cold (далеко, через мглистые, холодные горы)

To dungeons deep and caverns old (к глубоким темницам и старым пещерам)

We must away ere break of day (мы должны, отправиться до рассвета)

To claim our long-forgotten gold (чтобы потребовать наше давно забытое золото).

Goblets they carved there for themselves (кубки они вырезали там для себя)

And harps of gold; where no man delves (и арфы из золота, где никто не роет)

There lay they long, and many a song (там они лежали долго, и многие песни)

Was sung unheard by man or elves (были спеты, неслышимые ни человеком, ни эльфами).

The pines were roaring on the height (сосны шумели на высоте/вершине),

The winds were moaning in the night (ветра стонали в ночи).

The fire was red, it flaming spread (огонь был красен, он распространял пламя);

The trees like torches blazed with light (деревья, как факелы, сверкали светом).

The bells were ringing in the dale (колокола звонили в долу)

And men looked up with faces pale (и люди смотрели вверх с бледными лицами);

Then dragon’s ire more fierce than fire (затем ярость дракона, более свирепая, чем огонь)

Laid low their towers and houses frail (разрушила: «положила вниз» их башни и хрупкие дома).

The mountains smoked beneath the moon (горы дымились под луной);

The dwarves, they heard the tramp of doom (гномы, они слышали поступь судьбы).

They fled their hall to dying fall (они бежали из своего зала к умирающему падению = к гибели)

Beneath his feet, beneath the moon (под его /дракона/ ногами, под луной).

Far over the misty mountains grim (далеко, через мглистые, мрачные горы)

To dungeons deep and caverns dim (к глубоким темницам и сумрачным пещерам)

We must away ere break of day (мы должны, отправиться до рассвета),

To win our harps and gold from him (чтобы отвоевать наши арфы и золото у него)!

dungeon [ˈdʌndʒǝn] cavern [ˈkævǝn] enchanted [ɪnˈtʃɑ: ntɪd] yore [jɔ: ] beneath [bɪˈni: Ɵ]

“Far over the misty mountains cold To dungeons deep and caverns old We must away ere break of day To seek the pale enchanted gold. The dwarves of yore made mighty spells, While hammers fell like ringing bells In places deep, where dark things sleep, In hollow halls beneath the fells. For ancient king and elvish lord There many a gleaming golden hoard They shaped and wrought, and light they caught To hide in gems on hilt of sword. On silver necklaces they strung The flowering stars, on crowns they hung The dragon-fire, in twisted wire They meshrd the light of moon and sun. Far over the misty mountains cold To dungeons deep and caverns old We must away ere break of day, To claim our long-forgotten gold. Goblets they carved there for themselves And harps of gold; where no man delves There lay they long, and many a song Was sung unheard by man or elves. The pines were roaring on the height, The winds were moaning in the night. The fire was red, it flaming spread; The trees like torches blazed with light. The bells were ringing in the dale And men looked up with faces pale; Then dragon’s ire more fierce than fire Laid low their towers and houses frail. The mountains smoked beneath the moon; The dwarves, they heard the tramp of doom. They fled their hall to dying fall Beneath his feet, beneath the moon. Far over the misty mountains grim To dungeons deep and caverns dim We must away ere break of day, To win our harps and gold from him!

As they sang (когда они пели) the hobbit felt the love (хоббит почувствовал, как любовь) of beautiful things made by hands (к прекрасным вещицам, сотворенным руками) and by cunning (и умелостью) and by magic (и волшебством) moving through him (движется в нем), a fierce and jealous love (неистовая и ревнивая любовь), the desire of the hearts of dwarves (страсть, /наполняющая/ сердца гномов). Then something Tookish woke up inside him (затем, что-то «туковское» проснулось внутри него), and he wished to go and see the great mountains (и ему захотелось отправиться и увидеть великие горы), and hear the pine-trees and the waterfalls (и услышать сосны и водопады), and explore the caves (и исследовать пещеры), and wear a sword (и носить меч) instead of a walking-stick (вместо трости: «палки для ходьбы»). He looked out of the window (он выглянул в окно). The stars were out in a dark sky (звезды горели: «были наружу» в темном небе) above the trees (над деревьями). He thought of the jewels of the dwarves (он думал о драгоценностях гномах) shining in dark caverns (сверкающих в темных пещерах). Suddenly in the wood beyond The Water (внезапно, в лесу, за Водой) a flame leapt up (внезапно появилось пламя; to leap (leapt/leaped) — прыгать, перескакивать) — probably somebody lighting a wood-fire (возможно, кто-то разжег костер) — and he thought of plundering dragons (и он подумал о разбойничающих драконах) settling on his quiet Hill (водворяющихся на его мирном Холме) and kindling it all to flames (и раздувающих по нему всему пламя).

magic [ˈmædʒɪk] fierce [fɪǝs] jealous [ˈdʒelǝs] desire [dɪˈzaɪǝ]

As they sang the hobbit felt the love of beautiful things made by hands and by cunning and by magic moving through him, a fierce and jealous love, the desire of the hearts of dwarves. Then something Tookish woke up inside him, and he wished to go and see the great mountains, and hear the pine-trees and the waterfalls, and explore the caves, and wear a sword instead of a walking — stick. He looked out of the window. The stars were out in a dark sky above the trees. He thought of the jewels of the dwarves shining in dark caverns. Suddenly in the wood beyond The Water a flame leapt up — probably somebody lighting a wood-fire — and he thought of plundering dragons settling on his quiet Hill and kindling it all to flames.

He shuddered (он вздрогнул); and very quickly (и очень быстро) he was plain Mr. Baggins of Bag-End, Under-Hill, again (он стал обычным мистером Бэггинсом, из Бэг-энда, Под-Холмом, снова; bag — мешок, сума, Bag End — the end of a 'bag' = cul-de-sac = тупик, глухой переулок). He got up trembling (он поднялся, дрожа). He had less than half a mind (он был менее склонен; to have half a mind to do smth. — быть не прочь сделать что-либо) to fetch the lamp (пойти и принести лампу), and more than half a mind (и гораздо более склонен) to pretend to (притвориться, что /он пошел за лампой/), and go and hide behind the beer barrels in the cellar (а пойти и спрятаться за пивными бочками в погребе), and not come out again (и больше не выходить снова) until all the dwarves had gone away (до тех самых пор, пока все эти гномы не уберутся). Suddenly he found (внезапно он обнаружил) that the music and the singing had stopped (что музыка и пение остановились), and they were all looking at him (и что они все смотрели на него) with eyes shining in the dark (глазами, горящими в темноте).

“Where are you going (куда же вы идете)?” said Thorin, in a tone that seemed to show (таким тоном, который, казалось, показывал) that he guessed both halves (что он догадался о двух вариантах: «об обеих половинках») of the hobbit’s mind (мыслей хоббита).

“What about a little light (как насчет /добавить/ немножко огня)?” said Bilbo apologetically (сказал Бильбо извиняющимся тоном).

“We like the dark (мы любим темноту), ” said the dwarves (сказали гномы). “Dark for dark business (темнота для темных дел)! There are many hours before dawn (еще много часов перед рассветом = до рассвета). ”

trembling [ˈtremblɪŋ] barrel [ˈbærǝl] cellar [ˈselǝ]

He shuddered; and very quickly he was plain Mr. Baggins of Bag-End, Under-Hill, again. He got up trembling. He had less than half a mind to fetch the lamp, and more than half a mind to pretend to, and go and hide behind the beer barrels in the cellar, and not come out again until all the dwarves had gone away. Suddenly he found that the music and the singing had stopped, and they were all looking at him with eyes shining in the dark.

“Where are you going?” said Thorin, in a tone that seemed to show that he guessed both halves of the hobbit’s mind.

“What about a little light?” said Bilbo apologetically.

“We like the dark, ” said the dwarves. “Dark for dark business! There are many hours before dawn. ”

“Of course (конечно)!” said Bilbo, and sat down in a hurry (сказал Бильбо и сел поспешно). He missed the stool (он сел мимо скамеечки; to miss — промахнуться, промазать) and sat in the fender (и сел на каминную решетку), knocking over the poker and shovel (опрокинув кочергу и совочек) with a crash (с треском).

“Hush (тише)!” said Gandalf. “Let Thorin speak (дайте Торину сказать)!”

And took a bow (и, раскланявшись: «взяв поклон») Thorin began (Торин начал).

“Gandalf, dwarves and Mr. Baggins (Гэндальф, гномы и мистер Бэггинс)! We are now together (мы сейчас находимся все вместе) in the house of our friend (в доме нашего друга) and fellow conspirator (и сотоварища-заговорщика), this most excellent and audacious hobbit (этого самого прекрасного и отважного хоббита) — may the hair on his toes never fall out (да не выпадет никогда мех на его ногах: «на пальцах ног»)! all praise to his wine and ale (всяческая хвала его вину и элю)! —“

He paused for breath (он остановился, чтобы вдохнуть воздуха: «для дыхания») and for a polite remark from the hobbit (и для вежливого ответа со стороны хоббита; remark — замечание, пометка), but the compliments were quite lost on poor Bilbo Baggins (но все эти комплименты совершенно не достигли своей цели с бедным Бильбо Бэггинсом; to be lost on smb. — пропасть даром для кого-то: «быть потерянным на ком-либо»), who was wagging his mouth in protest (который шевелил ртом в знак протеста) at being called audacious (что его назвали отважным) and worst of all fellow conspirator (и, что самое ужасное, сотоварищем-заговорщиком), though no noise came out (хотя никакого звука так и не вышло /изо рта/), he was so flummoxed (так он был сбит с толку). So Thorin went on (итак, Торин продолжал):

“We are met to discuss our plans (мы собрались, чтобы обсудить наши планы), our ways (наши методы; way — путь, дорога), means (способы), policy (хитрости; policy — политика, система) and devices (и приемчики; device — способ; затея, уловка; устройство). We shall soon before the break of day (вскоре, до восхода солнца, мы) start on our long journey (отправимся в наше долгое путешествие), a journey from which some of us (в путешествие, из которого, некоторые из нас), or perhaps all of us (или, возможно, все из нас) (except our friend and counsellor (за исключением нашего друга и советника), the ingenious wizard Gandalf (искусного волшебника Гэндальфа)) may never return (могут никогда не вернуться). It is a solemn moment (это торжественный момент). Our object is (наша цель; object — предмет, объект; цель), I take it (я так понимаю), well known to us all (хорошо известна нам всем). To the estimable Mr. Baggins (для достойного уважения мистера Бэггинса), and perhaps to one or two of the younger dwarves (и для одного-двух более молодых гномов) (I think I should be right (я думаю, что буду прав) in naming Kili and Fili, for instance (назвав Кили и Фили, например)), the exact situation at the moment (точная ситуация, в настоящий момент) may require a little brief explanation (может потребовать небольшого короткого объяснения) —“

fender [ˈfendǝ] shovel [ˈʃʌv (ǝ) l] conspirator [kǝnˈspɪrǝtǝ] audacious [ɔ: ˈdeɪʃǝs] counsellor [ˈkaʋns (ǝ) lǝ] ingenious [ɪnˈdʒi: nɪǝs]

“Of course!” said Bilbo, and sat down in a hurry. He missed the stool and sat in the fender, knocking over the poker and shovel with a crash.

“Hush!” said Gandalf. “Let Thorin speak!” And this is bow Thorin began.

“Gandalf, dwarves and Mr. Baggins! We are not together in the house of our friend and fellow conspirator, this most excellent and audacious hobbit — may the hair on his toes never fall out! all praise to his wine and ale! — “

He paused for breath and for a polite remark from the hobbit, but the compliments were quite lost on poor Bilbo Baggins, who was wagging his mouth in protest at being called audacious and worst of all fellow conspirator, though no noise came out, he was so flummoxed. So Thorin went on:

“We are met to discuss our plans, our ways, means, policy and devices. We shall soon before the break of day start on our long journey, a journey from which some of us, or perhaps all of us (except our friend and counsellor, the ingenious wizard Gandalf) may never return. It is a solemn moment. Our object is, I take it, well known to us all. To the estimable Mr. Baggins, and perhaps to one or two of the younger dwarves (I think I should be right in naming Kili and Fili, for instance), the exact situation at the moment may require a little brief explanation —“

This was Thorin’s style (вот такой стиль был у Торина). He was an important dwarf (он был важный гном). If he had been allowed (если бы ему позволили), he would probably have gone on like this (он, возможно, продолжал бы в таком духе) until he was out of breath (до тех пор, пока он совсем бы не запыхался: «задохнулся»), without telling anyone there (не говоря никому из собравшихся: «там») anything that was not known already (ничего, что не было уже до этого известно). But he was rudely interrupted (но его грубо прервали: «он был грубо прерван»). Poor Bilbo couldn’t bear it any longer (бедный Бильбо не мог этого больше выносить; long — долго, длительно). At may never return (при /фразе/ "могут никогда не вернуться") he began to feel (он начал чувствовать, что) a shriek coming up inside (пронзительный крик поднимается к горлу: «вверх» внутри него), and very soon it burst out (и что очень скоро он вырвался наружу; to burst — взрываться, лопаться) like the whistle of an engine (как гудок: «свисток» паровоза) coming out of a tunnel (выходящего из туннеля). All the dwarves sprang on (все гномы вскочили с мест) knocking over the table (опрокинув стол). Gandalf struck a blue light (Гэндальф зажег синий свет; to strike (stuck, stricken) — ударять, бить) on the end of his magic staff (на конце своего волшебного посоха), and in its firework glare (и в его переливающимся: «как у фейерверка» ослепительном блеске) the poor little hobbit could be seen (можно было увидеть бедного маленького хоббита) kneeling on the hearth-rug (стоящего на коленях, на коврике перед камином), shaking like a jelly that was melting (трясясь словно желе, которое тает). Then he fell flat on the floor (затем он упал плашмя на пол), and kept on calling out (и продолжал выкрикивать) “struck by lightning (молния ударила), struck by lightning (молния ударила)!” over and over again (одно и тоже снова и снова); and that was all (и это было все, чего) they could get out of him (они могли добиться от него; to get smth. out of smb. — выведывать, выспрашивать) for a long time (долгое время). So they took him (и тогда они взяли его) and laid him out of the way (и уложили его, чтобы не мешал: «с дороги») on the drawing-room sofa (на диван в гостиной) with a drink at his elbow (/поставили/ стаканчик напитка под рукой; elbow — локоть), and they went back to their dark business (и они вернулись назад, к своему темному делу).

allow [ǝˈlaʋ] interrupted [ɪntǝˈrʌptɪd] engine [ˈendʒɪn]

This was Thorin’s style. He was an important dwarf. If he had been allowed, he would probably have gone on like this until he was out of breath, without telling any one there anything that was not known already. But he was rudely interrupted. Poor Bilbo couldn’t bear it any longer. At may never return he began to feel a shriek coming up inside, and very soon it burst out like the whistle of an engine coming out of a tunnel. All the dwarves sprang on knocking over the table. Gandalf struck a blue light on the end of his magic staff, and in its firework glare the poor little hobbit could be seen kneeling on the hearth-rug, shaking like a jelly that was melting. Then he fell flat on the floor, and kept on calling out “struck by lightning, struck by lightning!” over and over again; and that was all they could get out of him for a long time. So they took him and laid him out of the way on the drawing-room sofa with a drink at his elbow, and they went back to their dark business.

“Excitable little fellow (легко возбудимый паренек: «малыш»), ” said Gandalf, as they sat down again (сказал Гэндальф, когда они снова расселись). “Gets funny queer fits (случаются забавные странные припадки), but he is one of the best (но он — один из самых лучших), one of the best (один из самых лучших) — as fierce as a dragon in a pinch (такой же свирепый, как дракон в трудную минуту; pinch — щипок; тяготы, чрезвычайные обстоятельства). ”

If you have ever seen a dragon in a pinch (если вы когда-нибудь видели дракона в трудную минуту), you will realise (то вы ясно представите себе) that this was only poetical exaggeration (что это было лишь поэтическое преувеличение) applied to any hobbit (применительно к любому хоббиту), even to Old Took’s great-granduncle Bullroarer (даже к прадядюшке Старого Тука /по имени/ Трещотка; bull — бык; roarer — горлопан, крикун), who was so huge (который был такой огромный) (for a hobbit (для хоббита)) that he could ride a horse (что мог ездить верхом на лошади). He charged the ranks of the goblins of Mount Gram (он набросился на шеренги гоблинов из Маунт—Грэма; to charge — нагружать, обременять; /воен. / атаковать) in the Battle of the Green Fields (в Битве на Зеленых Полях), and knocked their king Golfimbul’s head (и сшиб голову их короля Гольфимбуля) clean off (подчистую) with a wooden club (деревянной дубинкой). It sailed a hundred yards through the air (она пролетела сотню ярдов по воздуху; to sail — плыть /под парусом/, парить) and went down a rabbit hole (и опустилась в кроличью нору), and in this way the battle was won (и таким образом эта битва была выиграна; to win — выигрывать) and the game of Golf invented (и игра в Гольф была изобретена) at the same moment (в тот же самый момент).

excitable [ɪkˈsaɪtǝb (ǝ) l] exaggeration [ɪɡzædʒǝˈreɪʃ (ǝ) n] invent [ɪnˈvent]

“Excitable little fellow, ” said Gandalf, as they sat down again. “Gets funny queer fits, but he is one of the best, one of the best — as fierce as a dragon in a pinch. ”

If you have ever seen a dragon in a pinch, you will realise that this was only poetical exaggeration applied to any hobbit, even to Old Took’s great — granduncle Bullroarer, who was so huge (for a hobbit) that he could ride a horse. He charged the ranks of the goblins of Mount Gram in the Battle of the Green Fields, and knocked their king Golfimbul’s head clean off with a wooden club. It sailed a hundred yards through the air and went down a rabbit hole, and in this way the battle was won and the game of Golf invented at the same moment.